Кальцинатор: инструкция по эксплуатации

Целоваться было… странно. Сначала неловко. Ещё в тот вечер, когда Рэй удивлённо ответила «да», Мэтт притянул её к себе и осторожно, словно был не до конца уверен, что делает всё правильно, глядя на неё, словно завороженный, медленно приблизился. До этого момента Рэй ни разу не оказывалась в такой ситуации – на Джакку она была озабоченным выживанием подростком, вечно голодной и уставшей. К романтике подобный образ жизни не располагал. На «Финализаторе» и Старкиллере она уже не боролась за жизнь, но привычка держаться подальше от любых личных привязанностей стала её второй натурой. Джакку научил её – человек человеку тидо. Каждый в ответе только за себя. Поэтому сложившаяся ситуация оказалась очень… тревожащей. Больше всего ей захотелось закричать и убежать. Или лучше – выставить новоявленного бойфренда за дверь и закутаться с головой в одеяло, чтобы в одиночестве пережить весь стресс от в одно мгновение изменившихся условий жизни. Но напротив неё сидел такой же нервничающий и в то же время такой счастливый Мэтт с его нелепыми большими очками и ушами, и он был таким милым, что обидеть его казалось кощунством. Тем более – надо же когда-то начать взрослеть. Перестать прятаться в свою уютную спокойную скорлупку и начать изучать новые стороны жизни. Надо же… Так Рэй уговаривала себя все те три томительные секунды до того момента, когда тёплые обветренные губы Мэтта наконец нашли такие же сухие и едва дрожавшие от колебаний губы девушки. Да, вначале было неловко. Рэй просто замерла, как перепуганный ронто, боясь шелохнуться. Губы Мэтта осторожно прикасались к её губам – деликатно, словно он чувствовал, что один неверный шаг – и она сбежит. Потом смелее – словно хотел почувствовать вкус Рэй (маффины и ягодное желе, которые девушка стащила с ужина и украдкой подъедала до прихода техника). Вроде, ничего ужасного не происходило. Это было даже интересно. Достаточно бессмысленно, но… увлекательно. Верхняя губа Мэтта была тоньше и над ней сразу начиналась грубая, тщательно выбритая кожа. Тем не менее нежная кожа Рэй ощущала щетину – было слегка щекотно. Интересно. Нижняя губа оказалась полнее и шершавей, словно кора дерева - шероховатая, растрескавшаяся кожа. Но стоило её лизнуть (Мэтт вздрогнул, словно его ужалила искропчела) – и она стала мягкой, отдающей вкусом дорогого кафа. Интересно, какова губа на зуб? Рэй мягко прикусила её, слегка увлёкшись - мягкая. Захотелось куснуть сильнее но, кажется, Мэтту и так было больно. Он жарко выдохнул и издал придушенный звук – нечто отдалённо похожее на всхлип. Девушка разжала зубы: кое-что показалось ей ещё интересней. Внутренняя сторона губ была гладкой и нежной, очень приятной. Рэй с любопытством исследовала её языком, наталкиваясь кончиком за твёрдую, гладкую поверхность зубов. Язычок медленно, стараясь прочувствовать каждый миллиметр ранее неизведанного объекта, прошёлся по деснам и зубам до места их смыкания. Они удивлённо разжались с новым гортанным вздохом Мэтта. Появилось что-то новое – точно такой же шероховатый язык, прятавшийся за плотно сомкнутыми до этого зубами. Рэй заинтересованно потянулась к нему и… Мэтт, не издав ни звука, резко отпрянул прочь, оставляя девушку в состоянии лёгкого оглушения. Глаза его лихорадочно блестели, а лоб покрылся испариной. Он казался ошарашенным, а покрасневшие от действий Рэй губы ярко выделялись на фоне бледной кожи лица. - Я… я… я… - заикаясь, выдавил из себя Мэтт. – Мне… пора, - заключил техник и резво, даже кажется испуганно, будто Рэй была разъярённой бантой, рванул прочь, позабыв прикрыть за собой дверь. Девушка тяжело дышала от нехватки воздуха – дышать и одновременно целоваться было можно, но не так увлекательно. Её щёки и шея горели, Р’ииа знает почему. Рэй поправила сбившийся халат, почти обнаживший грудь во время захватывающего изучения губ Мэтта, и удивлённо пожала плечами. Да, целоваться было неловко.

