Твоя любимая "принцесска"!

— Уважаемые ребята! — начала наша классная. Понятно же, судя по тону, опять какую-то пургу нести будет: деньги сдать, шторы постирать, полы у неё в классе помыть или на субботник вызваться. Я старался особо в её слова не вслушиваться, листая под партой ленту ВК. А тем временем продолжала говорить: — С ноября, сразу же после каникул, будет проводиться турнир по шахматам между школами района. — Услышав это, я резко подобрался, ударившись коленкой о парту. Фак! — У кого есть желание поучаствовать, может записаться в актовом зале до конца недели. Скажу сразу: будет специальный отбор, который отсеет всех, кто просто хочет получить поблажку по учёбе. Даже не стоит пробовать, вас будут тестировать знающие своё дело люди. Блин, я очень хочу поучаствовать. Так хочу! И буду. Куда там идти? В актовый зал? Да легко! Как же круто! Я так был рад данной новости, что чуть не захлопал в ладоши. Я старался не ёрзать на стуле в ожидания конца этого грёбаного урока. Ааа, это ж шахматы! — И ещё кое-что: занявшие призовые места выйдут на город, где состоится финал. Эти ребята получат автоматом оценки за полугодие, и им не придётся сдавать внутренние экзамены по предметам. А если кто-то из нашего лицея займёт призовое место в финале, то отправится в бесплатную поездку на новогодние каникулы в Москву. Это распоряжение подписано нашим директором. Желаю успехов! Евгения Павловна покинула класс истории, цокая каблучками по полу. Класс оживился, начав обсуждать возможности, которые даст победа хотя бы в соревновании по району. Меня это не интересовало, если честно. Мне просто хотелось поиграть в шахматы. Я соскучился по этому занятию. Даже пальцы начало покалывать от предвкушения. Давно я не держал в руках ладью, королеву и слона. Пешечки мои любимые. Ах, как же захотелось... — Ребята, обсýдите всё на перемене, а сейчас у нас новая тема! — сказала Татьяна Викторовна. И урок начался. А я только и думал о том, когда прозвенит звонок и как я побегу записываться на этот турнир. А время как на зло шло очееень меееедленно. Так черепахи и улитки даже не ползают, а время ползло. Я весь измаялся, извёлся, а Кирилл, судя по всему, был слишком увлечён темой урока, поэтому моих психов не замечал или просто делал вид. Через миллиард минут, не меньше, прозвенел спасительный звонок. Я побросал все свои вещи в сумку и вылетел из кабинета самый первый. Даже задание не переписал, так мне хотелось побыстрее подняться в актовый зал. Я стремительно преодолевал ступеньку за ступенькой, иногда перепрыгивая через две сразу. Понимал, что будет огромная очередь. Такие ништяки стояли на кону. Распахнул дверь актового зала, а там... Ебать! Вообще никого. Только две девчонки сидели за столом в центре, ожидая хотя бы кого-нибудь. Это помещение было слишком огромным для них. И было как-то очень тихо. Не хватало только перекати-поля. — Привет, девчонки! А здесь можно зарегистрироваться на шахматный турнир? — Добрый день. Да. Проходи. Ты, кстати, первый из всего лицея. — Надеюсь, не последний, — хмуро добавила вторая. — Да ладно тебе, Оль, освободили от уроков на целый день. Это же классно! — Очень! Я уже по пятому кругу новости в ВК листаю одни и те же. Надоело. — Успокойся, — сказала девушка своей напарнице. — Извини, — а это уже было адресовано было мне, — заполни пока анкету, пожалуйста. Я кивнул и сел за стол перед девушками. Пока заполнял, дверь открылась снова, и зашёл (кто бы мог вообще подумать) Кирилл. Я удивился. Он что, в шахматы играть