Несломленные

Звуки сталкивающихся мечей наполняли внутренний двор Чёрного замка. Люди тренировались, зная что ожидает их в грядущем. За ними наблюдал Джон, понимая, что в его сердце всё равно останется тоска по этому месту, несмотря на пережитые им здесь горе и несчастье. Ночной Дозор стал его домом, братья — семьёй, Стена — домом. Но то, что произошло, не изменить. Джон выбрал свой путь. Сейчас он был в своих рабочих комнатах, пытаясь решить оставшиеся проблемы, после решения которых Джон собирался оставить это место. У Ночного Дозора оставался негласный кредит у Железного банка для приобретения столь необходимой пищи на Зиму, но от их посланника Тихо Несториса не было вестей после того, как он уехал к армии Станниса, и не было известно, что с ним стало. Ситуация с одичалыми становилась менее напряженной, и Джон полагал, что Эдд сможет вести их в бой, когда придёт время. Со своим другом он успел обсудить детали его поста в Дозоре, и теперь Джон мог планировать новую жизнь. Вместе с Алейной. Он не мог поверить, что она действительно приехала к нему и была готова сбежать с ним. Слишком всё шло прекрасно, но он не давал себе повода для беспокойства. Вскоре в Восточном дозоре должен был отплыть корабль в Браавос, куда Джон и планировал отправиться. Поначалу для переговоров, а затем для побега в новую жизнь. Он ещё не знал, что они будут делать, но обдумал, что они после решат это. Сейчас всё ещё нужно было разобраться в делах Стены. Раздался стук в дверь:  — Войдите. Джон повернул голову к входящему и улыбнулся:  — Алейна.  — Джон. Она выглядела отдохнувшей, но встревоженной. Пока она медленно приближалась к нему, Джон встал, подходя к ней:  — Что случилось? Алейна посмотрела на него с тяжестью и горечью:  — Я должна кое-что сказать тебе. Очень важное. И боюсь, после этого ты не… не сможешь принимать меня такой… Джон не дал ей договорить, осторожно беря за руку. Он чувствовал, как каждое слово давалось Алейне с трудом, но он был здесь и был готов поддержать её, чем бы она не поделилась бы:  — Ты можешь мне довериться, Алейна. Он видел, как она задрожала:  — Это не моё имя, Джон. Меня зовут не Алейна Стоун. Джон не понимал. Она продолжала:  — Я скрывалась под ним, чтобы выжить. У меня не было выбора. Её голос начинал дрожать, но он крепче сжал её ладонь, чувствуя, что сейчас всё изменится:  — Расскажи. Казалось, у неё вот-вот пойдут слёзы, но она говорила:  — Помнишь, в нашу первую встречу в Долине тебе показалось, что мы знакомы? Джон кивнул.  — Ты не ошибся. Мы не просто знали друг друга. Мы росли в одном месте. Джон был удивлён:  — Ты жила в Винтерфелле? Она кивнула, уже не пытаясь удерживать слёзы и дрожь в голосе:  — Не просто жила, я родилась там. И каждый день в детстве мечтала уехать. И вела себя ужасно, заносчиво и глупо. Особенно с тобой… Джон не сознавал, о чём она говорила. Всё это так было не похоже на реальность. Но это была она: жестокая и беспощадная. Он смотрел на неё, видел, как с тяжестью произносила каждую фразу… И как сказала главное:  — Я Санса Старк. Нет. Нет. Это было невозможно. Джон начал качать головой. Он не верил. Не хотел верить, что это правда.  — Джон, посмотри на меня. Он не хотел. Он боялся этой правды.  — Пожалуйста… И Джон повиновался. Он смотрел ее чистые голубые глаза и видел. Видел маленькую девочку на руках у леди Кейтилин, которую дали подержать Роббу. Видел прекрасную деву в красивом платье с Юга, что презренно смотрела на него. Видел девушку, которую так неожиданно встретил. Свою сестру.  — Санса…  — Мне жаль. Она плакала. Сколь же тяжело ей было признаться сейчас?  — Прости, что лгала. У меня не было выбора. Правда пала на Джона так резко. Он не мог прийти в себя. Ещё не осознавая, ещё не до конца понимая, он сел на стул, утягивая её за собой. Она присела рядом с ним, всё ещё держась за его руку. Джон перестал ощущать реальность. И всё же он желал узнать:  — Как… Всё что смог он произнести. Как она смогла выжить? Как смогла пройти этот путь почти в одиночку? И Санса рассказала ему. Почти всё: как она жила в плену в Королевской гавани, терпя унижения и побои, как сбежала, надеясь, что всё закончилось, ужасно ошибаясь, как ей пришлось взять новое имя и статус бастарда. Но когда речь заходила о лорде Бейлише, Санса не могла говорить. Слёзы не уходили, и в какой-то момент у неё просто не осталось сил. Джон понял это. Он слушал рассказ Сансы, чувствуя гнев и сожаление. Она просто осталась одна. Никто не мог защитить её. Но теперь это в прошлом. Джон бережно обнял её, чувствуя, как её пальцы ухватились за его плечи. Он прошептал:  — Теперь ты в безопасности. Всё хорошо.  — Я так сильно скучала. Прости за то, как вела себя с тобой.  — Мне нечего прощать… Он понимал, что она хотела возразить, но не смогла. После столького пережитого она наконец могла быть собой, чувствуя себя в безопасности. Джон прижимал её к себе, осознавая как сильно тосковал все эти годы по ней… Всё, что осталось от их семьи. Они ещё много говорили, рассказывая свои истории.  — Я думала, что умру, когда узнала о смерти мамы и Робба. Больше не оставалось никакой надежды на возвращение домой. Все были мертвы, а о тебе я не знала.  — Я узнал о них только, когда вернулся от одичалых. Как и о Бране с Риконом. Ты была у Ланнистеров, Арья отдана Болтонам, а я даже не мог помочь, как бы не пытался…  — Что? На её лице, которое только высохло от слёз, виднелось удивление:  — Как Арья оказалась у…  — Я слышал, что её отдали Ланнистеры в знак союза. Она покачала головой:  — Это невозможно. Джон, после смерти отца Арью никто не видел. За её поимку объявили награду, и я оставалась у них единственным Старком.  — Но если так… Джон не мог поверить. Значит, его сестра не была в лапах Болтона. И он послал Манса на верную гибель за зря… И всё же Налётчик сам выбрал этот путь. Но если Арью не присылали из Королевской гавани, то кто та несчастная, что выдавала себя за его сестру, став женой Дредфортского бастарда...  — О, Боги. Джон посмотрел на побледневшую девушку.  — Вместе с нами на Юг уехала Джейни Пуль. После казни нас разделили, и я больше не видела. Может ли быть, что… Она не договорила, но им обоим всё было ясно. Не найдя Арью, Ланнистеры отдали Болтонам несчастную Джейни под именем Старк.  — Значит, Арья могла выжить. Девушка кивнула:  — Либо она мертва, либо уже уехала отсюда, понимая, что для нашей семьи здесь нет будущего.  — И остались только мы. Джон взглянул в её глаза, в черты, той, что было остатком его семьи; той, которую он никогда не перестанет защищать; в девушку, в которую он был влюблён. О, Боги… Только сейчас Джон понял и осознал всю тяжесть этой правды… Он был влюблён в неё… В свою сестру… В дочь своего отца. А она смотрела на него:  — Джон, я… В дверь постучали. Без разрешения зашёл Эдд. Он увидел, как близко они сидели друг с другом, но в его взгляде Джон не нашёл удивления. Но там было нечто иное:  — Прошу прощения… Но, Джон, это важно. Вид у него был действительно встревоженный. Будто он увидел настоящего призрака.  — Говори, Эдд. Он посмотрел на Алей… Сансу, что была рядом с Джоном. Нелегко ему будет принять это… Он кивнул другу, в знак, что ей можно доверять.  — Приехал… И требует встречи с тобой.  — Кто, Эдд?  — Сир Давос. Джон покачал головой, не веря:  — Но ведь он мёртв.  — А сейчас он здесь. И хочет видеть тебя. Джон закрыл глаза, пытаясь всё осознать. И кивнул:  — Хорошо. Пусть идёт сюда. Эдд вышел.  — Кто такой сир Давос? - спросила Санса.  — Он был десницей Станниса. Но его казнили в Белой гавани. Не представляю, как он смог спастись. И в комнату вернулся Эдд вместе с ним был определённо живой сир Давос Сиворт.  — Милорд, — он заметил Сансу. - Миледи. Боюсь, мне нужно поговорить с Лордом-командующим наедине. Она уже хотела ответить, но Джон опередил её:  — Сир, позвольте представить мою сестру, Сансу Старк.  — Санса Старк? Новость заставила их искренне удивиться и Давоса, и Эдда. Джон заметил взгляд последнего. Ведь Эдд знал… Но сейчас это было не столь важно…  — Но ведь Вас объявили пропавшей…  — Всё так, сир, — К ней будто вновь прежняя маска безразличия, но Джон знал, как тяжело ей было удерживать её. — Я сбежала из Королевской гавани, притворяясь бастардом из Орлиной Долины. Там я встретилась с Джоном… И теперь могу больше не скрывать своё имя. Хоть Давос и был ошеломлён, но он решил продолжить своё:  — Тогда, миледи, Вы можете присутствовать. По приглашению Джона, он сел, взглянув на Эдда, что стоял у стены. Но Джон сказал:  — В его присутствии можете говорить свободно. Я доверяю ему. Давос нервно вдохнул:  — Могу прежде спросить? Джон кивнул.  — Что стало с моей принцессой и королевой?  — Прошлым вечером они со своими людьми уплыли на другие земли за Узкое море. Здесь для них было небезопасно. Давос кивнул:  — Да, Вы правы. Прежде я должен рассказать, как выжил. Как помните, Станнис отправил меня в Белую гавань для переговоров с лордом Мандерли… И Давос рассказал им о своей якобы казни, разговорах с Мандерли, о том, как последний познакомил его с немым Веском, который был когда-то оруженосцем Теона Грейджоя, что смог пережить тот штурм Винтерфелла и смог нарисовать эту историю, истинную историю того страшного для Севера дня. Так стало известно, что младшие Старки не погибли. И для с Сансы с Джоном это стало неописуемым потрясением. Она не смогла сдержать слёзы, что так и рвались наружу:  — Бран… и Рикон… Они живы… Как сложно было поверить. Как опасно было вспомнить. Боль утраты вновь открылась. Но это был не конец…  — Лорд Мандерли согласился на вассальную присягу Станнису, если я смогу найти одного из них. О Брандоне Старке ничего не было известно, но о Риконе оказалась известна весть, что он находился на острове Скагос, который называют островом людоедов. Я отправился туда. Но опоздал. Я был так близок, но его забрали раньше. Солдаты со щитом ободранного человека. Солдаты Болтона. Санса в ужасе закрыла глаза, незаметно от всех, кроме Джона, сжала кулаки. Он понимал её. Их младший брат. Их маленький Рикон, был сейчас в плену у этого зверя. Давос продолжал:  — Когда я вернулся, то узнал о Станнисе и решил, что вы должны знать.  — Спасибо, сир Давос. Джон не мог придти в себя. Всё было слишком… Он посмотрел на Сансу. Она была так бледна. Что теперь им было делать? Они не могли бросить Рикона… Но как и что… И вновь стук в дверь. В комнату вошёл Рик, один из Братьев Дозора:  — Вам письмо, Лорд-командующий. «Я больше не Лорд-командующий» — хотел сказать Джон, но он не мог сделать это при сире Давосе, что не знал о его смерти. Рик ушёл, отдав письмо, а Джон посмотрел на него. Печать принадлежала Болтонам. Джон напрягся и распечатал его, внимательно вчитываясь в его содержание. После он увидел направленные на него взгляды и произнёс лишь:  — Эдд, приведи сюда Тормунда. Это важно. Он кивнул и вышел из комнаты.  — Джон, что происходит? Санса в непонимании смотрела на него. Он не ответил понимая, что сможет сказать и прочитать им только один раз. И это касалось их всех. Наконец, к ним пришли Эдд и Тормунд.  — Что случилось, Сноу? Его взгляд выражал недоумение, особенно когда он заметил Сансу:  — Тормунд, это моя сестра, Санса Старк.  — Хар-р, сестра? В его голосе слышалась усмешка. Конечно, ведь Джон не смог скрыть своих чувств, когда она только приехала сюда. Но было не время…  — Пришло письмо от Болтонского бастарда, который сейчас владеет Винтерфеллом и Севером. И его содержание касается всех нас. И он стал читать:

«Бастарду-предателю Сноу. Ты пропустил моё первое письмо, бастард. Ты провёл сотни одичалых в мои земли. И теперь только ты будешь виноват в их судьбе, когда я буду сдирать с них кожу, а остатки отдам псам. Твой дикий братец у меня, бастард. Приходи и возможно я не убью его, как Манса, отрубая каждую часть его тела, слушая его крики. Ты задолжал мне мою жену и слугу, а также принцессу одичалых с их принцем и лжекоролеву с дочерью и их красной шлюхой. Приведи их ко мне, и тогда возможно я не убью тебя, как ты того заслуживаешь. Иначе твоё бастардское сердце окажется на моём блюде. Рамси Болтон, лорд Винтерфелла и хранитель Севера»