***

- И вы уже? – широко распахнув свои сиреневые глаза, громко прошептала Тин-Тин,* а затем вытянув губы трубочкой, издала причмокивающие звуки. Она не сводила с Рэй пытливого взгляда, вот уже с полчаса вытягивая из отчаянно желавшей сбежать от подруги девушки подробности такого необычного для Старкиллера романа. – И как это было? Если тебе девятнадцать (скоро уже почти двадцать!) и ты впервые в жизни вступила в серьёзные (я не говорила, что они серьёзные, Тин!) отношения, да ещё и с мужчиной, который старше тебя на добрый десяток лет (так сколько ему, говоришь, лет?), это не могло не стать поводом для сплетен для всей базы. Тем более, когда ты всеобщая любимица Рэй, которая до этого равнодушно смотрела на многих мускулистых красавчиков-штурмовиков, некоторые из которых были не прочь привлечь внимание девушки (говорю тебе серьёзно, Рэй, после меня ты самая популярная девушка на базе, и у тебя это получается даже без феромонов!). Тем более, когда твоим избранником стал угрюмый, нелюдимый и не самый популярный техник базы (что за «популярный-непопулярный», Тин, мы же не в конкурсе красоты участвуем!). Р’ииа, это было ужасно неловко! Тин-Тин, едва Рэй и Мэтт на следующее утро появились в столовой под ручку, привлекая всеобщее внимание, мило улыбаясь, в очередной раз попросила проверить старину ВВ-К8. Рэй, предчувствуя подвох, неохотно согласилась прийти в ангар подруги вечером. Как и следовало ожидать, это была ловушка. И ведь она даже не хотела держаться за руки – что они, подростки какие-нибудь? – но Мэтт так бережно переплёл свои тёплые и грубые, покрытые мелкими шрамами пальцы с её тонкими, холодными пальчиками, что она не смогла отнять свою кисть – не хотела обидеть его. Она вовсе не горела желанием афишировать их только перешедшие на новый, ранее неизведанный ею уровень отношения не потому, что стыдилась Мэтта (забери тебя ситх, Тин, хватит нести ерунду!). А потому, что даже за недолгий срок службы на Старкиллере успела понять, какие тут все любители поперемывать косточки окружающим. Нет, Рэй прекрасно понимала, что монотонная работа, когда изо дня в день рабочих окружала одна и та же серая и холодная рутина снежной каменной планеты, могла ввести в уныние даже гедонистов-зелтронов, и штату базы просто необходимы были какие-то события, чтобы отвлечься. Слухи о тщательно скрываемом романе Хакса и Фазмы и возможном родстве Кайло Рена с генералом Органой уже давно устарели и почти не волновали умы, а вот странная парочка, которая была ну совсем не подходящей друг к другу – настолько разными им казались Рэй и Мэтт, - оказалась достойной обсуждения. Но вот только Рэй была вовсе не в восторге от постоянных косых взглядов и перешёптываний за своей спиной. - Как так получилось, что вы начали встречаться? Он умеет целоваться? А у вас уже было ЭТО? - Тин-Тин, клянусь пассатижами, если ты не прекратишь, я перенастрою ВВ-К8 на то, чтобы он взорвал твой «Ипсилон» при ближайшем полёте, - в сердцах воскликнула Рэй, шумно отбрасывая эти самые пассатижи на шершавый холодный бетон ангара. - Да ладно тебе, - кажется, слегка обиделась зелтронка, на всякий случай притягивая к себе развороченного Рэй дроида, - я же твоя подруга! А ты мне ничего не рассказывала. Вы же не просто в один день взяли и решили начать встречаться. Мне интересно! Я же всё-таки с Зелтроса, как бы мне это ни не нравилось. Рэй тяжело выдохнула, вставая с корточек – до этого она сидела рядом с ВВ-К8, в очередной раз поправляя сбившиеся настройки – беднягу давно было пора сдать в утиль, но Тин-Тин ни за что не рассталась бы с ним. - Извини, просто меня сегодня об этом спросили уже все, кому не лень, - примирительно улыбнулась она обиженно надувшей губы зелтронке. – Я обязательно всё тебе расскажу, но давай не сегодня. Тин-Тин в сомнении поджала рот и с подозрением прищурила глаза, будто прикидывая - врёт Рэй или не врёт, - но затем благосклонно кивнула и вновь придвинула дроида ближе к девушке. - Ладно же, но не надейся, что я от тебя отстану! – погрозила она Рэй розовым пальцем с обкусанным до мяса ногтем. - Это было бы