"Упасть, чтобы подняться"

      Иногда бывает так, что мы не в силах изменить действительность. Мы, словно корабли плывём по течению, и только это течение определяет наш путь.       Раньше я никогда не задумывалась об этом. Я была уверенна, что всё в этой жизни можно изменить, но сталкиваясь с трудностями я опускала руки. Это горькая правда. Я редко признавалась себе в чём-либо, а свои ошибки перекладывала на других. Часто врала, чтобы оправдать себя, а в итоге обманула лишь саму себя. Я хотела стать кем-то, однако... В этой бессмысленной погоне потеряла себя.       Но, когда я оказалась рядом с Алексом, мне стало легче. С ним я не претворялась, могла быть собой. Правда, звучит парадоксально глупо? Я не стремилась завоевать его любовь, я не могла им манипулировать - я просто его любила и продолжаю любить.       Задыхаюсь от его размеренных проникновении в моё тело, схожу сума от грубых поцелуев и фиолетовых засосов на моей шее, умираю и возрождаюсь, когда он целует мои губы. Я просто наслаждаюсь им, зная, что у меня осталось не так много времени. Поэтому слишком отчаянно цепляюсь за него, слишком отчаянно прижимаю к себе и целую обнажённое тело... Потому что мне катастрофически мало его... - Я хочу, чтобы на выходных ты съездила со мной в одно место, - ставит условие Алекс, пытаясь отдышаться, но я лишь вновь тянусь за таким нужным поцелуем. Разве это уже не решённый вопрос, к чему спрашивать моё мнение? - Хорошо, - соглашаюсь, когда его взгляд становится слишком пристальным. Целую его висок и приникаю губами к уху. - Но ты пойдёшь со мной на каток...       Пусть моя просьба до ужаса глупая, смешная. Только это именно то, чего я очень хочу. Глаза парня округляются, а из груди рвётся сдавленный смешок. - Я похож на дебила-подростка, который хочет сводить девочку на каток? - фыркает парень, отстранившись от меня, чуть присев в кровати, но не отрывая взгляда от меня.       Я сдавленно улыбаюсь, обвивая руками его шею. Сейчас так хочется язвить, однако я сдерживаю себя, пытаясь сохранить в памяти такие нужные минуты. - Пожалуйста, Алекс... - тихий шепот, а в его глазах уже загорается огонёк. И я понимаю, что выиграла это сражение. Пальцы зарываются в его волосы, и в моих глазах загорается просьба. - Иначе я никуда с тобой не пойду... - Шантаж? - удивлённо уточняет парень, выгибая бровь. - А как же иначе. Мне есть у кого учиться... - Высокомерно отвечаю, чем вызываю улыбку Алекса, которая выглядит ещё более завораживающе в темноте. - Стерва, - гулкий шепот в самые губы, которые я тут же накрываю своими и тут же оказываюсь под сильным телом парня. - Идиот...

***

      Когда я просыпаюсь утром, на часах ещё только шесть утра. Вновь закрываю глаза, а открыв их, вижу перед собой спящее лицо Алекса. Он впервые выглядит таким расслабленным и спокойным, что улыбка непроизвольно трогает мои губы.       Мужские руки обвивают мою талию, прижимая к себе. Странно, но я так привыкла к этому. Ладонь медленно скользит по его лицу, очерчивает скулы, а губы касаются его лба. С ним непривычно быть такой... Слишком мягкой...       Аккуратно выпутываюсь из кольца рук, вставая с постели, по пути собирая разбросанные вчера вещи. Так привычно, что просто душит. А что-то щемящее собирается в уголках души. Сделав ещё несколько шагов, я замираю, остановившись напротив кухни. А я ведь никогда ничего ему не готовила. Никому. За все семнадцать лет жизни. Считала, что у меня будет так много времени в будущем, когда я выйду замуж и рожу детей.       Я не даю воли этим мыслям - довольно. Я не смогу ничего изменить. Так пусть попытаюсь наверстать то, что против воли упущу... Нахожу среди посуды сковородку и ставлю её на плиту, не забыв разлить туда масло. Разбиваю яйцо и резко отворачиваюсь, боясь, что искорки полетят в глаза. Однако вместо этого ощущаю чьи-то руки на своём животе.

Алекс.

