Старые знакомые

      Дин с Сэмом остались в номере, намереваясь отдохнуть и придумать план дальнейших действий. В то время как Мэг, стоя под пронизывающим ветром на улице у автомата с газировкой, беседовала с Касом.       — Слушай, пернатый. Давай кое-что обсудим? — начала она, стараясь привлечь внимание ангела; он с интересом разглядывал небо, которое было отнюдь не звёздное, а затянутое серыми тучами.       — Давай, — сухо бросил он, не отрываясь от своего занятия. Внешне оставаясь совершенно спокойным, Кас тем временем напряжённо пытался подобрать какую-нибудь тему для разговора, лишь бы не молчать. Но не решался заговорить и ждал, пока Мэг сама нарушит тишину. И вот, когда это произошло, он так отрешённо произнёс это «Давай», что самому стало противно.       Мэг раздражало это. Нужно было, чтобы он слушал её, а не пялился в небо. Она дёрнула его за рукав плаща.       — В общем. Пойдём куда-нибудь поговорим, — промямлила она, потирая озябшие ладони, чтобы хотя бы как-то согреться.       — Куда? — Кас перевёл на неё взгляд. — Хочешь меня заманить куда-то?       — Что? Нет, нет, с чего ты взял? — Мэг покачала головой, хотя было бы неплохо. Затем попыталась добавить уже более мягким голосом: — Ну же, Кас, давай зайдём куда-нибудь, тут неуютно, ветер, и дождь может пойти.       — Дождя не будет. — Кастиэль мотнул головой. — Можем пройти туда?       Он указал направление к закусочной в конце улицы.       — Ну уж нет. Давай заберёмся в какой-либо пустующий номер? — Мэг хитро улыбнулась.       — Но это неправильно! Мы должны оплатить проживание… — запротестовал Кас.       — Правильно или нет — какая к чёрту разница? Просто войдём и посидим, часок поговорим. Давай же! — она схватила ангела за руку, и в следующий миг они оказались в одном из номеров. В комнате было темно, поэтому девушка махнула в сторону выключателя рукой, и — вуаля! — уже не темно. — Вот так-то лучше.       — Мне эта идея не нравится, — бубнил себе под нос Кас, нервно озираясь. При этом все ещё сжимая, даже крепче, чем изначально, ладонь Мэг, которую она так и не высвободила. А самому стало так спокойно, быть может, просто хорошая компания?       — Тут тепло. — Мэг облегчённо вздохнула, когда ангел не упорхнул сразу же, как только она перенесла их сюда. Да ещё и его тёплая ладонь, крепко сжимающая её, благотворно влияла на «уют» номера, — Кас…       Она запнулась, не в силах что-нибудь сказать. Нет, что говорить, она знала и даже заготовила небольшую тираду там, у автомата. Но сейчас будто бы все это стёрлось из памяти, оставив её в реальности с необходимостью импровизировать. Оставаясь в неподвижном положении, Мэг молча быстро придумывала речь, пытаясь, чтобы та не выглядела так, словно она за что-то извиняется. И на очередном витке её воображения произошло нечто, чего она ожидала меньше всего.       Кастиэль, до этого мирно, тихо существовавший около неё в данный момент, резко отпустил её руку и заключил в объятия, чересчур сильные, что Мэг непроизвольно вскрикнула. Она с минуту стояла как истукан, опустив руки по швам, затем, сообразив, что происходит, похлопала Каса по спине, стараясь высвободиться.       — Ох! Застал врасплох. — Она оглядела ангела, когда тот сделал шаг назад. — Что это было?       — Просто мне захотелось, — Кас пожал плечами, но ни чуть не покраснел при этом. Он и сам не мог объяснить этот неожиданный порыв. Внезапно стало как-то радостно, и ему захотелось закричать, но это напугало бы соседей, поэтому он, действуя по некому наитию, просто обнял Мэг, видя, как так делают по телевизору люди, когда хотят выразить разные чувства.       — Ишь ты, какой шустрый. — Девушка улыбнулась. Она глянула на Каса: тот с привычной наивностью смотрел на неё, при этом совершенно не меняясь в лице, словно кто-то нажал клавишу «Пауза». Просто захотел и сделал, все правильно, так и должно быть, подумала Мэг. — Кас, я тут поразмыслила над всем произошедшим. Нам лучше не говорить Дину и Сэму и даже не намекать на то, что мы с тобой целовались.       — Почему?       Вопрос отправил Мэг в нокаут. «Почему?» Это прикол такой? Она хотела было рассмеяться, но смех получился бы истеричным, учитывая, какой бардак сейчас царил в её голове. Она просто глубоко вдохнула и выдохнула, постепенно осознавая, что в вопросе этого Небожителя нет ничего странного. Надо растолковать все по полочкам этому чудику, раз не понял с первого раза.       — Потому что это не очень хорошо, знаешь ли. — Мэг заглянула в глаза ангелу. Там читалась растерянность.       — Что тут плохого? — Кас, не зная, куда деть руки, сунул их в карманы. Теперь он был похож на детектива из дешёвых сериалов, ведущего допрос.       — А то, дорогой, что мы с тобой из разных миров. Ангел, демон — это ненормально. И Винчестеры могут все понять не так, а достанется мне. Дин начнёт вопить, что я тебя совратила, охмурила и так далее. А ты пал невинной жертвой моих чар, — Мэг театрально развела руками.       — Но это же не так. Я осознаю, что делаю сам. — Кастиэль чуть склонил голову. — Мне было приятно, почему же это неправильно?       Мэг хотела было уже раскрыть рот, но, дослушав речь Каса до конца, передумала. От этих слов где-то внутри стало тепло, по спине пробежались мурашки. Приятно? У непримиримого врага она не вызывала отвращение, как должно было быть. Впервые такая безобидная фраза дала ей почувствовать себя не омерзительной тварью, вызывающей лишь отрицательные чувства, а наоборот. В это сложно было поверить, но то, с какой искренностью Кас это говорил, как смотрел — все это не давало зародиться и малому сомнению в его честности. Мэг замерла, может, и дышать перестала — она не знала, к горлу подступил комок, в глазах неприятно защипало. Она изо всех сил сжала зубы, чтобы не дать волю этим нелепым рвущимся наружу чувствам. Часто заморгала. А внутри все кипело, кричало, билось, пытаясь выплеснуться наружу что-то, граничащее с истерикой. Но нельзя: она же демон, а не героиня какого-нибудь бульварного романа.       Старалась унять этот переполох внутри себя, но тщетно, наверное, сейчас это было просто невозможно, когда перед ней в паре метрах, с неподдельной нежностью в этих голубых глазах, стоял Кас. Быть может, плюнуть на всё и дать волю эмоциям? Пореветь, поистерить, пожаловаться на свою жизнь, исповедаться ангелу, и все встанет на свои места, как и прежде? Но что-то подсказывало, что как прежде уже не будет никогда… Она просто стояла и молчала, а Кас так забавно поджимал губы, дожидаясь её ответа, что Мэг, сама того не замечая, улыбнулась.       Кас тщательно подбирал слова, чтобы не обидеть или не показаться в очередной раз смешным, ему действительно было приятно, вспоминая тот момент, когда их прервал Бальтазар. Поэтому врать или ёрничать желания не было, вот он и сказал правду, но ту ли правду, что хотела услышать Мэг? Что если он ошибся, и она лишь играет с ним? Он ожидал ответа, а ответом была тишина. Мэг молча в упор смотрела на него, но во взгляде что-то изменилось, словно пелена ушла, явив нечто иное, некая теплота пришла на смену этому фирменному нагловатому взгляду.       