слишком хорошо, - хмыкнула девушка, вновь запуская руки в механические внутренности астродроида. На некоторое время в ангаре повисла тишина. Внезапно Рэй вспомнила, как легко Мэтт смог обвести её вокруг пальца, внушив, что ему симпатична Тин. Ему ведь даже стараться не пришлось, девушка всё сама додумала. - Что такое? – мгновенно отреагировала зелтронка, садясь на пол поближе к Рэй. - Знаешь, а ведь я была уверена, что он влюблён в тебя, - не отрывая взгляда от пучка совершенно одинаковых серых тонких проводов внутри ВВ-К8, ответила подруге Рэй. - В меня? – искренне удивилась Тин-Тин. – Наоборот, он очень не любит моё общество. Мэтт терпит меня только в столовой, в остальное время, стоит нам где-нибудь пересечься, он торопится сбежать. Это очень странно, обычно никто на меня так не реагирует. – Рэй согласно покивала – она не раз воочию наблюдала, как зелтронке приходилось буквально спасаться от назойливых поклонников. – Я думаю, что это оттого, что мы с ним всё же где-то встречались, что бы он ни говорил. Тин-Тин снова нахмурила фиолетовые кустистые брови, крайне недовольная тем, что разгадать эту загадку ей оказалось не по силам. Рэй удовлетворённо захлопнула наружную панель дроида и ввела окончательные настройки, после чего механизм благодарно просигналил на двоичном и укатил прочь. - Ну хватит обо мне и Мэтте! – воскликнула она, извлекая из рабочей сумки термос, полный горячего ароматного кафа. Тин тут же вскочила на ноги, убегая за кружками. – Лучше расскажи, как у тебя дела? Великий и ужасный магистр, да не будет помянут к ночи, не объявлялся? - Рен-то? – недовольно сморщила носик зелтронка. – Нет. Как пропал почти три месяца назад, так всё. Не видно и не слышно. Ну и ситх с ним, пусть хоть совсем не появляется. Рэй не рассказывала подруге о том злосчастном букете от Кайло Рена – Тин совсем сошла бы с ума. У зелтронки были весьма весомые причины не любить магистра – тот пару раз в приступе гнева едва не придушил её. Но всё же высококлассными пилотами не раскидываются и она до сих пор дышала. Тин-Тин всегда сетовала, что, скорее всего, Рен либо нагаец, либо тоф – только они обладали иммунитетом к действию зелтронских феромонов. Рэй несколько раз видела на заставе Ниима и тех, и других и, в принципе, была согласна – обе расы считались хорошими воинами и не гнушались убийств. Но также Рэй считала, что, возможно, от феромонов Рена спасал шлем. - Но знаешь что, - вновь заговорщически прошептала Тин. – Кажется, он вовсе не покидал базу. Ведь все эти полгода он даже к Сноуку летал только со мной. А тут вдруг решил обойтись сам? Рэй рассмеялась. - Тин, я конечно считаю тебя лучшим пилотом, но чтобы управлять кораблём не всегда нужен лучший. – Подруга обожала теории заговоров, её хлебом не корми – дай всюду засунуть розовый аккуратный носик. Это было забавно, но иногда утомляло. – Может он улетел в такое место, о котором тебе знать не положено? - Что может быть секретнее луны, на которой прячется верховный лидер? – хмыкнула в ответ зелтронка, осторожно отпивая горячий каф. - Не знаю, - протянула Рэй. – Может быть планета, где живут его родители? У него же должны быть родители? - Если он их не прикончил. – На этот раз Тин-Тин фыркнула прямо в чашку, расплескав содержимое. Пара обжигающих капель попали на её нос и щёки. Зелтронка недовольно оттёрла их потрёпанным и не самым чистым рукавом лётной куртки. - Или семья – жена, дети, - проигнорировала комментарий подруги Рэй и сама себя оборвала. Было неприятно предполагать, что семейный человек мог подбивать к ней клинья. - «Папочка, не мог бы ты в перерыве между установлением галактического господства Первого ордена и убийств купить мне порга?» – пропищала Тин, изображая детский голосок, а затем рассмеялась. Со стороны это звучало как довольное похрюкивание и Рэй не смогла сдержаться – рассмеялась следом за подругой. Слишком потешно она выглядела. Уходила из ангара Рэй в приподнятом настроении – горячий каф и бессмысленная болтовня были иногда очень нужны. Девушка до сих пор не понимала почему – от них не было никакой практической пользы.

