CUBE: Жак-Жак в поисках счастья.

      Вор не знал, на каком источнике энергии на данный момент работал кинотеатр, как он функционировал и какие особенности его поддержания были утверждены у сотрудников, из-за чего не мог сказать, является ли темный коридор, по которому он шел, таковым из-за короткого замыкания, или же данное помещение специально держали вот так для экономии электричества. Как минимум, здесь не было ни единого работника в красной жилетке, из-за чего ступал вор внутрь по ковру осторожно, но уверенно.       За очередным поворотом наконец-то показались нужные ему большие двери с крупными цифрами над ними, обозначавшими залы. Вдали у входа в коридор спиной стоял контролер, а все люди уже, скорее всего, заняли внутри свои места. Недолго думая, шатен повернулся к той, что была ближе к нему, и юркнул внутрь.       Вот оно. Темнота, шум фильма, который звучит со всех сторон, узкий темный коридор, выходящий в большой открытый зал, одна из стен которого была почти полностью отведена под экран. Масштаб, которого телевизоры на прилавках достигнуть не могли, как бы не расширялись и не утончались. Жак-Жак вошел, как завороженный, уставившись на трейлер какой-то новой картины, динамично жонглирующей кадрами, громкими звуками и эпиком. Лишь когда крупными буквами высветилась дата премьеры и её название, вор пришел в себя и понял, что, как и в прошлые разы, это было не начало фильма, а лишь предшествующая ему реклама.       Быстрым взглядом он окинул зал: в центре, собравшись небольшой кучкой в несколько рядов, расселись те самые дети, видимо, сумевшие разобраться с разъяренным отцом, и накупившие себе и билетов, и попкорна. Их гарант просмотра, в лице селисского подростка-почтальона, сидел, облепленный малышней, в самом центре, упираясь в спинку кресла и готовясь, скорее всего, спать. Ниже отдельные кресла были заняты случайными селисцами, удачно выбравшими расположиться в зале в форме шахматной сетки. Ещё выше, на самом верхнем ряду, можно было заметить какую-то группу селисской шпаны в кожанках, банданах и других «гангстерских» атрибутах, с двумя бросающимися в глаза исключениями: «нормальным» селисцем в пальто и перчатках, что сидел в центре этого жуткого сборища без единого признака волнения, и, наоборот, — громадным мужчиной, что, натянув кепку на лицо, лежал на сидении справа от них, где-то в углу зала, и, видимо, уже дремал. Никто из них даже беглого взгляда не бросил на вошедшего Жак-Жака: слишком увлечены были новым трейлером и хрустящими снеками.       «Надо бы на кресло сесть.» — Подумал он, высматривая себе уголок посвободнее. Жак-Жак боялся, что если выберет кресло между парой людей, то может оказаться, что оно уже занято опоздавшим или отошедшим другом, поэтому метил в пустые пятна. — «О, вон там достаточно безлюдно.»       Вор пересек зал и взбежал по ступенькам. Место, о котором он подумал, находилось в конце шестого ряда — четыре пустых кресла, никем не занятые, так и манящие безбилетника. Беглым взглядом парень ещё раз осмотрелся и убедился, что внутри нет ни контролеров, ни каких-нибудь специальных стражей, которые могли бы вычислить нарушителей. Дойдя до кресел, Жак-Жак выдохнул и плюхнулся на то, что было в самом конце ряда, растягиваясь по нему, как довольный кот. Чувствуя, как тело упирается в теплую, мягкую и удобную ткань.       «Никогда не надоест.» — Довольно подметил он, растягивая все суставы в теле.       Выбранное место было идеальным. Его таким сделало бы и удобство кресла, но для Жак-Жака позиция имела и другие весомые плюсы — хороший обзор на посетителей, нахождение с краю, много свободного места (несмотря на забитость зала всеми социальными слоями селисского общества), а также удаленность от бандитов, детей и прочих неприятных ему личностей. Одним словом, ожидаемый просмотр должен был сложиться замечательно.       Люди понемногу продолжали заходить в зал и заполняли места, из чего шатен сделал вывод, что попал на какую-то громкую премьеру. Вскоре почти весь ряд, на котором сидел вор, и большая часть мест вокруг были заполнены заинтересованными селисцами, и лишь тройка мест в конце, одно из которых занял он, оставались свободными, в кои-то веки давая парню надежду на умиротворенный сеанс. Поток задержавшихся уже через один рекламный ролик сошел на нет.       Пока вместо фильма по телевизору сменялись трейлеры, Жак-Жак, привыкая к своему месту, кидал взгляд в толпу, выхватывая из неё интересных личностей: в середине первого ряда, к примеру, он только сейчас увидел мужчину с невероятно пышной шевелюрой, напоминавшей львиную гриву. Прям как у рок-звезд из телевизора. На ряду повыше, между двумя обычными горожанами, на звук детей повернулся человек в черном костюме, и вор заметил, что у того отсутствовал один глаз — его место закрывала специальная повязка с символом в форме месяца. Возвращая взгляд на банду сверху, Жак-Жак попытался разглядеть того громадного человека, но угол обзора не позволял этого сделать — его надежно скрывали тени, а немногие видимые детали были слишком сильно засвечены прохладным белым лучом проектора. Все остальные — люди в пальто, люди в пальто, какой-то взъерошенный мужчина, пьющий из бумажного пакета, люди в пальто, а также две запыхавшиеся фигуры, что только что влетели в зал и теперь восстанавливали дыхание, упираясь руками в коленки. — Фу-ух, что там... Уф-ф... Ещё рекламу крутят, да? — Даже не задумываясь перейти на шепот спросил первый, хватаясь рукой за стену. — А? — Второй поднял голову сначала на товарища, затем — на экран, после чего устало закивал. — Да, да, все так... Чтоб я ещё... Фух, ещё хоть раз с тобой куда-то поперся. — Да ладно тебе! — Оттолкнувшись от стены и наконец восстановив дыхание, первый размеренно двинулся к лестнице. — Кто же знал, что они начнут жарить новую партию именно на моем заказе, а не сыпанут из общей кучи. — Да будь это только один раз — так нет же, вечно с тобой что-то приключится, вечно ты где-то накуролесишь. — Выпрямился второй, двигаясь вслед за своим товарищем по ступенькам к своему ряду. — Да ну, я не настолько неудачник. Просто совпало так. — Отмахнулся первый, пожимая плечами, на что второй очень громко и устало вздохнул. — Да ну!       Жак-Жак думал, что они пойдут куда повыше. Он надеялся на это. Но, как назло, встав у почти переполненного ряда, в конце которого и сидел вор, двое стали пролезать в его сторону. — Че за фильм то хоть? Не тот, где в конце семья главного героя оказывается его шизой? — Продолжил громкий разговор второй, ростом чуть пониже, с одним покрашенным локоном в челке. За вытянутым первым его почти не было видно. — Не-не-не, тот во втором зале щас крутится. Но здесь тоже актриса играет, из того кинца, она ещё в конце с главным героем решила жить, несмотря на его болезнь. Но тут это криминальный триллер со паранормальщиной, или че-то такое, не вчитывался в описание. Вода у тебя, кстати? — Понял-понял... Главное, чтобы кино не было, как тот нудный боевичок, где водила на герое ещё в конце умирает. — Во-первых, не нудный, а во-вторых — не в конце, а в середине. — Мы о разных фильмах говорим, долбо... — Второй бросил взгляд на мать с ребенком, мимо которой проползал. — ...