В корнях Иггдрасиля

— Мне действительно не нужна кровать. Это ты танцевал всю ночь. Хосок стоял, уперев руки в бока и задрав подбородок, как хороший солдат, с головой ушедший в работу. Под глазами у него начали образовываться тёмно-красные круги. Одно его бедро дрожало от усталости. — Я не в том положении, чтобы требовать сегодня постель, — сказал Хосок. — Всё в порядке. Я же сказал, что всё в порядке. Мы оба немного перевозбудились. — Я отправил тебя в сенсорную перегрузку, — сказал Хосок. — Я проигнорировал задание и почти воспользовался твоими чувствами. Я собираюсь доложить о себе, когда мы вернёмся в штаб. Я абсолютно не заслуживаю этой кровати. Его волосы почти высохли после душа. У Юнги по-прежнему были влажными. Пока Хосок мылся, он сам составил опись всего оружия под бункером и установил наблюдение по всему периметру. Он написал вечерний отчёт, в котором содержалась только собранная им информация. Он действительно не мог не согласиться с Хосоком. — Ладно, я заслужил постель, но я также не хочу, чтобы ты завтра страдал. Будем практичны. Мы со всем разберёмся после того, как закончим задание. — Я имею в виду, что мы оба могли бы спать в кровати, — сказал Хосок. — Она огромная. Кровать, о которой шла речь, в тёплом свете ламп и накрытая пухлыми белыми одеялами, могла бы с комфортом вместить десять человек плечом к плечу. Юнги представил себя лежащим в одиночестве в середине, в то время как Хосок спал на полу и похрапывал. Никакое натяжение одеяла и неторопливые потягивания не будут друг другу мешать. — Да, хорошо. Над городом над бункером уже поднималось первое солнце. Снаружи, в полумраке гостиной, Хосок возился с сигнализацией, которая зазвенит только у них в наушниках, если кто-то войдёт, и предупредит их, чтобы они проснулись и были готовы, прежде чем кто-то заберётся достаточно далеко в бункер и найдёт их. Непрочитанные сообщения назойливо висели на вкладке Юнги, большинство из них от Намджуна. Он открыл и прочитал что-то о свидании с Чонгуком, которое прошло хорошо. Он ответил — Уже заполучил этот член с щупальцами? Он к этому ещё не готов. А ты? Чёрт возьми, да. Видел их вчера вечером, и, о боже, у меня слюнки текут при одной мысли об этом. Юнги спрятал свой табулятор, чувствуя одновременно гордость и глубокое разочарование. Ощущение того, что Хосок прижимается к нему спереди губами прямо к губам, и эйфория в носу не покидали его голову. Хосок забрался в кровать на некотором расстоянии позади Юнги, едва натянув одеяло, когда устроился. Свет погас. Оба их экрана светились в тёмной комнате в течение нескольких минут. — Спокойной ночи, — наконец сказал Хосок, и его часть комнаты погрузилась в темноту. Юнги поворчал и неохотно убрал свой экран, оставив его моргать в темноте. Время от времени Хосок ёрзал на простынях, и сердце Юнги колотилось, вспоминая вес Хосока на нём, ощущение его тепла, запах его симпатии.