Чувствую, как вижу

— Пожалуй… Надо вывести его тайно, чтобы Люди Чести во главе с кансилльером не хватились раньше времени. — Будет сделано, соберано. Никто не подкопается. Исчезновения мальчишки заметят не раньше, чем он уже будет далеко. Дикону показалось, что он забыл как дышать. Он не смел втянуть носом воздух, ибо полагал, что сделал бы это слишком громко, моментально выдав себя. Тихие, но расторопные шаги, быстрее, быстрее! Оказавшись в своей комнате, Дик на ощупь нашел бокал с вином и в один глоток осушил его. Значит, Алва все-таки хочет от него избавиться, но сделать это так, чтобы никто ничего не узнал и не заподозрил. Ну конечно. Верные кэналлийцы вывезут его за пределы Талига и убьют. Но почему нельзя убить сразу и избавиться от тела в Олларии? Возможно, потому, что быстрая смерть его не ждет? Ричард закусил губу, судорожно размышляя. Оставаться в доме дальше нельзя – слишком опасно. Если он сбежит, то это будет нарушением клятвы, если он останется – будет трупом. Можно пойти к эру Августу, он наверняка знает, что делать. Но как дойти до него, не имея возможности самостоятельно передвигаться по городу? Сона, может, и умна, но фразы «довези, мориска, до кансилльера Талига» не поймет. Выходит, надо что-то придумать. Но как же так, этой ночью все было так, что Дикону казалось, будто он достиг вершины счастья. Он нужен, нужен! Или, по крайней мере, не совсем безразличен… Ворон пел, его спина касалась ног оруженосца, он пел, пел…было тепло и очень спокойно. Было хорошо. А, оказывается, все ложь, как забавно получается. Это в духе Алвы – пригреть и растоптать, насладиться унижением и болью того, кто только-только начал доверять. Проблема с визитом к кансилльеру решилась сама собой с приездом Наля. Кузен, отчаянно волнуясь, через слуг попросил пригласить Ричарда Окделла спуститься к воротам. Знал бы Ларак чего это стоило Дикону, несколько раз подумал, прежде чем озвучивать просьбу. Но он не знал, поэтому Дик спустился, практически на ощупь разбирая дорогу. Выходит, все-таки придется все рассказать кузену, как бы ни хотелось умолчать. Теперь только на него, да на эра Августа можно надеяться. — Здравствуй, — Дик не видел лица Наля, но знал, что тот ужасно волновался. Дик кивнул в ответ. – Я провожу тебя к Августу Штанцлеру. Он попросил меня, на случай, если твой монсеньор откажется отпускать тебя в город. — Он меня всегда отпускает. Я предоставлен сам себе, — скорее по привычке взбрыкнул юноша. — Это хорошо, но надо было подстраховаться. Ты срочно нужен кансилльеру. – Какая удача! Но… Святой Алан, если что-то серьезное, то оставаться в столице будет просто необходимо, а он уже практически мертвец. А к кошкам все! Ради Талигойи, ради королевы, ради разбитых надежд… — Проводи меня, Наль. Я возьму тебя за локоть. Это необходимо. — Но… — По дороге объясню. Это правда необходимо. Реджинальд не возражал. Возможно, он не возражал после того, как Дик, махнув рукой, не сразу нашел локоть кузена. Он все понял. И, за что Дикон был особенно благодарен нелепому, но такому родному Налю, не сказал ни слова на этот жест. Просто повел по улице, продолжая что-то торопливо говорить про эра Августа, страну, про Честь и долг… Дикон его почти не слушал – все это он и сам знал. Сознание захватил совсем другой голос, баритон, который говорил, что они все решат утром, утром, утром… Они и решили. Вернее, решили Алва и Хуан. Без него. Ну и пусть. Теперь он знает, чего опасаться. Он предупрежден. У дома Августа Штанцлера Наль не распрощался с Диком, как раньше, а провел его дальше, в сад. Старый слуга не возражал. Лишь у кабинета кансилльера Ларак высвободил свой локоть, шепнув на последок: «Все хорошо, Дик». Может, и правда все хорошо? Ричард кивнул, раздумывая, рядом ли еще Наль или уже