Извините. Дубина ты, короче.       Жак-Жак неосознанно вжался пальцами в ручки кресла, постепенно осознавая, что два крепких с виду парня шли именно к тем местам, одно из которых занял он. Изначально, на такой случай, Жак-Жак думал о том, что незаметно переберется на ряд выше или ниже, но к этому моменту все уже было занято. Но это не беда. Здесь три места, и они могли выбрать как раз два сиденья слева. Сейчас он просто сделает вид, что не при чем, а если вдруг занял одно из их кресел, то просто вежливо извинится, похлопает глазами, скажет, что перепутал, и переберется на свободное. Да, именно так он и сделает.       Шатен уселся поудобнее, сдвинул кепку пониже, расслабился и отвел взгляд от парней, продолжая слушать их разговор. — Извините, я пройду?       Обращение пришло оттуда, откуда не ждали — ещё один подоспевший к началу фильма мужичок стоял справа от Жак-Жака, перегородившего ногами дорогу. Вор, в ответ на просьбу, молча подвинул колени и дал человеку пройти, после чего тот подошел к третьему сиденью и (под мысленный скрежет зубов Жак-Жака) сел на него, тем самым обрушив все планы вора.       «Вот же жопа.» — Да никакая не жопа, все логично — мент в эту схему ложится и-де-аль-но. К тому же он спокойно мог опознать подкинутый труп и это решило бы все проблемы. — Да не сработало бы это, это тупо. Когда бы он успел, это во-первых, и куда смотрели остальные, это во-вторых? — Вода у тебя, я спрашивал? — Да у меня, всё у меня, и вода, и билеты, где им ещё быть. — Второй тряхнул небольшим рюкзаком за спиной, как вдруг заметил, что первый остановился, уставившись на кресло. — Что встал? — Чех. — Что? — А, Чех. — Да что такое? — В ответ на вопрос Чеха, первый повернулся к своему товарищу. — Ряд и места те? — Че за вопросы, Чай, конечно те. — Чех, это кто? — Первый наконец кивнул в сторону занятого места, которое заметил уже и второй. — Не знаю. Ты знаешь? — Нет, впервые его вижу. — Эй, ты кто?       Жак-Жак не обращал внимания на двух стоящих рядом с ним парней, смотря на сменяющиеся картинки из-под кепки в самом расслабленном положении, которое его тело только могло занять. Парни переглянулись друг с другом, после чего подошли ещё ближе, встав напротив двух своих сидений. Один из них, Чай, если Жак-Жак правильно понял, перегородил собой вид на экран. Из-под низкого козырька вор мог заметить у него спортивные камуфляжные штаны, видимо для бега. — Эй, парень. — Сказал Чай, уже настойчивее. — Ты кто? — М? — Наконец поняв, что игнорировать их больше не получится, Жак-Жак подтянулся назад в более сидячее положение и поднял взгляд. — В каком смысле «кто я»? — В смысле, кто ты такой и чё ты тут делаешь? — Странный вопрос. Фильм смотрю, конечно же. — Ты это, дурака-то не валяй. — На этот раз подал голос Чех. — Что ты забыл на наших креслах? — А с какого момента они ваши? — Эм, ну, не знаю... С того, как мы заплатили за них? — Чай поднял бровь. — Да? — Жак-Жак заглянул за бортик сиденья на подсвеченный в темноте номер ряда, затем — на номер кресла, после чего повернулся обратно. — А вы ряд и место не перепутали? — Как мы могли их перепутать? Все проверено, это наши места. Наши ведь? — Повернулся к Чеху парень. — Да конечно наши, чьи ж ещё. — Вы так это заявляете, будто на сто процентов уверены. Но, какая неудача... — Жак-Жак потянулся, чувствуя, как в двух незнакомцах закипает раздражение. — ...Билет на это сидение, — на оба эти сидения, — купил я. Вы уверены, что не ошиблись рядом? — Да что ты... — Наверняка в зал не тот вбежали. Влетели, как угорелые — что только нельзя перепутать в спешке? — ...Чех? — Тот, что стоял ближе, несколько занервничал, пока вор внимательно наблюдал за ними.       Экран сзади наконец докрутил последний трейлер и только сейчас, спустя столько времени, показал заветные «16+» и перешел в заставку одной из студий, сделавших фильм. Чех, в отличие от Чая, явно был поувереннее, но слова вора сумели посеять зерно сомнения и в нем, из-за чего он неосознанно прощупал передний карман своей кожаной куртки. А затем, вздохнув, сказал. — В пизду, кончай церемониться. — Услышав это, Чай тут же схватил Жак-Жака за свитер и дёрнул вверх, поднимая его, как тряпичную куклу, да настолько резко, что вору пришлось упереться руками в двоих парней, чтобы не столкнуться с ними лбом. — Так, слушай сюда, мудила... — Начал Чай хрипящим шёпотом. — Руки убери. — Чех столкнул с себя руку Жак-Жака, но тот поставил её обратно, стараясь сохранить между собой и угрозой хоть какую-то преграду. — Руки убери! — Окей, окей! Руки на виду. — В ответ на крик Жак-Жак выставил их, над головой, как будто ему угрожают пистолетом. — Кончай этот весь театр, клоун, собирай свое пальто в шмоток и дуй отсюда. Ты меня услышал? — Дополнительно тряхнув Жак-Жака, Чай ожидал от него поспешных извинений, но, к его недоумению, Жак-Жак смотрел куда-то в сторону. — Ты игнорируешь нас или че? — Алё, клоун. — Подключившийся Чех схватил Жак-Жака за челюсть и повернул обратно к ним, но на лице вора не увидел ни одной из ожидаемых эмоций. Вместо страха или гнева, Жак-Жак смотрел на них двоих с улыбкой. — Мы чё-то смешное сказали? Мы похожи на шутников? — Нет, конечно нет. — Ну а хули ты лыбу растянул, хуесос? — Вы чем тут занимаетесь? — Уверенный вопрос сбил двоих парней с толку. — Видите ту будку, из которой свет бьет? — Жак-Жак ткнул левой рукой назад, переводя взгляд обоих парней на прожектор. — Вы знаете, что там, внутри, сидит человек, который не только крутит фильмы, но ещё и следит по камерам... — Другой рукой Жак-Жак указал на светящиеся точки на потолке. — ...за происходящим в зале? И если кто-то начинает нарушать правила кинотеатра...       Вид на «будку», как её назвал вор, преграждал яркий белый луч, однако сквозь него Чай сумел разглядеть какую-то темную фигуру, которая якобы держала у уха телефон. — ...Так чего вы тут устроили? Со стражами захотели пообщаться?       Чай замолчал, растерянно смотря то на человека, нагло занявшего их места, то на будку, откуда на экран выводился уже второй или третий ролик студии-продюсера. Вор снисходительно похлопал его по плечу. — Ладно, отпусти его. — Обдумав сказанное, вмешался Чех, после чего его товарищ раскрыл руки, давая карманнику шлепнуться обратно на «свое» кресло. — Мы сейчас позовем контролёра и покажем ему билеты. — Парень похлопал себя по карману на куртке. — Так может быть уйдешь по-хорошему, пока тебя не выкинули отсюда «по правилам»? — Прости, парень, по-хорошему уже точно не получится. — Жак-Жак осматривал свой кофейный полосатый свитер, который едва не порвался от того, как за него дернули. — Потому что если сюда сейчас подойдет контролёр, то я... — он оттянул пальто и сунул руку в один из внутренних карманов. — ...просто покажу им это.       