Forget-Me-Not

      Наверно это был первый раз, когда Торду удалось спокойно поспать. Этой ночью его не потревожили ни кошмары, ни злосчастная болезнь. Насколько бы он не был истощен и измучен, казалось, что без волшебного напитка Пола и Патрика, состоящего из лекарств и чего-то еще, заснуть надолго было почти невозможно. Без него Торд всегда просыпался посреди ночи, а его сердце билось так, словно он пробежал марафон. В такие моменты он судорожно хватался за правую руку и пытался отдышаться. Идиотские кошмары.       Открыв глаза в этот раз, он с облегчением вздохнул, когда понял, что это всего лишь головная боль.       Приподняв голову с подушки, что являлась преградой между его лицом и деревянным столом, Торд нахмурился и попытался отогнать ноющую боль. Он приложил ладонь к виску и помассировал, только какого-то ощутимого эффекта это не дало. Неудивительно. Он уже привык и к боли, и к бессоннице. И еще к паре вещей.       "Патрик?" — хрипло прошептал Торд. Даже этого слова было достаточно, чтобы вызвать цепную реакцию. Через несколько мгновений он уже хрипел и кашлял, одной рукой зажимая рот, а другой хватаясь за грудь и впиваясь пальцами в собственную кожу. Кашель усиливался с каждой секундой, болезненно отдаваясь в груди, особенно в те моменты, когда Торд пытался сделать спасительный вдох. Раз за разом, попытка за попыткой жгуче впивались в самый центр груди, создавая тем самым порочный круг боли. Почему? Почему так больно? Он ведь пошел на поправку. Ему должно было стать лучше. Вот только реальность оказалась куда более жестокой. Болеутоляющие не могли действовать вечно, и в какой-то момент они больше не заглушали ту боль, что терзала его изнутри. Она всегда возвращалась. Сильнее и страшнее, чем до этого. Торд уже давно усвоил — если не хочешь задохнуться, то нужно дышать так, чтобы воздуха едва хватало. Только так он мог избежать боли.       Но он уже привык.       Когда кашель, наконец, отступил, Торд с трудом смог восстановить дыхание. Нервно сглотнув, он молча уставился в одну точку мутным взглядом. Просидев в тишине какое-то время, он взялся за края одеяла, что мягко лежало у него на плечах все это время. Медленно оглянул свой, по словам Патрика, кабинет и вдруг кое-что осознал.       Он был один.       Не веря своей догадке, он еще раз пробежался взглядом по комнате. Никого. Закрыв глаза, Торд все же сумел подавить нарастающее беспокойство и убедить себя в том, что Патрик, скорее всего, вышел в коридор. Он бы ни за что не оставил его одного просто так. Они с Полом всегда были с ним рядом, заботились о нем, особенно в те моменты, когда надо было принимать новую порцию лекарств.       Всегда были рядом. Чтобы не потерять его вновь.       Оперевшись левой рукой о край стола, Торд вместе со стулом отодвинулся назад. Придерживая одеяло другой рукой, он медленно встал, позволяя затекшим ногам время привыкнуть к вновь появившемуся весу. На самом деле, одеяло ему нужно было не для того, чтобы согреться, просто парню нравилось чувство уюта и легкого давления ткани на плечи. Если закрыть глаза, то можно было представить, будто он вновь надел свою красную толстовку.       Постояв еще какое-то время, он все же направился в сторону двери, за которой, без сомнений, ждал один из его верных пилотов. Сделав еще один шаг, его левая рука резко потянулась назад, а сзади послышался грохот чего-то металлического. Ах, ну да. Капельница. Он уже и забыл о ее существовании. Закатив глаза и развернувшись, Торд подошел к упавшему штативу с капельницей. Опустившись на одно колено, он ухватился за нее и поставил в вертикальное положение. Черт, эта гадкая штука у него в руке чуть не вырвалась. Покрепче взявшись за штатив, он с мрачным выражением лица отправился на выход.       Как же он ненавидит эту штуку. Больше, чем что-либо на свете. И как в доказательство своим мыслям, Торд еще сильнее сжал капельницу. По правде говоря, сначала он больше всего ненавидел тот факт, что не может уйти с этой базы, но как только появилась капельница… Если хорошенько подумать, то вроде бы иголок он не сильно боялся, но стоило ему проснуться в первую ночь на базе после кошмара, в котором со всех сторон летели куски разорванного красного металла, из руки что-то торчало, а все его тело словно медленно погружалось в холодную воду, он очень сильно перепугался. В тот момент он ничего не понимал, где он или что происходит, поэтому первой его реакцией на чужеродный предмет, естественно, было вырвать и убежать куда подальше.       