Возвращение в Дэвенпорт

      Джеймс уже дважды обошел вокруг особняка в поисках Марии с ее туфлями в руках и даже уточнил у стражников, выставленных у входа, не выходила ли девушка в бледно-розовом платье, однако те только недоуменно пожали плечами, мол: “такой не видали”. Подумав про себя, что эта пара громил и медведя у себя под носом не заметили бы, Джеймс вернулся на прием.       Кормак-младший окинул беглым взором гостей, которые еще не успели покинуть приема. -Миссис Смит еще здесь…,- пробормотал он себе под нос, заметив достопочтенную вдову в компании пары дам и быстрым шагом направился к ней.       Женщины что-то воодушевленно обсуждали и чтобы привлечь к себе их внимание, Джеймс деликатно кашлянул. -О, Джеймс, дорогой!- Воскликнула Теодора Смит, кокетливо улыбнувшись. Очевидно, бокал, что она держала в руках, был далеко не первый – женщина не сразу сумела сфокусировать взгляд на юноше.- В чем дело? -Прошу прощения, что нарушаю вашу беседу,- вежливо начал он, поспешно закладывая руки с туфлями за спину, дабы женщины их не заметили,- но я нигде не могу найти Марию. Вы случайно ее не видели?       Теодора на миг призадумалась, поджав губы, затем, будто на нее снизошло озарение, вскинула глаза на Джеймса и ответила: -Должно быть, уехала домой! Может быть, она себя неважно почувствовала или просто устала? Она и раньше частенько убегала с приемов,- пожала плечами женщина. -А, ладно,- невпопад отозвался огорченный этим объявлением молодой человек и, развернувшись, побрел в сторону особняка, резко потеряв всякий интерес к празднеству.       Едва оказавшись в своих покоях, юноша поспешил спрятать свое неправедно нажитое богатство в виде женских туфель в шкаф, дабы они не попались никому на глаза. Затем, стянув с себя темно-серый камзол и небрежно бросив его на кровать, подошел к стоящему в углу большому зеркалу и критично изучил свое отражение. -А где же ты подружку свою бросил?- Раздался голос позади и Джеймс непроизвольно вздрогнул и обернулся. И как это только его отец всегда умудрялся так незаметно подкрадываться? -Она уехала домой,- бросил в ответ юноша, отойдя от зеркала и уставившись в окно.- А что же ты покинул своих гостей? Там, небось, уже подобрал мне с дюжину более подходящих невест?       Шэй нахмурился, но на грубость сына не отреагировал. Сделав пару шагов в сторону Кормака-младшего, он скрестил руки на груди и промолвил: -А гостям и без меня не плохо. И чем же тебе не угодила дочь Скотта Нормана, как тем ее? Гвен, кажется? Дочь банкира – не плохая для тебя партия. Или Анна Уиллоуби? Ее отец, владеет шахтами в окрестностях Фронтира. А Изабель Харди… -Отец!- Воскликнул Джеймс, резко развернувшись к капитану “Морригана” и сжав руки в кулаки.- Я твой сын, а не рыночный товар! Хватит мной торговать, как овощник капустой! Кто тебе сказал, что ты можешь распоряжаться моей судьбой?!       Шэй в мгновение ока оказался перед Джеймсом и, размахнувшись, отвесил юноше резкую пощечину, от которой голова парня мотнулась влево, а правая щека вспыхнула огнем. -Не смей на меня орать, щенок!- Рявкнул тамплиер. Его красивое лицо исказилось от злобы.- Ты, я смотрю, позабыл свое место! Хочешь развлечься с этой нищей девчонкой – я не против! Хочешь – танцуй с ней, хочешь – трахай! Но женишься ты на той, на которой я скажу, понял меня?!       Джеймс стоял, отвернув голову в сторону и упорно глядя в пол. От унижения хотелось провалиться сквозь землю. Так мало того, еще и дверь в спальню была открыта – наверняка кто-то из слуг слышал их перепалку! А это значит, назавтра его весь день будут преследовать сочувственно-любопытные взгляды и перешептывания.       Шэй развернулся и быстрым шагом покинул комнату, не забыв с подобающим грохотом захлопнуть за собой дверь.       Джеймс сполз по стене, уткнувшись лицом в колени и запустив узловатые длинные пальцы в темные растрепавшиеся волосы. Щека горела огнем от боли ***       После плотного ужина, состоящего из тушеных овощей и отварного мяса, Хэйтем уселся на стул и с любопытством принялся наблюдать за Марией, которая, стоя перед засаленным зеркалом, извлекала из сложной прически одну за другой шпильки, позволяя темно-каштановым локонам ниспасть по плечам и спине. -Ты так похожа на свою мать,- задумчиво промолвил англичанин, изучая ее точеный профиль.       