Несломленные

Этой ночью у него был столь странный сон. Казалось, будто всё, что он чувствовал, происходило в реальности. Эйегон стоял в снежной пустоши. И вокруг расстилались вершины гор. И будто метель неслась прямо на него, что он даже чувствовал холод летящего снега на своём лице. А также ещё Таргариен слышал голос, такой необычный, который всё повторял:  — У дракона три головы. Казалось, будто было что-то ещё, но Эйегон не помнил. Он ощущал это некое знание в себе и всё же не мог прояснить его. По крайней мере сейчас. Наступил новый день. После завтрака они вновь шли в комнату, где проходил их совет. Вчера всё происходило не так гладко, как он надеялся. Но может сегодня им сможет повезти. Первыми пришли он с Джоном, Тирион и Дейенерис. Его тётя явно ощущала себя в непривычной обстановке, и Эйегон понимал её, сам вспоминая свои первые дни, когда был на Севере. Может ей ещё удастся принять здешние места. Эйегон также видел, что его десница пытался приободрить её, хоть и получалось слабо. Сам Тирион не питал восторга к Северу, но определённо был рад встретиться с некоторыми обитателями Винтерфелла. В комнату прибывали остальные. Первым вновь начал Джон, но теперь Эйегон заметил, что он выглядел более уверенным и даже почти взволнованным, когда вчера всё было совершенно иначе.  — Милорды и миледи. Я понимаю, что мои слова могут прозвучать безумно, но я знаю, какие необходимы действия, чтобы победить Иных. Все вокруг с удивлением смотрели на него, как и Эйегон не понимал отчего всё изменилось. Длилось некоторое молчание, и Джон продолжил:  — В данный момент Иные действительно уже достигли Последнего Очага*, пока и скоро могут пойти к Кархолд*, пока с западной стороны они определённо должны быть задержаны тамошними горами, которые невозможно преодолеть быстро, кем бы кто не был, но в восточной части пути по Северу их должна остановить Последняя река*, и тогда для прохода вперёд будет два пути: Королевский тракт* и местность в горах между руинами замка Короны Королевы* и Волчьим лесом*. И здесь будет Король Ночи. Именно на тех склонах. Вновь зародилось молчание в недопонимании, откуда он узнал…  — Брандон. Ваш кузен. Тирион с удивлением произносил это, тихо проговорив:  — Это были не просто сны. Джон кивнул ему, и Эйегон понял. Брат Сансы обладал странными, трудными для понимания способностями, которые давали ценную информацию. И мог ли быть тот его сон тоже неким посланием от юного Старка, что теперь был где-то в ином месте? Казалось, пары слов разъяснений хватило для непонимающих происходящего лордов. И дальше свои слова произнёс лорд Бринден Талли, опытный и известный воин:  — И какими же будут наши действия? И Джон отвечал:  — Чтобы добраться до Короля Ночи нам действительно потребуется воспользоваться идей лорда Тириона пролететь на драконах, с ними наверху будет помощь с большим источником огня. Но также, к сожалению, силам на земле всё равно придется вступить в бой. Нужно выставить армии у Королевского тракта и у западного конца Последней реки, поджидая их в засаде, как сможем. Мы все будем почти близко. Но остаётся продумать остальное… Лорды кивали и началось обсуждение, что так не похоже было на вчерашние предположения. Теперь всё шло почти уверенно. И их надежда становилась крепче. Но для них всё ещё был открыт другой, весьма волнующий и даже опасный вопрос о драконах. Джону и Эйегону предстояло совершить попытку летать на них, что до сих пор казалось невозможным. Настало время перерыва для принятия обеда. Эйегон задумался о происходящем. Всё было так нереально. Он всё ещё не верил, что действительно был королём, готовился к одной из самых опасных войн в истории, в которой должен был выжить, чтобы вернуться к Арианне, по которой тосковал так сильно… И теперь ему предстояло оседлать дракона. Подобное приходило Эйегону на ум лишь в детстве, когда в мечтах он был победителем, как его далёкий предок. И он всё равно чувствовал волнение и некий страх…  — Всё же удивительно, да? Из размышлений Эйегона вывел сидящий рядом с ним Тирион:  — Когда-то многие и не думали о новом появлении драконов, но теперь тебе и Джону предстоит летать на них, как в легендах. Эйегон кивнул:  — Это так. Таргариен смотрел на карлика:  — Плохо ли, что я чувствую страх? Тирион усмехнулся:  — Конечно же нет. Это значит, что у тебя есть разум. Эйегон кивнул, уверяясь этой правоте. Но Ланнистера волновало и другое:  — Как думаешь, что будет, если мы действительно победим? Ты будешь королём, Арианна — королевой. У вас будет больший совет, но куда девать драконов в этой прекрасной картине? Эйегон молчал, сам не зная ответа. Они оба знали, что угроза от них была явной. Произошедшее в Миэрине конечно же доходило до них. Но сначала нужно было победить Иных. Спустя час Эйегон и Джон шли за Дейенерис на холм, где обитали драконы. Таргариен почти не подходил к ним, но всегда чувствовал эту неизвестную тягу, чтобы приблизиться к ним. Но сейчас они подошли весьма близко, видя остатки костей от их пищи. Эти три огромных существа тут же отреагировали на них. Джон и Эйегон с недоверием смотрели, как Дейенерис, не пугаясь, подошла к самому большому из них, что стоял посередине, с чёрной чешуёй, и погладила его по устрашающей морде, говоря:  — Дрогон всегда был самым лихим. Визерион и Рейегаль спокойнее. Эйегон обошёл её в сторону, переводя взгляд на другого дракона, что смотрел прямо на него. Как будто в наваждении он подошёл ближе, а существо словно ждало его, вдыхая будто проверяя. Эйегон почти заворожённо коснулся рукой его шеи, даже под перчаткой ощущая его чешую.  — Почему именно так? Эйегон и Дейенерис посмотрели на Джона. Он стоял в близь у третьего дракона, явно опасаясь подходить ещё ближе. Из них троих ему было труднее. Всегда волк. И только недавно узнал про кровь дракона в своих жилах. И теперь вероятно тоже чувствовал это… Дейенерис вздохнула:  — Рейегаль как Рейегар, ваш отец, — Она посмотрела на дракона, что был рядом с Эйегоном и перевела взгляд к Джону. — Визерион как Визерис, мой средний брат; Дрогон как Дрого… Мой муж и отец моего дитя… Которого я тоже хотела назвать в честь вашего отца — Рейго… Она отвела взгляд. Ей явно тяжело было говорить об этом. Эйегон слышал про произошедшее с её мужем, который был с ней ещё до драконов… Они молчали, пока Дейенерис наконец произнесла:  — Вы должны доверять ему. Ими нельзя управлять. Нужно быть с ними. Едино. Она подошла к Дрогону, начиная взбираться на него, продолжая:  — И держитесь крепче. Эйегон перевёл взгляд к Джону, который похоже был весьма неуверен, даже несмотря на слова Брана…

