72 часа

      Имитация бурной деятельности в виде нанесения очередной загогулины на свиток пергамента закончилась тогда, когда единственный здесь ученик, коим являлся какой-то второкурсник, встал из-за соседнего стола. Потянувшись и смачно зевнув на ту ширину, на которую ему позволяла челюсть, сонный парнишка небрежно сгреб в охапку всё свое имущество и потушил масляную лампу, погрузив тем самым и без того тусклую гостиную Слизерина в ещё больший мрак. Споткнувшись об ножку стула, он тихо, но пикантно выругался, а после замечания от старшекурсника пробубнил извинение и побрел в сторону спален.       Наблюдая за ним до самой лестницы, Альбус Поттер откинулся на спинку стула и не без досады рассматривал теперь большие серебряные стрелки на огромных часах. Те уже пять минут назад перевалили за полночь. Ковыряя пальцами уголки глаз, юноша приподнял руку и посмотрел на черный циферблат на руке, но от этого его разочарование ничуть не уменьшилось. Вскочив на ноги, шестикурсник спрятал ладони в карманы черных джинсов и начал медленное шествие вдоль огромного камина. На это инертное действо ушло ещё около пяти минут, но оно тоже не принесло ему желаемого.       Остановившись, Альбус прикрыл веки, немного запрокинул голову и прислушался к полнейшей тишине. Затем он открыл глаза и несколько секунд пытался вглядеться в полумрак. Весь его взгляд был сосредоточен у подножья каменной винтовой лестницы, но там ничего не происходило.       Выдохнув и слегка улыбнувшись собственному чувству несбывшихся ожиданий, слизеринец шагал по помещению. Скоро почти бесшумно взмывал по широким каменным ступеням, перемахивая через пару сразу. Те приблизили его к выходу из общей комнаты, и он шагнул сквозь каменный проход в стене, но сделал это двумя секундами ранее тоненького скрипа, который издала дверь, ведущая в спальню девочек.       Оглядевшись по сторонам, оценив напоследок спящих подруг, Айрис несмело скользнула в коридор. Потянув в очередной раз за край кармана широкой бесформенной кофты с капюшоном, Гринграсс оценила себя с ног до головы и немного поморщила нос. Она терпеть не могла одеваться во все черное. Тем более, что школьная форма и без того сидела в печенках, но выбор был невелик. И лучше уж так, чем шататься ночью по школе в том, что сразу бросится в глаза на фоне темных каменных стен.       Бесшумно спустившись, Айрис почти влетела в гостиную, но никого там уже не обнаружила. Сетуя на собственную нерешительность, Гринграсс почти бегом кинулась в сторону выхода. Она до самого последнего момента сомневалась в том, что поступает правильно, но её интерес и странная искренность Поттера взяли верх. Айрис не сомневалась, что Альбус уже покинул подземелье, но совершенно не догадывалась о том, когда и куда он направился. Просчитывая примерное время, которое он мог терпеливо её дожидаться, девушка прикинула, что тот должен быть не далее, чем на первом этаже.       Помчав что есть духу, стараясь не создавать шума, остановилась лишь у винтовой лестницы без перил, но вскоре преодолела и её. Надежда заметить признаки движения оправдалась тогда, когда Гринграсс, шагнув на Большую лестницу Хогвартса, умудрилась рассмотреть кого-то всего парой этажей выше. Учитывая, что этот «кто-то» двигался быстро, аккуратно и не освещая себе дорогу, она смело предположила, что это Альбус.       Фигура добралась до четвертого этажа и скрылась в ближайшем коридоре. Теперь вопрос о цели их похода отпадал, ведь было очевидным, что Альбус двигается в сторону библиотеки. Вряд ли ему понадобилось что-то в классе заклинаний, а вероятность желания прогуляться в полночь по пустому темному каменному проходу казалась ещё бредовей.       Собравшись напоследок с духом, Айрис поглубже натянула капюшон и шагнула вперед. Она жутко нервничала, ведь подобного раньше не совершала. Гринграсс была не из тех, кто нарушает правила и никогда не лезла на рожон. Была далеко не тихоней, но всегда обдумывала и взвешивала все свои поступки. По крайней мере, старалась, но её нетерпеливость и вспыльчивость иногда преподносили ей самой нежеланные сюрпризы. При всем этом она всегда поступала так, как считала нужным и никогда не зависела от чужого мнения. В этом и было их с Альбусом самое огромное сходство.       Не прошло и минуты, как Айрис уже вышагивала в сторону обители миссис Пинс. Осторожничая и оглядываясь, девушка успешно преодолела половину пути, но испуганно вскрикнула тогда, когда ощутила, как на её губы ложится чья-то теплая ладонь, приглушая вырвавшийся из неё возглас. Другая рука похитителя в это время обвила её тело и даже приподняла. Гринграсс и не заметила, как быстро похитительские объятья Поттера привели их за ближайший угол. — Тише, Ириска, — одновременно весело и настороженно прошептал Альбус прямо ей в ухо. Он огляделся, хотел, вероятно, убедиться, что хоть и короткий, но все же нарушивший тишину возглас слизеринки не привлек ненужного внимания. — Поттер, чтоб тебя! — шепотом возмутилась она, когда руки слизеринца ослабили свой хват, но это случилось лишь после его глубокого близкого вдоха. Ей удалось повернуться к юноше, но Айрис сочла необходимым высказать ему своё возмущение и толкнула его в грудь ладошками. Этим жестом только повеселила Поттера ещё больше, а его беззвучный смех заставил улыбнуться. — Всё-таки решилась? — Поттер всё ещё улыбался, явно довольствовался подобным раскладом. — Не могла устоять перед твоими щенячьими глазами, — вышло совсем не обидно, а смазливое лицо улыбающегося старшекурсника заставило девушку задержать на нем взгляд намного дольше, чем она себе это позволяла, — питаю слабость к слабым мира сего, — прошептала слизеринка. — Слабым?.. — веселым шепотом повторил Альбус, а веселье это было связано с тем, что он, будучи чуть выше среднего роста и вполне сбитой для своего возраста комплекции, смело мог бы помериться силой и с теми, кто постарше.       