Кас уже стал нервно теребить подкладку плаща в кармане, не понимая, хорошо это или плохо — такие перемены. Он чувствовал, что что-то происходит, независимо от того, что Мэг на первый взгляд казалась совершенно спокойна. Кас чувствовал, не понятно как, но явно ощущал, что та маска, тщательно скрывающая истинные чувства или же эмоции, дала трещину. Сейчас это проявилось во взгляде: в еле заметных движениях бровей, губ, скул, даже мимика такой хорошей актрисе не помогли скрыть того, что бушевало внутри демона. У мужчины возникло непреодолимое желание коснуться её, вытащить из её собственной внутренней баталии, но он не решился. Возможно, она даже злится на него за то, что он поставил её в такое неловкое положение — в положение, где, можно сказать, он разглядел её слабость. Кас насторожился. А когда лёгкая улыбка тронула губы Мэг, он понял, что все сказал правильно и она вовсе не злится, а эта улыбка — не насмешка, а что-то другое.       — Потому что все сложно, — наконец, сделав над собой усилие, дрогнувшим голосом проговорила Мэг, пряча глаза, прошлась по номеру, остановившись у окна. — Они не поймут, Кас… просто не надо ничего говорить, так будет проще.       Она хотела добавить что-то и, наконец, хоть как-то взяв себя в руки, развернуться лицом к ангелу, нацепив на себя выражение безразличия, как внезапно кто-то сильно до боли схватил её за руку, дёрнув в сторону. В комнате появились четыре демона, один схватил её, прижав к горлу нож, трое других, осознав, что, помимо неё, в помещении есть ещё кто-то, вытащили ангельские клинки и кинулись на Каса. Все произошло слишком быстро, чтобы она успела крикнуть или что-то предпринять, а холодное лезвие у горла теперь не толкало на подвиги, сделав её невольным свидетелем того, что сейчас должно произойти.       Кас, витавший в размышления и догадках, молниеносно среагировал на внезапное нападение, как только почувствовал опасность, но с досадой отметил, что не слишком быстро, когда демон уже держал у себя в руках Мэг, угрожая ей ножом. Он выхватил из-под плаща клинок и сразу же встал в защитную стойку, когда на него попёр черноглазый верзила с оскалом. Кас ушёл чуть вниз и в сторону, пропустив над головой лезвие. Демон сделал слишком сильный замах, после которого невозможно моментально восстановить равновесие; этим ангел и воспользовался: сразу же контратаковав, вонзил клинок верзиле в шею, схватил его за шиворот, отталкивая от себя подальше. Тот вскрикнул и повалился на стоящий позади Каса столик; мебель, не выдержав тяжесть тела, с треском сложилась под ним.       Следующий, видя смерть товарища, зарычал и резко подскочил к Кастиэлю сбоку, пытаясь нанести удар в корпус. Ангел с трудом увернулся и собирался напасть, но краем глаза увидел, как сзади демон уже занёс руку с оружием для удара, пришлось отступить, поднырнув в сторону и сделав два широких шага назад, при этом не теряя из виду демонов, которые, раззадорившись и почувствовав уязвимость врага, одновременно двинулись в атаку.       Мэг с замиранием сердца наблюдала за происходящим, сердце пропускало удары, когда демон замахивался для атаки. Хуже всего, что сейчас она была совершенно беспомощна, чтобы хоть как-то помочь Касу. Она, конечно, знала, что Кастиэль неплохо умеет сражаться, но из-за обнажившихся в последнее время чувств всё равно не могла спокойно смотреть на этот бой.       Кас наблюдал за движениями демонов, ища слабые места и просчитывая момент нападения. Тем временем демоны стали таким образом, что оказались по бокам, тем самым сужая обзор и делая затруднительным одновременное созерцание нападавших. Издав короткий смешок, демон, стоявший по левую сторону, замахнулся сверху, стараясь попасть клинком в область груди, но его рука была перехвачена крепкой хваткой и с силой вывернута; послушался хруст костей и протяжный крик, демон осел на пол, держась за руку.       