Под музыку из вступительных титров фильма перед двумя парнями поднялась худощавая рука с двумя билетами, с указанием ряда и двух мест, на одном из которых сейчас сидел Жак-Жак. На этот раз уверенность исчезла уже с лица Чеха, который тут же пощупал карман на куртке, а затем просунул в него пальцы. Пусто. Чех тут же начал шарить по другим карманам и сумке, пока Чай с легким испугом смотрел то на него, то на незнакомца. — Я же говорил вам, ошиблись местами, рядом или залом. Но на эти два места билеты купил я. — ...ах ты паскуда скользкая. — Начинало доходить до Чеха, не нашедшего своих билетов даже в сумке. — И когда ты, ворюга, только успел? — Ни к чему обзываться, я... — Нет... Нет, не выйдет, контролер на входе видел нас! — Вспомнил вдруг Чай. — Видел вас, забегающими в зал? — Парировал Жак-Жак. — Сюда-то влететь вы влетели, а билеты вы ему показали, чтобы он их надорвал? — Мы... — Чай хотел сказать да, но понял, что, торопясь на кино, они действительно пролетели мимо работника кинотеатра, даже не остановившись. — А камеры... — Свет отключали. Даже если там и есть камеры, сильно сомневаюсь, что они работают. — Ах, ну раз не работают, значит, мы никому не угрожали, и нас не смогут увести. Записей то нету! — Не унимался Чай. Жак-Жак лишь кивнул куда-то в сторону, откуда раздраженные зрители уже начинали посматривать на парочку скандалистов. — Я... — Незнакомец, сидевший на их кресле, да еще и с их билетами, имел все карты на руках, с какой стороны к нему не старался подойти Чай. От его уверенного и спокойного взгляда кисти сами сжались в кулаки, полные беспомощной ярости. — Да ты..!       Чай замахнулся и хотел было как следует вмазать в челюсть наглому незнакомцу, но его тут же остановил Чех. — Тихо, тихо. За это нас точно выкинут. — Но он—! — Черт с ним. — Чех опустил злой взгляд на вора, после чего похлопал друга по лицу. — ...Черт с ним, брат, так уж и быть, пусть смотрит свой мультик. Что-нибудь придумаем. — ...Ладно. — Выдохнув и успокоившись, Чай кивнул. — Ладно, хорошо. — Пошли отсюда, всё. Пойдем.       Сложив руки, Жак-Жак проводил их взглядом. У выхода оба грозно на него оглянулись, в ответ на что шатен лишь дружелюбно помахал им рукой.       Решив свою проблему, Жак-Жак вновь развалился в кресле и повернулся к экрану, понимая, что теперь ему точно ничто не помешает.       «Ловкость рук, и никакого мошенничества.» — Самодовольно подумал вор, рассматривая билеты на фильм. — «Оба билетика то целехонькие. И как их контролер не пришел искать?» — Убрав бумажки во внутренний карман, Жак-Жак улёгся на спинку кресла и поднял взгляд на экран. — «Время получить то, за чем я пришёл.»       Вступительная сцена с экспозицией уже подошла к своему завершению, несколько негодяев лежали на экране то ли избитые, то ли мёртвые, а камера от них поднялась к единственному источнику освещения — уличному фонарю. Экран заполнился желтым светом, темными буквами поверх него проявилось название фильма...

***

      Сорока минутами ранее, в нескольких улицах отсюда, в небольшой жилой район возвращалась группа людей. Черные, серые и красные толстовки, скрытые под плащами; пальто и куртками темных цветов; тяжелые сумки за плечами; разноцветные вязанные маски; заткнутые за пояс пистолеты, прикрытые верхней одеждой. Парни и девушки, что шли в приподнятом настроении после оглушительного успеха, довольно беседовали друг с другом, бросая шутки, красуясь сувенирами.       Бородатый сторож тут же отворил им ворота, пропуская отряд внутрь, за металлический забор с колючей проволокой и сторожевыми собаками, пара из которых сразу же бросились окружать одну из девушек, прыгая ей на колени и активно виляя хвостами.       Когда последний член отряда оказался внутри территории, сторож поспешно закрыл вход, занимая место в сторожевой будке. Остальные же проследовали в дверь ближайшего здания. — С возвращением домой! Не забудьте скидать оружие в тайник.       Холл многоэтажки встретил группу подобием ресепшена, как в студенческих общежитиях, только несколько иначе оборудованным, словно под зомби-апокалипсис: закрывающая проход решетка, металлические ставни на окнах, укрепленные стены. У входа стояла деревянная стойка, за которой сидело несколько дежурных. За ними находился проход в комнату-гардероб. По всему первому этажу были расставлены красные диваны, столики, пол застлан красно-коричневыми коврами с родными для жителей этого гиперкуба узорами.       Стоило всей группе оказаться внутри, как люди из-за стойки тут же подошли к ним, забирая ружья с винтовками и складывая их в обустроенные под половицами хранилища. Пистолеты было разрешено носить с собой, на случай опасности.       Когда тайники под полом были закрыты и покрыты ковром, лидер отряда вышел вперед и запрыгнул на один из кофейных столиков, поворачиваясь к своим. — Коллеги, прошу внимания! — Члены отряда тут же обступили его, пока сам лидер несколькими интенсивными щелками дал людям у гардероба команду. — Для начала хочу поздравить всех нас с первой крупной миссией! Все наши приготовления были ради сегодняшнего дня — многочисленные тренировки, мелкие подработки и местечковые делишки...       Парня лет тридцати с другими людьми в комнате объединяло черное легкое пальто, под которым красовался темно-зеленый жилет с желтыми вставками. Удобные сливовые брюки, элегантные туфли — всё элементы одежды выделяли его в своре остальных, но при этом все они спокойно покупались на Селисских рынках и в недорогих магазинах одежды. Уверенное лицо с небольшими бакенбардами и щетиной окидывало каждого горящими глазами, вселяя в них чувство триумфа.       Люди, что до этого прятали оружие в хранилищах под половицами, подошли ближе, ставя на стол пластмассовый ящик с винными бутылками, одну из которых выхватил оратор. — Подумать только, ещё пару лет назад большая часть нашей группы была обычными студентами, не знающими, на кого они учатся, в какой конторе будут работать. И Бум! Устинский завод и его окрестности — теперь под нашим контролем. Кто бы променял это на работу на дядю, а?! — Толпа, разбиравшая принесенные стаканы и разливавшая себе красные напитки, недовольно загудела. — Правильно! Никто. А что нам говорили, когда мы собирались на это дело, кто-нибудь помнит? — Лидер растрепал себе короткостриженые стоячие волосы и, увидев поднятую руку, указал на человека из группы. — Что с этими людьми никто не связывается! — Правильно! Ещё? — Перевел оратор палец на другого. — Что они — одна из крупнейших преступных групп Селиса. — Верно! И? — К тому же, самая непредсказуемая! — Всё так, всё так! Но, видимо, не так страшен чёрт, как его малюют, да?! Никакого сопротивления, эти сопляки развалились, как песочный замок от мощного пинка! Да и кто такие вообще эти «перезарядники»? Кучка рабочих без опыта?! Чем бы они не добились такой репутации, реальность демонстрирует, что мир вперед ведет сильная, амбициозная и уверенная в себе молодежь! — ДА! — Стеклянные стаканы поднялись вверх, брызжа вином во все стороны. — ...