•••
Новенькая чёрная, блестящая иномарка подъехала к массивным воротам старинного особняка, почти неслышно шурша колёсами по мелкому гравию подъездной дорожки. Стоило ей только показаться на горизонте, как чугунные створки, увитые виноградным плющом, отворились, тихо скрипнув давно немазанными петлями. Автомобиль проехал по аллее, утопающей в зелени, и с влажным шорохом остановился у парадного входа в поместье. Лакей в строгом чёрном сюртуке с бабочкой открыл дверь иномарки, запуская в салон тонкие ароматы пряных, пьянящих цветов и свежескошенной травы. — Добрый день, мисс Грейнджер, — прислуга галантно подал выходящей из машины девушке руку в белоснежной перчатке, помогая Гермионе покинуть салон. — Господин Малфой уже ожидает вас в саду за домом. Он расположился в дальней беседке. Грейнджер криво усмехнулась, заслышав, что лакей называет Драко господином, но не стала это никак комментировать: — Прекрасно, Джозеф. Провожать меня не стоит, можете возвращаться к своим привычным делам, — властно ответила Гермиона своему собеседнику, а затем обратилась к водителю автомобиля: — Бен, ты можешь быть свободен. Забери меня к пяти часам вечера. Бен послушно кивнул, а после вновь завёл заглушённый мотор и медленным ходом направился в сторону выезда с территории поместья. Гермиона изящным движением руки подтянула чуть сползший чулок, резинку которого удерживала тонкая подвязка, взбила тонкими пальцами, объятыми пленом лакированных перчаток, крупные кудри и с гордо поднятой головой ступила на гравиевую дорожку, ведущую на задний двор поместья. Девушка с наслаждением втягивала через нос тёплый, сладкий воздух, наполняя лёгкие свежим кислородом. На ветви раскидистого жасмина удобно устроился пёстрогрудый соловей, наполняя пространство звонкими трелями, отзывающими в душе юной леди умиротворением и безмятежностью. Пройдя ещё ярдов сто пятьдесят, Гермиона наконец достигла кремовой беседке, скрытой от посторонних глаз розовыми кустами. Малфой уже ждал её, пристроившись на трёхногом табурете в дальнем углу: — Здравствуйте, Гермиона, — с усмешкой обратился он к бывшей сокурснице, не подымаясь на ноги в знак приветствия. — Ты забыл, как нужно меня встречать, мальчишка? — её губы растянулись в приторной, но в тоже время жёсткой улыбке, а сама девушка недовольно прищурила глаза. Драко, казалось, нарочно не выказывал ей должного уважения. — Я всё прекрасно помню, — светловолосый юноша неспешно поднялся с насиженного места и прошёл в центр беседки, вставая на колени и опуская голову вниз, но не прерывая с шатенкой зрительного контакта. — Тогда ты просто испытываешь моё терпение? — Грейнджер сжала губы в тонкую полоску, наблюдая за блондином. — Или ты хочешь, чтобы я тебя наказала? Малфой мечтательно расплылся в улыбке, но всё же опустил взгляд в пол и тихо произнёс: — Ваш преданный раб приветствует вас, моя госпожа, — Драко сделал несколько осторожных шагов на коленях, оказываясь подле Гермионы и целуя её ногу чуть выше колена, скрытого чёрным капроном. — Хороший мальчик, — Грейнджер вновь холодно усмехнулась и провела по щеке Малфоя шлепком упругого стека, а после без предупреждения нанесла лёгкий удар по плечу молодого человека, — но всё-таки недостаточно. Тебе следовало с самого начала поприветствовать меня, как полагается. — Я виноват и готов понести наказание, — Драко ещё ниже склонил голову, но Гермиона резким движением руки пресекла эту попытку, пальцами взяв юношу за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Я знаю, что именно этого ты и добивался, — она похлопала его уже по другой щеке пальцами, а после отошла от Малфоя, скептически осматривая свою игрушку. — Знаешь, я не буду отказывать нам обоим в этом удовольствии. Снимай рубашку. Драко спешно начал расстёгивать пуговицу за пуговицей, постепенно оголяя свой торс. Когда с первым указанием было покончено, и он остался без верхней части своего туалета, Малфой раболепно посмотрел на свою госпожу, ожидая новых приказов. Гермиона же, наоборот, не спешила — она вальяжной походкой обошла молодого человека кругом, а после чего вскинула руку со стеком, со свистом опуская его на оголённые лопатки юноши. Малфой, не ожидающий удара, с шумом втянул воздух сквозь плотно сжатые губы, чем вызвал неодобрение мисс Грейнджер. — Разве я разрешала тебе открывать рот, дрянной мальчишка? — она изогнула аккуратную бровь, а затем вновь вскинула руку для нового удара. На этот раз шлепок пришёлся аккурат на грудь блондина, но он не издал ни звука, когда гибкий стержень соприкоснулся с его бледной кожей. — Нет, госпожа, не разрешали, — произнёс было Малфой, но вновь почувствовал новый удар по плечу. Ему и в этот раз не давали права слова. — Какой ты всё-таки настырный и плохой мальчик. Так и жаждешь нарваться на наказание, — Гермиона недовольно повела плечами и расположилась на резной скамье с высокой спинкой, доставая из кармана прозрачного пластикового плаща толстую сигарету и длинный мундштук. Драко в ту же секунду оказался подле неё, доставая из брюк бензиновую зажигалку и чиркая кремнём, заставляя фитиль заиграть голубоватыми красками. Грейнджер чуть наклонилась вперёд и подкурила сигарету, награждая Малфоя за услужливость лёгким трепанием за щеку. С каждой новой затяжкой из её рта вырывалось облачко едкого сизого дыма, а в голове девушки всё отчётливее зарождалась так давно мучущая её мысль: она ненавидела любовников, у которых на коленях были мозоли. Ей непреодолимо хотелось преклонить колени самой.*•••
* — «Невыносимая лёгкость бытия» М. Кундер