***

Поцелуи были не самым увлекательным, чем Рэй и Мэтт занимались наедине – подальше от чужих любопытных глаз. Например, когда Мэтт спустя пару новых попыток девушки изучить его язык, перестал сбегать, как от пожара, Рэй узнала, что от таких долгих поцелуев её тело начинало непонятно ныть и словно таять – странное ощущение. Не то чтобы неприятное – даже наоборот. Но такое… неполное. Словно ей отчаянно не хватало чего-то. В эти моменты она, почти не контролируя своё тело, прижималась к крепкому, тёплому Мэтту, желая вплавиться в него – отчего-то казалось, что это принесёт долгожданное облегчение. Это томление во всём теле сводило с ума – Рэй чувствовала, будто растекается в руках долговязого техника тёплой лужицей. Руки сами по себе, путаясь пальцами в грубой ткани, забирались под куртку спецовки. Её влажные от волнения ладони жадно изучали горячую кожу над тугими мышцами спины Мэтта, напрягавшимися от её прикосновений, рельефный живот и ту самую, интересную, полоску волос. Жёстких волос, ведущих вниз, под пояс штанов. Рэй с любопытством тянула их поближе к своему телу, но Мэтт испуганно перехватывал её кисти, отводя их прочь. Вначале он сидел покорно, разрешая ей исследовать своё тело до какого-то определённого момента – чаще всего до того, пока она не старалась залезть ловкими пальцами куда не следовало. Например, под те же штаны. А затем резко отстранялся и, пожелав напряжённым голосом спокойной ночи, срывался прочь, оставляя ошарашенную Рэй наедине с её странно томящимся телом. Девушка уже даже почти привыкла к этому. А Мэтт потом решил, что пора и ему начать изучать её тело. Его прикосновения были тёплыми, щекотными и посылали к мозгу Рэй столько импульсов удовольствия, что она начисто теряла контакт с окружающим миром. Оставались только она, Мэтт, их прикосновения и желание чего-то большего, к чему они оба никак не решались подобраться. Все действия и движения Мэтта казались неловкими и неуверенными. Допустим, для Рэй всё происходящее было в новинку, но ведь Мэтт говорил, что был женат? Однако в его жадных взглядах и робких прикосновениях не ощущалось опыта. Но что Рэй знала об опыте? Скорее всего, она надумывала лишнее. Поэтому просто старалась выкинуть все мысли из головы, наслаждаясь новыми, яркими ощущениями.

***

Казалось, что жизнь Рэй вошла в новую, полную открытий и положительных впечатлений стадию. Но не бывает так, чтобы всё было только хорошо, верно? Сплетни о ней и Мэтте вскоре перестали волновать её – пусть говорят о чём хотят. Заставить их замолчать Рэй всё равно не могла. Её пропитанные естественным любовным наркотиком тело и ум отказывались замечать мелкие досадные неприятности жизни. Обиженного Финна, с которым Рэй резко сократила общение, предпочитая проводить всё свободное время в обществе Мэтта, подколки Тима, который всегда нёс ерунду, неодобрительные взгляды лейтенанта Зака, которому хихиканье потерявшей голову Рэй мешало сосредоточиться на мыслях о великом во время принятия пищи и даже на подробные расспросы бестактной Тин-Тин, которой были нужны подробности личной жизни подруги. Исключительно потому, что она упорно отказывалась от собственной. Радужным всё оставалось до того момента, когда однажды вечером Рэй вернулась из заснеженного пустыря в пяти километрах от основной территории базы. В этот раз она по личной просьбе Исина Боу помогала его команде ремонтировать вышедшие из строя радары. Работа из-за холода продвигалась медленно и Рэй вновь закоченела, с трудом разгибая пальцы. Тепло базы не торопясь согревало её тело ровно до того момента, как девушка добралась до перекрёстка двух коридоров, один из которых вёл в женские казармы, второй – в мужские. В небольшом пространстве образовалась плотная толпа. Штурмовики и персонал базы азартно выкрикивали и смеялись, образуя круг наподобие ринга, внутри которого происходила