Пару раз ему даже выпадала такая честь во время стычек после матчей по квиддичу с командой Гриффиндора, но до сильной драки доходило лишь единожды. Тогда зачинщиком этого самого действа оказался загонщик команды противников, который осмелился отрицать правильность решения судьи о победе Слизерина. Вспыливший семикурсник заплатил за это сполна, проведя пару следующих дней в госпитале. Пятикурсник Поттер же получил от этого происшествия последствия в виде лекции от Слизнорта о могуществе английского языка, силой которого можно было хотя бы попытаться сгладить этот конфликт, сбитые кулаки и с дюжину новых поклонниц. — Пойдем, — шепнул Альбус, потянув её за ладошку. Гринграсс только сейчас заметила, что не полностью избавилась от его прикосновений, но в свете складывающихся обстоятельств они её не раздражали. Даже почти успокаивали и давали хоть мизерное, но ощущение безопасности. А всё потому, что кто-кто, а Поттер на ночных похождениях по замку собаку съел. И этот факт был настолько же неопровержим, насколько Айрис было об этом известно. — Как ты понял, что это я? — спросила пятикурсница, наблюдая за тем, как Поттер при помощи волшебной палочки отпирает решетку и жестом руки предлагает ей первой зайти в темное помещение библиотеки.       По сравнению с коридором, который хотя бы освещался дотлевающими факелами, тут было невообразимо темно. И если бы не затянутое тучами небо, то здесь было бы намного светлее, ведь бледные лучи луны проникали бы сквозь высокие витражные окна, расчерчивая собой это огромное помещение. — Заходи, — в его голосе прозвучала нота нетерпеливости, которая заставила Айрис безоговорочно слушать все указания. Сейчас она надеялась на его опыт в подобных делах, а потому не смела ослушаться. Это было в её интересах.       Зайдя вслед за девушкой, Альбус запер вход и уверенно зашагал в сторону Запретной секции, а Айрис, пришлось вцепиться в манжету его спортивной кофты, чтобы ни на что не напороться. — Аккуратно, две ступени, — шепнул он, заставляя Айрис осторожничать. Сам нащупал её ладошку и снова сжал в руке тонкие пальчики.       Проделав с очередной решеткой те же манипуляции, шестикурсник направился к самым последним стеллажам и рискнул, наконец, зажечь кончик палочки. — Я смотрю, что ты тут как дома, — щурясь от яркого света, Айрис стягивала с головы капюшон. Она не могла не удивиться тому, что Альбусу известно это помещение чуть ли не на ощупь. — Перед СОВ тут все как дома, — отшучивался Поттер. — Вот увидишь. Я помню каждую книгу и номер страницы, на которых засыпал. От «Сложнокомпонентных зелий» на щеке ещё неделю был оттиск в виде букв и формул, — Айрис не сдержалась и прыснула, а Поттер присел на угол небольшого письменного столика, дав ей возможность занять единственный здесь стул. — Итак… Что это за игры в шпионов, Поттер? Зачем мы сюда пришли? — слизеринка обвела взглядом стеллажи с самыми разнообразными книгами. Даже по их корешкам было видно, что те хранят в себе нечто необычное. Не говоря уже о тех, которые были обмотаны цепями, издавали странный скрежет или плевались лоскутками собственных страниц. — Не совсем и игры. Мы с тобой будем спасать наши со Скорпиусом… — говоря это, Альбус достал из цельного кармана кофты какой-то пергамент. Юноша начал его разворачивать, но паузу сделал не из-за своего сосредоточения, а из-за оценки самого важного места в теле, которое хотелось спасти больше всего, — … души, — шепнул он, а Айрис уже успела подумать о ценности пятой точки и улыбнуться. — Это же?.. — стоило Альбусу развернуть пергамент и положить его на стол, как собеседница уже не смогла сдержать восторга. Приподнялась со стула и заняла подобную Поттеру позу, склонившись над картой Мародеров. Теперь стало понятно, откуда он знал, что встретит в коридоре именно её. — Не видела её? — Поттеру явно импонировала восторженная реакция Айрис. — Нет. Только слышала от Лили, — девушка заправила за уши тонкие белоснежные пряди, которые выбились из тугого высокого узла на голове, но руки от шеи не отняла. — Невероятно, — рассматривая пергамент широко распахнутыми и будто блестящими от восхищения глазами, она аккуратно переворачивала сложенные гармошкой части карты. — Это же мы, — по-детски радостно сказала Гринграсс, рассматривая две точки в помещении библиотеки. — Да, а вот это брюзга Филч, — брезгливо комментировал Альбус, постукивая пальцем по надписи с именем завхоза. Та, к радости обоих, находилась на маленьком флажке в кабинете старого сквиба и не двигалась. Из этого было понятно, что тот спит, и что они могут заняться тем, ради чего пришли. — Итак… — начал Альбус, но осекся. Потирал подбородок, откуда уже добротно пробивалась щетина, и взъерошил волосы на затылке, но тем самым сделал свою прическу опрятней, чем она была до этого. — Итак?.. — Айрис развела брови: одна устремилась вверх, а вторая оказалась так низко, что за неё цеплялись её длинные пушистые ресницы. — Поттер, только не говори, что мы пришли сюда полюбоваться друг другом, — она начинала раздражаться, но Альбус знал, что это только цветочки. Ягодки начнутся тогда, когда он закончит свой рассказ об игре и свитке.       Это произошло спустя четверть часа, а периодически возникающие на лице Айрис эмоции были настолько многогранными, что Альбус невольно отметил для себя её врожденный актерский талант, но последняя её эмоция была для Поттера чуть ли не очевидной. Даже при том, что Айрис за все эти годы проявила себя непредсказуемой и скрытной. — Вы просто идиоты… — выдохнула она, пряча лицо в ладонях. — Говоришь, как твоя лучшая подруга, — весело прокомментировал Альбус, но веселье было от иронии. — Я бы даже сказал, что цитируешь… — Мерлин, Поттер, я, конечно, знала, что ты не всегда в ладах с разумом, но не думала, что всё настолько серьезно. — А Скорпиус чем думал? — она чуть не застонала, а милое личико искривила мучительная гримаса. — И ты надеешься, что нам удастся что-то найти? — на смену сочувствию приходила злость от их глупости. — Очень хочется в это верить, — ответил юноша. — Ты думаешь, что если Лили и Скорпиус тут в прошлом году ничего не нашли, то мы найдем? Нет, мы, конечно, живем в мире магии и нам свойственно верить в чудеса… — тон и язвительность росли прямо на глазах. Айрис подскочила с места и потирала ладонью прикрытые веки, — … но их не бывает, Поттер. — У нас нет выбора, — Альбус поспешил пресечь эту попытку воспитательного процесса. Он тоже начинал злиться, но укоризненный взгляд Айрис заставил его поостыть.       