Как по волшебству

      Тор был рад окончанию каникул, а точнее, окончанию изнурительной и унизительной для аса работы: уборки. Локи же считал унизительным тратить свою магию на помощь Филчу, однако ходить с тряпкой в руках не желал, поэтому, скрежеща зубами, наколдовывал чистоту и порядок, как только мужчина уходил, оставляя братьев наедине. Лофт, однако, лишь ухмылялся на просьбы брата помочь и ему.       Школа вновь наполнилась топотом сотен ног, шумом сотен мантий, смехом сотен голосов. Свечи в Большом зале светили как всегда ярко, встречая юных волшебников и радостно приветствуя старых знакомых. Одинсон был счастлив видеть товарищей, поэтому весь вечер не утихал ни на минуту, иногда даже пугая первогодок своим басом.       По странному стечению обстоятельств, Мародёры сидели по соседству с Тором, изредка бросая на него косые взгляды. Однако присутствие бывшего друга никак не отразилось на их веселье, разве что шутки аса они пропускали мимо ушей. Прочие Гриффиндорцы, знавшие о ссоре компании и Тора, не смели пропустить по этому поводу и смешка, боясь навлечь на себя гнев конфликтующих сторон.       После пира, сытый и довольный Тор вместе с остальными львами отправился в гостиную. Но у портрета Большой Дамы его встретили Мародёры. Они мешали другим студентам, заслоняя вход, однако на замечания или гневные возгласы никак не реагировали. Увидев Одинсона, они подозвали его поближе, и Джеймс тихо произнёс: — Слушай, Гром. Давай уже прекратим враждовать. Дамблдор сегодня что сказал, чтобы мы вместе держались, время непростое. И прав! Так что, мы ждём тебя в нашу команду, забыв все обиды. — Да, Гром, хватит комедию ломать. Не дети уже, понимаем, что брат — всё для тебя. Я и сам за Регулуса горой стою, хоть он и баран упёртый. Да со всеми случиться может, не повод же зубами скрипеть до конца жизни, — поддержал друга Сириус. — Долой вражду. — Долой, — поддакнут Питер, выставив вверх поддерживающий кулак.       Ас широко и приветливо улыбнулся и пожал Мародёрам руки в честь примирения. Он хоть и негодовал, так как инициатором конфликта был всё-таки Джеймс, который ни капельки не чувствовал себя виноватым, но решил примириться. Сириус одобрительно похлопал Тора по плечу, и компания направилась в гостиную из опустевшего коридора. Поттер, нахально улыбаясь, казалось, выжидал этого момента, чтобы раскрыть рот: — Кстати, Гром, ты же знаешь, что Эфас так и не назначил капитана команды? А значит, им может оказаться кто угодно! — Его речь была импульсивной и лилась нескончаемым потоком, словно копилась с того злополучного матча. — Сегодня мы собираемся с командой, будем решать этот вопрос голосованием, думаю, любое наше решение Макгонагалл поддержит. Я хочу побороться за место капитана, ведь…       Так и кончилась их ссора.       Тор был счастлив вновь оказаться частью дружной системы. Несколько недель Мародёры только и делали, что смеялись над своими надутыми физиономиями на общих колдографиях с прошлого курса, сбегали после отбоя на прогулки и делились летними похождениями на занятиях. Но, после того, как Макгонагалл напомнила всем о предстоящих СОВах, спеси у друзей поубавилось. Преподаватели не щадили студентов, поэтому всё чаще главных задир Гриффиндора видели за книжкой, а не в славном бою. — Это невыносимо! Я помру от тоски! — недовольно проговорил Джеймс, отбрасывая книгу во время очередной посиделки в читальном зале библиотеки. — Мы чахнем здесь, как розы в саду, а в этом году, если хотите знать, я не могу позволить Слизерину взять кубок по квиддичу! И вот, вместо того, чтобы день и ночь пропадать на поле в преддверии первой игры, я вынужден зубрить виды целебных трав западной Ирландии! — Сохатый, не отдадим мы им кубок. То была случайность, — попытался успокоить взбешенного друга Блэк. — А от СОВ никуда не деться, и чем раньше ты это поймёшь, тем быстрее мы с учёбой покончим. — А вот и неправда, — Джеймс указал на сидящего рядом Тора, уронившего лицо в тяжёленький том по трансфигурации и сладко задремавшего, — Гром вообще об этом не заботится. Он за жизнь свою разве что «Зайчиху-шутиху» прочёл. Самый отстающий на факультете! — Сдалась мне ваша учёба, — сквозь сон пробормотал Тор в книгу. — Я, может быть, и не собираюсь эти СОВы сдавать. — А тебя кто-нибудь спрашивает? Это