И говоря про неё, стоит вспомнить, кто привёл всех нас сюда. Благодаря чьим рукам и умам мы сейчас стоим здесь. — Лидер перехватил стакан и подошел к краю столика, протягивая руку вперед. — Прошу похлопать нашему кинологу Мелинде. — Рука указала на одну из членов группы, девушку с кудрявыми волосами, заплетёнными в косу. — Натренированные ею собаки не просто обеспечили охрану нашему скромному убежищу, но и были ведущей силой по выкуриванию и обезвреживанию большей части этих крыс в сварочных масках! — Собака — лучший друг человека! — Выкрикнула она, поправляя свой тренчкот под аплодисменты товарищей. — С этим не поспоришь! — Лидер сделал несколько шагов в сторону и указал на другого человека, на этот раз со светлыми кучерявыми волосами и веснушчатым лицом. — Прошу похлопать также нашему инженеру и механику, Айзеку! То, как он поработал над нашей амуницией, и те «игрушки», что он смог смастерить, сыграли не последнюю роль в нашем небольшом штурме. И это ещё не говоря о его «сюрпризе»! — Без спойлеров, пожалуйста. — Сдержанно кивнул инженер. — Я — могила! Конечно же, не забудем и того, благодаря кому мы имеем оружие в первую очередь. То тут, то там, с миру по нитке, с улицы по слуху — и все точки интереса города у нас на руках! Наш информатор, закупщик и организатор всех бумажных скучных штук, Маркиз! — Парень с острым лицом и в широкополой шляпе поднял стакан, приветствуя аплодисменты. — Постарайся не вести протокол данной речи. Энни! Конечно же, Энни, самый меткий стрелок, которого я когда-либо видел, да еще из любого оружия. Признайся, на заводе вместо этих чудиков ты видела мишени со стрельбища, так? — В яблочко! — Усмехнулась девушка с короткой прической, «стреляя» по оратору пальцем-пистолетом. — Боже мой, куда ни гляну — вижу талант! «Чижик», с его быстрой реакцией и боевым характером, настоящий зверь в драке. «Всевидящая» Майя, читающая всё необъяснимое этого города, как открытую книгу. «Крепыш» Брецель, вышибающий двери, людей, да кого угодно! И это ещё не говоря о тех, кто ожидает своего часа в комнатах нашего огромного общежития. С набором таких талантов, как у нас, нам не страшна не только какая-то группа фанатиков — сама Семья, и любые группировки под и над ними. Вы — восхитительны, и за вами — будущее! — Да! — Загудела толпа, поднимая стаканы. — За нас! — За нас! — За будущее! — За будущее! — За Семнадцатый Отряд Айланда! — ДА-А!       Лидер и команда осушили то, что осталось в стаканах, после чего человек, носивший псевдоним «Айланд», спрыгнул со стола, подзывая жестами нескольких человек и давая последние указы своим людям, прежде чем распустить их заниматься своими делами: — Все свободны! Не забудьте выгрузить сумки с материалами около сарая.       Трое — названные ранее Чижик, Майя и Маркиз, двинулись вслед за лидером, направлявшимся наружу из здания. Часть группы двинулась в ту же сторону, подхватывая у других груженые сумки. — Какой план дальше? — Заговорил Маркиз, смотря на идущего к другому выходу из здания лидеру. — Пока успех горячий — нужно закрепить. Думаю, подпилим ещё один объект, а там попробуем пристроиться к кому-нибудь, чтобы взять крышу от дальнейших нападок. — Айланд хмыкнул, открывая дверь и выходя на улицу, чувствуя дуновение свежего воздуха в лицо. — Я слышал, что в столице неплохо разгоняется Гансквад. Уже, говорят, заняли нишу и сейчас активно растут. Если так и продолжится — им понадобится филиал в соседних кубах. В Селисе поле непаханое вещей, которые можно контролировать.       Задний двор встретил людей открытым пространство, огороженным от остального участка стоявшими на нем домами, а от города — забором. Всю территорию покрывал низко кошенный газон с отдельными цветочными клумбами, инициатива одного из отряда. Небольшой зеленый островок в бетонных джунглях. Удивительно, как жители этого участка не вытоптали его за все это время. Проходя по траве, группа направилась к одной единственной постройке, что нарушала вид этого небольшого лужка — большому, почти двухэтажному ржавому сараю.       Разговор между тем продолжался: — Я слышал, что крупное дело намечалось у кого-то из Людей в костюмах. Пока это, конечно, не наш уровень, но, кто знает, если они «выстрелят» и пробьются куда повыше — можно будет и задуматься об объединении сил. — Выдвинул предположение Маркиз, не отставая от Айланда. — Звучит, звучит, но все портит крупное «если». Хм... На крайний случай, всегда можно попробовать стать подспорьем для Семьи. Какой-нибудь из лидеров не откажется от лишней боевой мощи в своих рядах. У тебя есть ещё мысли, Маркиз? — Думаю, если выгорит с союзом или вступлением, можно податься в «Рим» и начать крутить дела там. С заводом за спиной и настолько разросшейся группой, думаю, проблем вступить на нейтральную территорию не возникнет. — И то верно. Эй, парни! — Повернувшись назад, Айланд махнул носильщикам сумок, приглашая их внутрь здания. — Посмотрим по климату, как будет лучше. В случае чего, Чижик, будь готов лететь вместе с Брецелем на серьезные встречи. — Так точно, босс!       Подойдя к крупным дверям в сарай, Айланд отворил замок и вошел внутрь. Основному помещению предшествовал небольшой коридор, в котором он тут же нащупал рычаг-переключатель и дернул его вниз. Но, на удивление, включения ламп не последовало. — Что за...? — Стоя в темном проходе, он попробовал дернуть рычаг вверх-вниз ещё несколько раз, ожидаемо не получив никакой реакции. — Проводка перегорела, что ли? Надо будет сказать Айзеку, чтобы починил. — Айланд двинулся дальше. — ...Либо же вместо столицы придется переться к какому-нибудь местному авторитету. — Не проблема, Босс. Все, что нужно будет сделать — сделаю! — Молодцом. Слушай, а по поводу государства — оно же вроде не одобряет весь этот преступный бум. Можно примазаться к ним, к примеру! Зарекомендуем себя, как охотники на бандитов, что думаешь? — Для этого у государства есть свои... — Слова Маркиза прервались, когда он повернулся на помещение сарая, что вызвало удивление у самого Айланда. — Кто свои? — Переспросил он его, поворачиваясь в сторону взгляда и так же останавливаясь.       Ни один источник света в сарае не горел. Ни лампы на тумбах, ни светильники на рабочих местах, ни люстры. Впрочем, из-за окон на соединении стен с крышей, расположенных ровной линией со всех сторон, внутренность постройки освещал дневной свет, достаточный, чтобы разглядеть окружение.       У стен стояли множественные станки для обработки металла и дерева, разные запчасти валялись то тут, то там: заготовки генераторов, части машин, инструменты. Все это превращало внутренности сарая в одну большую мастерскую. Но не они заставили всю группу людей встать, как вкопанные.       Посреди всего этого пустого помещения, на стоящем в его центре стуле спиной к ним сидел незнакомец. Развалившись, никак не реагируя на диалог вошедших, словно их и нет. В тени нельзя было разглядеть человека детально — это точно был мужчина, с широкими плечами, с которых на пол свисала наброшенная белая шуба с крупным черным меховым воротником. Из-за неё силуэт в итак тусклом помещении был ещё менее читаемым. Впрочем, на свету можно было заметить светлые, даже золотистые волосы.       «Вор?» — возникла первая мысль в голове у Айланда, однако она быстро отлетела, стоило ему вглядеться получше. Незнакомец никуда не торопился, не имел с собой никаких сумок для сбора награбленного. Да и не выглядел он, как домушник. — «Если не вор, то кто? Новый член отряда? Тогда меня должны были предупредить...»       Между тем, стала заметна ещё одна деталь — незнакомец читал. В одной из его рук, частично видной из-за громадной накидки, можно было разглядеть раскрытую книжку, сравнительно небольшую в соотношении с кистью. Мужчина уделял ей куда больше внимания, чем молчаливой группе. Прерывая застывшую тишину, лидер отряда решил подать голос. — Эй! Кто ты такой и что тут делаешь? — Крикнул Айланд, параллельно доставая из-под плаща свое оружие. Его примеру последовали и другие. Шёпотом парень обратился к одному из своих. — Будь готов поднимать тревогу.       Незнакомец, в ответ на крик... Перелистнул страницу, продолжая читать. Напряженный Айланд сделал несколько шагов вперед. — Я спрашиваю, — Громко повторил он. — кто ты такой и что... — Устинский завод. — Вдруг ответил ему мужчина, не меняя своей позиции. — ...Что с ним? — Удивленно переспросил Айланд. — ...Ты пришел по поводу нашей бесподобной работы? Хочешь предложить- — Вы должны вернуть его перезарядникам, возместить весь нанесенный ущерб и принести извинения в кротчайшие сроки.       Голос мужчины был крепким и суровым, в нем ощущалось раздражение и, вместе с тем — безразличие, словно сзади него не группа вооруженных людей, число которых его заметно превышало, а нашкодившие дети. Тон и манера человека сперва даже выбили Айланда из колеи, однако он, тут же придя в себя, продолжил диалог уже с защитной позиции. — Во-первых, мы- — Ваша осведомленность о том, как здесь всё работает, и количество ваших мозгов мне понятны по факту того, что вы решились пойти на это дело, а ваши оправдания — последнее, что я хочу сегодня слышать. Так что не заставляйте меня повторять. — Как много смелых заявлений, — Айланд перехватил оружие покрепче, приближаясь к незваному гостю. — для человека, который может получить пулю в затылок в любой момент. — От моего терпения зависит ваша дальнейшая жизнь, постарайтесь его не тратить. — Последовал ответ от блондина, вновь перелистнувшего страницу. Айланд собрался продолжить диалог, уже думая, что имеет в виду незнакомец и как, кроме запугивания, к нему можно подобраться, прежде чем начнется конфликт, как вдруг его мысли перебил коллега. — Эй, златовласка! — Чижик, всё это время закипавший от наглости незнакомца, выхватил глок лидера группы и двинулся вперед. — Я не знаю, в чем твоя ебучая проблема, но ещё немного этих недоговорок, и я слечу с катушек! — Эй, куда ты... — Незнакомец начал вновь перелистывать страницу книги, в которую тут же влетела пуля, выбивая её из руки. — Блять! Чижик! — Айланд начал отходить назад и, повернувшись к тому, кому ранее шептал о тревоге, жестом приказал ему нестись за подмогой. Подчиненный, оперативно кивнув, тут же исчез в коридоре. — Свои глаза, с этой книги — на меня, живо! — Второй выстрел попал в землю рядом со стулом незнакомца, который лишь опустил уже пустую руку, совершенно не меняя позу. — Кто ты, какого хуя тебе надо и на кого ты работаешь? — В ответ на слова приблизившегося к нему Чижика мужчина лишь стряхнул с руки остатки бумаги, отлетевшие от выстрела. Член банды же, встав вплотную, ткнул пистолетом прямо в висок мужчины. — Даю тебе 10 секунд до того, как твоя голове превратится в ебучую хлопушку с мозгами.       Айланд не знал, что произойдет дальше. Его люди были начеку, достав весь свой огнестрел и готовясь в случае чего превратить незнакомца в решето. У самого же Айланда в голове был бардак, сто мыслей в секунду, сто вопросов без единого ответа — есть ли у этого человека подмога? Как он смог пробраться на территорию и не попасть на камеры? Почему он столь спокоен даже с пистолетом у виска? Может у него за этой шубой тоже есть автомат или ещё чего похуже? — Десять....       Твердая рука Чижика с пистолетом в то же мгновение повисла, как желейный червяк, роняя оружие на пол, к удивлению самого Чижика и всех вокруг. Со стороны парня не последовало ни удивленного вскрика, ни болезненного воя, а весь его запал исчез. Он остался смотреть на руку, которая не слушалась его команд. — Разжую всю информацию, которая для вас, придурков, по-настоящему важна. — Из шока Чижика вытолкнула рука незнакомца, тут же сомкнувшаяся на его шее и подтянувшая к себе парня с такой легкостью, будто он весил пару килограмм. Вместе с тем, незнакомец начал подниматься. — Вы обосрались. Ваш студенческий кружок полез в дела взрослых людей, забрав у огромной кучи фанатиков их место поклонения, перебив нескольких важных членов культа, делая их ответные действия вопросом времени. Действия, которые могут повлечь войну банд на улицах вашего проклятого города.       Всеми конечностями Чижик начал яростно отбиваться, пытаясь колотить противника, пинать его и освободить себя из хватки, но вместе с тем, как поднимался силуэт мужчины, от земли начали отрываться и ноги члена банды, всё больше повисавшего в воздухе на огромной руке. — Гх, чер- Рх! Отпусти- Гха! -меня! — Осознав, что удары совсем не действуют, парень тут же потянулся за планом Б с полным магазином, что крепился у него к поясу. — Любое действие с их стороны вызовет ответное действие из других лагерей. Даже ваш «захват территории» уже вырос в чьи-то планы по его перезахвату. Группа идиотов, решившая, что умнее всех, накупившая незарегистрированного оружия у самых скользких барыг этого грязного куба. — Чижик пытался ухватить болтающуюся рукоять пистолета, но рука предательски соскальзывала и никак не могла уцепиться за него. — И теперь всё это — моя головная боль.       Если до этого сидевший на стуле незнакомец казался обычного человеческого роста, то теперь его громадная фигура возвышалась над каждым в строении. Парень в руке, сквозь хрипы и замахи, наконец-то дотянулся работающей рукой до пистолета и схватил его, дернув на себя, когда почувствовал странное ощущение по всему телу, распространявшееся из пальцев незнакомца.       Наконец, мужчина разжал их. Чижик упал на пол, не шевелясь. Майя испуганно выдохнула, закрывая рот рукой. Айланд думал, что Чижика больше нет, что гигант сломал его шею. Одной рукой. Почему же тогда не было характерного хруста?       