какая-то возня. Ощущая как выброс адреналина немедленно отогрел заледеневшие внутренности и заставил сердце зайтись в испуганной барабанной дроби, Рэй рванула к ним, подгоняемая дурными предчувствиями. Они её не подвели – на импровизированной арене сошлись в рукопашной Финн и Мэтт. Лицо штурмовика было сосредоточенно, а в глазах горел холодный расчёт. По смуглой коже лба и висков стекали капли горячего пота, но Финн не отвлекался на то, чтобы оттереть их – всё его внимание было сконцентрировано на противнике. Очки на переносице Мэтта покосились, почти сползая на крупный нос. Плотно сжатые губы кривились в злобной гримасе, а взгляд выражал пожелание мгновенной болезненной смерти другу Рэй. Внутренности девушки вновь заледенели – на этот раз скованные страхом и негодованием. Она ещё ни разу не видела на лицах Финна и Мэтта таких диких, почти зверских выражений, даже в худшие времена. В одно мгновение эти два столь дорогих её сердцу человека перевернули весь солнечный мирок Рэй с ног на голову, сжав горло спазмом ужаса не хуже, чем это смог бы сделать магистр Рен. С огромным усилием, прорвав плотную стену азартных зрителей, девушка вырвалась в центр ринга взъерошенным разъярённым рефери. - Прекратить! – заорала она так громко, что легко перекричала толпу идиотов вокруг. Идиоты застенали в едином порыве негодования и разочарования, сетуя на испорченное зрелище. – Какого ситха вы тут устроили?! - Рэй, - растерянно выдохнул Финн, мгновенно теряя весь свой боевой пыл. Девушка, чувствуя как в уголках глаз отчего-то накипают слёзы обиды и разочарования, злобно рыкнула и нанесла чёткий удар под дых своему постоянному спарринг-партнёру. Штурмовик согнулся в три погибели от яркой боли, а несколько зрителей подбадривающе крикнули, надеясь на продолжение представления. Наверное, досталось бы и Мэтту, всё ещё готовому кинуться на подкошенного ударом Рэй Финна, но в этот момент случилось ещё одно малоприятное событие. - Что тут происходит? – раздался над гомонящей толпой ледяной голос лейтенанта Сола Риваса** – одного из людей, которому никто на базе не желал переходить дорогу, ведь это грозило крупными неприятностями. Другого такого ревностного блюстителя порядка было трудно найти. В одно мгновение зрителей вокруг Финна, Рэй и Мэтта стало меньше ровно наполовину – их словно ветром сдуло. И девушка смогла чётко разглядеть картину, от которой её живот скрутил спазм тошноты. Перед ними стоял почти весь высший командный состав Первого ордена. Тонкие черты лица Риваса перекосились, взгляд его остро впивался в лица зачинщиков беспорядка. Рядом с ним стоял слегка растерянный, бледный Допхельд Митака, бережно прижимая к груди недовольную его обществом пушистую Миллисент. А перед ними, с абсолютно невозмутимым лицом и прилизанными – словно банта лизнула, - рыжими волосами, возвышался сам генерал Хакс. Его гнев выдавал лишь яростный взгляд и гневно раздутые точёные ноздри. Заведённые за спину руки – Рэй знала точно, - сейчас сжимались в кулаки, в невольном желании сомкнуться на шеях нарушителей спокойствия. - Что. Тут. Происходит? – с таким тревожным спокойствием повторил вопрос Риваса Хакс, что оставшиеся зрители в ужасе попятились подальше от начальства, не желая попасть под раздачу. - Эти двое не поделили даму, - ответил кто-то отчаянный из толпы. - Эту даму? – с сомнением и презрением переспросил Хакс, останавливая тяжёлый взгляд на невзрачной фигурке Рэй. - Эту даму, - со взявшимся из ниоткуда спокойствием в голосе, ответила девушка и добавила, чтобы не выглядеть совсем уж непочтительной: - сэр. И отстранённо удивилась сквозившим в её словах дерзости и смелости, которых совсем не ощущала, мечтая провалиться в подземные катакомбы Старкиллера. - Взять всех троих, - с лёгкой ленцой приказал генерал, будто теряя интерес к происшествию. – В казематы до особого распоряжения.