умеет? Чего я ещё о нём не знаю? Он, улыбнувшись, сел рядом. — Привет, Кирилл, — хором промурлыкали девушки. — Заполни анкету. — Привет. Спасибо. — Ты и в шахматы играешь? — чуть скосив глаза в сторону брата, спросил я. — Ну немного так, а что? — роясь в сумке в поисках ручки, ответил он. — Не, ничего. Просто так спросил. — А ты?.. — Ой, что ты, нет, конечно. Я просто вылетел со скоростью света из кабинета истории сюда для того, чтобы этим милым девушкам компанию составить. Видишь, как им тут грустно сидеть. — Похвально, — ответил Кирилл. — Со скольких лет? — после десятка секунд тишины спросил он. — С семи. А ты? — С десяти. — Чего я ещё о тебе не знаю? — прищурившись, спросил я. — Тебе и не снилось. Я кинул взгляд на девушек. Они шушукались и посматривали на нас. Я продолжил заполнять анкету, Кирилл — тоже. Закончили мы одновременно и собирались уже выходить, как: — Ребята, мы желаем вам обоим удачи! — девчонки поочерёдно нас обняли. — Такое раньше здесь проводилось? Мы уже вышли из актового зала, и нужно были идти на следующий урок. — Не-а, впервые. Да и стимулы такие шикарные. Можно за них побороться. Что думаешь? — Я просто хочу поиграть. Соскучился по этому. А победить — это просто будет приятным бонусом. Я за этим не гонюсь. — Зря. Шахматы — это такой же вид спорта, как и все остальные, и в нём тоже присутствует дух соперничества. — Я кандидат в мастера спорта по шахматам. Я уже много чего выиграл и редко встречал соперников по своему уровню. Вряд ли и в этот раз встречу кого-то действительно достойного. — Ты крайне самонадеян. — Я исхожу из того, что видел сам. — Спорим, что найдётся тот, кто обыграет тебя хотя бы раз! — С тобой спорить стрёмно. Придумаешь какую-нибудь хуету. Типа голому пробежаться по коридору лицея, или полакать из лужи на виду у всего лицея, или засосать бомжа, или дать поджопник нашему охраннику Фёдору, или... — Я тебя понял. Можешь не продолжать. Нет, желание будет стандартным. Не пошлым. — Ух ты ж блядь! — воскликнул я, вскинув руки. — Ну, на такие условия я согласен. Я уже мысленно предвкушающе потирал ручки и думал о том, чего же мне бы хотелось? — Каково будет твоё желание? — из вежливости спросил я. Понимаю, формальности, но всё-таки. — Если найдётся человек, который тебя сделает, мы с тобой набухаемся просто в дрова. Будем пить как не в себя. — А за чей счёт? — За твой, конечно же. — Согласен, — я кивнул. Спор есть спор. — А если я выиграю, то ты приготовишь мне ужин. — При свечах? — прыснул он. — Необязательно. Но из пяти блюд и десерт. — А ты не лопнешь, деточка? — Да ты охуеешь, когда узнаешь, сколько в меня за один раз может влезть. И да, от этой фразы он реально охуел, подавившись слюной. А что я такого, собственно, сказал? — Опять гейский подтекст? — спросил я. — Неее, — протянул он, пытаясь прокашляться. — Просто подавился. — Ну-ну. *** Наконец-то вернулись родители из свадебного путешествия. Я был несказанно рад. Безумно соскучился по папе. — Дима, сынок! — Папа! Ну и пусть эта наша встреча после долгой разлуки может напомнить ванильную историю любви. Ну, там голуби разлетаются в разные стороны на набережной, может быть, даже дождь льёт как из ведра, и вы бежите навстречу другу другу. А потом со слезами на глазах обнимаетесь и говорите взахлёб о том, что больше так надолго покидать друг друга не будете. Ладно, снова меня унесло в неведомые дали моего подсознания. Я просто охренеть как рад, что они вернулись. Но не могу не сказать: это затянувшееся свадебное путешествие пошло