Прах и пепел 36

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Warcraft

Пэйринг и персонажи:
fem!Эльф крови, Паладин
Рейтинг:
R
Жанры:
Драма, Фэнтези, Экшн (action), Дружба
Предупреждения:
Насилие, ОМП, ОЖП, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
планируется Макси, написано 164 страницы, 25 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Для вдохновения!» от Callipso
Описание:
Эллане Салтерил никогда не нравился образ жизни ее отца. И вот настал тот день, когда она поняла, чего на самом деле хочет. Защищать. Кель'Талас поднимается из праха, пережив нашествие Плети, и нельзя дать разрушить его вновь. У младшей дочери лорда из провинции нет для этого ничего, кроме собственного упрямства, но она все равно станет рыцарем. Рыцарем крови.

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Приквел к "Лёд и кровь" (https://ficbook.net/readfic/441157)
Обложка https://pp.userapi.com/c824503/v824503027/9da0b/pkGQl6VXtwU.jpg
Группа ВК со всяким и картинками https://vk.com/public137838084

6. Безрассудство и отвага

27 февраля 2018, 07:47
      — Великое солнце, откуда их столько… — вырвалось у Ланы.
      — С Тропы… Все, что там бродило, все поднимается сюда… — Дейгиль нервно облизнул губы. — Как их только караульные пропустили…
      — В этой части стены нет поста. Обход раз в полчаса… — Эллана окинула взглядом пустой парапет на обе стороны. — Они будто специально время выбрали.
      — Что гадать — надо выбираться отсюда! — Дейгиль схватил за руку Флайран. — Надо предупредить Транквиллион, пока они не добрались до жилой части!
      Он потянул волшебницу, хромающую при каждом шаге, к другому краю террасы.
      — Вот здесь можно перепрыгнуть…
      Флайран вырвала у него свою руку и замотала головой
      — Я не смогу.
      Дейгиль растерянно обернулся, потом снова посмотрел на соседнее здание, оценивая расстояние.
      — Давай на плечи. Я тебя перенесу…
      Флайран отшатнулась от него, снова качая головой.
      — И сколько раз ты так сможешь, прежде чем устанешь? Между нами и стеной полгорода. А если расстояние будет больше? Идите. Идите без меня…
      У нее дрогнули губы, и волшебница крепче вцепилась в посох.
      — Никуда я без тебя не пойду, — категорично заявила Лана.
      — Не говори глупостей…
      — Это ты не говори глупостей. Дейгиль, беги.
      — Что?..
      — Беги за помощью, бес тебя разбери! — закричала Эллана шепотом. — Предупреди город, приведи сюда следопытов, ополчение, кого угодно!..
      Раздавшийся звон заставил всех троих вздрогнуть и обернуться: вылетело цветное стеклышко из штурмуемых нежитью дверок. Эллана быстро обернулась и сунула Дейгилю воющий сверток.
      — И кота возьми…
      Юноша машинально подставил руки, попятился, зацепился несчастным взглядом за Флайран. Та отвернулась. Лана толкнула следопыта в плечо в нужную сторону.
      — Быстро!
      И он, наконец, побежал. Без труда перемахнул щель между домами в пару ярдов, на следующей крыше взял разбег и перелетел через проулок пошире, а затем пропал из виду за надстройками и более высокими зданиями. Лана, глянув вниз, успела заметить, как пара вурдалаков задрали головы, почуяв убегающую жертву, и поспешно отпрянула от края.
      — Дура, — грубо бросила Флайран, не глядя на нее.
      — Сама такая. Идем к пандусу.
      — Я себе не прощу, если обе здесь ляжем. И этому дураку не прощу.
      — Он успеет, — Лана, наконец, освободила от чехла щит и надела его на предплечье. — Я в него верю.
      Она заняла позицию у начала внешнего спуска, присев на колено, чтобы меньше было шансов ее заметить. Отсюда открывался достаточный обзор на ближайшие улочки, чтобы оценить перемещение нежити, пока не обращавшей внимания на двух засевших на верхней террасе живых. Плохо было то, что выход на лестницу фактически оказывался у них за спиной.
      — Лишь бы двери выдержали, — Флайран словно прочитала мысли сестры, приблизившись к пандусу. — Тут я долго смогу их держать.