Девушка перевела взгляд на Магистра тамплиеров и улыбнулась: -Какая она, моя мать?- Полюбопытствовала она, вынув из волос последнюю шпильку и проведя тонкими пальцами по волосам.       Кэнуэй-старший задумался, потирая подбородок. -Знаешь, она настоящая красавица, а руки у нее просто золотые,- наконец промолвил мужчина, утомленно откидываясь на спинку стула и переводя затуманенный мыслями взгляд в окно, за которым царила глубокая ночь. -А чем она занимается? Расскажи мне все! Я ведь совсем ничего не помню,- с тоской в голосе, напомнила мисс Райт, садясь на стул напротив Хэйтема. -Портниха она,- ответил тот.- Правда, как ты пропала, она шитье совсем забросила, благо хоть о Мэгги она хорошо заботится. -Кто такая Мэгги?- Уточнила Мария. -Твоя младшая сестра. Ей сейчас три года исполнилось. Я до сих пор вспоминаю, как мы с твоим отцом все спорили, как ее назвать, когда она только родилась, а мать твоя тогда сказала, что ее будут звать Мэгген и все тут,- рассмеялся Гранд мастер тамплиеров.- А похожа она становится на бабушку – на мать Коннора, твоего отца… э-э отчима, на Дзио.       Мария затихла, задумчиво гладя на свои руки, затем вскинула голову и спросила: -А кто мой родной отец? -Он умер еще до твоего похищения. Я всех подробностей не знаю, вроде как избили до смерти. Пил он много – твоя мать от него и сбежала, прихватив тебя с собой. Поселились вы в поместье моего сына, а потом, сама понимаешь, как говорится “слово за слово”, ну и поженились они с Коннором…. Неужели ты совсем ничего не помнишь?       Мария отрицательно покачала головой и прикусила губу; ей вдруг так захотелось зареветь из-за того что разум ее так предательски подвел, исключив такие важные моменты жизни. Что еще она забыла? Или кого?       Мария посмотрела на Хэйтема, с горечью осознавая, что, сколько бы ей ни казалось, что она знает этого человека, что ей до боли знакомы эти стальные глаза, манера держаться и эта шляпа-треуголка, она ничего по-настоящему не знала про англичанина – он был чужим человеком и в памяти совсем ничего не всплывало, когда она смотрела на него. -Расскажи мне поподробнее, как ты оказалась у той женщины?- Прервал ее размышления Кэнуэй-старший.       Девушка моргнула, возвращенная мыслями обратно в потрепанную комнату таверны. -Она нашла меня на своем пороге. Это было зимой. Она выходила меня и позволила остаться. Миссис Смит обучала меня наукам и искусству. Хотела сделать из меня леди, однако леди-то из меня не получилось,- со смехом добавила Мария, вытащив из-под юбки босые ноги в драных чулках. -А до этого? Как ты оказалась на ее пороге? -Я не знаю,- Растеряно покачала головой девушка.- Помню только, что было много-много снега и все.       Хэйтем понимающе кивнул, поджав губы. -Ты сказал, что на приеме увидел меня по случайности. Что ты там вообще делал и почему крался по крыше?- Уточнила юная леди. -Хотел решить один вопрос со старым знакомым, но увидел тебя и решил отложить свое дело на потом. А крался, потому что кое-кто из присутствующих не должен был меня увидеть,- довольно туманно пояснил англичанин, отводя взгляд.       Марию, хотя и тревожил тот факт, что Кэнуэй-старший очевидно что-то скрывал от нее. Она была не глупа и прекрасно понимала, что человек, который просто пришел по делу к другому человеку, не стал бы подобно вору красться по крышам, однако сейчас выяснять, в чем же тут дело она не хотела, боясь упустить свою, возможно, единственную возможность выяснить местонахождения своих родных. -Ладно,- вздохнул Великий магистр ордена,- ложись-ка поспи, пока не рассвело. Путь до поместья не близкий.       Девушка не стала спорить – она и впрямь чувствовала себя изрядно уставшей после этой ночи. Прямо в пышном платье она легла в постель и прикрыла глаза. Перед внутренним взором девушки возникло красивое лицо с хитрой улыбкой и чуть сощуренными карими глазами – Джеймс Кормак. Мысленно улыбнувшись самой себе, она поспешила отогнать образ юноши и тут же погрузилась в глубокий мирный сон, не нарушаемый сновидениями.       Хэйтем утомленно посмотрел на Марию, затем перевел взгляд к окну и в который раз за эту ночь нахмурился.       