на пользу всем. Не только им. Но и нам с Кириллом. Мы всё-таки смогли разобраться в своих отношениях и больше не ругаемся как черти. — Ну, как вы тут, мальчики? — спросила Марина. — Отлично! — улыбнулся я. — Просто превосходно! — ответил Кирилл и положил мне руку на плечо. Движение оказалось немного смазанным, потому как парень скользнул по моей спине пальцами. А футболка у меня тоненькая. Я почувствовал холод его пальцев. Снова. Снова мурашки. — Вижу. Прибрались даже к нашему приезду. Молодцы какие! — Ну, мааам! — протянул Кирилл, улыбаясь. — А что я такого сказала? — засмеялась Марина. Мы быстро подняли все сумки. Пока родители приводили себя в порядок после долгой дороги, я подготавливал стол, а Кирилл путался под ногами. Всё как всегда. — Ну, Дим, давай я хотя бы что-нибудь сделаю. — Кирилл, не беси. Я сейчас всё испорчу, если будешь под руку тявкать! — Уфф, — он скрестил руки на груди и выпятил нижнюю губу, — ти пляхой! Бяка! — сказал он детским голосом и показал мне язык. Я удивлённо посмотрел на своего "пятилетнего" братишку. А потом рассмеялся. — Это несмешно! — он топнул ножкой. — Если ты не прекратишь, то я.. — задумался я, — .. я тебя в угол поставлю! — выставив указательный палец, сказал я. Он сдвинул бровки и смотрел на меня так обиженно и жалобно, что я сдался. — Ладно, — на выдохе произнёс я, — вот тебе майонез, вот тебе незаправленный оливье. Что делать, ты знаешь. Его лицо мгновенно преобразилось. Он аж расцвёл. Улыбаясь во все тридцать два (или сколько у него их там повылазило?), он поскакал со своей ношей за стол. Я же, глядя на это чудо, усмехнулся и отвернулся к плите. Что за дитё?! Но очень милое. Стоп, милое? Ладно, сейчас не буду себя переубеждать. Он действительно выглядел мило. Даже очаровательно. *** Мы сели за стол. Кирилл постоянно вертелся, сидя на стуле, будто ему не терпелось что-то сделать. Я же накладывал порции всем и себе, естественно. Я что, самый левый? Хрена с два! — Мальчики, как же я рада, что вы действительно подружились! — наворачивая салат, сказала Марина. — И дом цел, и сами без синяков. — Ха-ха! Это она ещё не знает, как мы на уроке физкультуры подрались. Ну, как подрались, подрался. Я подрался. Да, немного сложновато для понимания. И хорошо, что синяк со скулы уже сошёл, а то Марине происхождение сей красоты на пол-лица её сына мне объяснять не хотелось совсем. Кирилл на её слова цокнул языком и закатил глаза. — Что? — спросила женщина. — Ничего. Давайте я лучше скажу тост, — вызвался Кирилл. Все внимательно уставились на него и подняли свои напитки: вино (Марина), коньяк (папа) и сок (я и Кирилл). Я поднял голову, так как Кирилл сидел рядом со мной. И да, это первый раз, когда мы сидели рядом, а не напротив. Но я не против. Вот такой вот каламбур. — Я очень рад, что вы вернулись. Но вы правильно сделали, что уехали отдыхать. Вы просто обязаны были провести время наедине. Вы это заслужили. Я так рад, что моя семья снова полная. И даже брат появился. — Я усмехнулся. — Которого я очень люблю, — пауза, вдох. — За время вашего отъезда мы лучше узнали друг друга, познакомились и подружились. — Ну, пока не полностью, конечно. Но мы реально близки к этому. Хотя я точно бы не поверил в это пару недель назад. — Димка хороший. Не позволил мне рухнуть в обморок от голода! — гордо заявил Кирилл. Родители засмеялись. — Знаете, как он вкусно готовит борщ? — буквально с детской радостью в голосе спросил он. Папа кивнул, а я уткнулся себе в плечо. Так неловко и так приятно такое