Сейчас этот человек был единственным, кто мог бы помочь. Других он просить бы не стал. Хотя был уверен, что все до единой его воздыхательницы кинулись бы ему на помощь безоговорочно, причем даже не спросив о том, что от них требуется, а половина из них уж точно смогла бы держать язык за зубами. Но ему не хотелось представлять их на месте той, которая вычитывала его сейчас так, словно он не старше, а на десяток лет младше. Как минимум из-за того, что большинство других кандидатур порядком не дотягивали по своим умственным способностям, находчивости и усердию. Он, после тщательного рассмотрения в течение нескольких лет, не поверил бы другим. Айрис казалась ему почти идеальным союзником. К тому же и у неё появились свои личные мотивы в виде переживания за кузена. Альбус надеялся, что та согласится как минимум из-за Скорпиуса и не прогадал. — У нас нет выбора, Ириска, — тихо повторил он, и раздражение в голосе сменилось убийственным спокойствием. Ал не мог позволить себе роскошь в виде пререканий, провокации конфликтов и прочего подобного. — Нужно хотя бы попытаться, идёт?       Подобный самоконтроль казался Айрис чуть ли не супергеройской суперспособностью, ведь она по своей натуре была словно спичка. Достаточно одной искры, и пламя горит, а Альбус умел потушить в себе целый очаг эмоций, превращая за считанные секунды адский костер в холодные угли. Это почти восхищало юную слизеринку. Айрис коротко кивнула в знак согласия с ним и нахмурилась от задумчивости. — Дай угадаю, ты и понятия не имеешь с чего начать, верно? — вопрос был в доску риторическим и Альбус, выдержав паузу, сосредоточился на лице Айрис. Он медленно покачал головой, а та закатила глаза и громко цокнула языком. — Выпытать что-то у Скорпиуса такая же бессмысленная затея, как спрашивать об этом всём у Лили. Поэтому мы начнем с самого начала, — Поттер сделал несколько шагов и потянул из отдельно стоящего шкафа какую-то книгу, а следом на стол легли упомянутые в рассказе рукописи, некогда позаимствованные ребятами.       Последующие два десятка минут оба изучали их содержание, перелистывали страницы и вчитывались в тексты, половину которых и не понимали, но найти хоть какой-то стоящую внимания момент так и не удалось. — А может?.. Может это игра творит такое со Скорпиусом?.. — оживилась Гринграсс, поворачивая последнюю страницу, а затем прикрывая её будто испачканной в дегте обложкой книги. — Или это интрижка с Кристой на него так влияет? Ну не мог же он так просто спятить? Что-то же заставило его вести себя как… — завершая фразу, она помедлила, вздохнула и потупила взгляд. Все ещё не до конца верила во всё происходящее и услышанное. — Не знаю, — пожал плечами Поттер, — но если совсем откровенно, то я думаю, что это не из-за неё. Там в игре с ним происходили вещи и похуже, а поцелуи и объятья ещё никого не убили и не заставили слететь с катушек, — весело рассуждал он. — Спорный вопрос, смотря с кем, — пробормотала под нос Айрис, но снова раздражалась. Сказав это, она смерила его будто оценивающим взглядом.       Теперь Альбус понимал, что говорит она не Скорпиусе, отвечающем взаимностью столь бесящей её Кристе, а о нерадостной перспективе поцеловать того, кто бесит именно её. Она говорила о нём, а Поттер не растерялся и во всю веселился её столь показательному недружелюбию, ведь Гринграсс порой заносило и она переигрывала. Этот случай был как раз таким. — Поверить не могу, что вы скрывали это, — сказала задумчиво и даже обиженно, — даже Лили, — нахмурилась девушка. — Мы со Скорпом вообще не собирались никому говорить. Лили узнала об этом случайно. Подслушала наш разговор, — объяснил Альбус, глядя на свои часы, а потом изучая карту Мародеров. — Ладно, Ириска. Я думаю, что для первого раза достаточно. Нам уже пора возвращаться, но мы как-нибудь повторим, — весело шепнул он, повторяя слова Айрис, сказанные ему сегодня в Хогсмиде. — И всё? — искренне удивилась она, — это всё, о чём ты просил меня помочь? — Нет, конечно. Это скорее ознакомительная вылазка. Всё только начинается, — он снова улыбнулся, но на этот раз улыбка была настолько обезоруживающей, что Айрис напрочь откинула мысли о своем негодовании. Через пару секунд ей пришлось мотнуть головой, чтобы заставить себя отвести взор. — Ты чего? — хмыкнул Альбус, пытаясь разгадать истинную причину такого её поведения. — Ничего, — опустив взгляд в карту, Айрис во всю боролась с потоком собственной крови. Он вдруг ринулся к её щекам, а вызвана столь странная для неё самой реакция была очередной порцией осознания редкости моментов их с Альбусом уединения. И пониманием того, что его обаяние заставляет мозг генерировать весьма странные и почти дикие мысли.       Мысли о правдивости слов Евы, которые Гринграсс пыталась затолкать в самые глубины собственного сознания, но ложь самой себе — абсолютно бессмысленная затея.       Бэддок была права. Ещё как права, и все эти годы он ей действительно нравился. Его внешность, жесты, иногда повергающие в шок, но смелые поступки, хороший склад ума, достижения, интересный характер. И даже то, что он нравился многим другим девушкам. Все это в совокупности и многое другое заставляло её сердце увеличивать темп биения всякий раз, когда тот оказывался в поле её зрения, а вечные склоки и перебранки были не иначе, чем защитной реакцией — её попытками убедить себя в обратном, убедить его в том, что бесит её.       Он был небезразличен ей до дрожи в руках, но обида и гордость слизеринки были настолько велики, что поглощали в себе хорошие чувства. Практически не давали им право на нормальное существование. — Если я уже согласилась помогать тебе, то у меня есть несколько правил, Поттер, — собрав всю строгость и решительность, Айрис скрестила руки на груди и вздернула нос. — Даже так? Ну что же, я весь во внимании.       