Твоя любимая "принцесска"!

— Блядь, Кирилл, да куда столько-то? — идя по супермаркету вслед за братом, сокрушался я. — А что тебе, принцесска, не нравится? — То, что этого чрезмерно дохуя, разве нет? — Новый год бывает раз в год. И отметить его надо так.. — с видом эксперта начал брат, но был перебит мной. — Чтобы ничего на следующий день не вспомнить, а потом весь год краснеть за свои выходки? — Именно, Димка, и-мен-но! Ты всё схватываешь на лету! Очень сообразительный! — А кто-то обещал мне не пить? — я предпринял попытку облагоразумить брата. — Так всё же будет происходить исключительно под твоим присмотром. Извернулся, гад! Вот блин! — А как же спор? Ты торчишь мне ужин! — Я вытащил из рукава свой последний козырь. — Так я и не отказываюсь. Как только продумаю меню, будет тебе ужин из пяти блюд. Я всё помню, — Кирилл обернулся ко мне и щёлкнул по носу, на что я усмехнулся. А про себя подумал, что да, Кирилл вообще-то прав. Новый год бывает раз в год. И я очень надеюсь, что сбудется моё самое заветное желание! *** Ясно, что готовить никто ничего не стал бы, поэтому мы просто накупили всего-всего да побольше в том супермаркете: салаты, мандарины, запечённую с курицей картошку и кучу бухла. Прямо кучу. Если честно, то я ссал, продвигаясь к кассе, ведь я несовершеннолетний пока ещё. Но Кирилл выглядел чересчур уверенным, даже слишком. Поэтому когда мы начали выкладывать продукты и алкоголь на ленту, мандражировать я тоже перестал. — Паспорт, — рявкнула кассирша, схватив бутылку коньяка. Иж какая резвая, небось уцепилась за любимый напиток. Узнала в этой бутылке свою бессменную подругу. — Пфф, да пожалуйста. Кирилл показал ей страницу с фоткой, а она, закатив глаза, стала пробивать наши покупки. Что ж, значит, всё хорошо. *** И плевать, что Новый год через несколько часов, главное, что мы к нему готовы, как бы вообще странно это ни звучало. Ведь совершеннейшее чудо то, что мы умудрились закупиться всем так быстро и практически без проблем. Удивительно! Да и людей было не очень много. Может, сказывалось то, что все нормальные люди уже всё спланировали, купили и подготовили. Поэтому просто сидят дома и стругают салатики. А мы, во-первых, не слишком нормальные, что и так понятно, во-вторых, вообще в незнакомом городе, где хер пойми что находится. А в-третьих, что хотим, то и воротим. Мы в танке, и срать я хотел на то, что думают другие. Вот так! Кстати, я так и не понял, почему билеты оказались именно на эти числа. Нет, я абсолютно не против, просто странно. Кто ж так поездки планирует? На Новый год шароёбиться в другом городе? Хотя, наверное, есть в этом что-то такое. Романтика путешествий, новогодняя сказка. Говорят, в Москве куча всяких развлечений можно найти. На любой вкус и цвет. Поэтому у нас с Кириллом самая что ни на есть обширнейшая программа на эти каникулы. Излазим и излапаем всё, что плохо лежит. К тому же погодка позволяет. *** На ресепшене на нас так эти тётки пялились, будто мы из номера плазму выносили. А мы просто всего-навсего шли из магазина с тремя пакетами на каждого. Подумаешь?! К тому же мы уточняли, что со своей едой тут можно, чем мы незамедлительно и воспользовались, собравшись в супермаркет неподалёку. Поднявшись к себе в номер под презрительными взглядами персонала (их ненависть прямо-таки ощущалась кожей, конечно, им-то всю новогоднюю ночь работать, а мы развлекаться будем, хе-хе), я распихал всё в холодильник и по углам, чтобы потом, через пару часиков, начать накрывать на стол. А вот Кирилл... А Кирилл достал из пакета бутылку пива и уселся в кресло. — А не охуел ли ты часом? — руки в боки, и я уже рядом с братом. — Да ладно тебе, я только бутылочку. — Рано ж ещё! — проныл я. — А чего мы ждём? Готовить