Предатель Крови (Blood Traitor)

Гермиона почувствовала волну облегчения, когда Нарцисса Малфой исчезла в камине. Ей всегда казалось, что Молли Уизли иногда словно командовала, но Нарцисса была чем-то между инструктором по строевой подготовке и кровавым диктатором. Драко обвил руку вокруг её локтя и, наклонившись, прошептал: — Я прошу прощения за свою трусость. Я правда думал, что делаю правильно, позволяя тебе привыкнуть. — Тебе не за что просить прощения, — мягко ответила она. — Твоя мама запугала меня так, что я ещё больше ценю, каким терпеливым ты был. Ты прав, нам обоим нужно время привыкнуть. — Слава Мерлину, — пробормотал Драко. — Я уж начал переживать, что ты злишься, что я до сих пор не сделал тебе предложение. Гермиона издала смешок. — Я бы сбежала, если бы сделал. — Есть какой-то период ожидания? — поинтересовался Драко. — Я хотел бы знать, когда предложение будет уместно, чтобы не заставлять тебя сбегать. Гермиона поймала его ладонь своей. — У меня есть идея получше. Как насчет того, чтобы я сделала предложение, когда придёт время? Гермиона быстро училась расшифровывать мелкую мимику, которая выдавала его эмоции. Он пытался скрыть испуг от мысли, что это не он будет делать предложение. — Это неправильно, — выдавил Драко. Морщинка между его бровей была верным знаком того, что он пытался сформулировать логически обоснованный аргумент, чтобы укрепить свою позицию. Гермиона рассмеялась, тем самым смягчив свое предложение. — Наследник благородного дома Малфоев собирается связать себя узами брака с маглорожденной, которая помогла прикончить Волдеморта. Думаю, «правильно» давным давно нас покинуло. — Но… — Драко пытался найти аргумент, пока Гермиона спокойно смотрела на него. Соблазнительный запах ее волос отвлекал его, и она это знала. — Равноправие и всё такое, — непринужденно заявила Гермиона. — Поверь мне, если бы я смогла найти способ, ты бы вынашивал наших детей. Мысль о том, чтобы однажды иметь детей, сбивала с толку. Драко представил маленькую пухлощекую девочку с улыбкой Гермионы и его глазами. — Не пытайся увести меня от темы! — возмутился Драко. Инстинкты, с которыми он был знаком всего лишь несколько дней, давали ему ощущение сладостного предвкушения лишь от одного предположения о создании потомства. О чём-то, о чём он раньше особо не задумывался. Гермиона улыбнулась при виде того, как взволнован он стал от упоминания их совместного будущего. — Как насчет компромисса? Я сделаю предложение наедине, а потом ты сможешь сделать мне предложение при всех, а я притворюсь, что удивлена? Драко забормотал что-то о традициях, манерах и ожиданиях, но увидел взгляд Гермионы и понял, что у него не было способа выиграть спор. Весь слизеринский опыт манипуляций подвел его, и он обратился к гриффиндорской прямолинейности, которую она не могла не оценить. — Как я могу убедить тебя согласиться со мной? — спросил он. Гермиона засмеялась, понимая, что она загнала его в угол. — Никак. Лучшее, что тебе остается — это согласиться на компромисс и надеяться, что я неплохая актриса. — А что если ты ужасная актриса? — спросил Драко. — Тогда ты можешь расслабиться, зная, что с тех пор, как ты оказался здесь, все мои реакции были искренними. Гермиона показала ему язык и, развернувшись, неспешно пошла к двери. Драко залюбовался на её вид сзади, но ужасная мысль вдруг пришла ему в голову. — Секундочку! Ты хочешь сказать, что с тех пор, как я оказался здесь, ты не была искренней? Ее смех из другой комнаты его не успокоил.