ушел. Рассудив, что кузен, обо всем догадавшись, вряд ли бросит его, Дикон, успокоившись, толкнул дверь и вошел в комнату, надеясь лишь на то, что не споткнется у порога обо что-нибудь и не растянется на ковре кансилльера. — Дикон, мальчик мой, — тихий и печальный голос откуда-то из мрака. Дик замер, надеясь, что его поза выглядит достаточно непринужденной. – Я хотел с тобой поговорить, очень серьезно. Настал момент для решительных действий. То, что мы задумали, или выведет нашу многолетнюю работу по возрождению Талигойи на новый уровень, или разрушит все, обрекая нас на смерть. — Эр Август? – Дик был натянут как струна гитары Ворона. Теперь он молил создателя, чтобы кансилльер ничего не узнал о недуге. Юноша был абсолютно уверен, что это важное задание будет поручено ему, а он справится, перевернув судьбы, вернув трон Ракану. Алва уже будет не страшен. Все развернулось как нельзя кстати. Возможно, Ворон раскается и пойдет на службу истинному королю. Дик простит ему эту отвратительную попытку убийства. — Дикон… Я прошу тебя об очень важной и очень, как тебе может показаться, подлой вещи. Я хочу, чтобы ты убил Рокэ Алву. — Что?! – Ричарда пробил холодный пот. Живот скрутило, как бывало с ним тогда, когда он безумно волновался. — Я знал, что ты отреагируешь так. Но пойми, это единственная возможность победить. Мне больно это говорить, но Алва поистине всесилен, когда дело касается войны. Нам не одержать победу над олларовскими войсками, пока Ворон держит их под своим руководством. А он держит их, пока жив. — Но…но как я могу убить его? Мне не заколоть его на дуэли – он гораздо искуснее меня, мне не ударить кинжалом в спину – он не поворачивается ко мне спиной… — Дик говорил, задыхаясь, запальчиво. Он искал причины, по которым не сможет лишить жизни монсеньора, он просто не мог… — Все верно, мальчик мой, ты совершенно прав. Но есть другой способ, — что-то звякнуло. Какая-то маленькая побрякушка. – Его можно отравить. Сделать это так, что никто ничего не заподозрит. Это хороший яд, и кольцо… — Кольцо? – не удержался герцог Окделл. Значит, это было кольцо, яд в кольце. Яд… Если он убьет Алву, а он не убьет не только потому, что не хочет и не может, а потому, что даже не видит бокала, в который можно бросить яд, то Талигойя возродится, а он все равно уедет в Надор, потому что будет бесполезен для короля. Ракану нужны сильные люди, опора, а не жалкие калеки. А что, если…А почему бы и нет? Трусливо, недостойно, но…это выход. — Эр Август, я сделаю все, что нужно. – Простите, я лгу, эр Август. — Я…я рад и мне больно оттого, что ты должен это делать, — голос старика дрогнул. Наверное, нужно подойти и взять кольцо. Но как? Вот если бы оно горело, как солнце, вот тогда бы Дикон легко бы нашел его. Но оно было совершенно обычным, его не было видно. Зажмуриться, вспоминая расстановку мебели, открыть глаза, сделать пару шагов, упереться носком сапога в ножку стола. Отлично. Дик чувствовал, что эр Август близко. За столом. Кольцо тоже рядом. Опустить руку на стол. Если он сделает широкое полукруговое движение, то будет похоже, будто он просто небрежно сгреб украшение. Все просто. Под пальцами оказалось что-то твердое и холодное. Повезло. — Нажми на молнию, и кольцо раскроется. Две крупинки яда. Он подействует через сутки. Ты будешь вне подозрений. — Хорошо…Да… До свидания, эр Август. — Будь осторожен, мальчик мой. Дикон убрал кольцо в карман и вышел в коридор. Наль должен быть где-то здесь. Надо спешить, у него мало времени, он больше не может ждать. Кузен обнаружился недалеко от двери, но Дик был уверен в том, что он не слышал ни слова. Человек Чести никогда не станет подслушивать чужой разговор, особенно разговор других Людей Чести. — Ну что? – обеспокоенно спросил он, беря Дика под локоть. – Ты