нам не надо, гостей мы не приглашали, порядок за нас навели уборщицы. Может, пора провожать Старый год? — Я нахмурился. — Да брось ты! Доставай всё, есть будем, если ты вдруг боишься, что меня или тебя унесёт в далёкие ебеня. Как бы я ни противился внешне, слова Кирилла были для меня капец какими соблазнительными. Хотелось чисто по-человечески расслабиться, просто отдохнуть. А то я так заебался, особенно за эти две недели. И вроде не делали мы ничего сверхтяжёлого, но умственный труд — это тоже, блядь, труд. И я брошу камень в того, кто считает иначе! — А давай, чёрт с ним! — махнул рукой я. Надеюсь, я не пожалею о своём решении. Кирилл расплылся в улыбке: — Умница! Мой мальчик! — наконец откупорил он бутылку и хлебнул холодного пива. — Ах, хорошо-то как. *** Через пару часов мне уже было очень хорошо. Алкоголь приятно дурманил голову, будоражил кровь, гуляя по венам. Фоном у нас работал телевизор, но на него мы не обращали ровным счётом никакого внимания. Мы были заняты друг другом, рассказывая весёлые истории, связанные с этим волшебным праздником. — Я, блин, однажды проспорил и весь Новый год проходил трезвым. Так грустно было, что остальным так весело. — Ооооо, — умилительно произнёс я, — как же ты так лоханулся? — рассмеялся я, отпивая из бокала шампанское. — Да блин, в карты на желания играли. И главное, всем загадывали сносные желания: голым пробежаться, с памятником поцеловаться, прочитать стихи проститутке, покаяться бабулькам возле подъезда, что наркоман. Причём, знаешь, потом эти самые бабки стали с тем пацаном здороваться, говоря, что он честный и встал на путь исправления. Кажется, он и бабулек, и систему сломал. А я проиграл всего раз, и мне, блядь, досталось не пить весь Новый год, — вскинул в негодовании руки Кирилл, — охуеть, как мне классно было. — Представляю, — протянул я, продолжив смеяться. — Чё-то ты не ешь совсем, — Кирилл прищурился, посерьёзнев. — Ем, — демонстративно я съел ложку салата. — Ну-ну. — А я вот несколько лет подряд был наряженным дедом Морозом. — Вот это честь, — Кирилл продолжал за мной пристально наблюдать, поэтому я потянулся к картошке и мясу. Чтобы подозрений не вызывать. А то мало ли. От греха подальше. — Зря ты так, — обиженно ответил я, откусив приличный кусок. — А вапше... — продолжил я, но был перебит. — Прожуй сначала, принцесска, — улыбнулся Кирилл. Я начал громко чавкать, ибо нехуй мне указывать. Но брат на это рассмеялся. — Ты прелесть! — сказал он, опрокинув в себя рюмку коньяка. И да, он достаточно оперативненько перешёл к напиткам покрепче. *** Если честно, время в обществе Кирилла вообще всегда летит незаметно, это я давно понял, поэтому, если б не работающий телевизор, мы бы хер поняли, что уже без пяти двенадцать. Началось новогоднее обращение президента к народу, а мы с Кириллом уселись на пол и наполнили бокалы шампанским, запасшись двумя чищеными мандаринками. Всё-таки НГ без шампанского и мандаринов — деньги на ветер. Мы молча слушали поздравление по телевизору. Но, в отличие от меня, который витал в своих мыслях, Кирилл, наверное, слышал и понимал, что происходит на экране. Я же думал совершенно о другом. О человеке, который сидел рядом со мной, который перевернул за какие-то полгода мою жизнь, который жутко выбешивал меня и в которого я смог безответно влюбиться. И вот пошёл обратный отсчёт. Я умом понимал, что это всё чушь собачья, но всё-таки где-то в глубине души искреннее верил в волшебство Нового года. Словно я перенёсся в детство и мне снова пять лет. Я загадывал разные желания, перебирая чего хочу больше всего получить, пока все считали, сколько ударов уже прошло. Сейчас я уже не тот малыш, но одно заветное желание у меня всё-таки имеется. Я очень хочу, чтобы я