***

Рэй сидела в тесной грязной камере и гадала – как всё с такой лёгкостью пошло наперекосяк? Финна и Мэтта рядом не было, их увели в соседний коридор с одиночными камерами. Все знали, что командование должно было прибыть сегодня. И надо же было этим двум бантоголовым решиться помериться силами именно в это время и именно в этом месте. Чем они думали? Рэй сидела и в отчаянии от беспокойства за Финна и Мэтта дёргала волосы и грызла и без того обломанные ногти. Так продолжалось недолго – с час, - пока с металлическим лязганьем не распахнулась дюрасталевая дверь, впуская в коридор, проходящий перед рядом пустых камер, лишь одна из которых была занята Рэй, двоих. Одним из них был тюремщик, вторым – вернувший себе уверенность и презрительный взгляд, явно подражавший взгляду Хакса, лейтенант Митака. - Техник Рэй, следуй за мной, - холодно, сквозь стиснутые зубы, велел он девушке, глядя как отперший камеру тюремщик сковывал наручниками руки девушки за её спиной. Должно быть, на Старкиллере уже была глубокая ночь – по пути от казематов до покоев генерала Хакса, в которые её почему-то вёл Митака, им не повстречалась ни одна живая душа. Ватные ноги сами несли Рэй вслед за лейтенантом, следовавшему за ними штурмовику даже не приходилось подгонять её. Митака привёл её на пятый ярус, ввёл код на датападе, встроенном в стену у двери покоев генерала, и, грубо и весьма болезненно схватив Рэй за руку чуть выше локтя, впихнул её внутрь. - Нарушительница спокойствия, - чётко отчитался он перед генералом. Рэй споткнулась и едва не растянулась во весь рост на холодном полу, но сумела сохранить равновесие, постаравшись гордо выпрямиться и ни за что не показывать своего страха. Генерал расслабленно лежал на своей роскошной постели, в разы уютней и мягче на вид, чем кровать того же магистра Рена. Рэй видела эту постель и раньше, когда ей приходилось чинить что-либо в покоях генерала, и всякий раз удивлялась. Кричащая роскошь кровати и обстановки покоев в целом не вязались с образом солдафона до мозга костей. На вошедших Хакс не обратил ни малейшего внимания, лениво гладя устроившуюся на его груди Миллисент. - Свободны, - коротко бросил он Митаке и охраннику. Штурмовик тут же исчез – словно его и не было. Лейтенант же слегка помялся, переводя заинтересованный взгляд с генерала на Рэй, но всё же нехотя развернулся и вышел прочь. Автоматическая дверь мягко прошуршала за спиной девушки, отрезая её и Хакса от остальной базы. Оставляя их наедине. Девушке это категорически не понравилось. Хакс всё так же лениво спихнул кошку на кровать, а затем медленно, словно нехотя, встал и только тогда соизволил обратить своё генеральское внимание на стоявшую перед ним прямую, словно шпалу проглотившую, Рэй. Всё тем же презрительным взглядом – по-иному он на неё никогда не смотрел, - оглядев перепачканную машинным маслом, замёрзшую и растрёпанную девушку с ног до головы, он встал на ноги и подошёл к ней вплотную. Генерал оказался выше её на добрых полголовы – Рэй пришлось задрать подбородок, чтобы продолжать смотреть ему прямо в глаза, которые – девушка заметила это впервые, - оказались зелёными. Он продолжал молчать, внимательно изучая каждую черту её лица, и это изрядно трепало нервы и без того взвинченной до предела Рэй. Наконец, отведя взгляд от веснушек, обильно усыпавших нос и щёки девушки, он медленно обошёл вокруг неё, не переставая изучать девушку со всех ракурсов, словно элитную рабыню-тви’лечку. Это невероятно злило и на мгновение Рэй даже порадовалась, что её руки до сих пор были скованы наручниками за спиной, иначе она, скорее всего, отвесила бы генералу увесистую пощёчину. Наконец Хакс снова встал перед ней и заговорил. - Техник Рэй родом с Джакку, - немного задумчиво, словно про себя, пробормотал он. Девушка даже удивилась – она ещё ни разу не слышала такого тона от генерала. Он обычно или молчал, щедро обдавая собеседников презрением, либо кричал. Но от этой мягкой, даже слегка нежной интонации в его голосе Рэй стало так жутко, что отшатнуться подальше ей