Шестая книга - заветное будущее

      Василиса вылезла из часолиста, снова оказавшись у озера.       Пустые диваны и кресла, небольшие столики, на одном из которых лежит та самая книга, из-за которой они все здесь. Девочка думала, что она пришла первая, но ошиблась — её отец, Нортон Огнев, и его старый друг Миракл пили какой-то дорогой кофе. Его аромат, казалось, разнёсся по всему личному уголку. Или вообще не уголку? Не важно, главное, что он да-авно не личный. — Доброе утро! — поздоровалась с ними Василиса. — Доброе! Будешь кофе? — Миракл приветливо улыбнулся и уже собирался наэферить ещё одну чашку, но был остановлен Нортоном-старшим: — Ей нельзя. Он слишком крепкий! — Часодей был одет в какую-то длинную чёрную шёлковую рубашку, наполовину заправленную в такого же цвета брюки. От горла рубашки и до каймы брюк тянулся узор из золотого бисера в виде часового флера. Волосы были аккуратно уложены, на ногах красовались лакированные туфли, начищенные до блеска. Ну, это девочку не удивило со всем, ведь все знали, какой щеголь её отец.       Миракл же одет был намного проще — неизменная жилетка куда-то пропала, и на мужчине красовались белая рубашка на шнурке и простые брюки. На ногах у него ничего не было, и он то и дело подставлял свои босые стопы солнцу. — У, какой у тебя батя вредный! — притворно-огорчённо вздохнул зодчий и, подмигнув Василисе, спросил: — А что тогда она будет на завтрак? — Спроси у неё самой, но кофе ей нельзя, — да, видно, хорошее настроение у отца сегодня не предвидится.       Василиса задумалась: что бы съесть? От мыслей о разных вкусных блюд у Огневой чуть не потекли слюнки. Она же вчера не ужинала даже! — Ух, ты! — Вдруг воскликнул Миракл, отвлекая от сладких мыслей девочку. Она перевела взгляд туда, куда смотрел зодчий, и не смогла сдержать удивлённого вздоха — весь столик был завален всякими вкусностями! Астраградские конфеты, чашки с чароладом, кубиками нарезанные мармелад и пастила, зефир и халва, эклеры, пирожные, блины. В довершение — огромной высоты гора бутербродов. — Как ты так быстро это наэферил? Колись, старина! — Мужчина перегнулся к Нортону через кучу сладостей. — Раз Василиса не в состоянии решить, что ей есть, пусть выбирает из того, что на столе. — Дух пожал плечами и, вытянув руку, взял со стола горсть конфет в золотой обёртке. — Кушать подано!       Девочка придвинула кресло к столику и тоже накинулась на еду. Перепробовав три вида пирожных и выпив чашку чаролада, Огнева почувствовала сытость. Но стол всё равно был забит.       А вот Миракл, кажется, имел чёрную дыру вместо желудка — халва и зефир молниеносно исчезали, стоило только зодчему положить на них взгляд. Отец девочки лишь ограничивался конфетами, но выпил, кажется, уже третью чашку кофе. — А вы, оказывается, сладкоежки! — так странно было Василисе вот так непринуждённо говорить с отцом! Но, кажется, после всех откровений в книге Василиса уже его не боится так сильно. Он, оказывается, не такой безэмоциональный и равнодушный, каким кажется на первый взгляд.       Тут взгляд Духа наткнулся на пряники и, вспомнив о Николь, он нырнул в часолист под недоуменные взгляды дочери и зодчего, а спустя пару минут появился оттуда уже с девочкой. Та была смущена из-за того, что Нортон-старший держал её за руку (из-за сильной разницы в росте он не мог взять её, к примеру, под локоть). — Вопросов не задавать! — Предупредительно вскинул руку он, увидев, что Миракл порывался что-то сказать. Тот разочарованно взял ещё один кубик мармелада.       Василиса перетащила ещё одно кресло и с криком «налетай!» уже вместе с Николь начала заново опустошать стол. За этим их и застал Норт. Он выглядел заспанным и сонным, но волосы всё равно были зализаны назад, а на нём были закатанные до колен брюки и туника. Василисе очень захотелось их всех познакомить с такими вещами, как, например, футболка и джинсы. Интересно, стали бы они их носить и как бы выглядели в них? — Привет, Норт! — Поздоровалась она. Странно, что за такое долгое время она не могла наладить хотя бы нейтральные отношения с братом, а тут за один день почти подружились… Ну, хотя бы зачасовать они пока друг друга не хотят. Что бы не задумал Родион, пока всё шло хорошо.       