понравился Кириллу в том самом смысле, чтобы он обратил на меня внимание. Хотя я прекрасно понимаю, что неправильно привязывать человека к себе насильно, да и не хочу я этого совершенно. Если Кирилл вдруг когда-нибудь захочет быть со мной, то пусть это будет только его решением, а не навеянным кем-то или чем-то. Просто пусть он знает, что совсем по близости есть человек, который искренне желает ему добра. Поэтому своё желание я сформулировал в голове, кажется. Я хочу собрать всю свою волю в кулак и признаться в чувствах. А после — хоть потоп. Хочу найти подходящий момент, который подтолкнёт меня, такого труса, к этому. Я зажмурился и проговорил про себя несколько раз своё желание. — Ура! С Новым годом! — радостный крик Кирилла вывел меня из транса. Я улыбнулся и чокнулся бокалом с его. — С новым счастьем, — чуть смущённо проговорил я. За окном, будто ожидая своего часа, стали взрываться петарды, фейерверки. Я отставил бокал на стол и подошёл к окну. Так красиво и так громко. — Вау! — восхитился я. — Да уж, по масштабам и сравнивать Москву не с чем. Наш город нервно курит в сторонке. — Это точно, — всё ещё восторженно обозревая яркие вспышки, ответил я. — Пойдём, — через некоторое время сказал Кирилл, — у меня для тебя кое-что есть. — Время подарков? — хитро прищурился я. — Естественно. — Тогда и мне тоже надо подготовиться. Я отошёл к сумке, из которой вытащил свёрток. Я крепко обхватил его руками, прижав к себе. Меня начали одолевать сомнения. А вдруг Кириллу не понравится? — Дим? — М? — я повернул к Кириллу только голову, не желая сразу же показывать подарок. — Давай на счёт три? Я кивнул и повернулся целиком к Кириллу, одновременно с этим искусно спрятав свёрток за спину. — Раз. Два. Три. И мы одновременно показали подарки. У него в руке был непрозрачный футляр, я же явил его взору нечто прямоугольное, упакованную в блестящую подарочную бумагу. — Ну, что ж. Давай меняться? — несмело предложил он, глядя на меня исподлобья. Во время обмена мы неизбежно коснулись друг друга, что вызвало у меня внутри просто взрыв. Будто внутренние органы все перевернулись верх ногами, а обратно встали только через некоторое время. Я глубоко вздохнул и обхватил пальцами футляр. Кирилл же забрал у меня свой подарок. И я замер. Не знаю, что на меня нашло, просто... Просто я на некоторое время уплыл из реального мира, в голове не было ни единой мысли, единственное, что я чувствовал, это подарок Кирилла в руке. — Дим, ты открывать не будешь, что ли? — немного взволнованно спросил Кирилл, приблизившись на шаг. Нежный голос брата вывел меня из вакуума, я очнулся и помотал головой. — Не будешь? Ты же даже не знаешь, что там, — с какой-то досадой проговорил Кирилл. И только тогда я понял, что мало отдавал отчёт своим действиям. И осмысленно посмотрел на Кирилла. — Прости, Кирилл, — я почесал в затылке, — задумался просто. Конечно, я мечтаю открыть твой подарок, как ты мог вообще подумать о том, что я не хочу? — я говорил правду. Кирилл заметно расслабился, потому что мои слова были искренними. — Тогда, может, тоже сделаем это вместе? Что думаешь? — Я очень даже согласен. Отличная идея. И мы начали распаковывать свои презенты. Кирилл чуть-чуть меня опередил, срывая упаковку, поэтому я немного отвлёкся от своего подарка, наблюдая за реакцией брата. — Ох. Ты ж. Блядь! — он поднял на меня ошарашенный взгляд. Я сначала немного не догнал, но потом всё же мне удалось уловить нотки восхищения в его голосе, которые помогли успокоить себя и свои сомнения. — Где ты взял её? — он был просто в ахуе. Не думал, что смогу настолько сильно его удивить. — В книжном купил, — ответил я и пожал плечами. Чего такого-то, ну? — Как ты вообще догадался? — О чём? Кирилл говорил