Пол и Патрик тогда целых десять минут пытались его успокоить, крепко прижав к кровати. Когда Торд уже более-менее пришел в себя, пилоты быстро ему все объяснили и настояли на том, чтобы иглу из руки он все же не вырывал. Его тогда сильно разозлило то, что они все еще разговаривали и вели себя с ним как с ребенком, но больше катетер он не трогал.       На секунду Торд даже почувствовал себя виноватым за свое поведение и за то, как обращался с ними двумя. Он был слишком несдержан и постоянно обвинял их во всем, в чем только можно, хотя они лишь пытались ему помочь. Они были людьми из его прошлого, вот только он никак не мог понять, как они в это прошлое вписывались. Эдд говорил, что раньше они с Тордом были соседями по комнате. И если то, что говорят Патрик и Пол, правда, то как он умудрился создать целую армию у Эдд за спиной? Неужели он не замечал ничего странного? Вспомнив о друге, Торд опустил голову и закрыл глаза. Ему очень его не хватает. Как и Мэтта. И все же, парень не до конца доверял двум пилотам. Сначала они силой забрали его от друзей, потом заперли в белой комнате, а затем уклонялись от любых вопросов, что не были связанны с его здоровьем или базой. Вот только ненавидеть их ему не удавалось. Патрик, например, казался довольно милым. Черт, он так хотел вновь увидеть ребят.       Хотел вернуться домой.       Хрипло вздохнув, Торд разжал руку с капельницы и потянулся к дверной ручке. Повернув ту и открыв дверь, его ладонь вновь обернулась вокруг металлического штатива и потянула за собой в коридор. Даже такая короткая прогулка от стола до двери вызвала у парня сильную отдышку и вспыхнувшую с новой силой головную боль. Сощурившись от болезненных ощущений и яркого света, Торд стал приглядываться.       "Патрик?" — тихо позвал он и несколько раз кашлянул в ладонь.       Ответа не последовало. Коридор был пуст.       "Пол?" — судорожно спросил Торд, когда холодный пот пробил его с ног до головы, а в коленях появилась мелкая дрожь. Мерзкое чувство появилось где-то в глубине живота, мысли хаотично носились в голове, путаясь и сплетаясь в единый клубок. Черт, как же хочется есть, вот почему он мог съесть только куриный бульон и крекеры, без последующего выворачивания наизнанку.       Ответа нет. Он абсолютно один.       Торд просто стоял посреди коридора, не зная, что делать. Их нет. Может, стоит их поискать? Раньше ничего подобного не случалось, эти двое никогда не оставляли его вот так одного, да и разрешение на самовыгул он, вроде, не получал. А может они пошли за лекарствами? Сейчас как раз подходящее время для новой дозы, а то предыдущая начинает ослабевать...       Погодите. Погодите-ка минутку.       Это ведь идеальный шанс. Разве он хотел здесь находиться? Нет. Этот просчет в системе наблюдения мог стать его билетом на свободу. От этой мысли у Торда словно проснулось второе дыхание, и он быстрым шагом направился вниз по коридору, волоча за собой капельницу, грохочущую из-за неровностей на полу. Он сумеет найти выход. И сбежит. У него все получится. Он вернётся домой к Эдду и Мэтту. И к Тому тоже.       Том.       Он на секунду остановился и крепко сжал железный штатив, из-за чего костяшки побелели. Торд пытался выяснить у этих двоих, куда они дели Тома, но в ответ получал лишь молчание. Он не знал ни где Том, ни жив ли он вообще. В последний раз он видел его перед входом в базу, когда несколько солдат тащили его обмякшее тело по земле, оставляя за собой полосу крови, что обильно текла из его головы. Одной мысли о теплой красноватой жидкости было достаточно для рвотного позыва. Закрыв глаза и успокоившись, Торд нахмурил брови. Том жив. Точно жив. И он найдет его.       Покосившись на иглу, что торчала из его руки, парень неуверенно дотронулся до отходящей от нее трубки, а затем потянулся выше. Нет, он не собирался вырывать эту штуку, но если он хочет осуществить план побега, то ему стоит избавиться от надоедливой и вечно грохочущей железяки. Она будет его только задерживать. Дотянувшись до самого верха, Торд снял мешочек с жидкостью, обмотал длинную трубку вокруг руки и спрятал все это в рукав пальто. Таким образом, никто ничего не заподозрит. Пора идти, времени было слишком мало. Неизвестно, когда Патрик и Пол вернутся и обнаружат, что его нет.       На свою удачу, Торд знал откуда стоит начать.

