1907

— Почему я должна заниматься этим? — устало вздохнула женщина среднего возраста, представившаяся как некая Чиё, складывая в стопку белые махровые полотенца. Она то и дело раздраженно вздыхала, стараясь собрать ванные принадлежности как можно быстрее. Генри молча сидела в ванной, прижав к себе коленки. Её одежда валялась на полу возле двери: грязная рваная футболка, которую, как видно, не снимали неделями, а то и месяцами, изношенные мешковатые штаны и старые зимние перчатки, выпавшие из их дырявого кармана. Чиё пообещала избавиться от этих обносков, как только закончит с купанием, но Генри то и дело посматривала на свои вещи, явно не собираясь так просто с ними расставаться. Да, они были ужасно изношенными и отвратительно пахли мусором, однако девочка настолько привыкла к ним, что и не представляла себя в чём-то другом. Генри изредка посматривала в сторону полки, на которой лежала её новая одежда, аккуратно сложенная и явно ещё не ношенная. — Ну, чего сидишь? Генри вздрогнула от неожиданности и повернула голову в сторону Чиё. Женщина упёрла руки в бока и поморщилась. Идеально вычищенная ванная вокруг длинных волос девочки почернела. А ведь Генри ещё даже не успела их намочить. Чиё взяла шампунь и открыла воду. Генри заметно напряглась, отодвинувшись в сторону от струи. — Нет, не надо! — вдруг закричала девочка, когда увидела руку, тянущуюся к грязным волосам. Словно кошка, она щетинилась и дрожала, в ужасе наблюдая за тем, как ванная постепенно заполняется пенящейся водой. Но женщина не стала даже слушать испуганные возгласы Генри, с грозным видом продолжая начатое. Никакие мольбы о пощаде совсем не действовали на неё, поэтому девочка быстро поняла: с мафией шутки плохи. Однако ужас, вызванный моющими средствами и душем никуда не делся. Она кричала, как могла, пока Чиё намыливала её голову и терла волосы, с которых ручьём лилась тёмного цвета грязь. Из-за резких движений пена попадала в глаза, Генри казалось, что она вот-вот ослепнет, до того сильно щипало глаза. Водные процедуры завершились только через два часа. За это время новоприбывшая серьёзно измоталась и более не могла оказывать ни малейшего сопротивления, покорно следуя указам Чиё. Волосы отмыть удалось. К великому удивлению, они оказались вовсе не чёрными. Чиё была не уверена, что отмыла их от грязи полностью, но теперь пряди имели светло-серый цвет, однако настолько запутались, что расчесать едва ли удалось бы. После шампуня причёска из спутанных волос выглядела особенно объемно и больше напоминала огромное птичье гнездо, а когда всё это дело ещё и подсохло, Генри стала похожа на некое существо вроде ёкая или чего похуже. Новую одежду Генри натягивала на себя сама, хотя и не с первого раза поняла, как завязывается бант на платье и зачем он вообще ей нужен. Неприятный запах удалось вывести, и теперь от девочки приятно пахло какими-то цветочными ароматами. — Нужно что-то сделать с твоими волосами, — придирчиво осмотрев подопечную, заключила Чиё. — Пошли. Генри лишь потупила взгляд, отвернув голову. О том, куда её угораздило попасть, она узнала лишь недавно, но от этого лишь сильнее запаниковала. Чистая новая одежда, тёплая ванная, хорошая еда. Чем теперь придётся платить за такое обращение? Генри слышала о Портовой Мафии не раз и знала, что лучше не попадаться ей под ноги. Но всё эти разговоры раньше казались такими далёкими от реальности. Голод и страх смерти редко покидали детские мысли, вытесняя всё остальное далеко и надолго. Думала ли Генри о Портовой Мафии, когда от недоедания кружилась голова? Нет. Думала ли Генри о Портовой Мафии, когда убегала от стаи агрессивных собак? Навряд ли. А теперь она просто не знала, как реагировать на происходящее. Глаза блестели, когда на пути попадались дорогие предметы, руки непроизвольно тянулись к ним, но каждый раз Чиё довольно сильно ударяла по запястьям, пресекая все попытки воровства. Всего через полчаса она привела Генри в здание, показавшееся девочке довольно странным и даже жутковатым. Для неё привычнее были заброшенные и полуразрушенные места скопления мусора и прочих отходов, нежели богато обставленное помещение. Длинный коридор всё никак не кончался. Генри не успевала за мужчиной в чёрном костюме, который шёл впереди неё. Чиё осталась на входе, ничего не объяснив, и теперь девочка шла за ним, боясь предположить, что ждёт её дальше. Длинные лохматые волосы скопом тащились за ней по полу, а особо непослушные пряди Генри то и дело смахивала от лица назад. Чиё так и не обстригла их, отложив на потом. Вдруг мужчина замедлил шаг и вежливо поприветствовал кого-то, идущего ему навстречу. Генри напряглась, услышав незнакомые шаги, которые всё приближались и приближаясь. Сначала впереди показался силуэт, почему-то сразу показавшийся девочке пугающим, а затем из темноты вышел странный парень в чёрном пальто. На вид ему было примерно столько же, сколько и ей, но Генри чувствовала непонятную подавляющую ауру превосходства, возможно, в силе или в чём-то другом. Глядя на незнакомца, она чувствовала себя по-особенному ничтожно и униженно, хотя он даже не бросил взгляда в её сторону. Задумавшись, Генри не успела понять, когда коридор вдруг стал настолько узким, чтобы в нем не разошлись два человека. Или это она сама перестала видеть, куда идёт? Зачарованная внешним видом незнакомого человека, вызвавшего в ней одновременно страх и некое восхищение, Генри чуть приоткрыла рот и на мгновение даже перестала дышать. Акутагава не сразу понял, что за странное существо попалось ему под ноги. За несколько секунд до этого, он краем глаза заметил незнакомое лицо, и догадка пронеслась в голове мгновенно. Ранее он стал невольным свидетелем разговора Дазая с одной из своих подчинённых. С трудом приходя в сознание, Рюноске вытирал кровь с щеки и отчётливо расслышал указание наставника: привести в порядок и доставить сюда некоего человека, чьё имя он слышал впервые, но быстро смекнул: это новичок. Ревность захлестнула его с головой. Как же так? Разве Дазаю-сану мало его одного? Разве есть кто-то лучше? И именно поэтому Акутагава горделиво отвернулся от идущих ему навстречу по коридору. Но едва не упал от неожиданного столкновения, растеряв весь свой напыщенный вид. Злость и раздражение закипали в нём с удивительной скоростью. Эспер заранее был настроен на такое отношение к «сопернику», но не думал, что он настолько быстро даст повод. Вернее, Рюноске рассчитывал сам напасть на него и доходчиво объяснить, почему наставнику не нужны слабаки. Длинные спутанные волосы, закрывшие Акутагаву чуть ли не с головы до ног, просто неимоверно взбесили его, поэтому эспер быстро схватил их и сбросил с себя, чуть ли не рыча при этом. Генри мгновенно сообразила, что дела плохи. Человек, трогающий её волосы казался очень страшным и опасным, поэтому инстинкт самосохранения сработал безупречно вовремя. Пока незнакомец толком не пришёл в себя, Генри схватила в охапку длинные космы и что есть мочи побежала вперёд по коридору.