помешал лишь сковавший тело страх. – Смотришь так дерзко, словно чего-то стоишь. Неожиданно тёплые пальцы Хакса коснулись подбородка девушки. От неожиданности она дёрнулась, но генерал сжал пальцы крепче, причиняя боль. Его жесткий взгляд смотрел ей прямо в глаза, не давая прервать контакт. - И что самое смешное – ты, кажется, действительно чего-то стоишь. Пальцы на её подбородке разжались так резко, что голова Рэй дёрнулась, а зубы клацнули. Наверняка останутся синяки. - Ты, наверное, даже не подозреваешь, в какое болото угодила, маленькая грязная девочка, - усмехнулся генерал. Эту усмешку Рэй тоже видела впервые и ей она совсем не понравилась. – Живёшь себе спокойно в своём крысином лабиринте и не знаешь, что в любой момент можешь быть пойманной кошкой, которая тебя уже приметила. Он нёс какую-то бессвязную ерунду, которая вызывала тревогу. Тёплый грубый палец Хакса нежно огладил скулу Рэй. Она не пыталась отстраниться, совершенно не понимая, что происходит. - Такая маленькая, - снова пробормотал себе под нос генерал. Палец огладил висок девушки, а лицо мужчины было так близко, что Рэй могла разглядеть гладко выбритую рыжую щетину на его щеках. Дыхание Хакса волновало взлохмаченные волосы девушки. – Совсем ребёнок, - сейчас его голос вызывал трепет куда больший, чем истеричные вопли, которые она слышала от него раньше. Палец продолжил своё путешествие, опускаясь вниз, к шее девушки. – Никто из ниоткуда, у которой нет ни прошлого, ни будущего. – Грубый палец прошёлся по растрескавшимся на морозе губам, задерживаясь на них. Рэй с трудом подавила желание вцепиться зубами в эту проклятую руку. – Чем же ты привлекла его внимание, маленькое дерзкое ничтожество? Вероятно, он говорил о Кайло Рене, но какое ему дело до интересов магистра - девушка совсем не понимала. Пальцы Хакса вновь прошлись по скуле и виску девушки, путаясь в мягких каштановых прядях. - Но какая разница, верно? – Внезапно мерзко ухмыльнулся генерал, больно вцепляясь в волосы девушки на затылке и оттягивая их назад. Рэй от неожиданности пискнула, морщась от острой боли и невольно запрокидывая голову. – Ведь если он достаточно привязан к тебе, а ты окажешься в моих руках, то диктовать правила буду я. А если ты недостаточно ему интересна – я смогу сделать с тобой всё, что захочу. Его лицо было так близко, а губы почти шептали эти жуткие вещи в считанных миллиметрах от её губ, что Рэй не видела другого выхода – придётся воспользоваться парой боевых приёмов, которым её обучил Финн. Удар коленом в пах, а когда противник согнётся пополам от боли – тем же коленом в нос. Затем повалить на пол и носком ботинка в висок. Когда генерал выйдет из строя и не сможет мгновенно вызвать подмогу – спасаться. Но едва Рэй собралась, чтобы сделать первый удар, как автоматическая дверь за её спиной распахнулась и болезненная хватка генеральских пальцев на волосах разжалась. Не сдержав облегчённого выдоха, девушка выпрямилась, с удивлением глядя на отлетевшего на свою роскошную постель изумлённого Хакса. Мгновением позже он звонко приложился рыжим затылком о изголовье из дорогого сорта дерева. Перепуганная Миллисент, до этого с важным видом вылизывавшаяся на одной из генеральских подушек, с утробным мявком прыснула под кровать. - Хакс, - раздался за спиной Рэй искажённый модулятором голос, пробежавшийся по спине уже привычной толпой противных мурашек. - Рен, - почти простонал генерал, приподнимаясь на локтях и, морщась, потирая пострадавший затылок. Рэй снова замерла, находясь меж двух огней. День выдался крайне неудачным. - Развлекаешься? – опуская руку, вежливо поинтересовался бесстрастный механический голос. Магистр отбросил обидчика Рэй Силой – девушка осознала произошедшее только сейчас. - Наказываю нарушителя спокойствия на базе, - скривил губы в подобии улыбки Хакс. – Дисциплина превыше всего. А ты снова мешаешь мне работать. - Наказываешь лично? – проигнорировал выпад генерала Рен. За чёрным шлемом было невозможно понять, какие именно эмоции испытывал магистр, но Рэй однозначно не