какими-то загадками. Я напрягал, как мог, свои извилины. Я не понимал, что происходит, настолько, что начинал потихоньку трезветь. — Что я мечтал именно об этой книге?! — выпалил нетерпеливо он. — Никак, — несмело начал я, — я просто пришёл и спросил о самых крутых книгах по психологии. Мне сказали, что эта только недавно вышла и она лучшая из всех. Я поверил на слово. И, видимо, поверил продавцу я не зря. Кирилл расплылся в благодарной улыбке. — Спасибо, Димка, спасибо. Я как раз собирался эту книгу покупать после каникул. У меня же всё собрание этого автора есть. Она так классно пишет о том, что творится в голове у человека. У любого человека. — Всегда пожалуйста. Тем более я считаю, что психология — это твоё призвание. Ты же людей насквозь видишь и сразу же подмечаешь всякие незначительные, на первый взгляд, конечно же, мелочи. И со мной так же было. — Ты же сказал, что было не всё точно, — прищурился Кирилл. Я, цокнув, закатил глаза. — Дима, ты мне соврал! — картинно поразился он, указав на меня пальцем, а глаза его блестели. Мне приятно видеть брата таким. Я рад, что смог угодить. — Как ты мог?! А я тебе верил! Я рассмеялся. — Ну, всё, не расстраивайся. Ведь нет предела совершенству. Вот прочитаешь эту свою книжку и будешь народ с полувзгляда понимать. Кирилл улыбнулся и кивнул. — Согласен. Только давай уже твой подарок откроем? — он подбородком указал на то, что я сжимал в ладони. Я открыл футляр. А там лежал браслетик. И выглядел очень даже стильно. По-мужски. — Серебро и натуральная кожа, — пояснил брат. Я вытащил браслет и отложил коробочку в сторону. Красивый такой, плетёный. Кожа в нём преобладала. С редкими серебряными вставками. Замочек тоже был из серебра. Безумно захотелось его примерить. — Не поможешь? — я протянул браслет. — С радостью. Кирилл аккуратно забрал у меня браслетик и попросил вытянуть руку. Я дал левую. Ту, которая рядом с сердцем. Символично, не правда ли? Я смотрел, как брат справлялся с поставленной задачей. Он ловко застегнул вещицу на моём запястье и поправил, потому что браслет чуть перекосился. А меня чуть не унесло от этих лёгких и таких нежных прикосновений его ледяных пальцев. Я поднял взгляд и встретился с его карим глазами. — Ну, как? — ласково спросил Кирилл. — Тебе нравится? Если честно, я долго выбирал и очень сомневался в этом браслете. Вдруг ты посчитаешь его девчачьим или просто дурацким? Кирилл нервничал, говоря всё это, и старался на меня не смотреть. А мне так было приятно. Это первый настоящий подарок мне от него, не считая шоколадок. И я обязательно буду носить его. Браслет очень классный. И мне пришёлся по душе. — Нет, что ты. Он очень красивый. Мне очень нравится. Я буду носить его с большим удовольствием. — Правда? — Конечно. И мы снова встретились взглядами. Я машинально сделал шаг к нему, не разрывая зрительного контакта. Кирилл же стоял на месте, застыв. Сердце стучало где-то в желудке, в висках пульсировало, а в голове промчалась мысль: "Сейчас самое время...". И да, лучшего момента, чтобы признаться, подобрать крайне сложно. Удивительно! Не думал, что судьба подкинет мне такой шанс так быстро. Я выдохнул. Я готов, кажется. Незаметно сжал руки в кулаки, а потом резко разжал. Всё, я точно готов. — Кирилл, ты.. — начал я, но договорить так и не успел. У Кирилла зазвонил мобильник. Блядь! И он, конечно же, на него отвлёкся, прерывая зрительный контакт и разрушая сказочную атмосферу в целом. Ёбаный двадцать первый век! Напридумывали они, блядь, своих телефонов и "интернетов". Да, я ворчу как старый дед, но, блин... Где я ещё такой момент найду идеальный? Только я собрался с мыслями. Вряд ли теперь я вообще решусь на такой ответственный шаг. А может, это знак? Что это просто ошибка, что