Второй демон, воспользовавшись моментом, приблизился и набросился на ангела. Кас, проморгав именно момент нападения, не успел отскочить или же нанести удар, поэтому не придумал ничего иного, как подставить под атаку не жизненно важные части тела, а плечо, чтобы сократить до минимума повреждения. Клинок вошёл в тело по самую рукоять, вызвав приступ ужасной боли. Кас закричал, поморщился, пытаясь игнорировать ранение, воспользовался замешательством демона, нанёс ему удар коленом под дых; когда тот согнулся от боли, не мешкая, ангел перевернул клинок обратным хватом и ударил демона в спину. В этот момент тварь со сломанным запястьем накинулась на Каса сзади, повиснув у него на спине, видимо, не обращая внимания на боль. Демон здоровой рукой схватил рукоять все ещё торчащего из плеча клинка и стал поворачивать, вызывая сильную боль. Кас вскрикнул, перед глазами все поплыло, пошатнувшись от такой неожиданности, он попытался скинуть с себя нападавшего, приложив его о стеллаж, с полок которого посыпались разные предметы: книги, пепельницы и прочее, — но тот резко вырвал клинок и занёс руку для решающего удара в грудь.       Осознав это, Кас попытался перехватить руку с клинком, но рана давала о себе знать. Зависшее в воздухе оружие, крепко зажатое в руке демона, начинало приближаться к его груди. Демон начал смеяться у него над ухом, чувствуя, как силы покидают жертву.       В этот момент дверь, запертая на замок, была выбита, и в комнату влетели Винчестеры. Дин, увидев происходящее, выстрелил в голову демону, насевшему на Каса, отчего тот ослабил хватку и рухнул на пол, потянув за собой и ангела.       Сэм тем временем целился во второго, который все ещё держал Мэг, но заметно нервничал, осознавая, что все кончено.       — Пусти её, и мы тебя отпустим, — проговорил Сэм, не сводя дула пистолета с демона. — Обещаю, мы тебя не тронем, просто уйдёшь к своему хозяину.       Демон задумался, потом небрежно толкнул Мэг в сторону; та, не удержав равновесия, растянулась на полу. В этот момент раздался выстрел, и вслед за Мэг на пол повалился и демон, державший её. Дин стоял с серьёзным лицом, сжимая оружие. Сэм повернулся в его сторону:       — Дин, я же ему обещал отпустить! Какого хрена?       — Обещал ты, я ему ничего не обещал, так что твоей совести не о чем беспокоиться. — Дин сунул пистолет за пояс, подбежав к Касу. — Кас, ты живой? Эй, Кас?       Сэм недовольно заворчал, покосившись на демонов, валяющихся в комнате. Мэг очухалась, быстро поднялась на ноги и подбежала к Дину, который извлёк Каса из-под тела демона. Кастиэль с помощью Винчестера поднялся на ноги, держась за плечо.       — Кас, ты цел? — Мэг принялась осматривать ангела, параллельно отряхивая и поправляя ему плащ.       — Все хорошо. Это не так страшно. — Кас попытался улыбнуться, но боль при попытке поднять руку заставила его сморщиться. — Мне надо немного передохнуть. И всё будет хорошо.       Затем братья оправдались перед сбежавшимися жильцами и хозяином гостиницы, что, мол, это грабители напали на семейную пару, при этом указав на Каса и Мэг, сидящих на улице на скамье, и устроили поножовщину. А они, бравые агенты ФБР, оказавшиеся тут по счастливой случайности, спасли бедняжек, устранив грабителей. Все, судя по всему, поверили в эту душещипательную историю и стали расходиться, так как агенты пообещали отвезти тела в полицейский участок для дальнейшего расследования этого вопиющего злодеяния. На деле же эти четверо «грабителей» были зарыты в близлежащем лесу, предварительно подожжённые, обсыпанные солью и облитые бензином.