— —

      На удивление, никто даже не пытался его остановить. Все солдаты, что встречались ему на пути, лишь отдавали честь и вставали по стойке смирно, боясь даже шелохнуться в его присутствии. Они не задавали ему никаких вопросов и не пытались подойти ближе, только стояли в неловко повисшей тишине. Пройдя так уже пятого или около того солдата, Торд наконец смог подобрать те слова, которые отлично бы описывали все происходящее. Тихий ужас.       Все это было до жути неловко, но теперь у него появилась возможность пойти куда угодно. Его главной целью сейчас было попасть в ту часть базы, которую Патрик так не хотел ему показывать. Она и вправду выглядела довольно пугающе. На ходу вспоминая все детали своей недавней прогулки, Торд осознал, что так нигде и не увидел хоть чего-то, что отдаленно напоминало бы ему о Томе. А значит надо искать там, где он еще не был. За той огромной железной дверью. Но что же делать с охраной возле нее? Отвлечь?       Или можно просто зайти внутрь. Как только он подошел ближе, стража тут же отдала ему честь и открыла двери.       Ох. Все так просто?       Пройдя в ранее закрытый коридор, Торд на секунду остановился и оглянулся назад, когда услышал скрип стальных дверей и щелчок замка позади себя. Здесь, в отличие от остальной базы, не было солдат. Что ж, теперь он сам по себе. Недоверчиво оглянувшись по сторонам, норвежец сделал пару шагов вперед. Он старался ступать как можно тише. Вдоль пустого коридора тянулась вереница комнат, в каждую из которых вела небольшая железная дверь с маленьким окошком посередине. И даже оно было с прутьями. Заглядывая через него внутрь и понимая, что каждое из помещений было совершенно пустым, Торду с каждым разом становилось чуть легче. Вот только… Тома нигде не было. Здесь вообще никого не было. Тогда почему снаружи стоит охрана? Какой смысл охранять совершенно пустые комнаты? И почему Патрик так избегал этого места, если тут совершенно ничего и никого нет?       От всех этих вопросов у него с новой силой разболелась голова. Подняв руку и вытерев выступающие на лбу капельки пота, Торд продолжил идти вперед по бесконечному коридору. Добравшись, наконец, до самого конца, парень сощурился и заметил еще одну комнату, на которой висела табличка со странным символом. Интересно, что он означает? Подойдя ближе и осмотрев дверь, парень, к своему удивлению, не нашел никакого замка. Он протянул руку вперед и ухватился за ручку в попытке открыть дверь. Но быстро сообразил, что так просто она ему не поддастся. Торд навалился на нее всем своим телом и теми остатками сил, что держали его на ногах. Сначала железка поддаваться не хотела, но после нескольких серьезных толчков, все же сдалась и со скрипом открылась.       С опаской просунув голову в образовавшийся проем, Торд стал внимательно всматриваться в темноту. Свет тут же озарил помещение, доходя примерно до середины. А оно больше, чем казалось снаружи. Стены были абсолютно голыми, даже кровати или другой мебели нигде не было видно. На мгновение ему даже показалось, что комната совершенно пустая, пока в дальнем темном углу что-то не шевельнулось.       Заметив это, Торд сильнее толкнул тяжелую дверь, позволяя свету достигнуть стены напротив. Вот только силуэт в том углу лишь сильнее сжался и попытался отгородиться от света. Торд на это лишь недоумевающе свел брови и еще раз осмотрел фигуру перед собой. Этот кто-то был весь покрыт пылью, грязью и кровью, но даже сквозь все это ему удалось разглядеть такую знакомую синюю толстовку.       “Том?” — с надеждой спросил Торд, чувствуя небывалое облегчение. Он жив. А ведь Торд знал, с самого начала знал! Еще и нашел его так быстро. Может даже те двое пока не заметили его пропажу. У них все еще есть шанс сбежать отсюда до того, как его начнут искать. — “Ты как, в порядке?”. Ответа не последовало. Сильнее забеспокоившись за друга, Торд в считанные секунды оказался в паре шагов от Тома. Тот даже не двинулся. Но ведь он жив, буквально пару секунд назад он пытался как можно сильнее вжаться в угол. Почему он все еще молчит? — “Что случилось?”       Торд сделал еще один шаг вперед и протянул руку в сторону черноглазого. Ему плохо? Теперь, на расстоянии вытянутой руки, норвежец смог разглядеть на Томе множество синяков. Бледно-желтые и фиолетовые пятна расползались по его шее и рукам, чередуясь с неглубокими порезами. О-откуда они у него? Раньше этого не было. Стоило Торду подойти еще чуть ближе, как фигура на полу резко развернулась и накинулась на него. Чья-то рука крепко схватила его за ногу и с силой дернула вниз, тем самым повалив на пол. Воздух со свистом пронесся мимо ушей, а через мгновение голова крепко ударилась об пол. От такого резкого действия, воздух был тут же выбит из легких, оставляя его беспомощно лежать и громко хрипеть. Не успел Торд опомниться, как рука на его лодыжке сжались еще сильнее, а чужие пальцы яростнее впились в еще незажившие синяки. Оглушающий грохот цепей пронесся по коридору, когда его нещадно волокли по земле. Из последних сил русоволосый кинул полный отчаяния взгляд в сторону нападавшего, и все, что он увидел в тот момент, это яростные черные глаза.       “Т-Том?” — с неверием прошептал он, с трудом выговорив это имя. Голова шла кругом, а мир в глазах расплывался тусклыми пятнами, из-за чего было трудно сосредоточиться на знакомом лице, что с победоносной ухмылкой нависало над ним.       “Больше меня этим не проведешь!" — рявкнул в ответ Том, глядя на открытую дверь. Переведя свой бездонный полный ненависти взгляд обратно на Торда, он на секунду отпустил его ногу, чтобы затем покрепче схватиться за край пальто и притянуть того еще ближе. Каждое движение Тома сопровождалось громким железным лязгом, и, несмотря на свое положение, норвежец сумел разглядеть тяжелые металлические кандалы вокруг запястий черноглазого, чьи концы были прикреплены к стене. — “На этот раз ничего не выйдет.”       “Я… Что?” — ошарашенно спросил Торд, переводя взгляд обратно на Тома. Тот в свою очередь каким-то образом умудрился выставить вперед ногу, и коленом упереться ему в грудь. Парень в синей толстовке с силой надавил на нее, словно пытаясь насквозь пронзить оппонента под собой. От резко возникнувшего веса, хрипы Торда вмиг сменились кашлем. Он пытался сделать хоть один вдох, но весь воздух из него беспощадно выдавливали, словно из пластикового пакета. “Т-Том..Я…Не могу…Д-дышать,” — с трудом произнес он одними губами, схватившись левой рукой за колено черноглазого. Что за черт? Что он опять сделал не так?       “Так я тебе и поверил, подонок,” — процедил сквозь зубы Том и еще сильнее навалился на грудную клетку русоволосого, почти вплотную приблизившись к его лицу. И вот опять. Все так же, как и при первой их встрече. Торд уже почувствовал, как голова закружилась еще сильнее, а на глазах появились еле заметные слезы. Ему не хватало сил даже на пару слов. Он ведь хотел его освободить и вместе сбежать с базы. Только и всего. —“И как я мог тебе поверить. Типа, серьезно? Амнезия? Я даже не знаю, что из всего этого тупее: твоя история или тот факт, что я и вправду тебе поверил.” Замолчав на пару секунд, Том вдруг молниеносно ухватился за правую руку норвежца, крепко сжав ту. Внутри Торд все похолодело. С огромным усилием подавив подступающие слезы, он стал беспомощно вырываться из стальной хватки, тратя на это, наверно, последние свои запасы кислорода. Понаблюдав за этой картиной какое-то время, Том резко выставил вперед другую руку, хватаясь ей за горло парня. — “Это была твоя последняя ложь.”