Все молчали, с отвращением пытаясь принять ядовитые слова из письма. Тишину нарушил Тормунд:  — Значит, этот ублюдок действительно убил Манса? И теперь угрожает нам?  — Да. Давос, поразмыслив, спросил:  — Что Вы теперь будете делать? Джон не знал, что ему сказать, но тут неожиданно это сделала Санса:  — Наш брат у него. Долго он не вытянет. На данный момент Рикон главный наследник Винтерфелла. Если учитывать, что Болтон уже второй раз пишет сюда, угрожая тебе, Джон, — она посмотрела на него. — значит, ты его волнуешь, как и твоё происхождение. Он такой же бастард, как и ты. Но он, наверняка, будет медлить со смертью Рикона, наслаждаясь его мучениями. И он всё равно обречён… Джон смотрел на неё, чувствуя, что она не договаривает:  — Что ты предлагаешь? Она глубоко вздохнула, ей явно не нравилась её идея:  — Если мы хотим спасти Рикона, то нужно избавиться от бастарда Болтона… Потому, нам остаётся…  — Вернуть Винтерфелл. Горькая тоска настигла их обоих. Несбыточная мечта по дому вновь стала живой и ранящей, словно клинок. Вмешался Давос:  — Но возможно ли при вашем посте и клятве Ночного Дозора? Джон вздохнул:  — Произошли обстоятельства, при которых я не смогу больше принимать свой пост. Давос внимательно смотрел на него, отчего Джону становилось всё неудобнее.  — Выходит, слухи были правдивы. Ответ был известен. Джон мог уйти от клятв, что рушило порядки вещей. Но рассуждать ли об этом теперь? Когда с Юга им грозят Болтоны, а с Севера идут Иные. Санса вновь присоединилась к разговору, обращаясь к Давосу:  — Какое количество солдат у Болтонов Вам было известно перед отъездом в Белую гавань? Он задумался:  — Нам доносили о пяти тысячах. Но может быть и больше. Джон посмотрел на Тормунда:  — А у вас? Тормунд хмыкнул:  — После той бойни с мертвецами? Тысяч две и ещё несколько сотен, остальные дети и старики. Санса вновь обратилась к Давосу:  — Вы говорили, что лорд Мандерли собирал войска. Сколько у него людей?  — Насколько мне известно, две с половиной тысяч, миледи. Санса посмотрела на Джона:  — Мандерли не знают о Риконе. Если мы расскажем и попросим поддержки для его освобождения, они могут помочь. Узная, что дом Старков ещё жив, они могут отказаться от союза с Фреями или играть на две стороны. Есть и другие дома: Мормонты, Гловеры, Сервины и остальные. Мы дети Неда Старка, а Север помнит. Вполне вероятно, они могут пойти за нами.   Джон не знал, что ответить. В её словах был смысл. И надежда. Здесь Санса обратилась к Тормунду, немного удивив Джона:  — Согласиться ли Ваш народ сражаться с нами? Тормунда определённо впечатлила смелость девушки, что была одной из южных леди, говорящая с ним на равных, но ответил он вполне серьёзно:  — Этот ублюдок угрожает содрать с нас шкуру и скормить своим псам. Он убил нашего вождя. Мы не дадим ему оставаться безнаказанным, — он кивнул Джону. — Мы с вами. Давос хмыкнул:  — Что ж, Вольный народ, Мандерли и другие дома Севера. Похоже на союз победителей. На Амберов и Карстарков рассчитывать не стоит. Они уже примкнули к Болтонам. Тут неожиданно говорить стал Эдд:  — На самом деле… Он остановился, смутившись от взглядов в его сторону, но Джон кивнул ему, и он продолжал:  — Ты помог Алис Карстарк, когда выдал её замуж за предводителя Теннов. Она наследница своего дома и за ней могут пойти люди Карстарков. Ведь такое возможно? Джон кивнул:  — Вероятность есть. И стоит попробовать. Значит, будем действовать. Тормунд предупредил:  — Я скажу тем нашим, что живут здесь, а тех кто в ваших землях придётся уговаривать отдельно, но с ними Вель, и она поддержит нас. Давос встал:  — Нужно отправить воронов в дома, что далеко от Винтерфелла. И они ушли вместе с Эддом. Остались только Джон и Санса. Она встала, смотря на него:  — Думаешь у нас есть шанс? Джон поднял плечами:  — Вполне возможно. И, немного помолчав, сказал:  — Мне жаль. На её лице появилось недоумение:  — За что?  — Я хотел уехать отсюда, но теперь…  — Джон, — её голос звучал так уверенно. — Мы должны спасти Рикона. И, если сможем отвоевать Винтерфелл, об этом услышат везде и тогда к нам могут…  — Вернуться Арья и Бран?  — Если они ещё живы. И тогда наша стая будет вместе. Джон кивнул:  — Решено. Мы возвращаемся домой.