слышать. — Короче, я хочу, чтобы идиллия в нашей семье никогда не кончалась. И пусть Сергей не встретил мою маму раньше, я вижу, как вы счастливы друг с другом. Любовь в ваших глазах ничем не скрыть. За вас! Мы чокнулись и сделали по паре глотков из своих бокалов. Родители поцеловались, а потом завели разговор о чём-то своём, известном только им двоим. Я тоже так хочу. Хочу, чтобы в моей жизни появился человек, на которого смотришь и понимаешь — мой. И нет, Катя пока на эту роль не подходит. Да и вряд ли подойдёт. Я вот с Кириллом, когда было объявлено наше бессрочное перемирие, больше времени провожу, чем со своей так называемой девушкой. Кстати, о Кирилле. Красивый тост. Вот правда, очень хороший. Добрый. Немного сбивчивый, но очень искренний. Я посмотрел на парня. Он уставился в свою тарелку, боясь поднять глаза. Может, он засмущался? Ах, он покраснел. Почему? У меня аж руки зачесались, так захотелось его поддержать. И поскольку я могу теперь это сделать, я легонько, чтобы не напугать, дотронулся до его плеча. Но он всё равно еле заметно вздрогнул. Это я почувствовал ладонью. Он поднял на меня взгляд. А глаза мне его почему-то показались такими грустными. — Очень красивый тост, — шепнул я, не отрывая ладони от его плеча. Он, снова опустив глаза, немного улыбнулся и сказал так же тихо: — Спасибо. Мне приятно. Что это за Кирилл? Приятный парень, общительный, смущённый временами. Почему он раньше не представал передо мной таким? Строил из себя не пойми что! А сейчас такая резкая перемена. Небо и земля просто. Но мне нравится. *** После трапезы Марина выгнала нас из кухни со словами: — Идите, отдыхайте! Вы нам такой праздник устроили. И я должна вас отблагодарить, поэтому посуду хотя бы помою. Я спорить не стал. К тому же реально устал. А что? Весь день, считай, у плиты херачил. Если б не Кирилл, который вызвался в квартире прибраться, вообще ног бы не чувствовал сейчас. А так — пока терпимо. Доковылял до любимой кроватки и плюхнулся на пузо. На секундочку прикрыл глаза. И чувствую — поплыл, ведь расслабился наконец-то. Я начал засыпать. На грани между сном и реальностью услышал стук, на который я смог только промычать, и голос Кирилла: — Димка, нам бы поговорить... Ой, ты отдыхай, отдыхай, — сказал он, а потом я почувствовал, как мне стало тепло. И окончательно провалился в сон. *** Я проснулся только утром. Одетый, но накрытый пледом. Сопоставив все факты, понял, что добрым человеком, который не дал мне закоченеть при открытой форточке, оказался Кирилл. Я перевернулся на спину. Хорошо, что сегодня выходной. Всё-таки хороший он человек. Правда же. И да, я простил ему его выходки. Хотя, на самом деле, он ничего такого и не делал, просто стебал, как делали это мои одноклассники в старой школе. Ну как, не так же, конечно, потому что они не были поголовно помешаны на гомиках, но прикалывались мы друг над другом исправно. Ко всему прочему, я его ещё и провоцировал, неспециально, конечно, но, бывало, тупил по-чёрному, чем не воспользоваться Кирилл просто не мог. А потом ржал. Причём неискренне. Значит ли это что-нибудь? Не знаю. Ведь теперь-то я знаю, как смеётся Кирилл по-настоящему: заливисто и беззвучно. Я снова прыснул от воспоминаний об этом его смехе. Это такая умора. На кухне что-то зашумело. Я машинально посмотрел на свою дверь. А потом подумал, что пора бы и вставать. *** — Доброе утро. — Привет, — чуть улыбнувшись, ответил Кирилл. — А где папа и Марина? — Уехали по магазинам. Тебя будить не стали. Я сел за