Он просчитал подобный расклад и знал расчетливость Айрис, но смолянисто-черные брови юноши всё равно немного поплыли под челку. Альбус и понятия не имел о содержании её требований. — Во-первых, никто не должен знать, что я тебе помогаю. Ни одна живая душа, даже Лили, — Айрис указывала на него пальцем и опустила его лишь тогда, когда собеседник кивнул. — Не хочу, чтобы кто-то знал, что нас с тобой что-то связывает, — она поспешила объясниться, но лгала без зазрения совести. На деле же Айрис хотела обезопасить себя от расспросов подруги о том, как проходит её совместное времяпрепровождение с братом, если тому уже суждено случиться. Альбус же лениво отвернулся, медленно облизал губы и неспешно замотал головой, а после ещё и хмыкнул. Будто отчасти не верил или удивился содержанию своих же мыслей. — Как скажешь, — гордо подняв подбородок. — У меня тоже есть требование. Хотя это больше предложение, — ухмылялся, но поспешил продолжить, — избавься вот от этого, — Ал неодобрительно покосился на пучок её волос и даже насквозь проткнул его своей волшебной палочкой, а за подобное ребячество удостоился укоризненного взгляда. — Во-вторых, ты оставишь Лили в покое и не будешь запрещать ей видеться с Корнером, — Айрис сделала вид, что не слышит его и поспешила вернуться к былой теме. Она решила вынести из сложившейся ситуации максимальную выгоду, но Поттера это совсем не порадовало, а потому кивнул он скрепя сердце и после длинной паузы. — А в-третьих, Поттер… — Айрис присела бедром на противоположный угол стола, уперлась в его гладь ладонью и наклонилась в сторону слушателя. — А в-третьих, Гринграсс?.. — Альбус тоже подался вперед. — А в-третьих, у нас на это месяц, Альбус, — серьезность её слов зашкаливала. Смысл фразы подчеркивал тот факт, что слизеринка впервые за несколько лет обратилась к нему по имени. Все кроме последнего она продумала до мелочей и хотела выгоды не только для лучшей подруги, но и для себя. — Пообещай мне, что через месяц плодотворных поисков ты сделаешь так, чтобы я практически забыла о твоем существовании, — скрывая отягощенный какими-то домыслами выдох, тихо сказала она.       Подобные слова, их смысл и подача заставили Поттера отпрянуть и свести брови в одну линию. Он совсем не понимал, почему просит об этом, а прочитать что-то в её лице стало совсем невозможным — Айрис уже во всю притворялась, что её интересуют диковинные книги на полке ближайшего шкафа. Слизеринец же не мог знать…       Ал и не догадывался, что настолько нравится ей. По-настоящему, давно и так сильно, что это отзывалось в бедной Айрис совсем не шуточными эмоциями: она боялась, даже не хотела этого, жутко нервничала в его присутствии, а внутри созрел целый кавардак мыслей, но самая убивающая была о том, что Альбус Поттер, искушенный вниманием массы достойных девушек, никогда не выберет её. Даже при том, что она была невероятно хороша собой, далеко не глупа и являлась чистокровной наследницей древнего магического рода. Айрис всё равно казалось, что Поттер никогда не будет испытывать к ней и десятой доли того, что способна ощутить она. В этом Гринграсс почему-то ничуть не сомневалась и всё сводилось к желанию обезопасить себя от чего-то ноющего, грызущего изнутри и раздирающего душу. К слову, воодушевилась и примером лучшей подруги, но наступать на подобные грабли совсем не хотелось. — Хорошо, Гринграсс, — сухо ответил Альбус, но далеко не сразу. — Если ты так хочешь, то договорились, — тихо и недоверчиво сказал, но почти буравил взглядом. Словно давал ей возможность изменить решение, но та не собиралась. Ал все ещё не понимал её странной просьбы, но на лице уже появилась тень ухмылки. Сквозь его мимику нечаянно проскользнули мысли о том, что Айрис скоро сама сочтёт свою просьбу бредовой. — Обещаешь? — не выдавала и сотой доли правдивых чувств Айрис. — Обещаю, Ириска, — заверил он, но веселья поубавилось. Да и обещание далось с каким-то скрежетом. К тому же это значило ещё и то, что дружба и общение в составе их золотого секстета вскоре окончательно и навсегда канет в прошлое. — Как будто меня никогда и не было… — Вот и… славненько, — потупив взор, ковыряя ноготком поверхность стола, выдохнула Гринграсс. — Мы можем идти? — натянув на личико милую улыбку, Гринграсс словно встрепенулась.       Дождавшись, пока Ал убедится в безопасности обратного пути и спрячет карту, оба снова оказались во мраке библиотеки. И хорошо, что так, ведь так темно, что Поттер уж точно не может видеть того, как она грызёт от безысходности свои губы.       Скользнув в коридор, шли быстро и беззвучно. Каждый сейчас был настолько увлечен своими мыслями, что шагнув за последний изгиб, не сразу заметили приближение бледного дрожащего света со стороны Большой лестницы. Альбус остановился первым: замерев, словно вкопанный, он лишь успел перехватить запястье Айрис, сильно сжать в руке её ладошку и оглядеться, а источник света при этом приближался. Ко всему прочему свет этот был не желтым и теплым, коим обычно является свечение от лампы Филча, а холодным и ярким — светом от заклинания Люмос. — Мэрлин…— испуганный шепот Гринграсс заставил Альбуса оценить ситуацию во всех её проявлениях: вперед путь был заказан, спрятаться за поворотом позади было негде, а шагнуть за любой из двух гобеленов было вообще смерти подобно, поскольку Альбус по цокоту каблуков уже понял, что хозяйкой приближающегося свечения была никто иная, как строгая и дотошная во всех своих проявлениях Лия Робардс.       Профессор Робардс считала совершенно обыденным пройтись по ночному замку и даже заглянуть в ночную библиотеку в поисках какой-то литературы, которая впоследствии станет предлогом и темой очередного умопомрачительного домашнего задания. Некоторые студенты поговаривали, что она вообще не спит.       На счету заместителя директора было непомерное количество пойманных ею нарушителей школьных правил, сотни снятых баллов, столько же наказаний и даже парочка исключений из Хогвартса. Альбус прекрасно знал, что та не поленится заглянуть во все возможные щели на своём пути, а заходя в пустующие классы профессор иногда использовала «Гоменум ревелио». — Паршиво дело, — прошептал Поттер, но тут же сорвался с места. Потянул оцепеневшую Айрис, ведь та бы без него и с места бы не смогла сдвинуться от настигшего её шока. Они остановились лишь тогда, когда почти пролетели несколько метров и приблизились к блестящим рыцарским доспехам. Те, будучи повернутыми в сторону Большой лестницы, стояли на изгибе злосчастного коридора. При этом были выставлены так, будто рыцарь в них застыл в момент атаки, занеся над головой руки с зажатой в них булавой. — Давай сюда, — шепнул Поттер. Буквально затолкал девушку за блестящие латы, нащупав под её балахонистой кофтой тонкую талию. Приподняв, оторвал от каменного пола и поставил её на кромку постамента, которая почти уравнивала их рост. Юноша прислонил девушку спиной к холодному металлу, а уже после протиснулся сам, но пространства между латами