Помещение сарая огласил сдавленный хрип. Затем ещё один. Звук шел от Чижика, который лежал на полу в неестественной позе, с широко раскрытыми глазами, взгляд которых в непонимании метался от человека к человеку. Он мог шевелить глазами и дышать. Слегка дергались и двигались брови — нет, одна из бровей. Все остальные мускулы как будто что-то парализовало, не давало совершить не единого движения. Айланд поднял напуганный взгляд на человека в тени. — Какого дьявола... — А теперь выньте свои головы из ваших задниц, чтобы ничего не пропустить. Я повторяю — а я ненавижу повторять, — Мужчина повернулся, переступая стул и тело Чижика, выпрямляясь во весь рост, который, казалось, вот-вот дотянет до потолка крыши. В падающих лучах проявилось крепкое тело, будто бы сотканное из тугих мышц, с браслетами, кольцами и дорогими украшениями, исписанное многочисленными татуировками, которые были видны за расстегнутой рубашкой. — Вы, группа недоразвитых щенков, должны вернуть Устинский завод перезарядникам, отозвать оттуда всех ваших людей, возместить из ваших студенческих карманов весь ущерб и принести на своих коленях в дырявых джинсах самые искренние извинения, пока последствия от сотворенной вами хуйни не достигли вас и не перешли на ваших родителей, друзей и друзей их друзей.       Воздух за какие-то пару минут наполнился чем-то зловещим. Каждый из присутствовавших чувствовал, как нечто жуткое ползет у них по спинам, проникая в каждую пору на коже, пробивая тело на дрожь. Айланд не говорил ни слова, а сделать что-то человеку напротив он не мог, потому что единственное его оружие выхватил Чижик.       В повисшей тишине от напряженных мыслей лидера отвлек шёпот Маркиза. — ...люди. Для этого у государства есть свои люди. — Закончил он фразу. — Видите символ на теле этого человека? Это их знак. Знак Scoundrel Days.       Айланд хотел уточнить, о ком говорит Маркиз, но страх человека, что до этого проворачивал все их сделки и давал им всю информацию о городе, говорил сам за себя. Кем бы они не являлись, людьми они были серьезными, как и гигант, стоявший сейчас перед ними.       Светловолосый незнакомец поправил черные очки, закрывавшие его глаза. — Вы меня ясно поня-       БАХ!       Дзынь!       Голова мужчины слегка наклонилась, как будто его толкнули, а лицо из относительно раздраженного, но нейтрального, насколько оно таковым могло быть в ходе всей его речи, заметно нахмурилось. Рядом на пол упал смятый снаряд от винтовки. — Вы в п-рядке, босс? — Крикнула Энни, дёргая затвор и занимая позицию. — Гандон с железным черепом чель? Чего снаряд отлетел? — Прибежали, как только смогли! — Услышал Айланд крик ранее отправленного за подмогой члена группы. — Собрал большинство, остальные — на подходе!       Перед поднявшим бровь человеком в сарай стали забегать люди, направляя на него оружие и перекидывая его своим коллегам. Вскоре, весь выход из постройки был занят членами Семнадцатого отряда, готовыми к бою. Вперед к Айланду выступили Брецель и Айзек. Собаки, до этого находившиеся во дворе, вбежали внутрь дома, начиная активно лаять и рычать на незнакомца. — Босс, всё в порядке? — Обступленный своими людьми Айланд повернулся к Мелинде, стоявшей рядом. — Чижик все ещё там, но в остальном да, никто не ранен. — Айланд находился в непонимании, но вид всех его коллег с оружием, готовых вступить в бой, давал ему некую уверенность. Уверенность в том, что всё будет хорошо, а странности, которые он не мог объяснить, не сыграют роли против количества. — В любом случае, будьте готовы атаковать по моей команде. Ключевая цель — забрать Чижика, после этого можем разнести этого мудилу из всех стволов, что у нас есть. — Хорошо. — Девушка свистнула и собаки приподнялись на своих лапах, как будто готовясь к тому, чтобы рвануть вперед. — «Крепыш», — Продолжал раздавать команды Айланд. — Попробуй задержать этого блондинистого мудилу. Как только сделаем это, тут же отступай назад. — ...ум! — Хмыкнул утвердительно крупный тяжеловес с маленькими глазами. — «Гриф», держи его на прицеле и прикрывай остальных. — 'кей, босс. — Кивнула Энни. — Будьте готовы начинать по моей команде. — Сказав это, Айланд сам перезарядил дробовик, поданный ему из толпы, и приготовился к нападению. Он был готов к схватке. Уж теперь, перед лицом всей их группы, лично разобравшейся с заводом, полным перезарядников, этот незнакомец ощутит вес ситуации и... — Серьезно? — Мужчина поправил свои очки, несколько сбитые выстрелом ранее. — Я описал, в какой жопе вы находитесь, и вы решили в ответ потрясти пистолетиками?       Ответом была тишина. Брецель крепче сжимал обвешанные железками с шипами руки и готовился сбить незнакомца, как пуля. Люди ждали сигнала для стрельбы. Собаки затихли, двигая ушами и ожидая команду. Незнакомец хмыкнул, после чего хрустнул шеей. — Удивите меня. — «Крепыш», «Альфа», «Гриф», сейчас! — Закричал Айланд.       Мелинда тут же засвистела, после чего собаки сорвались с места, с рычанием, лаем и воем побежав вперед. Вместе с ними, громко и тяжело топая, понесся Брецель, собираясь протаранить мужчину с плеча, а за ним — ещё несколько бойцов с битами, топорами и прочим опасным вооружением. Гончие окружили двинувшегося вперед блондина в мгновение ока и были готовы прыгнуть, метя в ноги, предплечья и пах... Но вдруг встали, как вкопанные, и дружно свалились на пол, высунув языки и жалобно скуля. Одна из собак стала отползать в сторону, словно у неё отказали задние лапы.       Брецель разогнался, как поезд. Его рев был схож со звуком свистящего пара, что струей вылетает из локомотива. Незнакомец шёл ему навстречу, не меняя курса. Массивное, почти двухсоткилограммовое громадное тело почти столкнулось с высокой фигурой, а Айланд замер в ожидании. Тогда-то Брецель и почувствовал на своем лице нечто тяжелое, крепкое, с привкусом металла.       Один молниеносный удар отправил его в стоявший слева от незнакомца станок, полностью снося его телом громилы. «Крепыш» мешком свалился на пол в глубоком нокауте.       БАХ-Х!       Дзынь!       Момент был идеальным, а враг — открытым, однако пуля, направленная уже в другую часть головы, слегка столкнула её и отскочила, смятая в блинчик. — Да сука, что с этой башней не так? — Возмущенно ругнулась снайперша, переводя вопросительный взгляд на Айланда, который также ничего не понимал. — Щас я ещё раз...       Вперед выбежали трое людей — один хотел забежать со спины и ударить по поясу, но тут же был схвачен другой рукой. Прежде чем два остальных нанесли свои удары, незнакомец замахнулся и вмазал по ним их же товарищем, разбрасывая обратно к банде, а затем, замечая целящуюся для третьего раза снайпершу, метнул несчастного парня прямо в неё. Не успевшую отскочить девушку сбило с ног.       Айланд смотрел на гиганта, все глубже погружаясь в шок. Сейчас они ещё не несли потерь — Брецель вырублен, Чижик подавал признаки жизни. Но что, черт возьми, с ними происходило? Что это было за существо перед ним, от которого рикошетили пули винтовок? Что это за существо, способное взять человека одной рукой и кинуть, как игрушку?       