стол. — На, ешь, — он придвинул ко мне тарелку с бутербродами. Я кивнул. — Чай, кофе, потанцуем? — поиграв бровями, спросил он. — Оу, а ты умеешь? — Только вальс, — задрав подбородок к самому потолку, сказал он. — Ну, давай тогда. — Чай? — предположил Кирилл. — Не, потанцуем! — обрадовал я брата. — В смысле? — Ты предложил — я выбрал последнее. — А ты не думаешь, что это как-то ну уж очень по-гейски будет выглядеть? — Ой, а с каких пор тебя это волновать начало? — ответил вопросом на вопрос я. — К тому же мы здесь одни. Никто тебя не сдаст, не беспокойся. Только если ты мне все ноги не оттопчешь. — Сука, — процедил он, улыбнувшись, — ты, если что, сам напросился, — сразу предупредил брат, на что я кивнул. А потом Кирилл подошёл ко мне и, склонив голову, подал руку. Блядь, вот тут я реально офигел. Если честно, понятия не имею, как мне в голову пришло согласиться танцевать с братом вальс посреди кухни, но идти на попятную было бы уже тупо. Во-первых, как говорится, коней на переправе не меняют. Во-вторых, поскольку я никогда не занимался танцами профессионально (только танцульки на дискотеках в прежней школе), безумно хотелось попробовать. Поэтому я принял приглашение. Я вложил свою ладонь в его "ледышку". Когда я встал из-за стола, его лицо начало выражать высшую степень офигевания. Понятно, обалдел. Я сам в шоке. Но, с другой стороны, а чё бы не? Мы же дурачимся. Он положил мне руку на спину. Я даже не вздрогнул, уже ожидая ощутить холод его ладони. Я же положил одну руку ему на плечо, а вторая была зафиксирована в его. Он притянул меня к себе, я аж охнул от неожиданности. — Мы же не выглядим как идиоты? — смотря на меня исподлобья, доверительно спросил Кирилл. Я засмеялся. — Что? Что я такого сказал? — растерянно спросил он. — Не-не-не, просто интересно, ты кого стесняешься? Меня? Или себя? — Да никого я не стесняюсь! — Да чего ты так нервничаешь? Мы же просто покружимся в танце, и всё. Круто будет, давай. Просто сделаем это. Сам не понимал, почему был согласен на весь этот фарс, а ведь ещё и Кирилла подначивал. Мне это казалось очень весёлым. А он стоял и смотрел в пол. — Да прекрати ты, Кирилл, — я легонько шлёпнул его по груди свободной рукой. — Успокойся. Чего ты? — Да ничего. Наверное, плохая идея. Извини, — он расслабил хватку и хотел сделать шаг назад, но я не позволил. — Посмотри на меня. Он подчинился и поднял на меня свой взгляд. Глаза такие грустные были. Опять. Но почему? О чём он думает в такие моменты? — Мы же просто сделаем пару кружков по кухне, а потом сядем за стол и прикинемся, что ничего не было, — сказал я и начал ждать, что же он скажет, а в ответ была лишь тишина. Он повернул голову в сторону. Так я и заметил, что он весь красными пятнами покрылся. — Прекрати краснеть! — гаркнул я. Он удивлённо посмотрел на меня, а потом кивнул, соглашаясь с тем, что я его спалил за этим занятием. — Ты такой чудной, Кирилл. Что с тобой? — мягко спросил я. — Всё хорошо. Давай попробуем. Он успокоился. И снова притянул меня к себе. Крепко. — А ничего, что мы без музыки? — Она должна идти от сердца, — поэтично ответил мне Кирилл. Красиво сказал. Он сделал шаг и начал меня направлять. Скажу сразу, танцевать я не умею, но Кирилл это и так знает, наверное. Чувство ритма у меня напрочь отсутствует, а пою я ещё хуже, чем танцую. Медведи вдоволь потоптались по моим ушкам. Прямо-таки отвязные пляски творили. Помнится, Кирилл оценил моё пение по достоинству. Хе-хе! Но я ему так и не признался в том, что не умею (даже наоборот, отстаивал