Ночь была ясной. Большая луна озаряла своим светом комнату трактира, бросая тени на лицо англичанина и делая его лицо несколько угрюмым. Редкие прохожие суетливым шагом проходили под окнами трактира, не останавливаясь.       До самого утра мужчина просидел, не сомкнув глаз, все смотрел в окно, за которым зачинался бледно-оранжевый рассвет. Первые торговцы вставали за прилавки своих ларьков и принимались раскладывать свои товар. Постепенно улицы начали наводняться людьми. Хэйтем перевел взгляд на кровать, где тихо посапывая, спала новообретенная внучка.       Тяжело поднявшись со стула, Хэйтем подошел к столу и принялся собирать бумаги и перья. Скоро предстояло будить девушку. Но прежде, он спустился на первый этаж таверны и выторговал у трактирщика старые стоптанные башмаки для девушки, дабы ей не пришлось все дорогу ехать босиком. Вернувшись обратно в комнату и, поставив башмаки на пол, он подошел к кровати и легонько потряс Марию за плечо. Та вздрогнула и открыла глаза. -Просыпайся, пора ехать,- мягко произнес Хэйтем и сдержано улыбнулся.- Возьмем экипаж, и сможешь еще подремать в дороге…. И еще вот, надень их.- Он кивнул в сторону затрапезных ботинок, по которым было даже не понять, мужские они или женские.       Потягиваясь, мисс Райт неохотно поднялась с кровати и потерла заспанные глаза кончиками пальцев, затем бросила взгляд на унылую обновку и поморщилась. -А понаряднее не было? Я ведь впервые за три года увижу родителей,- пожаловалась       Мария, поднимая с пола один ботинок и скептически осматривая его. -Не привередничай. В экипаже тебя никто кроме меня не увидит,- усмехнулся Великий магистр тамплиеров. ***       Наскоро позавтракав, Мария перехватила на улице какого-то мальчишку-оборванца и, сунув ему в руку несколько монет и письмо для Теодоры Смит, велела отнести его по указанному на конверте адресу, мотивировав мальчика тем, что получательница сего письма даст ему еще денег.       Девушка с подозрением еще смотрела вслед убегающему мальчишке, когда из дверей трактира вышел Хэйтем. -Пойду, договорюсь насчет экипажа,- сообщил девушке Кэнуэй-старший.- Не уходи никуда – я скоро.       Однако удача будто бы отвернулась от англичанина – он дважды обошел всю улицу, но нашел только старую повозку, запряженную дряхлой клячей. Мария неудовлетворенно что-то проворчала про то, что сначала страшные чеботы, теперь – сомнительного вида телега. -Не знаю, как Теодора тебя воспитывала, но уж больно сильно она тебя избаловала,- пробормотал Хэйтем, помогая Марии усесться в повозку. -Мы ездили только в экипаже,- отозвалась Мария, как ни в чем не бывало, расправляя помявшееся за ночь платье с таким достоинством, будто собиралась не в лесную глушь, а на бал.       Дорога и впрямь была не близкой, как и говорил Хэйтем. С Теодорой Мария никогда не выезжала за пределы Нью-Йорка и теперь вовсю крутилась в повозке, с неподдельным любопытством осматривая лесные просторы. После полудня мисс Райт и Кэнуэй-старший пообедали тем, что последний купил для них перед отъездом в таверне – сыром с хлебом и вяленым мясом.       Стоило заметить, что погода стояла превосходная: светило яркое солнце, голубое небо без единого облачка, теплый легкий ветерок чуть трепал волосы попутчикам. Птицы, рассевшиеся на ветках деревьев, распевали песни, каждая на свой лад.       Подремать Марии не удалось из-за бесконечной тряски телеги и чтобы себя чем-то развлечь, она периодически принималась задавать Хэйтему вопросы о родителях или поместье. Мужчина даже с улыбкой подумал, что девушка пусть и выросла, осталась все такой же любознательной и любопытной. -Мы подъезжаем,- сообщил англичанин, когда уже начало темнеть, а повозка, трясясь, приближалась к переезду меж скалами.       Девушка завертелась пуще прежнего, будто надеясь, что Эллен или Коннор вот-вот выскочат из кустов. Телега съехала с пригорка и неспешно покатила то проезженной тропе по обе стороны, от которой примостились жилые и хозяйственные постройки. Проходящие мимо люди с любопытством косились на телегу, некоторые из них вежливо здоровались с Хэйтемом, другие, заметив Марию, ахали и восклицали: “Это же та пропавшая девочка!” -Откуда эти люди знают меня?- После третьего восклицания, спросила девушка, внимательно уставившись на тамплиера. -Некоторые из них помогали в твоих поисках, некоторые – знали тебя лично,- ответил Хэйтем и поджал губы.