и стеной было настолько мало, что им почти не оставалось даже на вдохи. — Другого места… не нашлось? — гневно шепнула девушка, но тут же поджала губы, поскольку такая близость с предметом её симпатии и раздражения почти повергала в оцепенение — никогда не находилась так близко ни с одним молодым человеком. Кроме Скорпиуса, конечно. Тот не упускал возможности залепить ей в щеку или лоб свой громкий шутливый поцелуй, но это не считается. К тому же она отчетливо чувствовала, как рука слизеринца, обвившись вокруг талии, медленно, но напористо притягивала её ещё ближе к хозяину, а до этого мига казалось, что ближе уже не возможно, но Поттер почти впечатывал слизеринку в своё тело. — Это — единственное, где Робардс не станет искать, — глядя по сторонам, Ал что-то прикидывал. Оценив ширину плеч не очень-то и крупного рыцаря, он тут же понял, что его будет видно. Именно потому поспешил поднять руки и полностью повторить ими то положение, в котором стояли доспехи. Это позволило ему быть незамеченным, Айрис даже порадовалась тому, что избавил её от волнующего и ненужного прикосновения, но веселье было не долгим. Теперь стало только хуже, ведь подобная поза приблизила его к лицу Гринграсс ещё больше и теперь кончики их носов почти касались друг друга. Девушка затаила дыхание, но, казалось, уже не придавала этому значения, все мысли были о другом.       Она, оценив реальность, была на грани паники: испуганные глаза бешено метались по сторонам, дыхание и сердцебиение участились, а ладони впились в края сплошного широкого кармана толстовки Альбуса. До его слов была уверена, что внезапным и нежеланным гостем на четвертом этаже будет старый смотритель, который иногда и дальше носа не видит, но услышанное меняло ситуацию до неузнаваемости. — Айрис, что бы ни было, не… — выдохнул Альбус и прямо в её губы. Как только в каменном проеме засиял уже яркий свет. Они услышали звонкий и довольно ритмичный стук низких каблуков туфель профессора. Слизеринка сразу зажмурила глаза, но от теплого дыхания Поттера, смеси запахов мяты и сладкого древесно-травяного аромата лакрицы, которыми немного пахло беззвучное дыхание Альбуса, совсем не становилось легче. Мысленно вопила ему о том, что она и так не шевелится, но не угадала продолжение его фразы. — … не дыши, — снова шепнул он, а Айрис только сейчас поняла то, насколько непозволительно громким, частым и сбивчивым было её дыхание. После этой фразы молодой человек улыбнулся, а девушка набрала полную грудь воздуха и уже не выдыхала.       Как и предполагал Поттер, профессор не упустила возможности заглянуть за парочку дверей, а по мере её приближения был готов поклясться, что сердце Айрис стучало громче, чем каблуки Робардс. Проигрывая бой с волнением от всего и сразу, Гринграсс попыталась хотя бы немного увеличить почти несуществующее расстояние между их лицами и отвела назад голову. Запрокинула её всего на сантиметр, но сделала только хуже, ведь этот поступок повлек за собой последствие в виде тонкого скрипа от соприкосновения разных частей доспехов, её испуга и ещё большей и нежеланной близости. Ей пришлось не просто вернуть голову на исходную позицию, а сделать так, чтобы тугой узел на голове не пошатнул и без того шаткую конструкцию. — Тише, — Поттер, различив её приглушенный, но залповый вдох, снова зашевелил губами, но теперь невольно касался ими щеки и скулы слизеринки. Старшекурсник аккуратно выглянул поверх металлического наплечника, а вернуть голову на место смог только уткнувшись носом в ушко напарницы по несчастью.       Когда Робардс поворачивала, находясь всего в паре метров от них, Айрис зажмурилась и впилась пальцами в бока Альбуса настолько цепко, что тому пришлось поморщиться, поскольку на этот раз не только его кофта попала под раздачу — ребрам тоже кое-что досталось.       Оба не шевелились и почти не дышали, а помимо прочего думали о том, чтобы профессору не пришла в голову идея повернуться. С того ракурса они были бы видны ей, как на ладони. Сделав прерывистый выдох, девушка медленно и аккуратно повернулась в ту сторону, где остановилась волшебница. Замерев и подняв палочку над головой, она не спеша осмотрела отрезок коридора и держала ухо в остро. Вокруг висела такая давящая на уши тишина, что Айрис даже послышались стенания Кровавого барона, любившего затеять дебош в стенах подземелья.       Сойдя с места, Лия Робардс опустила палочку. С каждой секундой монотонный цокающий звук от её обуви отдалялся, а свет становился более тусклым. Альбус рискнул опустить руки, но сделал это очень медленно, а парой секунд позже профессор скрылась из виду. Оба сделали глубочайшие вдохи и будто обмякли. Гринграсс поспешила проглотить вставшее ей в горле комом смущение и разжала онемевшие пальцы. Она всё ещё чувствовала на своей щеке покалывание его щетины, на шее не пропадало щекотливое чувство от теплого дыхания, а жадный вдох ещё не сошедшего с места Поттера будто вобрал весь кислород, и ей совсем не осталось. — Ты приносишь удачу, Ириска, — выдохнул юноша и огляделся. Произошедшее действительно казалось чуть ли не из ряда вон, поскольку шансы на их разоблачение были очень велики, а последствия были бы очень и очень плохими. — Идём скорее отсюда, — теперь Поттер не мешкал. Выбрался сам и помог Айрис.       Через пять минут оба вернулись в гостиную, шли быстро и молчали, но в отличие от довольного юноши, который во всю радовался недавней удаче, Айрис выглядела с точностью наоборот. — Чуть не попались, — хмыкнул улыбчивый Поттер, но собеседница его настроения совсем не разделяла. — Тебе смешно?!       Она злилась. И злилась так сильно, что улыбка с лица Альбуса сползла прежде, чем он поднял голову от спинки дивана, на которую уже оперся обеими ладонями. — Это совсем не смешно, Поттер! Зачем это мне? — Айрис шагнула к нему и даже не постеснялась дёрнуть его за рукав, поворачивая к себе. — Почему я должна так рисковать, Поттер? — она почти кричала, Альбус же выглядел невозмутимо, но недоумение уже начало подступать. Точно не ожидал, что этим вот закончатся их ночные приключения. — С какой это радости я должна наблюдать за тем, как ты втягиваешь меня в свои сумасшествия? И тебе смешно! — слизеринка ткнула пальцем в грудь старшекурсника и сжала челюсти, а отсутствие ответа злило ещё больше. — Я не собираюсь больше участвовать в подобном, — почти шипела она. Айрис, объятая эмоциями, развернулась и рванула с места, но Альбус догнал её уже через несколько метров. Сильно схватив Гринграсс выше локтя, он рывком потянул её к себе. Сделал напористый шаг и прижал собеседницу к большому портрету с изображением бурчащего злобного волшебника.       