— пробормотал Том, начав медленно сжимать пальцы.       “Я тебя ненавижу,” — продолжил он, и Торд почувствовал, как лицо нападавшего стало быстро расплываться и затухать. Что-то мокрое упало на его щеку, из-за чего парень поднял тяжелые веки и из последних сил прищурился в сторону Тома. В комнате почти не было света, а глаза не хотели фокусироваться на цели, но ему показалось, что он…. Плакал?. — “Просто сдохни,” — тихо, словно не хотя произносить эти слова, добавил он.       Нет.       Резко вскинув свободную руку вверх и сжав ту в кулак, Торд ударил Тома в нос. От такого неожиданного сопротивления, руки, сжимавшие горло и правую конечность, тут же отпустили его. Со стороны черноглазого посыпались отборные ругательства, пока их обладатель тщетно пытался избавиться от жжения в районе носа. Сделав долгожданный глоток воздуха, норвежец моментально попятился назад, не обращая внимания на ноющую боль в груди.       “Я-я пытаюсь тебе помочь,” — прохрипел Торд, едва способный произнести пару слов. Кажется, эти слова не подействовали так, как он планировал изначально. Буквально в ту же секунду из темноты вырвалась рука и опять схватила его за ногу, потащив за собой в сторону Тома. Однако в этот раз, вместо горла и правой руки, была схвачена лишь левая. Огромный кулак появился у него над головой и, не давая Торду даже шанса на уклонение, сильно ударил по лицу, отправив его затылок на встречу с твердым бетоном. Приподняв голову, норвежец в еще большем недоумении уставился на Тома, когда тот снова поднял кулак, готовый вновь нанести удар.       “ТЫ ЭТО ЗАСЛУЖИЛ!”       Уже было приготовившись к очередному удару, парень крепко зажмурился и отвернулся в сторону, но его так и не последовало. В который раз за день не понимая, что вообще происходит, Торд открыл глаза и увидел перед собой Патрика. Одной рукой он перехватил удар Тома, а другой cхватил норвежца за воротник пальто. Его тело тут же потащили в сторону двери, пока он часто и хрипло дышал, пытаясь восстановить свое дыхание. Опомнившись и подняв глаза, Торд еще раз взглянул в сторону Патрика. На его лице была слабая улыбка облегчение, но взглядом он словно смотрел в самую душу, действительно беспокоясь за своего босса. Патрик.        Он ничего не сказал, лишь протянул руку и помог Торду встать на ноги. Злобные выкрики и матерные слова все доносились до них со спины, пока их не отвлекли скорые шаги спереди. Через несколько секунд перед ними появился Пол и яростно захлопнул дверь камеры. На секунду его рассерженный взгляд сосредоточился на Торде, из-за чего тот испуганно прижался к Патрику. К счастью, эта пытка закончилась быстро, и Пол отвернулся, кивнув своему товарищу напоследок в ту сторону, откуда он только что сам пришел. И теперь они все вместе направились на выход из длинного коридора, подальше от тюремной части базы и обратно в более знакомые Торду места. Назад в белую комнату.       Впервые в жизни, Торд почувствовал небывалое облегчение, когда увидел знакомые белые стены и яркий свет. Отстранившись от Патрика, он осторожно коснулся того места, куда его ударил Том.       Том и вправду ударил его.       Раньше он бы никогда этого не сделал.       Черт.       Болит.