С Ч А С Т Ь Е

Стоило мне спуститься на первый этаж, как тут же появился Мэттью. Он обнял меня и притянул к себе.  — Дорогая, всё в порядке? — его светлые волосы слегка растрепались, а на скулах выступил румянец. — Мы тебя потеряли!  — Нужно было немного времени, чтобы придти в себя! — я чуть повела плечом в неосознанной попытке сбросить его руку. — Не стоило пить столько текилы!  — Может, принести тебе воды? — Мэтт смотрел с волнением, а я же смотрела ему через плечо в вип-зону, куда только что вернулся Хатчкрафт. Несмотря на приличное расстояние, я видела следы своей помады на его рубашке и на щеке. Тео поймал мой взгляд и, подмигнув, послал воздушный поцелуй. Я не придумала ничего умнее, чем крепко обхватить Мэтта за затылок, впиваясь поцелуем в его губы. Говорят, клин клином вышибают… Мэттью если и удивился моему напору, то виду не подал, послушно обнимая меня за талию и отвечая на поцелуй.  — Давай уедем отсюда, — прошептала я, — прямо сейчас!  — Конечно, дорогая, — на его губах расплылась понимающая улыбка. — Поймаем кэб на улице! Я надеялась, что мы просто растворимся в толпе, но Мэтт настоял, что мы должны попрощаться с нашими друзьями, и мне пришлось провести еще несколько странно-мучительных минут, то и дело косясь по сторонам. Тео Хатчкрафт поглядывал на меня, словно следил, и это было так странно и возбуждающе, что я с трудом подавила в себе желание направиться в сторону вип-зоны. Чёрт! Я же хорошая девочка, и должна уйти отсюда с тем парнем, с которым пришла! Мы с Мэттом целовались все дорогу до моего дома, и для меня это был отличный способ «не остыть» за это время. Водитель кэба то и дело смотрел на нас через зеркало заднего вида, видимо, ожидая, что мы перейдем к более активным действиям, но его ждало разочарование. Несмотря на возбуждение и алкоголь, Мэттью оставался собранным и не опускал руки ниже моей талии. Отчего-то мне в голову пришла мысль, что будь тут Хатчкрафт, то мы оба были бы уже наполовину раздеты. Едва поднявшись на мой этаж и открыв дверь, я решительно втолкнула Мэтта в темноту коридора. Он хотел зажечь свет, но я успела перехватить его, крепко вжимая в стену, и ему оставалось лишь подхватить меня за бедра, хрипло рассмеявшись. Его губы скользили по моей шее, а я же пыталась расстегнуть джинсы.  — Давай представим, что мы незнакомцы? — вдруг прошептала я. — Будто ты просто снял меня в баре и привел домой, чтобы поиметь?  — Ты пьяна, — он крепче сжал меня.  — Как и ты! — не унималась я. Мне хотелось безумства, мне хотелось кипящей крови и чертовых бабочек в животе. Хотелось потерять контроль и целоваться до тех пор, пока перед глазами не станет мутно. Неужели Мэтту не хотелось того же самого? Он поймал мое лицо в ладони. Темнота ночи скрадывала наши лица, но я видела, как блестят его глаза, как он мечется взглядом то к моим губам, то к обнажившейся груди. Я тяжело вздохнула, закрывая глаза и прогибаясь в пояснице, крепко сжимая бедрами его ногу. Это было так похоже, что…  — Не в коридоре же! Пойдем в кровать? Я позволила утащить себя в комнату, где с легким разочарованием рухнула на кровать, ожидая пока Мэтт закончит раздеваться и складывать одежду на стуле. Сама я так и не пошевелилась, раскинув руки и таращась в тени на потолке. Острое чувство разочарования и смутной вины охватило меня, когда Мэттью принялся целовать меня, настойчиво задирая платье.  — Сними его, — шепнул он. Проще было согласиться. Я стащила расшитый пайетками кусок ткани и оперативно спустила трусики до щиколоток, через секунду он был на мне и во мне.  — О, да! — выдохнул Мэтт и начал двигаться, слегка покачивая бедрами. Мне было хорошо, мне было действительно хорошо, вот только внутри ничего не дрожало от напряжения. Это была простая физика тел, череда возвратно-поступательных движений без особой магии. Крепко зажмурившись, я обхватила Мэттью руками и ногами в попытке придать ощущениям остроты. Я вскидывала бедра ему навстречу, отвечала на поцелуи, прислушиваясь к себе, в надежде понять, что же было не так. А что если?.. У меня всегда было довольно живое воображение, и стоило мне лишь подумать, как образ Хатчкрафта встал перед моими глазами. Высокий, темноволосый мужчина с улыбкой мальчишки и взглядом маньяка. Между ног стало горячее, по телу прошла сладкая судорога, и я глухо застонала, ощущая себя донельзя грязной и испорченной. Но как же это было сладко! Не то чтоб я и раньше не фантазировала во время секса, как-то у меня был мужчина, секс с которым мне помог пережить лишь светлый образ Тома Харди, но это никогда не был кто-то, кого я знала лично. Могла ли я сказать, что знаю Тео? Вряд ли. Но я знала, что его губы невыносимо мягкие, руки сильные, а кожа пахнет чем-то горьковатым. И Хатчкрафт был прав, я действительно представляла его на месте Мэттью. Когда все закончилось, Мэтт поцеловал меня в щеку и отправился в душ, а, вернувшись, почти сразу уснул. А я все также смотрела в потолок, слушая его дыхание. Спать мне совершенно не хотелось. Выбравшись из кровати, я приняла душ, смывая запахи клуба и секса, и уселась на кухне с ноутбуком. Мигающий в строчке поиска курсор меня пугал, но я уже знала, что буду делать дальше. Через час я узнала о Хатчкрафте, пожалуй, даже слишком много, отдельно залипнув на его фотографии с огромной гематомой на скуле и лопнувшими капиллярами в глазу. Я почему-то избегала читать интервью, не особо рассчитывая найти там правду, но отвела душу на клипах, попутно закачивая в айпод всю дискографию группы. Я вернулась в кровать, когда уже светало, а в моей голове было абсолютно пусто, лишь где-то на задворках разума Тео Хатчкрафт пел о том, что если бы он был моим бойфрендом, то обязательно показал бы, как надо танцевать. *** Мне было просто необходимо с кем-то поговорить, но я понимала, что ни Стелла, ни Лорен, ни даже слишком симпатизирующий мне Билл не подходят на роль слушателя. Друзей у меня было мало, близких — единицы, и ни одного живущего в моем часовом поясе. Сидя во вторник вечером с бокалом вина перед ноутбуком, я задумчиво смотрела на значок скайпа на мониторе. Интересно, а Энджи сейчас занята? Энджи Гор была, пожалуй, единственным человеком, которого я, не задумываясь, могла назвать лучшим другом. Наше общение началось когда-то давно на тематическом форуме, затем переросло в ежедневную переписку и звонки по скайпу, а потом мы стали встречаться минимум три раза — то она прилетала в Англию, то я — в Финляндию или в то место, где она находилась на тот момент. Энджи когда-то начинала как журналист, берущий интервью у местечковых групп, а в итоге оказалась в престижном европейском пиар-агентстве. Сейчас она работала над каким-то проектом в Австрии, больше для души, нежели ради выгоды. Мисс Гор давно могла себе позволить заниматься любимым делом, не оглядываясь на счет в банке. Я без особой надежды кликнула на значок вызова и уставилась в камеру ноутбука. Через несколько секунд на экране появилось изображение квартиры, захваченное откуда-то сбоку, и я увидела длинный ряд концертных туфель, выстроенных вдоль стены. — Привет, дорогая! — Энджи, наконец, устроила телефон, чтобы мне было её видно. — Привет, — я помахала рукой. — Не отвлекаю?  — Нет, — она отсалютовала мне кружкой с чем-то прозрачным. — У нас перерыв! Я уже задолбалась клеить стразы на эти туфли. У Рафика завтра выступление, а сегодня сет в клубе, и мы ничего не успеваем.  — Привет, Элеаноооор! — раздался откуда-то сбоку мужской голос с едва заметным акцентом. — Когда ты уже приедешь?  — Ближайший отпуск у меня не скоро, — улыбнулась я. — Но я чертовски хотела бы сейчас быть с вами и пить то, что вы пьёте!  — Водку, конечно же!  — Ты бы не налегал, — Энджи покосилась на Рафаэля. — А то опять будешь макияж переделывать! Развернув телефон, она продемонстрировала мне Рафаэля, который закончил свой образ лишь на половине лица. Мужчина показал мне язык, и я рассмеялась.  — Она опять ругается, ты представляешь? — он заговорил низким грудным голосом своего альтер-эго — драг-квин по имени Леди Полночь. — С ней невозможно спорить!  — А ты не спорь! — посоветовала я.  — Я пытаюсь, крошка, — он закатил глаза, и вернулся к своему занятию.  — В общем, у нас тут весело! — подытожила Энджи. — Как твои дела? Что-то случилось?  — У меня проблема, — я не стала отпираться, подруга всегда могла все понять по выражению моего лица. — Кажется, я сделала большую глупость.  — Мэтт позвал тебя замуж, а ты сказала «да»?  — Совсем нет! — привычно взвилась я. Энджи не нравится Мэтт, хотя она знала его только по моим рассказам. «С ним ты становишься другой, Элли, — как-то сказала она мне. — И это изменение не в лучшую сторону!»  — Ну-ну, — она растянула пухлые губы в усмешке. — Тогда в чем дело?  — Я поцеловалась с другим мужчиной, — выпалила я, и сделала большой глоток вина. На лице Энджи не отразилось ни одной эмоции, она продолжала смотреть на меня, и из-за цветопередачи ее голубые глаза казались прозрачными. — И? — наконец спросила она, после паузы. — Это всё?  — Да, — вздохнула я.  — Поцеловалась и, слава Богу! — раздался голос Рафаэля.  — А с каких пор поцелуи с другими мужчинами перешли в категорию «проблема»? Я показала ей язык и поёрзала.  — Наверное, с тех пор, как мне это понравилось?  — Так это ещё лучше! — снова Рафаэль. — Хватай жеребца и тащи его в койку!  — Раф, хорош! — Энджи махнула на мужчину рукой. — Элли, объясни, в чём дело? Как будто с тобой это впервые!  — Это всё так странно, — после заминки сказала я. — Мне казалось, что я нормально живу, что я со всем смирилась! Мэтт, работа и всё прочее, но тут появляется он и ставит всё с ног на голову! И я начинаю чувствовать то, что думала, осталось в прошлом.  — Он твой коллега?  — Случайный попутчик, — отшутилась я. — Я оставила ему свой номер, Энж! И на полном серьёзе рассчитываю, что он позвонит, и мы продолжим с того места, на котором остановились!  — Дорогая, — голос Энджи стал серьезным. — Ты же знаешь, как я отношусь к подобным вещам? И именно поэтому мне никогда не нравился Мэтт, не потому что он тебе не пара, люди такие сволочи, что ко всему привыкают. Я просто вижу, как ты о нем рассказываешь, — она подперла лицо ладонью. — Я говорила тебе это тогда, скажу и сейчас — ну не взлетает у тебя на старину Мэтта! Это не повод для самокопания и попыток оправдать ваши отношения.  — Мэттью хороший!  — Хороший, — кивнула Энджи. — Никто ж не спорит! Только с каких пор, моя дорогая, тебе этого стало достаточно? Ты почему-то убедила себя, что уже не время для бабочек в животе, и держишься за того, кто дает тебе банальную стабильность.  — А разве это плохо? — спросила я. — Все хотят этого.  — Я — нет, — покачала головой Энж. — И, насколько я тебя знаю, ты тоже никогда о таком не мечтала.  — И что мне делать? — тихо спросила я. — Все это время я думала, что счастлива, и тут эта поездка в метро, этот поход в клуб… Я начала сомневаться.  — В чем, дорогая?  — В том, что хочу быть с Мэттом. И теперь мне кажется, что я в этом сомневалась всегда. Я запуталась, Энж…  — Затащи его в койку! — Рафаэль появился перед камерой с почти законченным макияжем. — Детка, слушай, Энж правду тебе говорит! О чём ты хочешь вспоминать, когда станешь старой бабкой? Как стирала какому-то Мэтту носки? Или о том, как сгорала и возрождалась вновь, словно феникс? Или, быть может, у тебя на ребрах набита сраная чайка? Я рассмеялась, переводя взгляд на свой левый бок, опутанный крыльями и перьями огненной чернильной птицы.  — Это советуешь ты или твоя водка?  — Мы обе! — «припечатал» Рафаэль и, закатив глаза, снова удалился.  — Дорогая, просто задай себе просто вопрос: чего Элеанор хочет на самом деле? — Энджи улыбнулась мне. — Можешь кинуть монетку!  — Говорят что в момент, когда ты подкидываешь монету — ты уже знаешь ответ на свой вопрос, — заметила я.  — Вот именно! — рассмеялась Энджи. — Слушай, ты извини, но мне надо клеить чертовы стразы! Я уверена, что ты всё сделаешь правильно, а твоей подругой я останусь, даже если ты выйдешь за Мэтта.  — Спасибо, — я послала в камеру воздушный поцелуй.  — Я позвоню тебе ближе к выходным, и мы всё обсудим! — Энж помахала мне рукой, и я закончила звонок. Что ж… Легче мне не стало, но стало как-то спокойней. Энджи была права, я никогда не искала простых отношений без драмы. Да, это порядком трепало мне нервы, но делало меня живой. Отношения с Мэттью были словно спокойная вода, прозрачная и теплая. А мне все еще хотелось нырнуть поглубже, чтобы узнать насколько хватит дыхания. *** Через пару недель мои чувства, казалось, пришли в норму. Телефон молчал, изредка принимая сообщения от родителей и электронную почту, и мне почти удалось себя убедить, что все случившееся мне привиделось. Январь — ленивое и бестолковое время, с какой стороны ни посмотреть. На работе все лишь строят планы и обсуждают итоги прошлого года. Друзья и близкие все еще пребывают в эйфории от прошедших праздников и начинают несмело мечтать о весне, строить планы на летние дни. Я упустила момент, когда в витринах появились первые украшения ко Дню всех влюбленных, а Мэтт сообщил мне, что уже забронировал столик, хотя до этого сомнительного праздника было больше недели. Я чувствовала себя словно надо всей этой суетой, в коконе из собственных мыслей и забот, но была донельзя спокойной и улыбчивой. Джо из соседнего отдела даже поинтересовался, не принимаю ли я какие-то новые антидепрессанты. Я лишь рассмеялась, не в силах объяснить самой себе причину своего хорошего настроения. Разве что «Хёртс» в моем айподе могли иметь к этому какое-то отношение, но именно эти мысли мне удавалось прогонять прочь. Это было странно, но их музыка не была для меня смазливой мордашкой солиста-ловеласа, будто Тео-певец был каким-то другим человеком. За строчками и словами я видела жизни людей, их чувства и поступки. И всё это делало меня настолько цельной и полной, что поначалу стало даже страшно. Словно я нашла давно потерянный кусочек пазла, и картинка, наконец, сложилась полностью. Наверное, в этом и была магия Хатчкрафта и их незатейливых мелодий. Музыка звучала слишком лично, слова были честными, и всё вместе настолько легко вплеталось в моё существование, что, казалось, всегда было его частью. Я почему-то больше не чувствовала себя одинокой посреди толпы, словно точно знала, где-то там есть человек, который меня понимает, как никто другой. Даже если мы с ним никогда не увидимся. Телефонный звонок в среду во время обеденного перерыва заставил меня вздрогнуть, а незнакомый номер на экране — занервничать. Моё почти эйфорическое спокойствие последней недели растворилось в один момент.  — Да?  — Привет Элеанор-не-Ригби, — раздался хриплый голос. — Я думал о тебе!  — Тео, — выдохнула я внезапно севшим голосом.  — Рад, что ты меня узнала! — на том конце провода слышался механический голос, объявляющий рейсы к посадке.  — Ты куда-то улетаешь? — я спросила быстрее, чем подумала. Тео рассмеялся.  — Нет, только прилетел. Есть планы на вечер? «Ничего, что нельзя было бы отменить!» — чуть не сорвалось с моего языка, но я вовремя себя остановила.  — Ничего особенно, — отозвалась я.  — Отлично! Я закину вещи в квартиру, посплю пару часов, и можем встретиться там же, где всё началось! Если у тебя, конечно, осталось желание продолжить наше знакомство.  — В вагоне метро? — с усмешкой спросила я.  — Не, не думаю, что это хорошая идея!  — Не думаю, что хочу тащиться в тот клуб снова! А вот продолжить знакомство… — я намеренно заставила слова повиснуть в воздухе. Недолгая тишина в трубке сопровождалась какой-то вознёй, и хлопком двери. Судя по всему Тео сел в такси.  — Тогда скинь смской свой адрес, я приеду, как проснусь! Я взглянула на часы, до конца рабочего дня было не больше полутора часов, даже по самым плохим прогнозам немного прибраться я успею.  — Хорошо.  — Тогда до встречи! — Хатчкрафт повесил трубку, прежде чем я успела что-то ответить. Уставившись в монитор, на котором в данный момент были открыты сводные таблицы за два предыдущих квартала, я поняла, что строчки плывут перед глазами. Сердце грохотало, а в коленях появилась слабость, несмотря на то, что я сидела в кресле. В голову мне пришла мысль, что в этой жизни всё на самом деле очень просто, и, как сказал один подвыпивший музыкант, прежде чем меня поцеловать — не надо усложнять. И, кажется, я собиралась последовать его совету. *** Домой я летела, как на крыльях. Это было странно, потому что какая-то часть меня была в ужасе от происходящего, хотя бы по той простой причине, что у меня был Мэттью. Я уставилась в окно, наблюдая, как люди спешат по заснеженным улицам, и подумала о том, что никогда не была хорошей. Ни хорошей, ни счастливой. У меня были определенные ожидания на эту жизнь, отчасти связанные с особенностями моего воспитания, отчасти — с романтическими комедиями, на которых я выросла. Я всегда с кем-то встречалась, и чаще всего это были не простые летние романы, а полноценные многолетние отношения, которые, впрочем, ни к чему не приводили. Мой первый парень спустя два года объявил, что хочет больше свободы, и я ушла. Второй — кормил обещаниями скорого счастья и свадьбы, и я верила, пока он не ушел сам. В сумме эти эпизоды отобрали почти шесть лет моей жизни. За ними последовала череда ничего незначащих знакомств, а потом случился драматичный роман, который и стал причиной моего бегства в Лондон. Тогда я покидала Блэкпул налегке, не особо представляя, что будет дальше, но уверенной в том, что хуже не станет точно. Недели моего лондонского одиночества складывались в месяцы, и когда в моей жизни появился Мэтт, мне показалось, что это ответ на все вопросы. Хотя, как я теперь понимала никаких вопросов у меня толком и не было. Мэттью был из консервативной английской семьи, с классическим воспитанием и взглядами на жизнь. В каком-то смысле мы сошлись вопреки обстоятельствам, и если бы не друзья, то вряд ли бы вообще когда-либо пересеклись. Ему нравилось, что я ярко крашусь и делаю татуировки, я же находила очарование в его мягких свитерах и дорогих ботинках. Мы были странной парочкой, и именно это мне и нравилось. И я старалась не задумываться над тем, что на самом деле мы едва друг другу подходим. Он появился в нужное время, в нужном месте, и этого казалось достаточно. Я не знала, что такое счастье. Равно, как и не