сказал ему? — А разве я должен был? – копируя Алву, поднял бровь Ричард. — Но…как же… — Как раньше, Наль, как раньше. — Ты можешь сказать, что эр Август хотел от тебя? — Нет, извини. – Это лучше, чем ложь, правда? — Хорошо, — вздохнул кузен, выводя Дика на свежий воздух. – Ну что, в особняк Ворона? — Да… Да, туда, — выдохнул Ричард, после недолгой заминки. Нельзя ему в особняк, нельзя. — Ты не хочешь еще раз на петушиные бои сходить? Не делать ставок, просто…ммм…развлечься разговорами. — Разговорами о петухах? Придумай что-нибудь более заманчивое. — В тот раз ты был доволен, — в голосе Реджинальда явственно звучала обида. — В тот раз… — эхом откликнулся Дикон. Дальше они шли молча, Наль, скорее всего, уже отошел, но все равно не хотел первым начинать разговор, а Ричард совершенно не желал говорить с кузеном. Он часто испытывал презрительное раздражение к Налю, хоть и понимал, что это отвратительно. Просто не мог ничего с собой поделать. Мысленно он считал секунды, обращая их в минуты. Когда, по его мнению, прошло уже достаточно много времени, Дик резко остановился. — Эй, ты чего? – толстяк удивленно замер, будто рассуждая: тащить ли Дикона дальше или так сойдет? — Мы сейчас где? — На полпути… — Отведи меня в какой-нибудь закоулок. — Что? — Что слышал: отведи в закоулок, куда хочешь, но там не должно быть людей! — Я…Дикон…хорошо, идем, — Наль уже, по всей видимости, отчаялся понять Ричарда, поэтому послушно повел его, как надеялся Дик, в темное и укромное местечко. — Пришли, — хмуро бросил родич, выпуская локоть герцога Окделла. — Где мы? — В одном переулке… Ты его знаешь, он не слишком хорош и чист, но в такое время только тут не будет людей. — Отлично, а теперь уходи. — Что?! – он слишком часто повторяет это слово, он надоел… — Ты глухой? Просто оставь меня. — Но как…как ты дойдешь? — Дойду, не волнуйся. Уходи. — Нет. Ты меня не заставишь, Дик, ради твоего блага я останусь и отведу тебя к Алве. — Ради моего блага ты отведешь меня к Алве, — тихо рассмеялся Дикон. – Да, это смешно… — Ты понял, что я имел ввиду. Пошли. – Ричард почувствовал, как кузен с силой потянул его за собой. Он был сильным, этот Реджинальд Ларак, всегда был. Но неужели он решил, что слепота позволит ему распоряжаться Повелителем Скал?! Резко отскочив, Дик сделал подсечку наугад, с радостью почувствовав, что неуклюжее тело брата заваливается. Отлично! Наль с шумом упал, завозился, пытаясь встать. — Ди…Дикон, что ты вообще вытворяешь? — Я сказал тебе убираться? И повторю еще раз, хотя ты обязан подчиняться мне беспрекословно. Я – Повелитель Скал, виконт Лар, и я требую, чтобы Вы немедленно покинули меня. Слышите? — Я…я все понял, Дик. Мне надоело возиться с тобой, просто надоело. Это странно, да, что неуклюжему, так непохожему на Человека Чести внешне, Налю может все надоесть? Оказывается, может. Прощай, Дикон. Ричард точно знал, что кузен ушел, просто не мог не уйти. Он выложил свой последний козырь – указал родичу кто он, и кто Дик Окделл. Это грубо и подло, но это была единственная возможность избавиться от Ларака. И он воспользовался ей. На ощупь найти стену. Да, здесь его не найдут, по крайней мере сейчас. Достать кольцо, очень осторожно, чтобы не рассыпать ценные крупинки, нажать туда, где предположительно была молния, тряхнуть кольцо над сложенной ковшиком ладонью, почувствовать, как на кожу, незащищенную перчаткой, упало что-то маленькое и легкое. — Вина бы… — пробормотал Ричард, впервые жалея, что не имеет привычки носить с собой флягу. – Ну да ладно, сойдет и так… — Поднести ладонь ко рту, приготовившись отправить яд в последний путь, и потерять сознание, явно получив по голове чем-то тяжелым. Ричарду Окделлу как всегда не повезло, выпавшие крупинки моментально затерялись в грязной земле.