свою правоту), и вряд ли признаюсь когда-нибудь. Буду стоять на своём. И не ебёт! Я старался делать всё так, как и Кирилл, только зеркально. Мы слегка соприкасались животами. Он поддерживал меня под спину, я чувствовал его сильную руку у себя в районе лопаток. Когда приноровился, смог отвлечься от движений и посмотрел на брата. Глаза его были чуть прикрыты, лёгкая улыбка касалась губ. Сразу видно, что он получал от этого большое удовольствие. Но я же косолапый придурок, поэтому оступился и полетел вместе со своей парой на пол. Кирилл резко открыл глаза и попытался остановить падение, но куда уж там. Прощай, копчик! Ты был мне очень дорог. Однако не тут-то было. Кирилл как-то умудрился замедлить падение, и я, вместо того, чтобы услышать хруст собственный костей, мягко приземлился на пол, придерживаемый Кириллом. У меня аж дыхание спёрло от шока. Так всё быстро произошло. — Ты как? — взволнованно спросил парень, лёжа на мне. — Я.. я.. — забыл русский язык. — Сука, знал же, что плохая идея! Где болит? Димка, ответь! — сказал он и посмотрел на меня в упор. Какие же красивые у него глаза. Просто офигеть... Я дёрнул головой, скидывая с себя наваждение, которое накрыло меня. — Нет, всё нормально, — поспешил я успокоить его, — просто испугался немного. — Точно? Может, врача вызвать? — Ты же знаешь, падать я привык. Но ты меня подстраховал, я даже не ударился ничем. Он облегчённого выдохнул. — Давай руку. Он помог мне встать, а потом, сделав чашку чая, следил за мной с каким-то подозрением. — Что? — помешивая сахар ложечкой, спросил я. — Голова не болит? Может, тебе полежать? От такой заботы защемило где-то в районе грудной клетки. — Кирилл, ты такой хороший, — искренне и невпопад сказал я. — Слушай, иди-ка ты в свою комнату и полежи всё-таки, — он улыбнулся. — Наверное, голову ты себе отбил. Я засмеялся. — Зря ты мне не веришь. И вообще, мог бы меня и отпустить, тогда бы ты не отшиб себе все колени. — Откуда ты..? То есть ничего я себе не отшиб! Ерунды не городи. — Как хочешь. Он мог мне говорить что угодно, но я заметил эту деталь. — Может, я это сделал, чтобы родители меня не убили? — прищурившись, спросил он спустя минуту. — Ага, — я закатил глаза, — пусть будет по-твоему, — а вот хрена лысого я ему поверю! — Всё равно спасибо, — поблагодарил его я. — И ты очень хорошо танцуешь. — Да ладно, — он махнул рукой, но опять засмущался. Ну что за прелесть?! Фак, почему эта мысль снова посетила мою голову. Может, у меня реально сотряс, а я просто не почувствовал удара из-за шока? Наступила тишина. Я ел, а Кирилл сверлил меня взглядом. Я чувствовал. — Кстати! — я нарушил тишину и поднял глаза. Да так внезапно, что парень вздрогнул и не знал, куда взгляд отвести. — Ты же вчера ко мне перед сном заходил. Чего хотел? — Я? Да не.. чего ты... Всё нормально. Я не... — Это самое понятное объяснение за всю мою жизнь! — серьёзно заявил я, а потом расхохотался. — Чё ты снова ржёшь? — А ты по-русски говорить научись. Бе-ме-ме! И как я это пойму? И мне, что ли, купить словарь, чтобы переводить с твоего языка на русский? — изогнув бровь, риторически спросил я. — Подъебал. Молодец, — усмехнулся Кирилл. — Ну, так что? — отставать я не собирался. Я ж как банный лист! — Ну, — он метнул взгляд в стену, там висел календарь, — у мамы день рождения через две недели. — Дурак, и ты молчал?! — загорелся я. — А мой папа знает? — Наверное, — он пожал плечами. — Так, и какие у тебя идеи? — я подпёр голову руками и с любопытством уставился на Кирилла.