      Лана молча кивнула. Несмотря на уверенность в голосе, ледяные коготки страха цепляли кожу под одеждой просто от одного взгляда на бегущую внизу нечисть. На улице все произошло слишком быстро, чтобы прочувствовать и испугаться, а вот сейчас, когда было время оценить количество противников и свои шансы…
      Один из вурдалаков остановился и поднял голову. Лана пригнулась еще ниже. Сердце болезненно сжалось и забилось у самого горла, взмокли сжимающие эфес и скобу на щите ладони. «Только бы не заметили… Только бы не сломались двери… Только бы Дейгиль успел…»
      Вурдалак прыгнул на пандус. Лана вздрогнула и вскинула руку, останавливая дернувшуюся сестру.
      — Не надо! Пусть ближе подойдет, а то они все тут будут!..
      Флайран нервно кивнула и притушила вспыхнувший над ладонью шар. Мертвяк, принюхиваясь по-звериному, полз вверх, опираясь на непропорционально длинные руки с разбухшими кистями. Снова зазвенело стекло, заставив дернуться. «Только бы не вытащили кинжал…» — подумала Лана и чуть не пропустила момент. Облезлая голова показалась над изгибом пандуса. Лана резко опустила руку. В раскрытую пасть вурдалака врезался огненный шар, мгновенно вспыхнула высохшая кожа, свисающая лохмотьями вместе с остатками одежды. Горящий труп опрокинулся и исчез из поля зрения.
      — Видели бы меня мои учителя… — пробормотала Флайран.
      Лана вытянула шею, пытаясь разглядеть, заметили ли вспышку остальные. Но нежить как будто даже не чуяла их. Мертвецы так целенаправленно текли через руины, словно ими кто-то управлял. Эллана проследила за направлением этого потока, и ее снова пробрала дрожь.
      — Флай… Они двигаются в двух направлениях, — прошептала она. — Одни идут к городу — а другие к внешним воротам!..
      — Но там-то есть пост?
      — Караульные не смотрят в руины. Они смотрят за стену…
      Она наблюдала, как темная волна заполняет ближайшие улицы. Далеко не рассмотреть, но навскидку нежить уже была на полпути к цели. Лана обернулась к сестре.
      — Надо как-то заставить их оглянуться.
      — Нам бы сидеть потише и самим ждать помощи.
      — Флай, их же просто сожрут там, если застанут врасплох! Сколько бойцов погибнет…
      — Для меня имеет значение только один — ты! – прошипела волшебница, выдерживая умоляющий взгляд сестры.
      — А я не прощу себе этого, — сказала Лана и отвернулась.
      Флайран шумно вздохнула.
      — Какая же ты упрямая… — волшебница встала во весь рост и размахнулась. В ее пальцах вспыхнул маленький шарик, но стоило ему отправиться в полет, аркана загорелась ярче, вспухая подобно маленькому солнцу, пока, наконец, не рванула с грохотом. В небе над руинами на несколько секунд повис пламенный череп. Флайран невольно попятилась. — Вот теперь нас точно все увидели…
      Поток внизу вздрогнул и остановился. Вурдалаки поднимали головы, тупо рассматривая тающую иллюзию в небе. А потом все как один повернулись к ним. Эллана снова почувствовала, как шевелятся волосы. Поток разделился. И половина его потекла на их пандус.
      В первых врезались огненные шары. Скрываться дальше было бесполезно, Флайран атаковала мертвецов, стоило им подняться хотя бы на фут. У сестер выходила приличная фора, пока вурдалаки делали крюк по петлей выгибающемуся пандусу. Лана тоже встала.
      — Не оборачивайся. То, что дойдет до поворота, я срублю.
      — Ничто не дойдет, — огрызнулась Флайран.
      Над южной стеной прочертила яркий след сигнальная стрела. Эллана выдохнула чуть свободнее: они сделали все, что смогли. Теперь осталось только как-то выжить.
      Пламенные вспышки так и мелькали. Флайран выкашивала вурдалаков прицельно и целыми группами, обрушивая на их головы огненные взрывы. Светлый камень пандуса быстро покрывался копотью и горелыми останками, ложащимися ковром. Но Лана, то и дело поглядывая на сестру, видела, что творить чары той становится все тяжелее. Ее бледность становилась пугающей, пот струился по лицу ручьем, и ничего удивительного, что через сколько-то минут — время стало тягучим и медленным — она все же начала ошибаться. Вурдалаки показались над воздушным изгибом, и Лана приготовилась к атаке.