      Привычный запах. Грубый голос. Сильные руки. Как можно не сойти сума от этого? - Я впервые вижу тебя у плиты, - честно признаётся парень, проводя носом по моим волосам. Мне становится не по себе от этого просто жеста. - Ты решила отравить меня?       Усмехаюсь. Я ожидала от него подобного комментария. Я бы очень удивилась, если бы этого не произошло. Однако в этом нет высокомерия, просто лёгкая шутка, которая заставляет меня улыбнуться и сильнее прижаться спиной к его груди. - Нет. Просто подумала, что неплохо бы научиться готовить, - вру, но эта ложь кажется правдивой. Хотя уверенна, что Алекс чувствует подвох, но не понимает причины. Он слишком умён.       Ощущаю его тепло и чувствую себя счастливой от того, что он ещё здесь. Не ушёл. Парень очень редко делает так, поэтому сейчас я наслаждаюсь каждой минутой и каждым мгновением.       Проходит пару секунд. И ладонь Алекса накрывает мою руку и отставляет сковородку в сторону, выключив плиту. - Такими темпами ты спалишь мою кухню, детка, - уверяет парень, а я оборачиваюсь на его голос. В его глазах горит привычное веселье, а я иронично улыбаюсь, состроив недовольную рожицу. - Ну, что посмотрим, что у тебя в итоге получилось.       Алекс садится на стоящий рядом стул, а я ставлю перед ним сковородку с жаренными яйцами и вилку. Знаю, ведь он любит есть со сковородки. А сама сажусь напротив, наливая в стакан завалявшийся в холодильнике апельсиновый сок. - Ты всё-таки решила меня отравить. Иначе почему не ешь свой кулинарный шедевр? - грубо спрашивает парень, пристально буравя меня взглядом, однако чувствую, что это напускное. - Я не хочу, - мягко отвечаю на его вопрос, делая ещё один глоток сока, который кажется мне ужасно вкусным.       Встаю из-за стола, желая помыть за собой испачканный стакан. Как вдруг ноги подкашиваются, и я понимаю, что теряю равновесие. Цепляюсь рукой за край стола. И начинаю с остервенелой силой захватывать необходимый сейчас воздух. Внутри, словно что-то сжимается, разрывается. Задыхаюсь, пальцы цепляются за поверхность со стола.       Алекс тут же срывается с места, подхватывая меня за руки, не давая упасть. Но я не понимаю происходящего, только обессилено цепляюсь за него, едва слыша его голос. - Детка, что с тобой? - Я не в силах ответить, только, как рыба глотаю воздух. Чувствую себя беспомощной, когда Алекс разворачивает меня в своих руках, а я не могу посмотреть на него, просто закрываю глаза. - Чёрт возьми, посмотри на меня!       Голос грубый, ладони бьют мои щёки. Однако я безвольна, прижимаю руку к груди, надеясь, что это хоть как-то уймёт мою боль. Глупая. Только мотаю головой. - Дыш.. ать... тяже... ло... - какими-то обрывками пытаюсь произнести я, вглядываясь в лицо парня. Боже мой. Больно... Не оставляй меня... Не сейчас.. - Твою мать, корсет что ли тугой... - Алекс резко приподнимает мою футболку и срывает лифчик, отбрасывая его в сторону. Мне становится чуть легче. - Ну же дыши. Вдох, выдох. Ну, же детка...       Мужская ладонь касается моих волос, и моё дыхание постепенно выравнивается, хоть и со сбивками. Спокойнее. Тише. Меня понемногу отпускает, дышать становится легче. И я наконец чувствую такой знакомый запах... Запах Алекса... - Алекс, - обессилено выдыхаю, утыкаясь в его тело. В глазах всё ещё лёгкая темнота, которая потихоньку пропадает. Но я по-прежнему намертво цепляюсь пальцами за его футболку, как за единственную точку опоры. - Алекс... - Тише. Тише. - Всё также размеренно шепчет парень, целуя мою макушку и поглаживая спину, в то время, как я лишь повторяю его имя, словно молитву. - Девочка моя, тише.       Я закрываю глаза и на несколько минут выпадаю из реальности, слушая только такой родной голос. Не понимаю, почему пропадает ощущение земли под ногами, а распахнув глаза, оказываюсь усаженной на стул.       Беспомощно хлопаю глазами, стараясь различить краски, как вмиг моё внимание останавливается на фигуре парня, стоящего напротив меня. Его взгляд обеспокоенный пробирает до дрожи, но я даже не знаю, что сказать... - Всё хорошо? - доносится до меня голос парня, и я сдавленно киваю, стараясь выжать из себя улыбку. Только для него. - Что с тобой было? - Я... Мне вдруг стало тяжело дышать, - стараюсь ответить честно, понимая, что врать нет абсолютно никакого смысла. - А в глазах потемнело. Наверное, магнитные бури... Прости... - Прости? - передразнивает Алекс, но его голос слишком серьёзен. Мурашки невольно пробегают по моей коже, когда я смотрю в его глаза, горящие бешенством. А его ладони ложатся на мои плечи. - Ты хоть понимаешь, что ты творишь? Ты к врачу ходила? Что он тебе сказал?       Я замираю. Я смотрю в эти чистые глаза и понимаю, что не могу сказать правду. Я не хочу волновать его. Хочу просто подольше побыть с ним. Хочу быть рядом, пока могу... - Ничего. Мне сказали, что мои анализы в норме. А все эти головные обмороки и головные боли возникают под влиянием стрессов и ослабленного иммунитета. Сказали больше дышать свежим воздухом.       Медленно встаю, подходя ближе к парню, доверчиво прижимаясь к его груди щекой. Такой тёплый, родной и мой... Только в его руках - я в безопасности, и я до дрожи во всём теле боюсь его потерять. - Проехали... Мы ещё вернёмся к этому разговору, но позже, - продолжает Алекс, чуть отстраняя меня от себя, чтобы заглянуть в глаза. - Я сегодня постараюсь завершить все дела на работе пораньше, а потом пойдём куда ты там хотела?       Он задаёт вопрос серьёзно, а я теряюсь от этого простого жеста. Он же так не хотел никуда идти, но сейчас... - На каток... - добавляю уже совсем тихо. Вглядываясь в бездонные глаза напротив, которые также пристально смотрят в мои. - Значит так, ни о каком университете даже слышать не хочу. Останешься сегодня дома. А потом, когда я приду, пойдём на твой каток, договорились?