признаваться нельзя, иначе я очень сильно пожалею? Я сам испугался своих же предположений. Но не успел всё обдумать, как: — Дим, мама моя и Сергей на проводе! Я забрал у брата телефонную трубку. — Алло? — Димочка, с Новым годом тебя! — Марина начала говорить. — Пусть у тебя всё будет как в сказке! — Ага, чем дальше, тем страшнее. Я усмехнулся. Меня тут родители поздравляют, а я в голове у себя шутки додумываю, пиздец! — Мы тебя очень любим и желаем тебе всего самого доброго. — И я вас. Здоровья и счастья в наступившем году, — проговорил я. — Спасибо, сынок. — А это уже отец. — Ну что ж, празднуйте, но не переусердствуйте! — Ты меня обижаешь, пап. Когда я тебя подводил? — Да я просто так, предупреждаю. — На заднем фоне я услышал смех Марины. — Ладно, веселитесь. — Пока, пап. И вызов был скинут. Я отдал телефон Кириллу. — Ну, а теперь я предлагаю считать пьянку официально открытой! Он всучил мне бокал с шампанским. Выпил я всё залпом. Понеслась! *** Мы, сидя на полу, пили коньяк и изредка закусывали шоколадом. Естественно, моим любимым. В том супермаркете Кирилл набрал таких штук десять. На мой молчаливый вопрос "нахуя?", брат ответил мне улыбкой и тихим "ты же их так любишь!". А с этим я уже спорить не мог. Против лома, а точнее против правды, нет приёма. Поэтому да. Против такого, блин, не попрёшь. Все прекрасно знают, что алкоголь развязывает язык. Ты расслабляешься, контроль и осознание собственных действий становятся менее сильным, если не прекращается совсем (ну, это выжрать в одно жало надо немерено, поэтому остановимся на первом варианте). Это известный факт. Но для меня стало полным откровением то, что и с Кириллом это тоже работает. Я охуел знатно, когда он задрал край футболки и спросил: — Хочешь узнать, откуда у меня этот шрам? Естественно, я хотел. Да чего уж греха таить — я, блядь, мечтал об этом, как только увидел этот грёбаный шрам впервые. Я пьяно кивнул, резко дёрнув головой, и почти мгновенно пожалел об этом действии, потому как всё вокруг завертелось-закружилось и меня слегка затошнило. Я крепко зажмурился, пытаясь унять неприятное ощущение. Придя в относительно нормальное состояние, я решил просто сказать о своём желании: — Конечно, хочу. Я тебя очень внимательно слушаю. И я ни в коем случае не врал. Я навострил уши и уставился на Кирилла. — Так, хорошо. Короче, это меня ножом пырнули, когда я девушку пытался от гопников отбить. Круто, да? Я на секунду протрезвел даже. — Серьёзно? — чуть заторможенно и очень хрипло спросил я. — Наичистейшая правда. Это в том году было, поэтому я пропустил учебный год в лицее. Но, не желая заканчивать школу в девятнадцать, сдал материал десятого класса экстерном. — Насколько опасным было это ранение? — я начал штамповать вопросы. Очень хотелось знать всё об этой ситуации. — Мне тогда селезёнку удалили, и я полтора месяца без сознания провалялся. — Мне так жаль, — посочувствовал я. — Не, это лишнее. Не надо, пожалуйста. — То есть получается, когда я первый раз тебя увидел, ты вернулся из больницы? — предположил я, очень надеясь на отрицательный ответ. Потому что в такое даже поверить сложно. За что ему всё это? — Именно так. У меня внутри всё рухнуло. Бедный! Как он так быстро справился с такой серьёзной травмой?! — Судя по твоему лицу, ты прихуел, да? — с лёгкой насмешкой в голосе спросил меня брат, на что я кивнул. — И предвосхищая твои дальнейшие вопросы, я скажу, что на тот момент со мной действительно всё уже было хорошо. Швы сняли где-то за три месяца до этого, а после был период реабилитации. Я тяжело вздохнул. Мне даже сказать было нечего, хотя в тот момент меня переполняли эмоции. — Да не загоняйся ты! — он толкнул меня в плечо. Я слабенько так улыбнулся. Неубедительно