      Первый прыгнул на нее с нескольких ярдов. Эллане показалось, он завис, застрял в воздухе, хотя сердце успело ударить всего дважды, прежде чем лезвие меча врезалось в ветхие ребра, разрубая мертвеца пополам. Она закрылась щитом от клацнувших челюстей и спихнула голову с террасы, уже отражая атаку следующего. Ее движения были не сложнее того, что заставлял отрабатывать гражданских-ополченцев Леоник, но и вурдалаки не пользовались изощренными приемами. Они стремились к одному: наброситься и сожрать. И лишь в одном было их несомненное преимущество: они не кончались.
      — Лана! — хрипло выдохнула Флайран.
      Мимо ее лица пролетела огненная струя, слизывая прущих рекой вурдалаков. Лана и не заметила, что их поднялось так много. Сквозь гул пламени и вой мертвецов взрывом прозвучал звон стекла. Почему-то именно в этот раз, хотя где-то на задворках сознания Эллана могла бы отметить, что треск выбитого витража уже давно звучит нестройной канонадой.
      — Назад, назад!
      Они отпрянули от края. А из-за надстройки выкатилась целая стая тех, кто так упорно ломился в двери.
      Флайран отпихнула сестру за спину. От ее широко разведенных рук хлынуло пламя. Волшебница пошатнулась, отступая. Ее лицо, увиденное мельком, вызвало у Ланы ужас: глаза запали, подбородок заострился, как у мертвой. Флайран трясло.
      Из-за вставшего стеной огня выскочило два уцелевших вурдалака. С пальцев волшебницы со щелчком сорвалась и тут же потухла искра. Флайран, закусив губу, судорожно зашарила у пояса.
      — Проклятье…
      Вурдалаки прыгнули. Эллана широким выпадом разрубила одного, второму снесла с прогнившей шеи голову кромкой щита. А в следующий миг ее сбила с ног третья тварь, успевшая взобраться по пандусу. Удар о каменный пол выбил воздух из легких. Над рефлекторно поднятым щитом клацнули зубы, когтистые лапы заскребли по кольчуге. В вурдалака с хрустом врезался деревянный посох Флайран, отбрасывая его вниз. Волшебница с трудом устояла на ногах и обратным взмахом снесла еще одного мертвеца, кинувшегося на нее с другой стороны. Тварь вцепилась в посох, вырывая его из рук, и вместе с ним грохнулась за край террасы. Флайран упала на колени и ползком подалась назад.
      Эллана успела подняться, прежде чем остальные вурдалаки налетели на них всей стаей, толкаясь и мешая друг другу. Меч рубил их гнилые головы направо и налево. Лапы и разверстые пасти принимал на себя щит. Все реакции обострились как никогда. Лана ловила движение на самой периферии зрения и встречала его клинком даже прежде, чем успевала понять. Она отбивалась и делала еще один шаг назад. Кожаная обмотка рукояти пропиталась ее потом; пот заливал глаза, а легким не хватало воздуха в удушливом смраде горелой мертвечины. Это тянулось бесконечно долго — пока в уши не пробился крик Флайран:
      — Стой! Дальше обрыв!
      «Дальше обрыв…»
      Лана срубила очередного вурдалака и подняла голову на летящего на нее нового. И поняла, что не успевает поднять меч. Рука с отяжелевшим клинком двигалась по восходящей дуге. Он будет в наивысшей точке, когда вурдалачьи зубы вцепятся в горло. И опустится, но уже слишком поздно. Понимание этого пролетело в голове в доли секунды, и пришла отрешенная мысль: «Неужели вот так…»
      Сверкнуло. Вурдалака прибило к земле в ярде от ее ног, насквозь пронзив солнечным лучом в виде клинка. Меч по инерции опустился на голову другой твари. Та скрипуче крякнула и дернулась, уже падая, от впившейся в нее золотой стрелки. По поредевшей толпе мертвецов пронесся светлый диск, разрывая уродливые туши и обращая их в неподвижные кучки костей и гнилой плоти.
      Лана повернула голову. Харис Дыхание Света опустил золотящийся остаточной магией щит и молча кивнул им на пандус.
      Сил говорить что-либо не было. Эллана только наклонилась, чтобы помочь сестре. Флайран повисла на ее плече, дыша с надрывом и сильно хромая, когда они почти бегом преодолевали спуск. Харис шел впереди всего на полшага, внимательно контролируя переулок в обе стороны и первым заглядывая за повороты. Встречная нежить упокаивалась быстро и без лишних слов: мечом, щитом, сверкающими солнечными фантомами. Лана обратила внимание, что они идут по дороге, уже усеянной трупами. Харис добивал то, что пропустил.