***

Молли вспомнила их недавнюю беседу с Артуром, встревожившую ее. Драко подолгу не ложился по вечерам и часто первым спускался вниз утром. Они были обеспокоены, что он не спал и подозревали, что он скрывает от них свои ночные кошмары. После ужина Виксон и Мокси выпроводили семью с кухни в гостиную. В их голосах были нотки, отдаленно напоминающие Малфоя. — Я думал, домовики должны быть кроткими и вежливыми, — задумчиво сказал Артур и сел, чтобы посмотреть телевизор с остальной семьей. — Со мной эльфы всегда были строгими, — сказал Драко. — Отец обращался с Добби как с дерьмом, но у матери был среди них авторитет. Наверняка она учила их, как мной командовать. Вокруг раздались понимающие смешки, а Гермиона улыбнулась Драко. Она знала, как сложно ему было делиться чем-то личным. — Драко, ты хорошо спал? — полюбопытствовала Молли. Гермиона почувствовала, как он напрягся. Он скосил глаза влево и кивнул миссис Уизли. Драко чувствовал беспокойство и неодобрение своей пары, каким-то образом она поняла, что он лжет. Он держал эмоции под строгим контролем и не мог понять, что же его выдало. Гермиона раздумывала, не выдать ли его, но Молли по-матерински продолжила. — Артур всегда видит свет из-под твоей двери когда идет спать, неважно, как поздно, — сказала она. — И ты всегда так рано встаешь. — Ты спишь при свете? — спросила Уизлетта. — Я — да, ненавижу темноту. Драко почувствовал было легкий порыв поддразнить её за то, что она боялась темноты, но он почти сразу прошёл. Как ни странно, он был восхищен её непринужденной смелостью в признании своей уязвимости. — Я просыпаюсь около шести раз за ночь, — признался Уизли. — Проклятые кошмары. Я ещё могу понять про Волдеморта или Пожирателей Смерти, но почему мне до сих пор снятся пауки? Поттер попытался спрятать улыбку, но ему не удалось. — Вчера было очень смешно, Рон, ты орал «Где ботинок?» и явно пытался на кого-то напасть. Думаю, ты выиграл в этот раз. Уизли выглядел довольным собой. — Хорошо. Эти маленькие мохнатые какашки заслужили расправы. — А я все еще просыпаюсь от страха, что кого-то потерял, — вздохнул Артур. — В самых худших кошмарах я знаю, что вы живы, и что вас пытают, и я не могу помочь, — он обвёл присутствующих женщин взглядом, не вдаваясь в детали о пытках. Драко видел достаточно, чтобы понимать тревогу Артура. Он не стал говорить, что Сивый и некоторые другие Пожиратели ничуть не меньше наслаждались и компанией молодых парней. — А я из-за приступов паники, — честно сказала Гермиона. Драко взял её за руку. Одна лишь мысль о том, что она могла попасть в ситуацию, о которой говорил Артур, доводила его до ручки. — Змеи, — мягко сказал Драко. — Я теперь их на дух не переношу. Уизли хрюкнул от смеха. — Тогда ты, возможно, захочешь перевестись на другой факультет. — Рон, — предупреждающе произнесла Гермиона. Но Драко едва услышал его, погрузившись в воспоминания. — Нагини ползала по особняку, как будто он принадлежал ей. Шорох от её чешуи, скользящей по полу, заставлял моё сердце чуть ли не выпрыгивать из груди. Вы знаете, что она шипела только тогда, когда разговаривала с этим уродом? Все глаза были устремлены на Драко, который уставился в пол невидящим взглядом. — Она всегда была там, когда он устраивал собрания Пожирателей Смерти. Она с наслаждением тёрлась об наши ноги. И когда кто-нибудь вздрагивал, то он всегда смеялся и говорил, что Нагини нравится играть с нами. Образ Чарити Бербидж не оставлял его в покое. — Когда он убивал кого-то, он приглашал эту ужасную змею съесть человека, как будто бы предлагал лакомство щенку. Никто не мог покинуть комнату, мы должны были оставаться и смотреть, как эта дрянь раскрывает свои челюсти и запихивает тело в глотку. Гермиона смотрела на то, как кровь отлила от лиц Гарри, Рона и Джинни, пока Драко продолжал говорить и смотреть на ковёр. Молли и Артур обеспокоено смотрели на блондина. — Им повезло, что он убивал их. Однажды я видел, как змея съела маглу, когда та ещё была жива. Она не могла двигаться, но полностью осознавала, что происходит. После этого я не мог ни есть, ни спать. Гермиона заметила момент, когда Драко оторвался от воспоминаний. Он быстро огляделся и небольшой румянец появился на его щеках. — Так что, нет, — закончил Драко, запнувшись. — Я сплю не очень хорошо.