Она чуть ли не впервые видела его таким злым: жилка на виске пульсировала, сквозь плотно сжатые челюсти, казалось, не проникал и воздух, а взгляд был искрометным и перемещался от одного её зрачка к другому. Но навряд ли же смогла довести его до такого лишь своими воспитательными возмущенными фразами. У него, конечно, накипело, и Поттер собирался высказать всё то, что копилось в нём далеко не один день. — Заткнись, — прошипел Альбус, кинув короткий взор на жителя картины, ведь нарисованный старик начинал возмущаться тем, что его потревожили, — я затолкаю тебя за гобелен. Будешь там до тех пор, пока краска не посыпется, — этот аргумент сработал. Волшебнику больше ничего не оставалось, как смириться с происходящим, а резкий кивок Альбуса заставил его ещё раз послушаться и вовсе покинуть раму.       Проконтролировав это, Альбус вернул свой сердитый, полный решительности взгляд на испуганную Айрис. Она меньше всего ожидала от вечно уравновешенного Поттера такой злобы, но и у самых терпеливых рано или поздно заканчивается добродетель. — Ты ведь сейчас злишься не только из-за Робардс и не из-за того, что нас чуть не поймали, — скорее не спрашивал, а констатировал юноша, а в ней аж ёкнуло. От того, что хоть и косвенно, но уже тронул больную тему качества их взаимоотношений. — Между прочим, Айрис, я, в отличие от некоторых… — открыто обвинял он, — … я никогда не прекращал верить тебе, и не прекращал дружить с тобой, и много раз говорил тебе, что ты в своих домыслах очень ошибаешься, и если бы не ты… — молодой человек указывал ей в лицо пальцем, — … если бы не ты, то всё у нас было бы совсем по-другому, — злобно заключал он, но её совершенно ошарашенный вид заставил Альбуса разжать хватку. После нескольких секунд невербального общения и перепалки взглядов получилось сделать шаг назад и заговорить спокойней: — Я знаю, что я у тебя в личном черном списке, не надо мне об этом напоминать, Гринграсс. Ты и сама прекрасно понимаешь, что я не просил бы тебя ни о чём, не будь в этом необходимости… — Ещё каком черном, Поттер! — гневно перебила она, потянувшись к лицу собеседника. — Чернее черного! И на это есть известные тебе причины. И несмотря не всё, у тебя хватает наглости просить меня о чём-то? А знаешь что? — ядовито усмехнулась белокурая Гринграсс. — Разбирайся с этим всем самостоятельно, я и пальцем не пошевелю больше.       Услышав это, юноша лишь закатил глаза и довольно громко цокнул от настигшего его раздражения языком. — Если ты помнишь, то Скорпиуса тоже ожидает веселенькое Рождество, — выдержав чудовищно длинную паузу, Ал потер ладонью подбородок, а Айрис, несмотря на захлестнувшую её злобу, даже восхитилась тому, насколько быстро и легко Поттеру удаётся обуздать все свои гневные эмоции. Его фраза была похожа на начало конструктивного диалога, но вот Айрис такой рационализм, которым мог похвастаться Поттер, был чужд. — Ты можешь понять, что ты — единственная, кого могу просить помочь мне.       Его упоминание о кузене заставило Айрис переживать ещё больше, но мысли уже свернули в другом направлении. — Попроси Еву или Тома, — хамовито предлагал она. Хотя и сама понимала что толку от этой парочки в подобных делах не больше, чем от зонтика во время урагана. Ал разделял её домыслы, поэтому и дернул уголком рта, отчасти веселясь нелепости предложенного ею варианта. — Тогда почему же тебе не попросить об этом свою Стэфани? — спонтанность собственного вопроса и осознание чувства ревности, сжавшее всё в груди, отозвались в ней злобой на саму себя и нервной тошнотой. — По-моему, не плохой вариант. — Думаешь, стоит? — искренне удивился Альбус, а Гринграсс до боли прикусила нижнюю губу и ненадолго отвернулась. — Думаю, что она уж точно не откажет тебе. Возможно, не только в этом, Поттер, — прищурила глазки девушка, а вот Ал, рассматривая собеседницу, даже чутка опешил её смелым мыслям. — Или её подружку попроси, чем не вариант? — Ну, да, — иронизировал Поттер и снова закатил под веки глаза. Он снова начинал злиться на упрямое неверие Айрис и то, что её уже порядком заносило. — Или сразу кого-то из профессоров, да? — Хотя со Стэфани ты, возможно, и права, — намеренно бесил её Ал. Это была его личная моральная месть за то, что эта девчонка напротив уже несколько лет выматывает его душу, злится на него и озвучивает сейчас глупости. — Она уж точно лучше своей подруги, — рассуждал он. Пылкий нрав Айрис тут же счел его слова попыткой защитить ту, которая бесила её даже больше Кристы. — Отлично! Вот и попроси свою поклонницу, а меня оставь в покое! — выпалила слизеринка. Злилась ещё и из-за того, куда привёл их этот разговор. Теперь, казалось, их многолетняя размолвка росла в геометрической прогрессии и не исключено, что после сегодняшнего вечера неприязнь друг к другу только удвоится. От этих мыслей свело живот, но поздно же, назад дороги уже не было.       Айрис хотела уйти, чтобы обезопасить себя от чудовищной бури абсолютно противоречивых ощущений, эмоций и чувств, что нарастала в ней с каждой секундой его присутствия. Злилась на него, но в то же время и на себя, ведь за этот час с небольшим, который провела в его компании, поняла убийственную правду. Она была в том, что теперешний повзрослевший Поттер нравится ей на несколько порядков больше того, в которого некогда посмела почти влюбиться.       Готова была бежать от него без оглядки, но Альбус выставил руки. Уперев их в стену, он преградил тем самым пути отхода. — Гринграсс, выдохни и скажи при чём тут вообще Стэфани? Зачем ты вообще о ней вспомнила? — с видом разоблачителя спрашивал Альбус, а его губы вскоре начали приобретать очертания улыбки. Он, конечно, уже догадывался. — Айрис, я прошу тебя… — выдыхая, будто умиротворял своим голосом и спокойствием фразы он. Даже нотой искренней мольбы, а та четко читалась в мягкости подачи слов. — Прошу, не пори горячку: ты устала, не слабо испугалась, а рассказ об игре не может не шокировать, — говорил так, что Айрис начала стыдиться того, что стала зачинщицей их очередной ссоры, которая была бы ещё красочней, если бы не огромное самообладание и понимание Альбуса. — Я не хочу рассуждать о том, кто мог бы ещё помочь мне в этом всём разобраться. Я прошу ТЕБЯ помочь МНЕ. Разве не очевидно то, на кого уже пал мой выбор?       