***

      Постепенно я прихожу в норму. Голова немного побаливает, однако в целом всё хорошо. Воспоминания о том, что произошло утром не дают покоя. Со мной никогда не было настолько сильных приступов. Тогда мне казалось, что я просто задохнусь, мне отчаянно не хватало воздуха...       Я захожу в комнату парня, в которой так часто стала бывать. Вижу уже заправленную постель, медленно подходя к полке с книгами и какими-то коробками. Беру ненужную тряпку, решая протереть пыль, осевшую там. Странно, обычно у Алекса везде идеальная чистота. Перебираю книги, читая их названия. Надо будет попросить у него некоторые из них почитать.       Случайно отставив ряд книг, натыкаюсь на одну маленькую коробочку. Не хочу лезть в его вещи, однако любопытство всё же пересиливает, и я открываю её. Там лежат какие-то медали: золотые, серебряные. Рассмотрев одну поближе, вижу надпись "За победу в региональных соревнования по хоккею..."       Получается Алекс когда-то занимался хоккеем? Странно, я ничего не слышала об этом. Хотя при его неразговорчивости это неудивительно. Он поразительно закрыт для других, и я не знаю, как он терпит меня рядом с собой.       Кладу всё обратно, и стараюсь расположить всё, как было. Но нечаянно роняю одну книгу, которую тут же спешу поднять... Однако из неё кое-что вылетает, я тянусь, чтобы рассмотреть... И замираю, округлив и без того большие глаза. Я вижу свою собственную фотографию... Она сделана около года назад. И, кажется, на телефон Алекса. Его тогда попросил Стас. Он и сфотографировал меня. Я на ней какая-то отрешённая. А на передний план выходят мои глаза. Только, что она делает здесь? Я слышу звук открывающейся двери и быстро прячу фото, выбегая в коридор, где уже стоит Алекс с каким-то пакетом в руках. Я вопросительно поднимаю брови в немом вопросе. - Я возьму свои коньки, когда-то купил по глупости, а твои в машине. - Поясняет Алекс, проходя в квартиру и находя то, что ему нужно. - Можно же взять коньки напрокат... Но Алекс лишь подходит ближе, касается пальцами моей щеки и приникает губами к уху. Сердце на секунду замирает. - В прокате нет размера тридцать пять с половиной, детка...