так. — Да ладно тебе, Дима! — он приобнял меня за плечи. — Сейчас же всё хорошо. — Да, — еле слышно ответил я. — Блядь, если б знал, что ты так отреагируешь, ни за что б не рассказал. Это всё этот коньяк ебучий! — гаркнул он. Такая реакция Кирилла меня позабавила, поэтому я усмехнулся. — Не, нормально всё. Спасибо, что рассказал о себе. Для меня это очень важно. И коньяку спасибо, — я ласково улыбнулся. — Раз уж пошёл такой откровенный разговор, можешь спросить у меня что-нибудь, что тебе интересно. — Что за аттракцион невиданной щедрости? — прищурился Кирилл. — Я же у тебя не спрашивал, о чём буду рассказывать. — Так в этом и весь прикол. Я не знаю о тебе ровным счётом нихуя. Ты для меня ходячая загадка. Поэтому всё, что ты расскажешь о себе, даже самую малость, мне будет очень интересно. Ты же, в свою очередь, обо мне практически всё знаешь (каким-то волшебным для меня образом), что бы я ни рассказал, думаю, ты уже в курсе этих моих тайн. Но, считаю, всё-таки остались белые пятна. Поэтому спрашивай! — Сколько раз у тебя было с Катей? — выпалил Кирилл без предупреждения, не церемонясь. Меня больно кольнул его вопрос. В самое сердце. Даже сейчас он думает о ней. Это неприятно. Мне не хотелось отвечать на этот вопрос, но я пообещал ответить честно на любой, заданный Кириллом. — Неожиданный вопрос. Я бы сказал, очень личный. Но я отвечу. Я с Катей не спал ни разу. — Ты врёшь мне, — слишком горько сказал он, не веря. Как он не понимает, что с ней у него нет ни единого шанса. А у меня с ним... Драматично, не так ли? — Я говорю правду, — я говорил, а в сердце будто острые когти вонзались. Хотелось кричать. Слишком больно. — Прости. Я верю тебе. Я не хотел так резко говорить с тобой. — Я понял. И я замолчал. Уже не хотелось ни о чём говорить, даже пить уже не хотелось. Я вздохнул. *** — Я пойду — отолью, — наконец прервал тишину я. Кое-как поднявшись на ноги, я поплёлся в туалет. Мне надо проветриться. Дойдя, я нащупал выключатель. Помещение сразу же озарилось ярким светом. Я немного пощурился, но быстро привык. Всё плыло от выпитого, но я держался. Я ж мужик! Стянув с себя спортивки, я достал из трусов член. И опершись рукой о стену напротив, начал облегчаться. Как же хорошо! Просто каеф! Закончив, я начал стряхивать, чтобы не намочить трусы, но, будучи очень пьян, немного увлёкся, начиная возбуждаться. Я начал водить рукой по члену, который очень стремительно наливался кровью. Через мгновение я ласкал уже полностью вставший орган. Я закусывал губу, надрачивая себе. Вдруг я почувствовал, как кто-то зашёл в туалет и прислонился своей грудью к моей спине. Ну, это не кто-то, а Кирилл. Мы же были в номере одни. Он просунул руку, пройдясь по моему животу и медленно спускаясь к члену. — А чем это ты тут таким занимаешься? — томный шёпот на ухо вызвал толпу мурашек, отчего я ещё быстрее задвигал рукой, ничего не стесняясь. — Давай помогу, — он прошёлся носом по моей шее так нежно, что волосы на загривке встали дыбом, и положил свою как всегда холодную ладонь на низ живота. Я сглотнул и перестал дрочить, остановившись. — Кирилл, что ты.. — но договорить мне не дали, перебив. — Молчи, — горячий шёпот в шею, — ничего не говори, — он прошёлся поцелуями по шейным позвонкам, начиная с затылка. Я шумно выдохнул через нос. Кирилл обхватил мою же руку, которая так и не выпустила члена, и начал двигать ей, задавая свой темп. У меня аж голова закружилась от ощущений. Так странно, вроде бы ты сам себе дрочишь, но в то же время ты ничего сам не контролируешь. Я облизал вмиг пересохшие губы. Возбуждало очень, крышу срывало капитально. Я, чуть разомкнув губы, начал дышать ртом. Тяжело дышал, ноги начинали дрожать. И я откинулся на грудь Кирилла всем своим