Ал поменял тактику и попытался поймать на себе её взгляд, но та упрямо отвернулась. Ещё и поджала свои пухленькие, розовые при обыденном раскладе губы так, что те преобразовались в две тонких бледных полосы. — Ну, что ж, ладно… — на выдохе заключил он, запуская ладони в свои густые волосы и на секунду сжимая их, — Я понял, Ириска… Забудь… — потрепал шевелюру Поттер. — У меня всего одна просьба, — выровнялся юноша и смотрел на собеседницу с высоты своего роста, опустив при этом лишь полные разочарования глаза. — Не говори никому, что тебе известно о свитке, — указывал ладонью на то, что путь открыт, даже шагнул прочь, но Айрис пока не отходила от стены.       Ноги словно налились свинцом, нижняя губа была обкусана, а искренность просьбы Альбуса и факт того, что ей хотелось бы проводить с ним время ещё и ещё… И осознание того, что разочаровала его, опять обидела и почти вывела из состояния равновесия. Это всё отняло у неё дар речи. Напрочь. Даже возможность приоткрыть рот и попытаться выдавить из себя хотя бы несколько звуков. — Мы просто притворимся, что этого дня не существовало, хорошо? — прошептал он. Девушка четко увидела, как его рука дернулась. Очевидно, что тот хотел приподнять её для того, чтобы убрать с её лица тонкий белоснежный локон, но Ал передумал. — Нечего не поменялось, можешь и дальше продолжать меня ненавидеть.       Было видно, что его разочарованию не было предела, а огонек в вечно сверкающих задором глазах погас так же быстро, как Айрис пожалела о своем монологе двухминутной давности.       Не смея остановить его, лишь глядя вслед, слизеринка простояла так ещё около минуты. И тем более не посмела бы сказать ему о том, что совсем не ненавидит его. Скорее жутко злится и по резонным вроде как причинам, но если нет?..       Айрис чуть ли не с жадностью прокручивала в голове каждый миг этого дня, который Поттер так советовал навсегда стереть со своей памяти. Вспоминая каждую его фразу, каждую его улыбку, она сползала вниз по стене. Пока не осела на пол, поджав под себя ноги и прислонившись к будто ледяной опоре позади. Слизеринка надеялась, что эта разница температур поможет ей унять то бушующее внутри пламя, из-за которого она впадала в отчаяние.       Просидев около десяти минут с прикрытыми глазами и в глухой тишине, Айрис побрела к себе в спальню. Этого короткого времени ей вполне хватило, чтобы осмыслить события нескольких предыдущих лет и того, что было сегодня, но она ещё долго вертелась в кровати и не могла уснуть до самого рассвета.

***

      Сонное воскресное утро началось для Лили Поттер за час до завтрака, а попытки растормошить Айрис увенчались победой над её желанием поспать только тогда, когда рыжеволосой подруге пришлось добротно потрепать её за плечо.       Всячески отмахиваясь от настойчивой Лили, сонная Айрис всё-таки сползла с кровати и пообещала присоединиться к ней уже за столом в Большом зале школы.       Надежды разминуться с Малфоем и его сомнительной компанией оправдали себя тогда, когда Лили Поттер присела возле зевающего Альбуса и ведущих какую-то тихую, но активную дискуссию Евы и Тома. Большой зал был наполнен учениками и гостями школы менее чем на половину. Многие сочли архипреступным раннее пробуждение в столь пасмурное и дождливое утро.       Темно-серый потолок Большого зала полностью соответствовал настроению рыжеволосой слизеринки, но отсутствие персоны нон грата вносило свои положительные коррективы. Перевернув страницу «Ежедневного пророка», Лили начала вычитывать в нём свежие новости. Бегая глазами по колонкам напечатанного текста, она лишь изредка поглядывала в сторону больших дубовых дверей. Последнее время специально садилась так, чтобы преподавательский стол и любимое место свиты Малфоя оставались по правую руку, а свежая пресса отлично спасала её даже от намека на желание проследить за Скорпиусом и его новоиспеченной подружкой, когда те появлялись во время завтрака.       Пережевывая тост, Лили пыталась игнорировать уже во всю перебивающую друг друга неразлучную парочку, которую все остальные друзья из их компании за глаза шутливо называли «Задок», соединив в этом прозвище первые буквы фамилии Тома Забини и дополнив его окончанием родового прозвища Евы Бэддок.       Статья в спортивной колонке, написанная Джинни Поттер, оказалась ничем не хуже обычных. Она заставила Лили почти с головой уйти в свежий обзор последнего матча между двумя известными командами. Девушка настолько увлеклась чтением, что даже не соизволила поднять голову, услышав за спиной безумно знакомый ей мягкий голос лучшей подруги. Та произнесла приветствие и замерла по левую сторону от неё. — При-и… вет… — прозвучало тихое и раздробленное на два отдельных слога приветствие брата. — …Ириска… — Странные ноты недоумения в его голосе и отвлекли Лили от столь занимательного процесса, но только сестра узнала в голосе Альбуса нечаянно проскользнувшую эмоцию, которую Ал попытался скрыть за пережевыванием кусочка завтрака. Ею было что-то очень напоминающее помесь удивления и даже оттенок восторга. Слизеринка тут же поспешила узнать его причину, но и сама испытала нечто подобное.       