- Пообщаться с ними ты еще успеешь.       От такого пристального внимания к собственной персоне, юной леди стало не по себе. Она опустила глаза, а когда подняла их вновь, то встретилась взглядом с рыжеволосым молодым человеком. Его лицо, усеянное веснушками, было простым и абсолютно бесхитростным, но при взгляде на девушку, оно исказилось гримасой непонимания и словно бы ужаса, будто он увидел призрака. Телега проехала мимо, но молодой человек поторопился за ней следом, прихрамывая на левую ногу. Он все еще не сводил с Марии этого странного взгляда, а она не могла отвести взора от него: эти огненно-рыжие волосы, живые зеленые глаза – в нем все было знакомо ей и лицо, и телосложение и взгляд…. -Филипп?- Прошептала девушка, не в силах оторвать от юноши взгляда.       Хэйтем резко повернул голову и широко раскрытыми глазами уставился на нее, затем на парня, который замер посреди дороги и все глядел им вслед. -Ты помнишь его?- Чуть дрогнувшим голосом вопросил Кэнуэй-старший, чувствуя, как лоб покрывается от волнения испариной.- Этого мальчика?       Воспоминание о той страшной ночи ударило в ее голову вместе с сильной болью в висках, да так, что мисс Райт даже затошнило. Снег валил, застилая глаза и заваливаясь за воротник. От мороза оцепенели руки, а от страха не гнулись ноги. Филипп лежал на снегу, корчась от боли и даже в полутьме было видно расплывающееся по ткани его штанов алое пятно. Девочка отступала назад, испуганно косясь на трех верзил жуткого вида. -Парень нам ни к чему теперь! Хромота ему обеспечена – за него и копейки не заплатят, идиот!- Гаркнул один из верзил своему “товарищу”. -А что он…!- Попытался возмутиться другой, однако был перебит самым крупным из мужчин. -Заткнитесь оба, кретины! Они замолкли, трусовато косясь на последнего, который очевидно являлся главарем их шайки-лейки. Здоровяк в два шага преодолел расстояние до дрожащей от страха и холода девочки и грубо ухватил ее за горло. Мария пискнула и начала задыхаться – его пальцы сжимали ее шею с неимоверной силой. -Не тронь ее, ублюдок!- Заорал из последних сил Филипп, пытаясь встать, однако тут же застонал и упал обратно в сугроб. Его сумбурные попытки встать только вызвали приступ хохота у бандитов. Задыхаясь, почти теряя сознание, Мария дернула ногой и попала коленом точно мерзавцу в пах. Тот разжал пальцы, которыми сжимал горло девчушки и, согнувшись пополам, застонал от боли. Но прежде чем она успела что-то предпринять, двое других кинулись к ней и, схватив в четыре руки, один из бандитов больно ударил Марию в поддых, отчего так вскрикнула и закашлялась. -Сука!- Прохрипел главарь, все еще цепляясь руками за свое пострадавшее достоинство. Один из “шестерок” продолжал держать Марию, другой – наносить один удар за другим. -Мария!- Завопил не своим голосом Филипп, держась за дерево, и подымаясь, опираясь весом на здоровую ногу. -Держи девчонку!- Рявкнул тот из ублюдков, что бил девочку и, кинувшись к парню, размахнулся и, когда тяжелый кулак столкнулся с лицом юноши, он не удержался на ногах и повалился на снег. Нападавший продолжал наносить удары один за другим ногам. У Филиппа из легких будто выкачали весь воздух. Изо рта хлынула густая темная кровь, в волосы комьями набился снег. -Нет, Филипп! Пожалуйста, не трогайте его!- Рыдая, кричала Мария, вырываясь из рук держащего.- Умоляю, не надо! Я все сделаю, только перестаньте! Последняя фраза, произнесенная Марией, повисла в ледяном воздухе почти осязаемая. Верзила-главарь кое-как поднялся на ноги и крикнул: -Ну, хватит! В повозку ее! -А что с этим?- Покосился на него “шестерка”, указывая на Филиппа. -Оставь его – сам сдохнет!- Главарь подошел к Марии и, заглянув ей в глаза, со всех силой ударил кулаком в висок. Теряя сознание, она услышала истерично-надрывное: “Нет, Мария! Ублюдки!”       Мария, не моргая, глядела на рыжего парня, даже не ощутив, как щеку прочертила одинокая слеза. Она не сразу почувствовала, что Хэйтем трясет ее за плечо и зовет по имени. А дрожь, которая пробрала ее тело, никак не была связана с вдруг налетевшим ветром. -Филипп,- с трудом сдерживая рыдания, прошептала она вновь, ощущая, как это имя горечью оседает на языке.- Да, я его помню.