      Он вывел их на главную улицу. Здесь было поразительно чисто. А у внутреннего поста собралась приличная толпа народу. Лана заметила лучников, цепью растянувшихся по стенам. Среди них — Марика все в том же фартуке. Навстречу выбежал растрепанный Дейгиль и попытался помочь, подхватив Флайран под другую руку и обняв за талию. Тут уже хлопотали жрицы.
      — Моя дорогая, я же говорила беречь колено! — укоризненно покачала головой знакомая им сестра Нарсилла, принимая волшебницу с рук на руки. Ее усадили на составленные под стеной ящики. — Эльсия! Нужно укрепляющее зелье!
      Помощница отвернулась к своей сумке. Нарсилла бросила быстрый взгляд за спину и втиснула в ладонь Флайран маленький зеленоватый кристалл. Волшебница сжала кулак, полыхнула неяркая вспышка. У Флайран закатились глаза, а на лице немного дергано растянулась счастливая улыбка.
      — Мы отразили одну волну, — меж тем сообщила женщина в маскировочной куртке следопыта. — Через полчаса с северной дороги вернется патруль. От перевала будет в лучшем случае через два.
      — Я помогу удержать внешнюю стену до их подхода, — сказал Харис. Присутствующий здесь же Леоник подал ему поводья бронированного талассийца.
      — Я с тобой. Белонис, поручаю своих бойцов тебе.
      Рыцарь крови и командир городского ополчения оседлали лошадей и ускакали к внешней стене, проскочив в узкую щель между раздвинутых рогаток. Эллана перевела взгляд на сестру. Флайран выглядела заметно лучше: на щеки вернулся румянец, плечи больше не дрожали, лицо не выглядело натянутой на череп маской.
      — Тебе следует пару дней воздержаться от активной магии, — сказала Нарсилла. — Выпей еще вот это…
      Убедившись, что сестра в надежных руках, Лана сделала несколько шагов, оглядываясь, на что еще тут можно примоститься, и с кем-то столкнулась. Знакомая девочка-подросток посмотрела на нее огромными испуганными глазами и протянула ее куртку.
      — Спасибо… — машинально поблагодарила эльфийка.
      — Линки!..
      Одна из женщин на посту попыталась привлечь внимание ребенка и сердито замахала руками. Девочка закивала ей, даже попятилась, но тут, передумав в последний момент, порывисто подалась вперед и обняла Лану.
      — Спасибо за Чернолапку… — прошептала Линки, хлюпнув носом, и, так же резко отстранившись, побежала обратно к дому.
      Эллана подумала, что на сегодня с нее достаточно. Она просто уронила меч и щит под ноги и, накинув возвращенную куртку, села на бортик ближайшей каменной клумбы.
      — Представляю, как мне еще достанется от матери… — говорил где-то рядом Дейгиль. Что-то строго диктовали жрицы, но окружающие голоса глохли и сливались в один невнятный гул. И вместе с накатившимся на расслабившееся тело крупным ознобом, вместе с прострелившей болью в ушибленной спине, плечах и пояснице на Эллану, наконец, навалилось осознание, как близко в этот раз прошла смерть.
      
      

***


      С нашествием мертвецов удалось справиться до вечера. Вернувшиеся следопыты укрепили позиции на внутренней стене, выкашивая волнами накатывающую нежить чародейными стрелами. Харис с Леоником помогали ополчению удерживать внешний пост, пока не дождались южного патруля. Тогда, не опасаясь за тылы, рыцарь крови с несколькими бойцами заткнул прорыв и оборвал и без того истончившийся уже поток мертвецов. После этого защитники Транквиллиона перегруппировались и зачистили руины. Ночь прошла тревожно для горожан, но с утра следопыты говорили, что давно не выдавалось такого спокойного дежурства. Однако никто не считал это поводом расслабляться. Нежить в таком количестве тоже не нападала на Транквиллион с самого нашествия.
      По городу ползали невеселые слухи, что все это неспроста. Все чаще звучала мысль, будто тварями с Тропы управляла чья-то злая воля. Закрывать на это глаза было нельзя. Если в окрестностях действительно остался некромант, рано или поздно он ударит снова. Но отправлять следопытов на полномасштабную разведку означало оставить без защиты главный тракт. У Транквиллиона катастрофически не хватало людей.
      Леоник увеличил количество внешних постов. Западная стена, считавшаяся неприступной из-за отвесного обрыва, начинавшегося прямо под ней, удостоилась теперь более пристального внимания, чем обход раз в полчаса. Мертвецы просто устроили насыпь из собственных тел, чтобы подняться по ней. Эта куча, конечно, была сожжена, но теперь приходилось учитывать и такую возможность.