У дракона три головы

Таргариен вздохнул и придвинулся к Рейегалю ближе к его крылу, пока тот сам словно предлагал ему взобраться на себя. И Эйегон сделал это. Он сидел на драконе, крепко вцепившись в один из его шипов. И немного повёл его вверх. Рейегаль как по команде стал подниматься ввысь. Эйегон крепче вцепился в него, боясь упасть, но постепенно, чувствуя ветер, что бился в лицо, находя вид с этой высоты на то, что было под ним… Таргариен чувствовал небывалое, ни с чем несравнимое ощущение свободы в этом полёте. Слегка оглянувшись, он заметил летевшую за ним фигуру Джона, а перед ним огромную тень Дрогона. И они действительно были похожи на последних и рода драконов. Эйегон не знал, сколько прошло времени, но, когда они приземлись обратно, он чувствовал себя так странно. Не очень ловко, но ему удалось спуститься с Рейегаля и погладить его по морде, пока Дейенерис привычным движением вернулась к земле, как и Джон, едва не упав со спины дракона. Им пора было возвращаться. Дейенерис вновь взглянула на драконов, произнося:  — Вы неплохо справились. Из важного нужно ещё знать команду, чтобы они давали огонь. Но её я скажу позже. И пошла вперёд, оставляя Эйегона и Джона идти за ней. Всё ещё в взбудораженном состоянии Таргариен произнёс:  — Это было удивительно! Ничего подобного я раньше не испытывал. Джон усмехнулся:  — Конечно, не без этого. Но я больше предпочитаю лошадей. Эйегон рассмеялся, зная, что в его брате было больше Старка, но кровь Таргариена текла в его жилах, иначе бы вряд ли дракон принял бы его. Пока они шли, разговор продолжался, и прозвучал разумный вопрос:  — Ты уже сказал Сансе про эту попытку? Джон кивнул, вздохнув:  — Если бы я этого не сделал меня выдала бы Арья, Тормунд или Вель… Лучше ей было узнать это от меня, хоть я и не хочу излишне беспокоить её. Война, большое количество людей и чужаков в нашем доме, враг, всё приближающейся к нам… И я, решившийся летать на драконе. Слишком много волнений в её положении. Конечно, им было нелегко. Джон беспокоился о своей семье, включая жену с нерождённым ребёнком. Особенно в такое время.  — Она сильная. И справится. Эйегон немного знал Сансу, но был уверен в своих словах. Они подходили к Винтерфеллу, что был окружён множеством палаток, вдруг видя сира Давоса. Он быстро позвал Джона, говоря, что пришло нечто важное. Старк кивнул Эйегону и ушёл вместе с Сивортом. Сам же Таргариен, вздохнув, догнал Дейенерис, спросив:  — Вы чувствовали тоже, когда впервые взлетели? Она осторожно посмотрела на него:  — Да. И это было невероятным. Словно я наконец вырвалась и стала свободнее чем за всю свою жизнь. И пока Дейенерис говорила, в её взгляде Эйегон видел тепло, которое не представлял найти во время их общения. Словно лёд между ними наконец стал таять. Вдруг к ним побежал Джон:  — Вести от Дозора. Нам нужно ехать к ним. Эйегон с удивлением смотрел на него. Так скоро?  — Когда? Джон хмуро смотрел на него:  — Завтра.