Куафёр с Флейтовой улицы

Покинув здание суда, городской Прокурор Персианов решился пройтись пешком. Неспешным шагом он направился через городской парк по указанному горничной адресу, обдумывая угрозу и своё отношение к ней. Тревожные думы заполонили его сознание и даже начали терзать. Он мысленно вернулся в памятное лето 1876 года, такое же жаркое, что и нынче, когда гуляя по городскому парку, он увидел необычайной красоты молодую женщину, держащую на руках младенца. Женщина облокотилась на плечо к своему мужу, и они оба склонились над малышкой. Столько нежности, красоты и изящества было в этой паре, что можно было запечатлеть их изваяние в камне или нарисовать портрет маслом, любое произведение искусства осталось бы жить на века. Как глоток прохлады в жару, освежающий и утешающий, взгляд женщины, наполненный силой любви и счастья, вонзился в его душу, заставляя сердце биться птицей, а плоть гореть огнём вожделения. С тех пор он потерял покой. Ни днём, ни ночью взгляд красавицы не покидал его внутреннего взора, заставляя изнемогать от жажды обладать этой женщиной. Он очень быстро узнал всё об этой семье, собрал информацию, сметая каждую деталь до последней крохи в своё нехитрое досье. Как только ему представилась возможность, он повесил нераскрытое мрачное убийство на мужа красавицы и быстро избавился от него, отправив на пожизненную каторгу в ледяную Сибирь. Как же звали того муженька? Вениамин Тод, цирюльник, куафёр. Да, именно так. Очень быстро, проявляя чудеса соблазнения, он утешил девушку и вскоре они сыграли свадьбу. Однако через пару лет безоблачного счастья, его постигла кара. Жена, Людмила Петровна, поехала по святым местам, вымаливать второго ребёнка, и какой-то святой пророчествующий батюшка взял, да и поведал ей правду. Приехав прямиком из Кронштадта, Людмила Петровна отказалась выполнять супружеские обязанности, а после того, как он ей в скандале во всём признался, сошла с ума, сбежала из дома и уж десять лет, как не появлялась в Затонске. Это была не последняя кара. Через год после сего у Персианова пропала дочка Людмилы Петровны, Алиса. Похитителя так и не нашли, а деньги, которые он оставил в качестве выкупа, так никто и не забрал. Вскоре все забыли эту историю. Персианов снова женился. Кто же прислал угрозу? Людмила Петровна? Тот, кто похитил Алису? Или сам Вениамин Свенович Тод? Неужто бежал? Или отпустили досрочно… Нужно немедленно подать запрос в Сибирь. Вдруг прокурор резко вынужден был остановиться. Ему под ноги кинули свёрток, который выглядел так, как будто там был младенец. За свёртком бросилась со скамейки грязная бродяжка и, подражая плачу младенца, взвыла на всю улицу, заставляя прохожих оборачиваться. Она схватила тряпку и громко запричитала: — Бааатюшки святы. Городской судья мою доченьку затооооптать решил… Люди добрые, помогите! Деточку мою не губите! Помилуй, сударь, уж не пора ли тебе побриться? Брейся! Брейся! И в агонии забейся! Грубо оттолкнув от себя женщину, Персианов быстрым шагом поспешил удалиться с этого проклятого места. Холодный пот потёк по спине. А волосы зашевелились на голове от ужаса. Да что же это сегодня такое делается, уважаемые господа присяжные заседатели?..