      Разумеется, из-за всего этого был пересмотрен график. Свободных дней стало меньше. В казармах Эллану окружали хмурые лица, но никто Леонику не перечил. Кроме их самих некому было защитить город.
      На фоне этого неприятная история с Харисом на тренировке отошла на второй план. Никто над Ланой не насмехался, как она боялась. На нее вообще не обращали какого-то особенного внимания. Да и не было повода. В караулах они просто делали свою работу, а в казармах она почти не появлялась. После дневного дежурства Лана сбегала на пустую тренировочную площадку рубиться с манекенами в гордом одиночестве и возвращалась только к отбою.
      Этот вечер не стал исключением.
      Из тренировочного столба летели щепки. Лана прищурилась. Транквиллион окутывали сумерки — такие же серые, как и дни в нем, только тени становились глубже, а расстояния обманчивее. Через полчаса стемнеет совсем. Эльфийка отбросила волосы назад и заново начала серию.
      — Не надоело?
      Она споткнулась на ровном месте. Меч с глухим звуком врезался в дерево и отлетел от него, оставив зарубку. Лана обернулась. У стойки с оружием, прикрытой сейчас брезентом, стоял Харис, как обычно, в полном обмундировании. Разве что щит он в городе не носил.
      — Что тебе нужно? — недружелюбно спросила Эллана, пытаясь угадать, сколько он так стоит и смотрит. И сколько ошибок она за это время сделала.
      — Леоник сказал, я был неправ, придя во время тренировки.
      — Это что, извинения?
      — А это что — благодарность? — хмыкнул он.
      — Спасибо, что спас нас с сестрой, — буркнула Лана и отвернулась обратно к манекену. Тренироваться при рыцаре не хотелось, но нужно было показать ему, что разговор окончен. И она снова начала — с простых и не слишком сильных ударов.
      — Все еще на меня злишься? — Харис повысил голос.
      Лана не стала отвечать, постаравшись сосредоточиться на собственных движениях.
      — Разве в казарме тебе обижают?
      Она нетерпеливо сдула с глаз волосы и стиснула зубы. Можно подумать, если б обижали, она об этом сказала бы. Удары против воли становились резче и сильнее. Снова полетели щепки.
      — Всегда злишься, когда что-то не получается?
      В голосе Хариса, который она старалась не слушать, засквозили веселые нотки.
      — Локоть выше, взмах быстрее. Разверни корпус!
      Тело рефлекторно выполнило эти команды. Лана подумала, что сейчас зарычит. Проклятый рыцарь не собирался убираться. Придется заканчивать и уходить самой.
      — Если ты так хочешь стать рыцарем крови, то почему ты здесь, а не в столице?
      Меч врубился в манекен на четверть. Мысленно выругавшись, Лана на пробу дернула и отпустила рукоять. Оружие крепко засело в дереве, а она не хотела снова выставлять себя на посмешище, пытаясь вырвать его.
      — Какое тебе дело вообще? Что ты от меня хочешь?! — огрызнулась она, резко обернувшись и сложив руки на груди.
      — Например, честного ответа? — Харис улыбнулся. — Как в нашу прошлую встречу.
      — Я провалилась на вступительном испытании, — прорычала Эллана. — Достаточно? Доволен?!
      — Почему?
      Она шумно выдохнула через нос.
      — Потому что мне далеко до рыцаря крови и тратить на меня время не имеет смысла. Даже принимающий не стал смотреть до конца.
      — Ваш бой остановили? — он поднял брови.
      Эллана промолчала. Харис подошел и, отодвинув ее плечом, с усилием выдернул клинок из колоды. Взвесил в руке и подбросил, перехватывая за лезвие, чтобы протянуть рукоятью вперед. Она раздраженным движением забрала свое оружие.
      — Ты была единственной девушкой на потоке? — спокойно спросил рыцарь, отходя на несколько шагов.
      — Да, и мне дали самого мелкого противника. Он был ниже меня, — колюче ответила Эллана.
      — Хорошо, постараюсь держать руку ниже, — хмыкнул Харис, вынимая из ножен меч. — Давай, покажи мне, как это было, — ответил он на ее недоуменный взгляд. — Начни медленно.
      Лана застыла в замешательстве. Его спокойный тон и уверенность, игнорирующие все ее выпады, сбивали с толку. Харис стоял и ждал в классической позиции, немного опустив меч, как и обещал.
