Как по волшебству

— … единственное, что я видел — спины Блэка и Поттера, которые убегали в сторону Запретного леса.       Дамблдор ничего не ответил. Он сидел тихо и неподвижно, сложив руки в замок. — Если вы хотите спросить, верю ли я в то, что Поттер применил непростительное… Я видел это. Как и многие студенты.       И вновь в кабинете воцарилась тишина. Даже феникс не цокал коготками о жёрдочку. — Вы ведь знаете, кто такой Том Реддл? — вдруг сказал Дамблдор, откинувшись на спинку кресла. — Разумеется, директор. — Локи немало удивил этот вопрос. — Это волшебник, который пытается устроить революцию в волшебном мире. — Революцию, — повторил Альбус, словно смакуя слово на вкус. — Мистер Одинсон, то, что вы зовёте революцией, правильнее будет называть террором. Том Реддл натравливает один народ на другой. — Террор, революция… — Локи поморщился, недовольный тем, что его поправили. — Это можно звать как угодно. Он в любом случае обречён на провал.       Директор оживился. — И почему же? — Он держит около себя слишком много волшебников. Поручает им действия, которые может сделать сам. Выдвигает идеи, которые с трудом сможет осуществить, заставляя своих подчинённых гнаться за пустотой. И, когда они поймут это, поймут, что за ними стоит лишь самовлюблённый фанатик, то покинут его. А может быть, даже убьют.       Лицо Дамблдора стало каменным. Он холодно сказал: — Благодарю, мистер Одинсон. Вы можете возвращаться на урок.

***

      Тор был в ярости. Только заслышав суматоху, он тут же бросился искать своих друзей. И, спустя час после того, как с палочки Джеймса сорвался красный луч, Бог Грома с шумом ворвался в кабинет директора, где преподаватели допрашивали виновника. — Ты был мне другом! — ревел Тор, тряся ничего не соображающего Джеймса за грудки. — Я думал, ты против зла и насилия, как и я! — Кто-нибудь, выведите мистера Одинсона из кабинета, — нервно пропищал Флитвик. — У нас и так ситуация, хуже некуда.       Макгонагалл взмахнула палочкой, и невидимые сильные руки вытащили Тора за дверь, которая тут же с шумом захлопнулась.       Тор секунд тридцать учащённо дышал, а потом, испуская молнии, разразился криком: — Локи!       В это время Локи и Лили под руки вели Северуса к мадам Помфри. Снейп немного постанывал от боли в теле. Он медленно переставлял одеревенелые от спазма ноги. — Лили, ты злишься? — спросил он у девушки. — Я не хотел… — Отложим разговор на потом, — ответила Эванс. — Джеймс должен поплатиться за это! — И поплатится, — спокойно сказал трикстер. — Ты не знаешь Джеймса. Ему всё сходит с рук. Его родители — уважаемые люди. — Лили вздохнула. — Тогда Дамблдор и его сторонники — просто лживые черви, если они покрывают в своей школе Пожирателей смерти.       Лили задумалась. Она всегда думала, что только ученики Слизерина могут быть приспешниками Тома Реддла. А теперь, когда Джеймс применил непростительное, а Локи говорит такие правильные вещи… Она просто не знает, кому теперь верить. — Лили. — Северус не унимался. — Это была моя ошибка. — Я не хочу об этом сейчас говорить, — сказала Лили более настойчиво.       Мадам Помфри была в ужасе, когда услышала, что стало причиной такого состояния студента, и немедленно отправила Лили за директором.       Локи же вышел из медблока и направился в слизеринские спальни. Дело было сделано, и теперь оставалось просто плыть по течению. — Локи, Локи!       Трикстер оскалился и закатил глаза. Из другого конца коридора к нему бежал Тор. — Локи, в школе применили непростительное! И это был мой друг Джеймс. — Держи в курсе, — прошептал Локи, но затем сказал громче: — И что же? Да, я знаю, я только что отвёл пострадавшего к целительнице. Твой факультет всегда был плохого мнения о Слизерине, но я не думал, что вы, львы, с легкостью прибегнете к столь радикальным методам. — Я ведь не думал, что до этого дойдёт! — немного виновато сказал Тор. — И я готов признать свою ошибку. Могу я как-нибудь помочь пострадавшему юноше? Я не хочу, чтобы из-за этого случая развязалась война среди факультетов. Сейчас всем волшебникам нужно объединиться. — Тор, ты ведь не волшебник, — язвительно отметил Лофт. — Я живу в их мире, а значит должен уважать их устои, — ответил ас. Он сжал в руке серую палочку — Мьёльнир. — К тому же, здесь у меня есть магия, примитивная, но есть. Я долго учился обуздывать невидимую силу. Вот, смотри.       Тор взмахнул палочкой, и тонкая белая нить взлетела к потолку, а затем разбилась на тысячи сияющих искр. Локи прикрыл глаза от яркого света. — И это могучий Бог Грома, сильнейший из девяти миров? Выучил пару фокусов и радуется, словно ребёнок? — Я и есть — ребёнок. — Тор ткнул пальцем себе в грудь. — Если не забыл, мы стали детьми по твоей милости. — Но у меня достало разума остаться тем, кем я являлся! — повысил голос трикстер. — И кем же? Жаждущим до власти? Любителем интриг? Тебе выпал шанс начать всё сначала, стать другим! Но ты им не воспользовался. Что и говорить, ты ведь даже не подумал об этом! — Да, ты прав. Этот мир даст мне то, чего я ждал все эти годы. Ради чего трудился, пока ты развлекался на пирушках и распускал кулаки в силовых поединках. Здесь у тебя нет привилегий, нет папочки Одина, который прощает все твои ошибки. Ты обычный мидгардец, только вот я всё ещё Локи. Мне даже не понадобиться ложь, чтобы получить бразды правления, эти жалкие недомаги сами изберут меня своим правителем! И тогда ты останешься в стороне, как когда-то остался я! — Этот мир куда сложнее, чем ты думаешь. Но я понял то, что хы хочешь сказать. И ты прав, теперь я обычный мидгардец. Давай не будем делить то, чего у нас ещё нет. Ты зол на меня и жаждешь мести. Но посмотри на себя. У тебя появились друзья! Разве это не доказательство того, что ты тоже изменился? — Друзья? — Трикстер был ошарашен. — Брат, не ударился ли головой во время квиддича? — Девчонка из Пуффендуя, Шарлотта. Она ведь с тобой явно не из-за того, что ты делаешь для неё домашку по зельям. Видимо, чем-то ты её зацепил. — Шарлотта поддерживает мои идеи… Локи задумался. Он действительно сблизился с Кёрг за последний месяц. Она стала жёстче, сильнее, но при этом от неё всё ещё веяло тоской, которая пришла к ней после применения «Империуса». Но слизеринец быстро отбросил все мысли и начал сочиться ядом: — Заводить дружбу — это твоя работа. Я лишь нахожу союзников. — А помнится, ты говорил, что работаешь лишь в одиночку. — Тор нашёл слабое место трикстера, поэтому начал давить на него. — Другой мир требует других методов. Ты ведь поэтому откажешься от своего оступившегося друга, Джеймса Поттера? — парировал Лофт. — Наш разговор более не имеет смысла. Джеймс получит по заслугам, чему я лично — очень рад. Либо это сделает Дамблдор, либо это сделают обитатели Хогвартса.       Локи похлопал Тора по плечу и пошёл дальше. Тор стиснул зубы и недовольно крикнул: — Вот увидишь, я не дам тебе устроить раздор в школе. В моей школе!