Без памяти

      После возвращения с прогулки Хюррем ещё долго было не по себе. Скоро она останется совсем одна… С ней останутся лишь её мысли, видения, её призрачный Муххиби. А ведь когда-то у неё была настоящая полноценная жизнь! Были и семья, и друзья… Наверное… А теперь она ничего и никого не помнит. Всех тех долгих прожитых ею лет будто и не было вовсе.       «А может, и не стоит жить дальше? — спросила себя Хюррем, — Ведь какой от жизни смысл, если в один миг всё может стереться у тебя из памяти?..»       Султанша закрыла лицо руками, из глаз её потекли слёзы.       «Это, наверное, конец, — подумалось ей, — Я больше не хочу, не хочу жить!»       От обиды и отчаяния Хюррем, что есть силы закричала. На крик прибежали служанки:       — Что-то произошло? — в один голос спросили они.       — Нет, — абсолютно без эмоций пролепетала Хюррем.       После некоторой паузы она добавила:       — Я больше не хочу, чтобы вы прислуживали мне… Уезжайте. Сейчас же.       — Но как же так, госпожа… Позвольте нам хотя бы дождаться утра… — одновременно начали просить весьма удивлённые служанки.       Хюррем окинула взглядом тёмный мрачный лес за окном.       — Хорошо, но, как только наступит рассвет, я хочу, чтобы вы покинули этот дом.       Смущённые служанки пожали плечами, а затем побежали собирать вещи, чтобы с рассветом уехать из этого охотничьего домика.       — Муххиби, где же ты? Мой единственный друг Тео меня бросает… Я чувствую, что в его поступках много недосказанности, но он никак не расскажет мне обо всём, что так тщательно скрывает. И если он не может открыть для меня всего себя, значит, он вовсе меня не любит. Но я хочу, очень хочу, чтобы кто-нибудь меня полюбил… Хочу узнать, что же такое любовь… Но нет, не суждено. И смерть настигнет меня в полном одиночестве, и некому будет оплакивать мою кончину.       С этими ужасными мыслями султанша легла в постель. После того, как она задула последнюю свечу, её сразу же настиг сон.

***

      Хюррем обнаружила себя сидящей под большим деревом. Вокруг была зелёная трава, полевые цветочки, и воздух был очень теплым. Султанша сидела и вновь рассуждала о любви… И это волшебное слово «любовь» словно эхом раздавалось по всему миру.       Вдруг Хюррем почувствовала, как рядом с ней у того же дерева сел какой-то человек. Султанша повернула голову. Этот незнакомец был весь в белом, за спиной его виднелись красивые белые крылья, а лицо его казалось каким-то родным, хотя в то же время совсем не знакомым.       — Кто ты? — тихо спросила султанша.       — Я твой ангел-хранитель… И имя моё — Лука. А пришёл я ответить на твои опросы и рассказать про настоящую любовь.       Хюррем аккуратно взяла ангела за его тёплую руку и негромко проговорила:       — Молю, расскажи мне обо всём… Прошу, я наконец-то хочу всё вспомнить… Ведь для меня это безумно важно, я хочу разобраться в себе, понять, что к чему.       Лука сжал руку султанши, и они оба поднялись на ноги.       — Пойдём за мной, я буду всё тебе показывать и рассказывать, а ты смотри и слушай внимательно. Ведь вскоре тебе предстоит принять судьбоносное решение, от него будет зависеть вся твоя жизнь…       Хюррем слабо улыбнулась, она осознала всю ответственность, которая легла на её плечи.       «Интересно, много ли судьбоносных решений я принимала в своей жизни?» — молча спросила султанша сама себя.       — Много! — воскликнул ангел и сделал шаг вперёд, и они оба продвинулись дальше.       Пред путниками предстала старая деревня с её немногочисленными жителями.       — Смотри, — начал Лука, — Это твой дом!       — Странно, это совсем не похоже на Османскую империю. Строения какие-то странные, и люди совсем не такие.       — Правильно. Потому что это твоя родина и дом, в котором ты родилась. А родилась ты не в Османской империи. Вон, смотри! — Лука указал рукой на проходящую мимо девушку с рыжими волосами и в платке, — Это ты, Хюррем. А вон там стоят твои родители: твои мама и папа.       — Мама! Папа! — восторженно воскликнула султанша. При виде родных людей на душе у неё стало очень тепло и радостно. Вдруг взор её занял один темноволосый юноша, — Что это за молодой человек, который подбежал ко мне? — удивлённо спросила она.       Лука улыбнулся очень грустно, а в голосе его послышалась печаль:       — А это… Это я…       В глазах своей спутницы ангел прочитал удивление.       — Да-да, когда-то я был человеком, своими ногами и без крыльев за спиной ходил по этой земле. Был юн, был жив… И я. Любил тебя, любил по-настоящему, без остатка.       Хюррем хотела было что-то спросить, но Лука нежно поднёс к её губам свой указательный палец:       — Не говори ничего, прошу, умоляю… — из глаз его потекли слёзы, — Мне тяжело, безумно тяжело говорить об этом… О нашей нелёгкой жизни, о тяжёлой судьбе… И сейчас я с трудом выдавливаю из себя слова. Уж очень сильно хочется закричать от невыносимой душевной боли, когда я вижу наш родной дом, когда я вижу нас, молодых и влюблённых. От всех этих воспоминаний хочется плакать.       Но вот чистое голубое небо заволокло грозными тёмными тучами. Жители деревни начали в суматохе бегать туда-обратно, а их маленькие деревянные домики начали поджигать и разграблять какие-то чужеземцы.       — Это началась война, — продолжил Лука уже более сухим и спокойным голосом, — Сейчас практически одновременно убьют обоих твоих родителей, сильно ранят меня, а тебя заберут в рабство и привезут во дворец Топкапы — главный дворец Османской империи. И ты станешь наложницей всевластного султана Сулеймана.       Внезапно путники переместились в покои самого падишаха.       — А вот и он, десятый султан Османской империи!       — Это же мой Муххиби! — поражённо воскликнула Хюррем.       — Да, именно он — единственный человек, который так и не смог стереться из твоей памяти… И тебя, бедную наложницу, он, как и я, полюбил сильно и без остатка… Он наперекор своей Валиде сделал тебя могущественной госпожой, которая родила ему четверых детей: трёх шехзаде и одну славную дочку.       Хюррем от удивления выпучила глаза и приоткрыла рот:       — Дети?..       — Да! — вновь воскликнул Лука, — А вот, смотри, сейчас вы все заходите к повелителю в покои. Он улыбается, обнимает всех вас, потому что очень вас любит… Ты, Хюррем, слишком стремительно вознеслась вверх, — продолжил ангел, — Но в этом дворце живёт ещё один человек с похожей судьбой. И имя его — Ибрагим паша. Это твой Тео — выходец из Парги. Он так же, как и ты, однажды был похищен и отдан в рабство в Османскую империю.       — А вот мы и переместились в его дворец. А если быть точнее, во дворец его и его жены Хатидже султан — сестры падишаха, — на несколько мгновений Лука задумался, — А сейчас я покажу тебе свою собственную трагедию, Хюррем. Ты ведь хочешь узнать, как из простого человека я обратился в ангела?       Султанша плавно кивнула.       — Посмотри, нас в главном зале этого дворца трое: я, ты да наш великий визирь, — ангел посмотрел на свою собеседницу скорбящим взглядом, — У него в руках ваза с отравленным лукумом. Страшно представить, что жить мне осталось считанные минуты. Яд, налитый Ибрагимом в ту злополучную вазу, погубит меня. Паша таким образом заберёт у меня жизнь… А я, не мешкаясь, отдам её для того, чтобы Паргалы не погубил тебя. Потому что я тебя любил, и не жалко мне было отдать за тебя самое дорогое, что у меня было. Свой взор Лука обратил сначала на небо, потом вновь на Хюррем:       — Вот так выглядит настоящая любовь. Когда один человек весь мир готов положить к ногам другого, чего бы ему это ни стоило. Этим вечером ты говорила о том, что хочешь, чтобы тебя полюбили. Меня не стало, но есть в этом мире человек, который по-настоящему тебя любит. И этот человек — повелитель. На него я готов был тебя оставить. И не думай, что я могу ошибаться. Мне сверху всё очень хорошо видно — лучше, чем всем остальным. Султан Сулейман, как и я, готов отдать за тебя свою жизнь, готов для тебя свернуть горы. Он мучается и страдает с того самого момента, как ты бесследно исчезла. Стоит признаться: падишах грозен, но с тобой и твоими детьми он становится совсем другим человеком — милым, улыбчивым и ласковым. Его любовь я смело могу назвать настоящей. А Ибрагим — твой Тео? Найдя тебя в логове разбойников, он не пожелал отвезти тебя домой! Он воспользовался твоей беспомощностью, тем, что ты потеряла память, и похитил тебя… Поначалу он начал над тобой издеваться, а затем в нём проснулось странное и ничем не оправданное чувство к тебе… Но любовь ли это? Может ли враг полюбить своего врага? Не знаю… Я не пробовал «залезать» к нему в голову и рыться в его мыслях. Но одно я знаю точно. Жизнь свою за тебя он не отдаст ни за что. Он готов потерять свой титул, свои богатства, но жизнь… Нет… То, что живёт в сердце Ибрагима — это сильное чувство, жаркое, однако временное, которое вот-вот может потухнуть. И не станет ничего: ни ярого влечения, ни желания лишиться ради тебя всего. И ты, Хюррем, не любишь его и прекрасно об этом знаешь.       — Но ведь без него мне и жить расхотелось… — воскликнула Хюррем, — Как ему получилось меня околдовать?       — Паргалы сделал из тебя свою пленницу, и он стал практически единственным человеком, с которым ты общалась в последнее время. Он предстал в твоих глазах героем, и ты начала испытывать к нему чувство благодарности и лёгкий стыд за то, что он бескорыстно делал для тебя много добра. Но желание отблагодарить, хорошее отношение — это далеко не любовь! Это глупая обманка, иллюзия. В этом мире есть много людей, ради которых тебе стоит жить, Хюррем. Это твои дети, это султан Сулейман.       Ангел положил на плечо султанши свою руку.       — Теперь ты знаешь своё прошлое, теперь ты знаешь о своих родных. И на Ибрагиме теперь не сошёлся свет клином. После твоего похищения он предстал в твоих глазах совсем в другом свете, нежели во дворце, когда вы были друг для друга самыми ненавистными врагами. Паргалы решил найти своё счастье, обретя свободу, но в свободе ли твоё счастье? Решать тебе. Ты сама должна определить, кому принадлежит твоё сердце, сама должна решить, как тебе жить дальше. А я по-прежнему люблю тебя, и хочу, чтобы ты была счастлива… И пускай, это счастье тебе не суждено обрести со мной… Борись, Хюррем, за свою жизнь, умей отличать правду от лжи, а я благословляю тебя…       Султанша горько заплакала, а затем крепко обняла своего ангела-хранителя.       — Не улетай, Лука… — молила она, — Будь со мной, оберегай меня…       Ангел в ответ обнял Хюррем, вдохнул запах её волос, и вдруг в один миг исчез. А вместе с ним исчезло и всё вокруг. Что-то словно ударило в голову Хюррем, да так сильно, что султанша сначала зажмурила, а затем вновь открыла глаза.       Она оказалась в своей комнате, в той самой, в которой уснула прошлым вечером. В окне она увидела служанок, которые с вещами покидали территорию охотничьего домика. Осознав, что проснулась, Хюррем протёрла свои глаза. В этот миг она вспомнила всё своё прошлое: память наконец-то вернулась к ней.       — Зачем же ты так со мной, Тео? — прокричала она, — Ну зачем?..