Шестая книга - заветное будущее

— Где же Василиса? — немного раздражённо спрашивала Чёрная Королева, переводя взгляд от Нортона-старшего к Фэшу. — Вы пришли, а она нет.       Эфларцы были действительно утомлены — солнце нещадно пекло голову, чистое небо без облачка и элементарно отсутствие тени раздражало. Казалось, от еды и тепла тело отказывалось нормально функционировать, обмякнув мешком картошки на диване.       Маар, плюнув на возможное наказание за свой поступок, стянул свою рубашку и обмотал её вокруг головы. Сев по турецки, он сразу напомнил Захарре некого шейха, который мучается от отсутствия прохлады, что Драгоций и поспешила сообщить Броннеру. — Как вы наблюдательны, матушка! — с сарказмом заметил Огнев, сдерживая рвущийся наружу зевок. Он бы тоже был не против снять свой костюм и заменить его на что-то более подходящее, но присутствие посторонних его останавливало.       Хотя если подумать, его уже успели уличить в плавках, и всё же… Это были дети, а не дамы в аккомпанементе с Драгоциями и Лазаревыми.       А про Жемчужную Королеву мужчина и вовсе думать не хотел.       Нортон-старший очень хотел спать и сильно завидовал Маару, который уже клевал носом, уронив подбородок на грудь. Импровизированный тюрбан слегка размотался, закрыв рукавом часть лица парня. — Что ты ей сказал? — между тем спросила Лисса, внимательно вглядываясь в лицо хозяина Черновода. — То, что не сказала бы ты. — Что именно? — Не твоё дело, — жёстко отрезал мужчина и нарочно отвернулся от Белой Королевы, показывая, что разговор закончен. — И всё же, нам нужно было пойти, — заметила Диана. — Василиса — наша подруга, а мы сидим здесь, хотя сейчас должны её утешать. — Ты можешь сказать это Огневой, когда та вернётся… — равнодушно протянул Фэш в ответ Фрезер. — Ей будет приятно. — Мне жарко! — Захарра воздела руки к небу в надежде на дождик.       Но погодных осадков сегодня, видимо, не планировалось. — Я не знаю, почему, но действительно — температура увеличилась, — задумчиво кивнул Миракл, обмахиваясь наэференным веером. — Вы очень наблюдательны! — не смог не подметить Фэшиар. — Кстати, а о чём говорил с Василисой ТЫ? — спросила Захарра, подозрительно разглядывая брата. — Я не хочу об этом говорить, — юноша взял со стола печенье и нарочисто громко принялся к его уничтожению, рассыпая вокруг себя крошки. — М-м… Вкушное печенье, кштати… — Это я виноват! — Родион озадачено ссутулился, его лицо действительно выглядело виноватым. — Время позднее, нужно было отправить вас спать, а не читать книгу. — Не нужно было вообще ничего этого устраивать! — отпарировала категорично Нерейва. — Вопросов с этим будущем всё больше, проблем в настоящим тоже. А вот тайн прошлого всё меньше и меньше. — Тогда я предлагаю дождаться Василису и отправится спать, — предложила Диара Дэлш. — Я бы отправил спать только детей, — Константин теребил край салфетки, игнорируя обиженный взгляд Ника: «а-ля, мы не дети!». — Думаю, можно было бы устроить небольшое собрание. — Меня твоё мнение совершенно не интересует, — Огнев уже собирался заснуть прямо за столом, а тут ему предлагают бодрствовать на собрании Лазарева! — Голова уже трещит от вас! — Я знаю, — кивнул Константин, ничуть не удивившись словам Огнева. — Но, думаю, все мы хотим услышать обещанные Хардиусом «ответы на все вопросы»? — А почему не при детях? — Миракл поддерживал Нортона в идеи заснуть, казалось, будто он работал как проклятый целый день, а не сидел и слушал чтение книги. Но день был долгий, и солнце над их головами до сих пор светило, как днём. Да ещё и пекло, как на пляже! — Я думаю, на сегодня им достаточно. Если уж вы не можете держать себя в руках, то что говорить о наших маленьких друзьях? — Родион расхаживал около стола, сложив руки за спиной.       Рок прищурился и, поджав губы, хмуро посмотрел на прадеда Василисы. — Что ж, тогда я прошу поскорее отправить их по кроватям. — А к чему торопится? — опять не понял зодчий. Почему все эти люди говорят загадками? Нельзя сказать прямо? — А потому, господин зодчий, — Драгоций встал, выпрямившись во весь рост. — Не вам одному хочется сказать пару лестных слов Родиону Хардиусу. — Не вы первый, не вы последний, — пожал плечами старший Огнев и посмотрел на Фэша. — Вам пора, дорогие друзья. Увидимся завтра.       Конечно, Фэш не послушался бы Духа, но перспектива поплавать на своей заставке в шторм и тем самым освежиться заставила его молча кивнуть Захарре и Року и исчезнуть в часолисте. Сестра Среброключника исчезла следом, успев кинуть насмешливый взгляд на Броннера.       