Айрис провела ладошкой за ухом, поправляя распущенные волосы, собранные лишь при помощи двух соединенных на затылке прядей. Присела рядом с подругой и потянулась за чашкой чая. Медленно оценивая внешний вид Гринграсс, Лили чуть было не приоткрыла рот: ей было чрезвычайно непривычно видеть Айрис с такой прической, а обтягивающая кофточка и джинсы подчеркивали сейчас каждый изгиб её точеной фигурки, которую слизеринка всегда скрывала под излюбленной балахонистой и свободной одеждой. Всю эту картину завершал её будто светящийся вид и приподнятое от чего-то настроение. Оно проявляло себя в виде оживления, сияющего взгляда распахнутых глаз, румянца и улыбки. Всё вышеперечисленное настолько меняло её в глазах созерцателей, что Лили в этот самый момент ловила на подруге сразу десятки взглядов. Многие из них принадлежали их сокурсникам и сокурсницам, но смотрели и ребята помладше и постарше, а у пятикурсника из Гриффиндора Тайлера, который глядел сейчас в их сторону поверх голов когтевранцев, так и вообще отвисла челюсть. Он уже давненько присматривался к Айрис, но сегодня внешний вид юной Гринграсс заставил его клацнуть зубами. Но только тогда, когда он увидел на себе взор Лили. — Что пишут? — как ни в чем не бывало, спросила девушка. При этом удачно делала вид, что не замечает довольной и одновременно странной ухмылки сидящего напротив Альбуса. Тот, не стесняя себя правилами этикета, почти бесцеремонно рассматривал лучшую подругу сестры, но вид имел как будто довольный. Будто он добился чего-то желаемого. — Ничего… интересного, — медленно ответила Лили. Она показательно повела взглядом от макушки Айрис вниз и обратно. — Куда-то собралась? — девушка лукаво прищурилась, а собственные слова напомнили ей вопрос подруги, когда та намекала на свидание со Скорпиусом. — С чего ты взяла? — тихо хмыкнула слизеринка. Сделала глоток чая, но взгляда от газеты не отвела. Лишь ещё больше вытянула шею и зарумянилась пуще прежнего. — Да так, — пробормотала Поттер, но смотрела теперь на Альбуса. Хитро и даже как-то вопросительно. Словно надеялась высмотреть в довольной физиономии напротив намеки на участие.       И хорошо, что увиденное отвлекало её от шагнувших в Большой зал Ильверморнок и Малфоя, ведь настроения за последнюю минуту значительно прибавилось. Проследив за братом, Лили заметила трио только тогда, когда те прошагали за её спиной, намереваясь занять места не менее, чем в десятке метров от них. Скорпиус, оценив весь состав своей уже бывшей компании, закинул руку на плечи спутницы и кинул ребятам сухое приветствие. Лишь Ал и Том удостоились более или менее дружественного кивка с его стороны, Криста противно хихикнула, оценивая белую и бронзовую макушки, а Стэфани осмелилась подмигнуть и улыбнуться юному Поттеру. — Очень мило, — притворно улыбнулась Гринграсс, проследив за тем, как Стефани смотрит на предмет своей симпатии чуть ли не с щенячьим восторгом. Гринграсс положила руки на стол, заключила ладони в замок и смотрела на Поттера так, как смотрят родители, ожидая от набедокурившего ребенка пояснений. — Даже чересчур, — тихо прокомментировал слизеринец. Снова устремил взгляд влево, но Стефани интересовала его меньше всего. Всё его внимание сосредоточилось на хохочущем над чем-то Скорпиусе.       Спустя пять минут Ева и Том поспешили попрощаться. Оба собирались провести сегодняшний день в Хогсмиде и предлагали всем желающим свою компанию, но подруги наотрез отказались. Знали, что трио тоже собирается туда, а Лили к тому же собиралась прогуляться с Корнером, но по окрестностям замка. Альбус тоже вежливо отказался. Просто не хотел быть третьим лишним и свидетелем их сводящих с ума разговоров. — Мне тоже пора, — уклончиво и аккуратно начала Лили. Не сомневалась, что брат сейчас заведет разговор, который впоследствии перерастёт в воспитательную речь, а потому спешила выпрыгнуть из-за стола до того, как тот успеет осмыслить её слова или начнёт задавать вопросы. — Иди, — весело сказала подруга, рассматривая глаза Поттера, но те сейчас были совсем не карими. Виной тому было освещение или увеличенные зрачки, она не знала, но сейчас они казались почти черными. — Передавай Леону привет.       Фраза подобного содержания, сказанная при Альбусе, заставила Лили замереть и округлить глаза, но слушатель, глядя на Айрис с не меньшим упрямством, лишь свел брови. Он явно что-то обдумывал, но уже скоро умозаключение созрело: — Да, Лилс, Корнеру привет, — он даже не взглянул на неё. Лишь лукаво улыбнулся. Не отрывал своего упрямого взгляда от Айрис, а Лили уже ничего не понимала.       Единственным правильным выводом была мысль о том, что все без исключения в их компании начинали вести себя очень странно и необъяснимо, а эта парочка так и вообще сошла с ума, наверное. Давненько Поттер не видела такого их поведения в адрес друг друга, а может и никогда.       Обещая себе устроить Айрис допрос с пристрастием, Лили напоследок оценила две будто немых, сверлящих друг друга глазами фигуры. Спешила унести ноги из Большого зала прежде, чем под ними начнет разверзаться земля. Хотя на фоне последней недели уже и это бы не удивляло. — Можешь невзначай обмолвиться, что я знаю два способа поломать руки, — язвительно, но с несоответствующим фразе спокойствием и ухмылкой сказал Поттер. — Как минимум два.        Он даже не заметил осуждающий взгляд сестры, а Лили посчитала правильным промолчать. Лишь закатила глаза и поспешила уйти. Прежде, чем тот передумает или скажет ещё одну глупость. — Даже так? Да ты оказывается дебошир, Поттер, — подавшись вперед, театрально шепча, Айрис тихо высмеивала его слова и выгнула дугой бровь. — Ещё какой, Гринграсс, — наклонился вперед и Альбус. Чтобы четче слышала его приглушенный голос, возможно, но во многом для того, чтобы вблизи рассмотреть её черты. — Если я правильно понял, то мы оба пока справляемся с установленными правилами, — шутливо рассуждал он. Рассматривал струящиеся жемчужные волнистые локоны, которые ещё на сантиметров двадцать скрывались от его взгляда под столом. — А это значит… — Это значит то, что я помогу тебе, Поттер. Во всяком случае, постараюсь, — мягко ответила девушка, а ответом своим запустила в нем волну ликования.       Ему вчера всё-таки удалось достучаться до сознания Айрис. Огромным бонусом к этому стало её искреннее желание помочь брату и ему, а на сдачу Поттеру ещё и досталась очаровательная смущенная улыбка, но она-то и заставила его испытывать некое подобие эйфории. Будто тот только что сделал глоток эйфорийного эликсира. Сейчас, глядя на неё, он был безумно признателен своему претерпению за то, что ни одна подобная эмоция не давала внешнего проявления, но внутри всё будто прыгало и трясло маракасами.        Несмотря на тревожные мысли о свитке, переживание за сестру и безумие лучшего друга, Альбус сейчас улыбался. Его словно облепили четырехлистным клевером, набили карманы подковами, и каждый встречный сегодня казался ему приносящим везение трубочистом. Всё пока складывалось так, как он того хотел, а улыбка фортуны в виде спасения от Робардс и согласие Айрис были явным тому подтверждением.