От ненависти до любви...

Однажды орел спрашивал у ворона: «Скажи, ворон-птица, отчего живешь ты на белом свете 300 лет, а я всего-на-всё только 33 года? » – «Оттого, батюшка, – отвечал ему ворон, что ты пьешь живую кровь, а я питаюсь мертвечиной» . Орел подумал: «Давай попробуем и мы питаться тем же» . Хорошо. Полетели орел да ворон. Вот завидели палую лошадь, спустились и сели. Ворон стал клевать да похваливать. Орел клюнул раз, клюнул другой, махнул крылом и сказал ворону: «Нет, брат ворон: чем 300 лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, а там что Бог даст! » ( Колмыцкая сказка ©) Дым. Везде был дым. Огонь, что так жадно лизал стволы деревьев, расползался по округи, обжигая зверей, или сжигая их заживо. В воздухе стоял запах горелого мяса. Из-за чёрного как смоль дыма, было тяжело бежать, но она не останавливалась. Бежала и бежала, не обращая внимания на то, что все руки и ноги были в ссадинах. — Наама! Гоуди! — Крикнула брюнетка во все горло. Треск древесины заставил ведьму оступиться. Огромное дерево упало в нескольких метрах от её ног. Послышался глухой стук копыт и звонкий детский плачь. — Везите ребёнка во дворец! — Скомандовал женский голос. На Бастет смотрели жёлтые насмешливые глаза. В горле ведьмы пересохло. Малышка была в руках рыжей женщины с жёлтыми, будто мёд глазами. В эту же минуту, рыжая пришпорила коня, скрываясь с глаз озёрной ведьмы. — « Где Наама? » — Промелькнула мысль в голове девушки, но как бы она не старалась, пошевелиться не могла. Где-то в дали послышался женский крик... *** Резко сев в постели, брюнетка широко открыла глаза. Вдох-выдох. Вдох-выдох. — Сон...просто сон...— дрожащим голосом прошептала ведьма, пройдясь дрожащей ладонью по лицу, стирая пот со лба. Дрожь всё ещё била её тело, до такой степени, что даже зубы стучали. Сердце заметно ускорило свой ритм. Почему во сне Она переживала за лесную и девчонку? Единый вопрос мучил Бастет - что с ней происходит? К тому же, появилось ярое желание войти в комнату шатенки, чтобы проверить, там она или нет? Встав с постели, босоногая Бастет прошла по холодному полу к комнате Наамы. Рука потянулась к деревянной ручке, и застыла в нерешительности. А стоит ли вообще это делать? Вдруг лесная в комнате. Что тогда ответить ей, на внезапное вторжение? Девушка выдохнула. Ладонь легла на ручку двери. Щелчок. В комнате никого не оказалось. — Довольно не плохой интерьер...— пробубнила себе под нос брюнетка, рассматривая пол застеленный мягким ковром. В комнате стоял запах хвои, так напоминающий берег у родного озера. Закрыв глаза, девушка сделала глубокий вдох. Да. Это тот самый запах. Когда Бастет вышла из комнаты соперницы, то проследила за наличием следов. Мало ли, вдруг Наама узнает о приходе брюнетки? Оказавшись в детской, сероглазая убедилась что малышка спит. Маленькое тельце было заботливо завернуто в пелёнку, и укрыто одеяльцем. Маленький носик изредка шевелился в такт сладким посапываниям, и причмокиваниям. — Может я поспешила с выводами? Она и впрямь милая... *** Двери большой залы распахнули стражи. Большие светлые окна, идеально чистый пол, и трон сделанный из крепкого темного дерева, с многочисленными узорами и завитушками. Стоящие у порога залы мужчина и женщина сделали поклон. — Ваше Величество... Жёлтые, медовые глаза устремились на Филиппа. — Ты и твоя жена просили аудиенции у меня? — Глубоким голосом проговорила женщина. Мужчина поспешно закивал, не разгиная спины он проговорил. — Да, миледи...ведьмы...они украли нашу дочь... Брови правительницы нахмурились. — Ведьмы? Мне казалось последних из их рода истребили охотники. К трону подошёл мужчина в латах. На груди виднелся герб. — Ваше Величество, по рассказам жителей, они проживают на болотах и лесах. Грубый мужской голос заставил Филиппа вздрогнуть. Сам он никогда не обладал особой силой. Если вычислят ложь, его и жену казнят. И он не сможет ей помочь. — Абрахам, седлай коня. Отправляйся в деревню и расспроси жителей. Затем отправляйся в лес. Мужчина сделал поклон, звякнув латами, и широким шагом вышел вон.