Тот сконфуженно кивнул всем собравшимся и тоже сел за стол, наэферив плетеный стул. Косо взглянул на Николь, которая пыталась дотянуться до любимых пряников, как бы невзначай подтолкнул к ней тарелку поближе.       Странно уличить его в таком добром поступке, может, она просто его раздражала? Но так или иначе он помог. Девочка покраснела, и быстро взяла пряник с блюда.       Начали постепенно собираться остальные. На берегу появились Диара и Лисса. — Доброе утро всем, кроме Нортона! — Госпожа Дэлш стрельнула с неприязнью на Духа и тоже присела рядом с обрадованным Мираклом. Стол увеличился, тарелки и чашки снова наполнились едой. Василиса подумала, что её тренер была бы очень рассержена, если бы узнала, что она съела столько сладкого, причем утром. Причём много. Но её тут нет. Лазаревы появились спустя пару минут, но подходить не решались. — Вы чего? — Огнева удивлённо посмотрела на Ника. — А вдруг нас твой отец отравит? — Улыбнулся Константин.       Старший Огнев фыркнул: — Буду я на вас яд тратить! Садитесь уж, я тебя, ремесленник, ещё и кофе угощу. — Тот самый, который мне не по карману? — Иронично спросил старший Лазарев, садясь подле сына. — Да. И не по доброте душевной, а для того, чтобы ещё раз подчеркнуть, что для тебя он слишком дорогой! — Перед мастером появилась чашка с ароматным напитком. — Ну-ну!       Маар, Нерейва, Диана, — все подсаживались к столу, который по воле кого-то из старших всё увеличивался и увеличивался, пока не достиг длины в четыре метра. «Интересно, как это они сделали? Наверное, поменяли временную вероятность дерева…» — Подумала Василиса.       Наконец, появились Драгоции — Рок, Примаро Захарра и Фэш — у последнего в руках букет ландышей. Он быстрым шагом пересёк расстояние и вручил смущённой Василисе цветы. Всё это сопровождалось злыми взглядами Нортона-старшего и Маара, подозрительными Норта и Нерейвы и умилённо-радостными остальных. — Совсем страх потерял? — Прошипел Нортон-старший, сжимая руки в кулаки. Что-что, а загорался он быстро. Наверное, сказывалась фамилия.       Он бы уже хотел встать, дать тому подзатыльника и напомнить, чтобы тот не крутился вокруг его дочери, но был остановлен рукой Белой Королевы, которая сидела рядом. От мягких прикосновений холодных пальцев весь пыл у мужчины иссяк и он передумал убивать этого мальчишку.       Как-нибудь в другой раз.       Незаметно нагнувшись к уху повелительницы фей (всё же она ей оставалась, несмотря не на что) и что-то прошептал. Что — разобрать не получилось, но Лисса стрельнула глазами куда-то по ту сторону стола. Там сидела Николь, и, видимо, те слова были именно о ней.       Василиса вдыхала нежный аромат букета в руках и была в просто прекрасном настроении. Наконец, появился Родион. Улыбался он так по детски наивно, что даже не верилось, что он настолько опасен, как говорят. Но, с другой стороны, разве Василиса так хорошо его знает, чтобы судить только по тому, как он выглядит? — Пора читать книгу, дорогие мои, если конечно, вы закончили завтракать! — Он хлопнул в ладоши, так и излучая бодрость. — Раскомандовался тут! — Проворчала Повелительница лютов. Хардиус незаметно исчез, и появился уже за спиной дочери. — БУ! — Крикнул он ей в ухо, и от неожиданности Чёрная Королева выронила пирожное, что собиралась надкусить.       Десерт описал красивую дугу в воздухе и точным попаданием попал в чашку Миракла. Кофе полетело во все стороны. Испугавшись, зодчий уронил чашку, тем самым окончательно расплескав всё на себя и испачкав себе рубашку. На белой ткани расползалось коричневое пятно. — Горячо! — Он оттянул ткань рубашки от тела, чтобы ещё больше не обжечься.       Да, я забыла сказать, что всё происходило под неописуемый шум, — все смеялись так, что напитки в чашках дрожали. А Нерейва в ярости махала на Родиона Огнева, который с немного офигевшим видом смотрел на зодчего и не сопротивлялся даже тогда, когда Чёрная Королева начала лупить его пустым подносом. Это вызвало новый взрыв смеха за столом. Кто-то, видимо, Захарра, упал под стол и оттуда продолжил смеяться.       Да, утро обещало, что день будет насыщенным и весёлым…