желала оказаться сейчас на месте Хакса. Впрочем, ей и на своём месте было не очень уютно. - Я много чего делаю лично, - всё ещё не рискуя вставать на ноги парировал генерал. - Что же, этого техника ты трогать больше не будешь, - заключил Рен, одним щелчком пальцев в кожаных перчатках освобождая Рэй от наручников. - Это почему же? – Кажется, при ударе Хакс прикусил губу. По бледному подбородку медленно стекала тёмная капля, которую генерал удивлённо оттёр. - Потому что я так сказал, - отвратительный вокодер всё же сумел передать нотки угрозы в голосе магистра, на что Хакс предпочёл благоразумно промолчать. А Кайло Рен тут же потерял всяческий интерес к генералу и, подойдя к растерянно потиравшей запястья Рэй, равнодушно поинтересовался. - Ты не пострадала? Болела кожа на затылке, натёршиеся об металл браслетов запястья и даже подбородок. Кроме того, было ужасно страшно. Но Рэй, собрав остатки спокойствия и уверенности, ответила: - Нет. Кайло Рен осторожно опустил ладони на её плечи, мягко развернул к распахнутой двери и подтолкнул к выходу. Выйдя из ступора Рэй, не ожидая пока кто-нибудь из них передумает, резво устремилась прочь, оставляя начальство разбираться между собой. Ей ещё было необходимо узнать, что случилось с Мэттом и Финном. И когда магистр успел вернуться на базу?

***

Финн нашёлся сразу – его на следующее утро ждали штрафные работы вдали от базы. Рэй удостоверилась, что он жив и относительно цел, и ушла прочь не выслушивая его оправданий. Она всё ещё была слишком сильно зла. А вот Мэтта нигде не было. Рэй уже не находила себе места от беспокойства, успев надумать всяческих ужасов. Как на зло, никто не знал, куда именно забрали техника. Он нашёлся лишь на следующий день после завтрака, когда девушка уже не могла на него злиться, слишком радуясь тому, что с Мэттом ничего не случилось. - Работал в катакомбах, - устало пробурчал он, даже не пытаясь выпутаться из объятий девушки. Казалось, он ими наслаждался. Вроде бы, история на этом исчерпала себя.

***

Через пару дней Рэй и Мэтт в обнимку лежали на её кровати. Она почти засыпала, убаюканная теплом объятий техника и его мерным дыханием, как пришедшая внезапно тревожная мысль вырвала её из мягких цепких лапок сна. - Ты ведь знаешь, что Кайло Рен вернулся на базу? – сонно спросила она Мэтта. - Да, - ответил он после недолгого молчания. - И ты говорил что он… влюблён в меня? – продолжила девушка развивать тревожившую её тему. - Да, - снова после короткого молчания согласился техник. - А как он воспримет то, что мы вместе? – съёживаясь в мягких объятьях Мэтта, почти прошептала Рэй. На этот раз техник молчал дольше. - Я уже… поговорил с ним, - словно нехотя, наконец ответил он ей. – И он не против. - Правда? – выдохнула девушка с таким облегчением, что казалось, с её плеч упала целая луна. - Правда, - пробормотал Мэтт, зарываясь носом в её волосы. Рэй снова начала засыпать. - Чёрная орхидея до сих пор жива.*** - Когда она начала видеть первые сны, над её ухом внезапно раздался напряжённый голос Мэтта. Действительно, все цветы из памятного букета, который притащил техник, уже повяли. Все, кроме некрасивой, немного жуткой орхидеи, что украшала - на самом деле уродовала, - собой центр веника. - Да, - сонно зевнула Рэй. – Живучий цветочек. Она повернулась лицом к Мэтту, обняла его, и окончательно провалилась в мягкую темноту сновидений. ________________________________________ *TN-3465 - пилот, человек, работавшая на Старкиллере. Фигурировала в серии комиксов "Капитан Фазма". Действительно владела астродроидом ВВ-К8. У меня её зовут Тин-Тин и она стала зелтронкой, потому что зелтроны интересные, а вокруг и так слишком много людей )) ** Сол Ривас - лейтенант, фигурировал в серии комиксов "Капитан Фазма". ***Чёрная орхидея (орхидея-мураками) - чувствительное к Силе растение, которое не могло выжить вне инкубатора без связанного с ним форс-юзера. О том, может ли выжить лишённое корней растение рядом с форс-юзером, нигде не сказано, так что этот момент является авторским допущением ))