Честь

— Пора. Сакура испуганно вздрогнула, и сильнее обхватила себя руками. Шикамару подошел, останавливаясь рядом, внимательным взглядом оценивая состояние куноичи. Они с Какаши договорились, что девушка будет ждать его в кабинете, пока он улаживает дела со старейшинами. Как только понадобится её присутствие, Шестой пришлёт помощника. — Все будет хорошо, — заверил Сакуру мастер теней. — Хокаге-сама умеет отстаивать своё мнение. — Не сомневаюсь, — нервно усмехнулась Харуно. Шикамару ответил понимающей ухмылкой. — Тогда, если не сомневаешься, возьми себя в руки, и пойдём. Шестому нужна надежная опора, уверенная в нем спутница жизни. Он-то в тебе ни капли не усомнился, чтобы не происходило, и какие бы слухи не ходили по деревне. Зеленые глаза уставились на собеседника в неожиданном осознании. Сакура понимала, что за несколько лет её одноклассник успел хорошо изучить бывшего сенсея, и раз он говорит, что все будет хорошо — этому стоит поверить. Сделав глубокий вдох, девушка несмело улыбнулась. На сердце стало спокойнее, хотя пальцы ещё немного выдавали волнение. — Ладно, идём. *** — Этому не бывать. Цунаде зло скрипнула зубами. Сакуре показалось, что все в комнате, включая старейшин, слышали этот звук. Утатане Кохару с опаской взглянула на Пятую. — Назовите. Мне. Хоть одну. Причину, — Годайме зло зыркнула глазами на притихших собеседников. Кохару тонко улыбнулась. — Эта девочка опозорена, — она кивком головы указала на испуганную Сакуру, которая стояла за спиной кресла Какаши, судорожно сжимая пальцами мягкую обивку. — Что о нас подумают другие страны, если Хокаге страны Огня возьмёт такую в жены? В помещении стало ещё тише. Советник Хомура с легким недоумением покосился на коллегу — даже ему на миг показалось, что в подобной ситуации Кохару не следовало ещё больше злить своенравную Цунаде. — И потом, — продолжала женщина, хладнокровно игнорируя ощутимые уже физически волны негодования, исходившие от бывшей Хокаге, — Мы уже выбрали для Какаши-сана достойную девушку. — Какого… — Шестой удивлённо приподнялся над столом, не понимая, что вообще происходит. Краем глаза он успел заметить, как покачнулась стоящая за его спиной Сакура. Хатаке сжал зубы, жалея, что не может сейчас даже взять её за руку, чтобы приободрить. — Вы не имеете права вмешиваться в мою жизнь, потому что… — начал он хриплым от удивления голосом. — Твоя жизнь, — громко перебила Кохару, многозначительно глядя на Какаши, — Тебе не принадлежит! Ты Хокаге Конохагакуре! Ты обязан делать все, чтобы ситуация в деревне была под контролем! Что скажут люди, если ты женишься на девушке без чести и достоинства? Сакура сдавленно охнула, зажимая рот рукой. На глаза наворачивались слезы от слов этой женщины, которая как и все остальные не знала горькой правды. Куноичи несколько раз моргнула, и гордо расправила плечи, стараясь не заплакать — она пообещала себе, что впредь будет сильной, для Какаши. Чтобы он ни на миг не пожалел о своём решении. Шестой выпрямился, кидая через плечо тёплый взгляд на розоволосую девушку. Ровная спина, вздёрнутый подбородок, сжатые губы и решительный взгляд влажных зелёных глаз. Нет, его Сакура не прогнется под мнением этой старой заскорузлой бабки, сознание которой давно забыло, что такое настоящие светлые чувства. Он не позволит. — Раз так, то я отказываюсь от должности Хокаге, — шляпа правителя с гулким стуком упала на стол, — Пойдем, Сакура. Мне надоел этот цирк. Советники зашумели. Цунаде одобряюще усмехнулась. — Кхгм, — громко прокашлялся Шикамару, обращая на себя внимание. Все взгляды обратились к нему. Дождавшись полной тишины, молодой джоунин внимательно посмотрел на Кохару. — Спешу заметить, Гоикенбан-сама, что никакого распоряжения по поводу женитьбы Хокаге-самы не было, и никаких бумаг по поводу характеристики выбранной Вами особы не поступало. Можете мне поверить, через меня проходит вся документация, приходящая в резиденцию. Зато, — Шикамару поднял руку, призывая не перебивать, когда возмущённая наглостью советника Утатане хотела возразить, — Зато, есть вот этот документ. Я думаю, он развеет Ваши сомнения на счёт других правителей. Достав из внутреннего кармана своего жилета небольшой конверт, он аккуратно положил его на