***

Гарри находил забавным то, как Гермиона начинала командовать, когда знала, что надо что-то сделать. Она использовала все свои навыки управления людьми до тех пор, пока ее цели не были достигнуты. Гермиона заставила смущенного Малфоя лечь на диван и положить голову ей на колени. Он смотрел на нее так, словно никогда раньше не видел. Гарри ухмыльнулся Рону, который поспешно отвел глаза, чтобы избежать строгого взгляда миссис Уизли. Джинни сделала вид, что ничего не замечает, но исподтишка все равно подмигнула своему жениху. — Тебе удобно? У тебя шея из-за подушки под странным углом, — обеспокоенно спросила Гермиона. — Да, все в порядке. Уизли не собирается проклясть меня за то, что я так близко к тебе? — Он многозначительно нас игнорирует, — заверила его Гермиона. — Я просто пытаюсь удержать свой ужин в желудке! — пожаловался Рон. Гарри заметил, что в его словах не было прежней злобы. Он иногда был чересчур вспыльчивым, но его способность к прощению была огромной. Гарри позволил воспоминаниям из Омута Памяти смягчить их с Малфоем прошлое, и он знал, что в Роне рыцарство запрятано немного глубже. В то время как он защищал своих лучших друзей, Рон защищал друга и свою потенциальную девушку. Гарри был невероятно горд тем, что Рон сумел отойти от своих предубеждений и позволить Гермионе быть счастливой. Конечно, он не смог бы сказать это вслух, не заставив их обоих покраснеть и потерять способность говорить связно. Слава Мерлину, у него есть Джинни. Гарри мог поделиться с ней чем угодно и знал, что она никогда его не осудит. Она, без сомнений, даже поздравит Рона с его проявившейся зрелостью, избавив Гарри от необходимости делать это. И хотя он старался сконцентрироваться на телевизионной программе, или на том, как рука Джинни лежит на его ноге, Гарри все время возвращался мыслями к Гермионе и Вейле на ее коленях. Он задумался, сколько оскорблений за все эти годы были искренними, а сколько наигранными. В любом случае, Малфой чертовски хороший актер. Как они могли быть уверены, что он не разыгрывает очередное шоу? Хлопок возвестил об аппарации домового эльфа в комнату и развеял мысли, от которых он начинал хмуриться. Гарри не мог с уверенностью сказать, кто именно из эльфов задумчиво оглядывал комнату. — Кто-нибудь хочет чашечку чая? — любезно спросил эльф. По голосу Гарри догадался, что это была Мокси. Как только все высказали свои пожелания насчет чая или горячего шоколада, эльфийка улыбнулась при виде уснувшего на диване блондина. — Ваш план сработал, Леди Уизли, — тихо сказала Мокси. — План? — повторила Гермиона, в ее голосе появились нотки, отдаленно напоминающие раздражение. — Бывший хозяин Драко толком не спал несколько лет, — тихо сказала Мокси. — Когда я непосредственно служила ему, я не могла вмешаться и помочь. — Я была уверена, что как только ты узнаешь, что Драко не спал как следует, ты возьмешься за дело, — добавила Молли. — Клянусь Мерлином, он больше никого бы не послушал. — Почему вы просто не сказали мне? — насупилась Гермиона. — Мисс Грейнджер пока непредсказуема, — ответила Мокси. — Если бы вы спросили бывшего хозяина Драко напрямую, он бы придумал что-нибудь, чтобы не волновать вас. — Просто зови его Драко, — предложила Джинни. Мокси посмотрела на нее и, кивнув, поклонилась. — Как пожелаете, мисс Уизли, будущая миссис Поттер. Гарри улыбнулся, услышав это. Джинни хотела одернуть его, но «миссис Поттер» звучало слишком приятно. — А я просто мистер Поттер, верно? — с надеждой спросил Гарри. Мокси покачала головой, тряся ушами. — Вы — мистер Поттер, мальчик, который выжил и спаситель магического мира. — Можно просто Гарри, — настоял он. — Хорошо, мистер Гарри, мальчик, который выжил и спаситель магического мира. Джинни захихикала, увидев выражение его лица. — А у меня есть прикольный титул? — с любопытством спросил Рон. — Младший мистер Уизли? — предложила Мокси. Рон нахмурился. — Что ж, это лучше, чем Уизел, — пробормотал он.