      — Он был со щитом? — уточнил он.
      — Нет, с бастардом.
      — Хорошо. Начинай.
      Она раздраженно дернула плечом и шагнула вперед, неуверенно занося меч. Первый удар пошел по дуге. Лана сомневалась, что все было именно так тогда – перед испытанием ее мало что не трясло, сам бой остался как в тумане — тело действовало, она старалась дышать, может что-то еще, но память сохранила лишь обрывки: вспышку боли в ушибленной руке, яростный натиск соперника — и усталость, горькую усталость и разочарование, когда принимающий прошел мимо.
      Клинки столкнулись. Харис парировал осторожно, они с тем рыжим парнем бились куда жестче. Сейчас воспроизводимый поединок больше походил на танец: плавные шаг вперед, половина назад; мечи встречаются лезвиями, как партнеры руками.
      — Что потом? Он тебя обезоружил? Его техника оказалась лучше?
      — Инструктор сказал…
      — Забудь, что сказал инструктор. Как ты ощущала этот бой?
      Эллана остановилась, не опуская меча, и посмотрела Харису в глаза.
      — Он был яростным. Мы оба хотели победить и бились так, что искры летели. Я не помню технику. Помню, как он ударил в щит, и у меня отнялась рука.
      Харис сделал молниеносный финт. Лана рефлекторно дернулась, но ей не хватило реакции. В глазах вспыхнуло алым, левый локоть прострелила резкая боль. Рука безвольно опустилась, но рыцарь и не думал останавливаться. Его клинок сверкнул перед глазами, и Лана в последний момент подставила свой. Лязг, лязг, лязг…
      — Что было дальше? — Харис продолжал наступать. Его удары стали быстрыми и жесткими. Эллана едва успевала блокировать, дыхания не хватало на ответ. Она пригнулась под просвистевшем в дюйме лезвием, парировала и отступила еще на шаг, еще и еще. Харис безжалостно гнал ее по площадке, пока в спину вдруг не уперлось что-то твердое. Лана растерялась, потеряла на миг равновесие, и рыцарь, отбив меч далеко в сторону, прижал ее к тренировочному манекену, уперев кончик клинка в подбородок. — Здесь вас остановили?
      — Раньше… — прохрипела Лана.
      Харис отпрянул, подцепив лезвие ее меча.
      — Давай в обратном порядке.
      Они снова пошли медленно, обмениваясь условными ударами, как танцоры. Там у нее этих ударов не было. Она вспомнила, как заскрежетал клинок, и задрожала рука.
      — Здесь. Он пытался продавить блок.
      — Продавил бы?
      — Не знаю.
      Харис опустил меч и убрал его в ножны.
      — В целом, понятно, — он протянул руку и положил ладонь ей повыше локтя. Лана сдержала порыв шарахнуться в сторону, но, когда горячий импульс прострелил ее до плеча и до кончиков пальцев, все же вздрогнула. Харис не обратил внимания. — Но почему ты не попробовала еще раз?
      — А смысл?
      — Тебе неудачно выбрали партнера. Принимающий должен был назначить другого после того, как исцелил повреждения.
      — Я ушла, — Лана осторожно подвигала рукой. В кончиках пальцев покалывало. — Да и какая разница? Я уже проиграла.
      — Смысл испытания не в том, чтобы победить. Почему ваш бой остановили?
      Она пожала одним плечом и поискала взглядом свой чехол под оружие. Темнело. Пора было возвращаться в казарму.
      — Потому что, — огрызнулась Лана. — Я не буду это снова повторять.
      — Повторять что?
      — Что я ни на что не годна.
      Харис схватил ее за локоть и заставил повернуться лицом.
      — Девочка, — раздражаясь, произнес он. — Ваш бой остановили только потому, что ты не могла сражаться дальше.
      — Но я могла! — горячо возразила Лана. — У меня оставалась вторая рука. Пока я могла держать меч, я могла сражаться!
      Харис отпустил ее. Потер подбородок пальцами, посмотрел куда-то в сторону и недоверчиво усмехнулся. Эллана глянула на него сердито и пошла убирать меч и щит в оставленный под стойкой кожух.
      — Если бы я был принимающим на твоем испытании, ты осталась бы в Луносвете, — оклик на полпути застал ее врасплох и заставил обернуться, недоуменно вскинув брови. Харис покачал головой. — Но я не принимающий. Поэтому все, что я сейчас могу, это стать для тебя наставником. Если ты, конечно, согласишься.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.