весом, положив голову ему на плечо. А он продолжал дрочить, направляя мою руку. Попутно Кирилл покрывал мою шею горячими поцелуями, от которых хотелось выть от удовольствия. Я уже достаточно загнанно дышал, ожидая разрядки, когда почувствовал, что Кирилл начал толкаться в меня, имитируя половой акт, и активно потирался своим пахом о мой зад. — Ты такой красивый, — он вылизывал мою шею. — Ты такой сладкий, Димка. Ты меня с ума сводишь. Я слушал всё это, уже находясь далеко отсюда. Всё, что я хотел, — это кончить. А Кирилл, похоже, не собирался ускоряться. А сам я двигать рукой быстрее не мог, он крепко держал мою ладонь в своей и надрачивал слишком медленно. — Кирилл, — выдохнул я, — быстрее, пожалуйста, — из последний сил выдавил из себя я, зажмурив глаза. И он ускорился. Да так, что у меня аж мушки перед глазами замельтешили, пришлось глаза распахнуть. Он методично подталкивал меня к краю. Да, именно так. Оставалось совсем чуть-чуть. Ещё немного. Я продолжал чувствовать его стояк задницей. Его тонкие домашние штаны ничего не скрывали. Он тёрся своим членом об меня, тихо постанывая. Трение сзади заводило не по-детски, но кончить я по-прежнему не мог. — Да... Вот так... Да, Кирилл... Кирилл... — кажется, грезя о разрядке, я начал поскуливать. Словно пробки вышибло. Я вообще мало что соображал. Кончить для меня было единственной целью. Я неосознанно начал толкаться в свою же руку, чтобы получить больше наслаждения. А Кирилл другой рукой коснулся моих яичек. Контраст моей разгоряченной от возбуждения кожи и его ледяной руки привёл к неожиданному результату. Это просто взрыв! Низ живота скрутило узлом, и я излился с громким стоном-рыком себе в руку, чуть заляпав и его. А потом начал стремительно оседать на пол. Весь взмокший и разморённый оргазмом, я уже не понимал ничего и просто отключился. *** Я открыл глаза, даже до конца не проснувшись. Я облизнул губы. Капец как мне хотелось пить. Но голова не болела, наоборот даже, в теле чувствовалась какая-то приятная слабость, косточки так сладко ломило. На самом деле, у меня была очень уважительная причина напиться. Во-первых, Новый год, типа радость, веселье, хэхэй! А во-вторых, Кирилл. Который любит Катю. И менять, судя по всему, он ничего не собирается. Вот даже умудрился спросить, трахались ли мы с ней. А я, блядь, в тот раз просто не захотел, не смог. И теперь понимаю, что из-за него не смог. Я накрыл лицо ладонями. В этот самый момент у меня перед глазами пронёсся сон (а в том, что это сон, сомнений быть не может, Кириллов вопрос о сексе вдребезги разбивал другие исходы), в котором я впервые достиг оргазма. Раньше мне моё подсознание историй с таким финалом не подкидывало, но думается, это была просто защитная реакция моего организма на сильное эмоциональное расстройство. Этот его вопрос до сих звучит набатом в моей голове. Спасибо тебе, подсознание. Хоть мне сейчас и плохо морально, но уже чуть легче, даже сам не знаю, как так получилось. Я огляделся. Кирилла снова в комнате не было. Зато я сам был в своей кровати и спал в одних трусах. Раздел, значит, позаботился. Хороший он брат. Хороший. И чего мне не хватает? Что же меня до сих пор удивляет? Что не устраивает? Я же понимаю, что мне с ним ничего не светит. Я же уже решил Катьку бросить ради него, чтобы он был счастлив. Потому что он заслуживает этого. Особенно после того, как я узнал об истории возникновения его шрама. До сих пор мерзкие мурашки пробирают до костей. Он такой стойкий. Я его уважаю. После всего он не потерял интереса к жизни. Он удивительный. Он лучший. Аж слёзы на глаза наворачиваются, когда я думаю о Кирилле. Но я сильный. Я буду рад за брата, потому что желаю ему только лучшего. Как же это тяжело... Но я справлюсь.