обязательный экзамен. — Сириус вздохнул и тоже отложил книгу. — Да, Сохатый, ты прав, Мародёры немного раскисли. — Слушай. — Джеймс внезапно оживился. — А что если наведаться к Макгонагалл и попросить у неё время для тренировки после заката? Мы, как-никак, её студенты, не откажет нам немного опоздать на ужин. — Чего, ты! — взвизгнул Питер. — Это самоубийство — наведаться к декану факультета с такой дерзкой просьбой! — Пит прав, Джеймс. Тут ты перегибаешь. — А что? — сказал Поттер, поморщившись. — Я часто вижу слизняков, шатающихся после отбоя. Думаешь, это мы одни такие умные, совершаем ночные вылазки? — Нас не должны касаться их дела. Ты же знаешь, зачем они это делают. Если они узнают, в нас полетят непростительные! — немного повысив голос, сказал Блэк. Джеймс округлил глаза, соображая, что бы ответить. — С чего ты взял? Может быть, они также развлекаются, ведь среди них был твой брат! Вдруг в нём взыграли твои гены? — Поттер был рад своей удачной мысли, о чём говорила его нахальная улыбка. — Я не собираюсь быть трусом перед ними! Я будущий аврор! — Перестань, Джеймс. — Тор, разбуженный громкими воплями друзей, оторвал голову от книги и недовольно посмотрел на них. — То, что происходит между Сириусом и Регулусом, это их личное дело. Не стоит лезть, куда не прошено. — Как раз-таки моё! Я должен раскрыть Сириусу глаза. — Поттер укоризненно посмотрел на отвернувшегося Сириуса. — Хотя, мне кажется, он и так всё понял, причём давно. Просто боится, что его брат тоже попадёт под раздачу. А он попадёт! — Да, Тор, Джеймс прав. — Сириус покачал головой. — Я должен был уберечь Рега, но он, наивный, даже не захотел меня слушать. Матушка тщательно ему мозги промыла. Кстати, Тор… — Блэк повернулся к асу и, помедлив немного, тихо проговорил: — Есть разговор. И он о Локи.       Остатки сна слетели с Одинсона, и он внимательно посмотрел на Сириуса. — Я слушаю. — Помнишь, мы недавно говорили о Томе Реддле, который переманивает на свою сторону волшебников для того, чтобы захватить магическое сообщество и уничтожить магглов и полукровок? — Да, да, — поспешно ответил Тор. — Он ещё отмечает своих последователей такими уродливыми отметинами. — Так вот… Кто-то из слизеринцев получил метку. — Не может быть! — воскликнул ас. — Последователи Реддла в Хогвартсе? Как такое возможно? — Слизерин уже давно проявлял склонность к идеям Реддла, но мы не думали, что всё настолько серьёзно. — А ты уверен? Вдруг, ты ошибся? — Я же говорил, что моя матушка ярая поклонница Реддла и его идей. И её дом всегда полон его приближёнными. А в начале лета я услышал, как в разговоре с Регулусом какой-то напыщенный старикан упомянул, что один из слизняков должен получить метку, как жест поддержки в сторону факультета. Я должен был рассказать тебе раньше, ведь с остальными я поделился этим в Хогвартс-экспрессе. — Но этим человеком может быть кто угодно на факультете! Или Регулус сказал, что это именно Локи? — Нет, брат не сказал, кто это, но мне кажется… — Это Снейп! — Джеймс не дал Сириусу договорить. Блэк повернулся к нему, и, встретившись с решительным взглядом и довольной улыбкой, нахмурился, задавая другу немой вопрос. Поттер едва заметно кивнул. — Да, мы думаем, что это Снейп. Он единственный проявляет к тёмной магии слишком большое внимание. Мы смотрели его библиотечную карточку — там только фолианты о тёмных искусствах, да несколько книг по травологии и зельеварению.       Сложив руки у груди, Джеймс откинулся назад. — Думаю, нужно преподать ему урок. К тому же, мы слышали, что он сосед Локи по комнате. Поэтому и хотим, чтобы ты помог нам обличить негодяя. Вдруг остальные, как и твой брат, наберутся у него плохих мыслей, Гром?       Тор хотел было сказать, что если и кто-то будет учить студентов плохому, так это Лофт, но вовремя прикусил язык. Он ненадолго задумался, но всё равно получалось, что проучить последователя Реддла — есть идея благая. То, что все единогласно приняли Снейпа за приспешника злого волшебника, настораживало, но аргументы, которые начал торопливо приводить Джеймс, быстро развеяли сомнения. — Думаю, мы должны сначала поглядеть на метку на его руке, а уж если она будет, то… — высказал друзьям своё согласие Бог Грома. Джеймс хохотнул и ликующе произнёс: — Мы заставим носатую змею дрожать от ужаса!