Мелинда взволнованно пыталась окликнуть собак. Энни вылезала из-под человека, который, как и Чижик, едва шевелил ватными конечностями. Маркиз... Где Маркиз? Айланд оглянулся, но его советника нигде не было, ни в толпе, ни в здании. Вход в сарай все ещё был открыт. А Майя... Когда Айланд повернулся назад, Майя лежала у стены, вжавшись в неё и обняв колени руками. Их «Медиум», который мог выбрать самые удачные моменты для нападений, который предвидел всё мистическое и предотвращал это, позволяя людям отряда работать с понятными им вещами. Таинственная и эзотерическая. Сейчас её испуганные слезящиеся глаза смотрели сквозь толпу на незнакомца, а плечи тряслись. Он никогда не видел её настолько беспомощной. Оттолкнув своих, Айланд ринулся к ней. — Майя, Майя, что случилось? Как ты? — Спросил он, беря её за плечи. — У него... Я вижу, вижу, у него... — Девушка была напугана до мозга костей, протягивая вперед руку. — Давай, я помогу тебе встать. Что ты хочешь сказать, Майя? — У него есть оно. — Что- — Я всё понял, босс. — Уверенно перебил Айзек, привлекая его внимание. — Это не человек. — Конечно это не человек, давай конкретней! — Отозвался Айланд. — Это — страж. Обтянутый кожей, с продвинутым интеллектом, хорошо продуманным лицевым аппаратом. Я видел таких пару раз. — В каком смысле? — А как иначе от него отскакивали пули? Просто попадали в самую железную часть тела. К нашему счастью... — Айзек достал из своей жилетки квадратный увесистый планшет. — У нас есть средство против таких угроз.       Шедший к толпе людей мужчина на момент остановился, услышав это, и вопросительно поднял бровь. — Ну, железяка, готовься. — На дисплее загорелись показатели, после чего изобретатель нажал на какую-то из кнопок. — Будем бороться огнем с огнем.       Стоило Айзеку активировать свой аппарат, как что-то загудело около крыши, а затем, со звуком отцепляющихся крюков и тросов, тяжело свалилось перед незнакомцем, подняв облако пыли. Глаза Айзека блеснули запалом безумного ученого, пока его творение делало свои первые движения.       Нечто в облаке пыли начало распрямляться, поднимаясь и вставая во весь свой рост, а затем зажглись три красных окуляра, находящиеся на вертящемся вокруг своей оси круге. Когда завеса спала, перед незнакомцем во весь свой рост стоял страж — механическое гуманоидное создание, гудящее, клацающее и возвышавшееся над ним на целую голову. Динамика в помещении изменилась и Айланд, поддерживавший Майю на ногах, обрадовался, что теперь их враждебный незнакомец не был самой высокой фигурой в этом помещении. — Так значит всё-таки решил использовать свой сюрприз? — Спросил он, улыбаясь, у Айзека, который уверенно кивнул. — По сути, он собран нами только на половину. Даже не так — пересобран его головной аппарат, плюс усилена остальная часть конструкции. Мы ещё не испытывали его, так что другая железяка будет хорошим местом, чтобы начать. — Перейдя на шепот, Айзек добавил. — Я назвал его Батти.       Стражи, гигантские полумеханические, полу-органические, в основном похожие на людей существа, придуманные ещё Создателем в годы Великого переселения и активно производимые с тех пор. Конечно, стража ростом едва-ли под три метра, а то и меньше, нельзя было назвать гигантским. Концепция этих роботов не менялась, а их размеры варьировались в зависимости от вида деятельности.       Своего стража Айзек взял уже нерабочим на каком-то из заводов, с огромными усилиями перетащив его в этот сарай. Такие нужны были как более-подвижная и самодостаточная замена погрузчиков. Как и у многих других в Селисе, органическим в страже было только содержимое: искусственная мышечная система и разные жидкости, приспособленные для поддержания активности этого конструкта. Снаружи тело имело крепкий металлический каркас, с оголенными суставами, в которых был виден каждый сотканный элемент этого механизма. Даже голова создания напоминала больше изогнутый столб с тремя окулярами. И сейчас все они смотрели на незнакомца, который командой Айзека был выбран нежелательной целью.       Встряхнувшись от пыли, Батти встал в боевую позу, с механическими щелчками заготавливая руки для сокрушительных ударов. — Батти! — Раздался голос Айзека. — Сотри его в порошок!       Реакция последовала как молния и страж ударом, сравнимым с выстрелом из пушки, грохнул по земле там, где мгновение назад стоял незнакомец. Куски земли от вошедшего наполовину в неё кулака разлетелись в сторону, после чего страж вынул руку назад, тут же делая несколько молниеносных джебов, от которых незнакомец вовремя пригнулся. За ними последовали еще свинг, несколько хуков. Страж уверенно напирал на своего врага, что не столько дрался с ним, сколько изучал.       Смотревший на это Айланд был готов облегченно вздохнуть, но затем увидел руку. Трясущуюся руку Майи, которая указывала куда-то над дракой. — Майя, что случилось? — Вот оно. — Сказала в ответ она с прежним страхом. — Он собирается использовать его. Мы не сможем это остановить — оно слишком быстрое. Слишком сильное. — Что, не в силах драться с настоящей машиной?! — Крикнул Айзек, давая последнюю команду. — Кончай с ним, Батти! — Интересно. — Рука робота поднялась, когда незнакомец остановился, наконец выпрямляясь и смотря на его голову. — Никогда ещё не видел, чтобы так исправно пересобрали стражей. Впрочем...       Замахнувшийся Батти приготовился обрушить на свою цель самый разрушительный удар. Но удара не последовало — рука, со странными зелеными искрами, отключилась на половине пути, став раскачиваться в воздухе, что вызвало непонимание у самого стража, повернувшего на неё окуляры на своей механической голове. — ...я пришёл не на съезд изобретателей, а по делу. Прочь с дороги.       Прогремел грохот, треск металла, от которого робот отъехал назад на метр. Когда он опустил взгляд, в его груди была заметная вмятина в форме кулака. И когда Батти решил вновь метнуться вперед и атаковать, что-то ударило вновь, с таким же грохотом, но уже снизу, отрывая тяжелые ноги стража от земли.       Ещё удар, ещё один, ещё, ещё, ещё, ещё — воздух залился грохотом от многочисленных ударов, что постепенно поднимали искрящегося стража всё выше и выше над землей, открывая путь для идущего вперед человека. Члены 17-ого отряда закрывали уши от грохота, Айзек в шоке и непонимании смотрел, как его величайший козырь сминался и рассыпался по запчастям, теряя сначала части внешних укреплений, затем — целые конечности под натиском невидимого врага, а Майя указывала на пустой воздух, находившийся прямо под дробящимся Стражем. — Это оно. Его сила. Их сила. — Её дыхание участилось, а сама она схватилась за Айланда, который решительно смотрел на своих подчиненных, словно выискивая кого-то. — «Гриф»! — Заметив Энни, которая также была в непонимании, он дёрнул её к себе и передал Майю в её руки. — Хватай её и убегайте отсюда как можно скорее, куда-нибудь, где безопасно, поняли меня? — Что?! Чёрта с два! Я не уйду, пока этот мудила рушит наш— — Это приказ! — Перекричал её возмущение Айланд, насильно толкая девушку с «Всевидящей» к выходу. — Но Босс-! — Исполняй!       Крик лидера на мгновение перекрыл даже грохот от ударов. Энни, колеблясь, взглянула на стража. Остатки его корпуса, больше походившие на машину после серьезного ДТП, наконец рассыпались по частям на землю. Вздохнув и обхватив «Всевидящую» покрепче, девушка кивнула Боссу, после чего метнулась наружу. Айланд же перехватил дробовик и вышел вперед, вставая перед своим отрядом. — Семнадцатый отряд, готовься!       «Была ли в нашей жизни какая-то высшая цель?» — Думал Айланд, смотря на человека, который, перешагивая через уничтоженного чем-то невидимым робота продолжал идти к ним. — «Или всё, что бы мы ни делали, в конечном итоге кончалось бы здесь, в схватке с этим дьяволом?» — Целься!       «Хотя бы своих людей всё это время я вёл славно. Хотя бы наше последнее дело было триумфальным. Хотя бы уйдем не без боя.» — Айланд собрал всю решимость в грудь и опустил руку на спусковой крючок. — «Ну, устроим прожарку этому сукину сыну.» — Ог-       И сквозь весь сарай прошлась молния, прерывая команду лидера. Молния осветила их всех, скача от металлических стенок, пока не растворилась в воздухе. Молния светло-зеленого цвета.       Вслед за ней ударило ещё несколько. Айланд мог чувствовать, как воздух электризуется, а волосы на его руках встают дыбом. Однако эта «наэлектризованность» будто бы отступала куда-то в центр. В сторону незнакомца.       Ещё несколько разрядов разошлись уже более маленькими, возникавшими то тут, то там, ворохами светло-зелёных искр. А сам незнакомец остановился в метрах трёх, смотря на людей перед собой. — Хочу сказать тебе одну вещь. — Разряды молний начали бить чаще, в разных количествах и размерах, но все они концентрировались и даже проходили по незнакомцу, превращая его в живую катушку Теслы. — Всего, что произойдет дальше, вы могли избежать.       Разряды били во все подряд, успев выбить стекла Сарая и прожечь кучу черных точек в земле, ударяли в каждую лампочку, они касались телефонов и техники людей в толпе, приводя к их сиюминутному отключению. Даже уроненный Айзеком планшет раздался веером искр, тут же потухнув. Но ни один из этих зарядов не наносил вреда их предполагаемому источнику. Более того — молнии будто сверкали из глаз самого мужчины, горя двумя светло-зелеными точками в центре его черных линз. — Вы могли не лезть на эту сторону Селиса. Могли жить и развиваться в спокойном, тихом мире. — Слушая его речь, Айланд что-то заметил. — Вы могли стать частью какой-то устоявшейся группы, спрятаться к ним под юбку. — Взгляд его перешёл с фигуры, которую больше не закрывали тени, но засвечивали молнии, превращая в силуэт. — Либо просто могли послушать меня и продолжить свои никому не нужные преступные жизни.       Но то, что волновало Айланда — это тень на противоположной стене сарая, которая появлялась при каждом ударе молнии. Тень, которую отбрасывал не незнакомец, а некая иная сущность, больше него. Сущность, невидимая для глаз, витающая в воздухе, вокруг расположения которой теперь концентрировались все разряды. — Всё, что с вами произошло, — Мужчина протянул палец и указал на Айланда. — На тебе.       Собравшиеся молнии изогнулись, стянулись, соединились в светящийся силуэт, сжавшийся в позу эмбриона. — Отряд! — Пытаясь перекричать звуки молний, заорал Айланд, целясь в тело незнакомца.       Спина светящегося силуэта раскрылась, а затем он резко выпрямился, испуская волну яркой светло-зеленой энергии, вышедшую далеко за грани сарая, проходящую по соседним улицам, зданиям, кварталам. В общежитии на территории участка погас свет. — ОГОНЬ!       И громогласный ряд множества выстрелов, огонь от которых осветил темное помещение, перерос в такую же какофонию разбивающихся об яркие всплески зеленой энергии патронов, рикошетящих в разные стороны, а вслед за этим — в многочисленные тяжелые удары по ткани и коже, после которых всё стихло.

***

      В будке охранника Старик мирно дремал. Всю прошлую ночь он волновался о том, когда друзья его внука придут с их «дела», ожидал их, не смыкая глаз, и теперь организм брал свое. Впрочем, сон старика был хоть и крепким, но чутким, и два остановившихся шага разбудили его, заставив приоткрыть глаза и обернуться.       У входа в будку стоял светловолосый высокий мужчина, в белых брюках, белой рубашке и с накинутой на плечи дорогой шубой. Он молча смотрел на охранника, почти не шевелясь. Старик не помнил такого человека среди людей, что жили здесь, как и того, что открывал дверь кому-то внутрь, из-за чего его рука тут же потянулась к кнопке тревоги. Однако, нажатие ничего не дало. Не сработал сигнал и не загорелись лампочки. Дедушка поднялся и протянул руки к ружью, но светловолосый остановил его. — Не стоит.       Человек обхватил старика за плечо и повел его наружу. Боковым зрением сторож заметил выбитые стекла у сарая, как и то, что в потухших окнах зданий не было ни души. Он не знал, что это был за человек и что собирались делать с ним, но он прожил достаточно и не боялся гибели. И тем не менее его руки слегка тряслись, не столько из-за страха, сколько из-за возраста.       Высокий незнакомец своими руками открыл ворота и вывел мужчину наружу, после чего похлопал его по плечу. — Иди домой, отец. Здесь тебе делать нечего.       Старик был готов возразить и повернулся к незнакомцу, но тот лишь похлопал его ещё раз, легко подталкивая к тротуару. И старик, немного постояв, двинулся вдоль по улице. Проводив его взглядом, блондин повернулся на двор. Несколько работающих на него людей складывали находящихся в парализованном состоянии членов Семнадцатого отряда Айланда в автозак. Сам же он, понимая, что работа здесь окончена, перешёл улицу и остановился у белого тонированного Кадиллака серии Dwarf, сделанного на заказ.       Мужчина завалился на заднее сидение, закрывая за собой дверь. Просторный салон машины позволял ему раскинуть ноги и несколько расслабиться. На сиденье напротив его встретил пассажир, тут же заговоривший женским голосом. — Как всё прошло? — Ожидаемо. — Гневно выдохнув, мужчина закинул ногу на ногу. — Группа тупоголовых зазнаек слишком сильно поверила в себя. Придётся организовывать следствие и убирать за ними их косяки. — Печально. — С её стороны раздалось клацанье по клавиатуре. — Что прикажете делать с захваченными? — Путь отвезут их в изолятор, в отдельные камеры. Там решим, что с ними делать дальше. — Трое сбежавших — что с ними? — На девок — плевать. А вот с парнем в шляпе я бы поговорил, с глазу на глаз. У тебя есть его портрет? — Успела запечатлеть. — Разошли на вокзалы, чтобы никого похожего не выпускали до нашего осмотра. — Мужчина размял шею и откинул голову назад, снимая очки с лица. В темноте салона они всё равно не играли значения. — Что ещё? — Идиоты захватили святилище у перезарядников. Придется его отбивать назад. Так что следующая наша остановка — это Устинский завод. — Из небольшого мини-бара мужчина достал охлажденную банку с каким-то напитком. — Двигаться можем прямо сейчас. — Сообщить в Дом о том, что вы не приедете на собрание? — Не стоит. — Крупный палец вскрыл банку с пшиком. — Управимся за день. — Хорошо, Дракон.       После этих слов машина с ревом завелась и двинулась с места, летя на огромных скоростях по улицам Селиса к следующей точке интереса. Таких у него было полно, и со всем необходимо было управиться до наступления ночи. Очередной день, полный суеты, такой же, как и все остальные дни в жизни этих людей. Кто знает, сколько хлопот он ещё сумеет принести?