стол перед советниками. Какаши успел заметить на нем сургучную печать, которой были запечатаны все послания, приходившие из Суны. Шикамару, стараясь сдержать улыбку, внимательно наблюдал, как брови советников ползли все выше от удивления, когда они, неслышно шевеля губами, вчитывались в каждое слово, склоняясь сгорбленными фигурами над столом. В голове юного гения прокручивались события сегодняшнего утра. *** Шикамару сидел на энгаве, пытаясь сосредоточиться на чтении какой-то книги, которую схватил с полки, чтобы занять руки. Нетерпеливо поглядывая на часы, мастер теней ждал гостью, от которой сейчас зависели судьба и счастье двух его близких товарищей. Он затеял опасную авантюру, старейшинам она может не понравится и, возможно, он даже лишится должности помощника Хокаге, однако, лишь недавно разобравшись в чувствах к одной строптивой куноичи, Нара сейчас отчётливо понимал — слухи, мнения посторонних и даже звания и награды не имеют значения, когда на кону стоит любовь. Дверь распахнулась и рядом с ним плюхнулась запыхавшаяся Темари. Девушка бросила ему на колени плотный конверт с сургучной печатью Суны, и с удовольствием вытянула ноги. — Успела. Шикамару улыбнулся, глядя на то, как его невеста переводит дыхание, словно кошка щурясь в солнечных лучах, щедро дарованных безоблачной утренней погодой. — Что сказал Гаара? — Нара протянул руку, ласково отводя от лица выпавшие из-под протектора светлые пряди её волос. Темари коротко усмехнулась. — Он дал полное согласие, все остальные тоже. Даже пообещали приехать на свадьбу. Больше всех Канкуро возмущался, похоже, положил на Сакуру глаз, но я его осадила, чтоб не обольщался — его уровень это ваша слабенькая оружейница. И, в конце концов… Закончить рассуждения ей не дали, потому что чертовски сложно разговаривать во время поцелуев. Ведь до собрания старейшин есть ещё полчаса. Целых полчаса, чтобы насладиться этой несносной ершистой особой, которая рядом с ним, с Шикамару, становилась необычайно кроткой и ласковой. *** Старейшина Кохару поднялась из-за стола и, прищурившись, окинула долгим взглядом каждого из присутствующих. — Я не знаю, как вы это, — её указательный палец пригвоздил к полированной поверхности только что прочитанное письмо, — Сделали, но помните, что мы этого не одобряем. Всего хорошего. С этими словами советники покинули помещение. Какаши на мгновение показалось, что Хомура, оглянувшись в дверях, бросил ему уважительный взгляд. Шикамару облегченно выдохнул. *** — Когда я понял, что Ваш единственный способ помочь Сакуре — это жениться на ней, то предположил, что Старейшины этого не допустят. А действовать нужно было быстро, и я, слегка злоупотребив полномочиями, - Шикамару кинул на Шестого виноватый взгляд, - Отправил от Вашего лица просительные письма правителям других скрытых деревень, с просьбой отослать все характеристики на Сакуру в Суну. Там уже Гаара с Темари все оформили, и сегодня утром она отдала мне документ, который вынудил почтенных стариков не возмущаться. Какаши хмыкнул, откидывая голову назад и опираясь затылком на закрытую дверь своего кабинета. Внутри на диванчике спала Сакура - куноичи упала без сил от волнения прошедшего дня, стоило ей только присесть на мягкую горизонтальную поверхность. Поэтому Какаши и Шикамару говорили снаружи. — Втянул в авантюру самого Казекаге, похвально. Шикамару пожал плечами. — Сакура на войне спасла жизнь Наруто. Многие жизни. Гаара ей благодарен, как и все остальные правители. — Спасибо, — искренне поблагодарил Какаши, глядя из-под опущенных ресниц на своего советника. Тот кивнул, принимая благодарность. — Я считаю, вы с Сакурой как никто заслуживаете личного счастья и спокойствия. И, кстати. Это на память, — Шикамару усмехнулся, передавая Какаши сложенный вчетверо листок. — Только Сакуре не показывайте. Весело махнув рукой на прощание, Нара оттолкнулся от подоконника, на который все это время опирался поясницей и зашагал по коридору. Когда его силуэт скрылся за поворотом, Какаши развернул вручённый ему документ, пробегаясь глазами по написанному тексту. Сокрушенно покачав головой, Шестой тонко улыбнулся и, сконцентрировав чакру, превратил бумагу в пепел. Действительно, этого Сакуре точно видеть не стоит.