знала, чего хочу от жизни. Я думала, что отношения с со всех сторон положительным Мэттом помогут залечить ту трещину, что много лет назад образовалась в моем сердце, но на деле я поняла, что она стала лишь больше. Мэтт был слишком хорошим. А я слишком хотела сгореть словно мотылек, летящий на пламя. И недавний разговор с Энджи лишь убедил меня в этом. Я никогда не была той, кто живет рационально. В моей душе всегда кипели эмоции, словно в адском котле, полном надежд, ошибок и желаний. Всё это и определяло меня как личность, делало самой собой. Последние несколько лет, я подавляла это, полагая, что мне пора повзрослеть и стать серьёзней. Но сказала Электра Кинг в одном из моих любимых фильмов про Бонда: какой смысл жить, если не чувствуешь, что живёшь? Если Элеанор Уайлд любит крепкий кофе, американские сериалы и неправильных мужчин, то зачем пытаться себя переделать? Все эти мысли кружились в моей голове, пока я наспех наводила порядок в квартире. Я не знала, сколько у меня есть времени и появится ли Тео вообще, но лучше было быть готовой. Я заглянула в комод, где на средней полке лежало несколько шелковых ночных рубашек и халатов, и нахмурилась. Мэтт обожал дарить мне подобные вещи и видеть меня в них, я же не понимала практической надобности подобной одежды. Когда в квартире раздался звонок домофона на мне были шерстяные носки, растянутые пижамные штаны и синяя майка-борцовка. Вытащив из волос заколки, я слегка тряхнула головой и взяла трубку.  — Да?  — Это Тео, — раздалось на том конце провода, и у меня в животе заныло от волнения.  — Четвертый этаж, направо, — сказала я и, нажав «открыть», быстро повесила трубку на место. Меньше чем через минуту в дверь постучали, и я открыла, бросив последний взгляд в зеркало. Хатчкрафт был высоким, его куртка была в снегу, а в руках он держал темную бутылку. И я совершенно не знала, чего от него можно ждать. — Привет, — выдохнула я. — Привет, — отозвался Тео, и на секунду мне почудилось подобие сомнения на его лице.  — Зайдешь? — тихо спросила, ощутив, как внутри меня все проваливается в пустоту. Он как-то потерянно кивнул и перешагнул порог, ставя бутылку вина на тумбочку.  — Красное подойдет? — спросил он.  — Подойдет, — кивнула я, удивленная тем, что он пришел не с пустыми руками. Тео смерил меня взглядом, быстро облизнув губы. Я поежилась, чувствуя себя не в своей тарелке, но все равно считала пижаму лучшим выбором. А в следующую секунду мне вообще расхотелось о чем-либо думать, так как Хатчкрафт схватил меня за плечи и поцеловал. Я ответила моментально, будто ждала этого, будто мы делали это тысячу раз прежде. Он по-змеиному выскользнул из куртки, а я просунула руки под светло-серый джемпер, едва не испугавшись того, какая горячая у Тео кожа. Хатчкрафт ощутимо впечатал нас в стену, закидывая мою ногу себе на бедро. Я вздрогнула, как от удара, но послушно обхватила его за шею, позволяя Тео скользить руками под ткань пижамных штанов, а потом и вовсе потянуть их вниз, обнажая мои ноги. Он что-то прохрипел прямо в поцелуй, и я услышала звук расстегивающейся пряжки ремня. Не дожидаясь приглашения, я скользнула пальцами вниз по напряженному животу Хатчкрафта, обхватывая член ладонью. Мужчина глухо застонал, крепче вжимаясь. Этот звук мне, определенно, понравился, и я, слегка сжав ладонь, сделала несколько движений вверх-вниз, наблюдая за его лицом. Тео закусил нижнюю и губу и зажмурился, растрепавшаяся челка падала на лоб, и я вдруг поняла, что на носу у него россыпь веснушек. Наверняка я смотрела на него с восхищением, взгляд Хатчкрафта вдруг потеплел, а губы тронула улыбка.  — Резинка, — выдохнул он, — в кармане. Несколько секунд, которые показались мне вечностью, я потратила на извлечение презерватива из узких брюк. Тео в это время, не переставая оглаживать мои бедра и покусывая кожу на шее, стащил через голову свитер. Когда мои изыскания были завершены, Хатчкрафт выхватил у меня из пальцев презерватив и, усмехнувшись, надорвал упаковку зубами. Снова этот взгляд маньяка!  — Ещё не передумала? — вдруг спросил он, и прежде чем я успела что-то ответить, добавил, — уже не важно! Если что, попробуй меня засудить! И в следующее мгновение, Тео вошел в меня одним движением. Я с громким стоном откинула голову назад, приложившись затылком.  — Боже мой, — выдохнула я, обхватывая его за шею.  — Держись крепче, — он поймал мои губы и резко двинул бедрами, заставив меня громко ахнуть. Внутри меня жалобно затрепетала какая-то неизвестная мне самой струна, посылая волны удовольствия по всему телу. Я подавалась на встречу каждому движению Тео, но с учетом нашей позы и разницы в росте едва ли мы могли играть на равных. Хатчкрафт распинал меня у стены с таким энтузиазмом, что если бы я соображала в этот момент, то решила бы, что он всё-таки обо мне и правда вспоминал. Но вместо того, чтобы думать, я хрипло стонала, цепляясь за его спину, прикусывая кожу ключиц. Ощущение горячего мужского тела, тесно прижатого к моему, было крышесносящим. В моей прихожей очень быстро стало невыносимо жарко и душно, словно откачали весь кислород. Мой мир сузился до лица Хатчкрафта, который прикусывал губы и щурился, но не сводил с меня взгляда. Я бездумно потянулась к его губам, и стоило нам поцеловаться, как между ног прошла сладкая судорога. А потом ещё одна. И ещё. В какой-то момент я всё же потеряла равновесие, и едва не соскользнула, но Тео с рычанием удержал меня. Он прижался своим лбом к моему, его движения стали быстрыми и рваными. Крепко зажмурившись и не переставая кусать губы, Хатчкрафт вбивался в моё тело, и вдруг глухо застонав, замер. Я обхватила его за плечи, прижимая к себе, смазано целуя в выбритый висок, наслаждаясь мелкой дрожью его горячего тела. Медленно, не расцепляя объятий, мы опустились на пол, и Тео удобно устроил голову у меня на плече. Секс у стены — не лучшая идея, если это первый раз. Однако то ли у Хатчкрафта был богатый опыт, то ли я была донельзя ловкой, но факт оставался фактом — всё было даже слишком хорошо. Мы молчали, восстанавливая дыхания, и мне вдруг показалось, что сейчас он встанет и уйдет, даже не взглянув на меня. Это было бы больно, но ожидаемо. Перед глазами мелькнули образы «гламурного» Хатчкрафта в костюмах и рубашках, с моделями и Дитой под ручку.  — Элеанор-не-Ригби, — прошептал он. — Как хорошо, что мы с тобой встретились в тот вечер.  — Мне тогда двинули по носу, вообще-то, — напомнила я. Мужчина посмотрел на меня и улыбнулся.  — Наверное, поэтому я и обратил на тебя внимание.  — Ты был пьян.  — Это не имеет отношения к результату! Он поднялся, натягивая штаны, и протянул мне руку, помогая встать. Сейчас Тео меньше всего был похож на свой глянцевый образ затянутого в костюм дэнди-сердцееда. Скорее это был тот Тео, которого я видела в концертных записях: счастливое лицо, растрёпанные волосы и улыбка человека, которому принадлежит весь мир. Я коснулась его небритой щеки и улыбнулась в ответ. Хатчкрафт слегка склонил голову, принимая ласку, и вздохнул.  — Сваришь мне кофе?  — Могу даже выдать полотенце и отправить в душ.  — Это было бы замечательно, — он ощутимо прикусил меня за запястье и я, ойкнув, отдёрнула руку. — Покажешь куда идти? Через пару минут кофе был на плите, а Хатчкрафт — в душе. Я же, глупо улыбаясь, смотрела на падающий за окном снег.