***

      Обычный пятиэтажный многоквартирный дом, серый, неприметный, как и десятки других, находящихся вокруг. Верхний этаж, разбитые стекла, зияющие пустые рамы, некогда бывшие окнами, кое-где затянуты целлофановой плёнкой, которую при порывах, не щадя, треплет ветер.       Кроули явился по указанному адресу, где его поджидала парочка демонов, которые проводили его Величество в комнату на верхнем этаже. Там, сидя в мягком кресле, Наама дожидалась своего «коллегу». Когда Кроули вошёл, женщина осмотрела его с головы до пят и предложила присесть в стоящее рядом кресло.       — Ну здравствуй, — начала она, поудобнее устраиваясь на своём месте.       — Привет. Хотела переговорить? — Король Ада попытался придать голосу и выражению лица непринуждённости.       — Верно. Возникли некие проблемы, точнее, накладки в планах. — Она постукивала ногтями по подлокотнику кресла, не сводя взгляда с сидящего напротив мужчины.       — Это твои проблемы, дорогуша, не мои. — Кроули поднялся с места, намереваясь уйти. — У меня своих дел по горло, сами собой не решатся, а тут еще ты со своими проблемами. Уволь!       Наама вмиг оказалась рядом с Кроули, положила руку ему на плечо, заглядывая в глаза, причём в собственных уже полыхал огонь.       — Ты останешься и выполнишь все, что я прикажу, — словно гипнотизируя, проговорила она. Как только к нему прикоснулись, он испугался, впору было удариться в панику: кому хочется превращаться в марионетку? Вся надежда была на маленькую монетку, лежащую у него в нагрудном кармане рубашки. Сосредоточившись, Кроули пытался уловить момент, когда его сущность подчинится приказу этой дамочки, но этого не произошло, желание приложить её о стену не пропало, а значит, эта маленькая вещица действует. Тогда-то он и осмелился дерзнуть.       — Да неужели?! — Кроули усмехнулся, небрежно скинув с плеча чужую ладонь. — Ручонки-то убери. Недавно из химчистки.       — Как? Как тебе это удалось? — Наама вспыхнула от ярости.       — А что ты хотела? Я же Король Ада, меня так просто не сцапаешь. — Мужчина, растянулся в самодовольной улыбке. И уже не так сильно переживая за себя, вернулся в кресло. — Я, пожалуй, послушаю, что ты там хотела мне предложить. Начинай!       Наама вздохнула, стараясь унять злобу и гнев, что как цунами накатили после того, как её излюбленный трюк не удался.       — Я предлагаю заключить с тобой сделку. Я не трогаю твои владения тут, а ты не вмешиваешься в мою работу. Мы просто не пересекаемся с тобой, и все, Земля-то большая. Ну, так что?       — Интересно. Так говоришь, будто у нас с тобой война и ты пытаешься провести черту, за которую мы не будем забегать. С чего мне вообще на это соглашаться? Что ты можешь сделать? — Кроули с презрением посмотрел на неё.       — Верно. Но я могу начать эту самую войну. И рано или поздно перетащу на свою сторону всех твоих прихвостней, а когда ты останешься один, нанесу удар. — Наама поднялась с места и неспешно подошла к окну, сложив руки на груди. — И как тебе такое предложение? Мы с тобой сцапаем Винчестеров, и я отдам их тебе. Но. Потом я лично убью Кастиэля и его подружку. Все честно, избавимся от угрозы. Все довольны.       Кроули удивился и про себя отметил, что довольно ловко эта девица все разыграла. Всё дело было не в демонах или противостоянии, она решила руками Кроули прибить Винчестеров и ангела.       — Ого! Широко размахнулась, как я погляжу. Бедный Кас, он вечно всем нужен, временами мне его жалко. Винчестеров я убить и сам жажду. Кас мне не нужен. А что за подружка? — Кроули прищурился, не совсем поняв, о ком идёт речь.       — Мэг. Переметнулась к ним. Продажная тварь. — Наама прошлась вдоль стены, проводя ладонью о шершавую поверхность.       Кроули оживился.       — Ах, вот оно как. Интересно. Даже очень. — Он задумался. — Идёт! Я Согласен.       — Отлично. Я свяжусь с тобой, когда всё будет готово. — Наама исчезла, оставив Короля одного наедине с завывающим ветром и собственными мыслями.