Вместе с Драгоциями подозрительно пропали блюда с бутербродами и печеньем.       То же проделали и Диана. Норт надеялся остаться со старшими, но Нортон-старший, словно угадав его мысли, покачал головой. Разочарованный, младший Огнев открыл свой часолист и скрылся среди страниц часодейной книги.       А вот Маар, которого заботливо пихнул младший Лазарев, замешкался. — Что? Где? — замотал кудрявой головой парень, случайно ударив по лицу рукавом обмотанной вокруг головы рубашки своего «пробудителя». — Ах, ты! Астрагора тебе в дяди! — Лазарев шутливо сдёрнул тюрбан со светлых кудрей юноши и помахал трофеем наподобие флага. — Кстати, где будет спать Николь? — Ник посмотрел на свою немногословную подругу, которая так и не проснулась. — Вчера её забрал в свой часолист Нортон, — напомнил зодчий. — Предполагаю, что все Нортоны симпатизируют Николь! — Я не буду пускать к себе эррантию! — Огнев категорично сложил руки на груди, наблюдая, как и младший Лазарев покинул стол, напоследок кинув на колени сонного Маара его помятую рубашку.       Последнюю фразу мужчина просто проигнорировал. — Она же просто девочка. Сирота, — продолжал упорствовать Лазарев. — Как-то тесно связанная с Василисой. А ещё способная пробраться в Змиулан незамеченной. Конечно, обычная девочка! — зелёные глаза прищурились, иронично сверля дырку в голове Константина.       Нортон порылся в карманах и вытянул оттуда тот самый рисунок, свёрнутый Николь в самолётик. — Вот это, — мужчина помахал перед всеми листком, исчерченным какими-то грифельными черточками. — Её рисунок.       Предмет пошёл по рукам. — Я взял её из приюта, — скорее утвердительно, чем удивлённо сказал Константин, всматриваясь в рисунок. — Это может быть просто детская фантазия маленькой девочки. Или, что более вероятно, у неё действительно погибла вся семья, и она оказалась в приюте. — Но вы же не отрицаете, что девочка необычная, господин Лазарев? — Диара нервно помешивала давно остывший чай ложечкой да так сильно, что фарфор грозился треснуть, а напиток попросту вылиться. — Да, она связана с Василисой. Но ведь помогает ей? — Идиот! — Огнев не сдержался, выпрямившись в кресле и вперив раздражённый взгляд в часового мастера. — Тебя использовали! Девчонка специально дала себя увести, а ты повёлся. От эррантий нечего ждать чего-то хорошего. — Почему ты так считаешь? — хмуро спросил Константин. — Да потому что нет у меня ни одной такой семьи, связанных с моей дочерью! — Я предлагаю тебе успокоится, мой милый внук, — Родион наэферил всем ещё по порции чая.       Чёрная Королева отправила Маара спать, предварительно попросив прихватить с собой и Николь. Броннер явно не был рад перспективе ночёвки с эррантией под боком, но жизнь ему дороже.       Обхватив девочку за плечи, последние из младших часовщиков покинули тайное собрание. — А тебе как всегда всё известно? — Огнев отхлебнул из своей чашки совсем не по-аристократически, но, кажется, ему было абсолютно всё равно. — Ты у нас один спокоен, как всегда. — Скажем так, всему своё время… — Ты же сказал, что ответишь на все наши вопросы! — Чёрная Королева сняла вуаль с лица, чтобы посмотреть в глаза Родиону. Но Дух отвёл взгляд, сделав вид, что очень занят рассматриванием узорчатого бока чашки. — Да. Но вы ещё не готовы. — Не заговаривай мне зубы, — Чёрная Королева скрестила руки на груди и устало вздохнула. — И на что я надеялась? — Ты надеялась на ответ, где же мы, Нерейва, — Родион оторвал взор от чашки и обвёл цепким взглядом собравшихся за столом. — Не обманывайте себя. Вы знаете, где мы находимся.       На минуту воцарилась тишина, которую пытался перебить шум водопада, становившейся всё тише и тише… Неожиданно свет солнца резко потемнел, словно кто-то заботливо прикрыл раскалённую лампочку абажуром. Стало темно. — Не может быть… — зодчий шумно выдохнул, оглядываясь вокруг. Из-за резкого «отключения» света серые глаза зодчего отказывались видеть собеседников и окружающий мир в целом. — Да, вы правы, господин архитектор, — лицо Примаро осветил маленький огонёк, мерцающий на указательном пальцы длинноволосого юноши. — Мы в луночасе.       Над каждым из сидящих за столом завис светильник, освещая изумлённые и недоверчивые лица часодеев. — Невозможно… Как вам удалось сделать луночас таким… Настоящим? — Диара провела рукой по скатерти, словно опасаясь, что стол вот-вот исчезнет, и рука пройдёт сквозь дерево. Но предмет мебели был реалистичен, как никогда, не собираясь делать что-то выходящие из рамок. — Это не мой сон, — лицо Родиона, освещённое белым светом, казалось ликом призрака. — Меня сюда пригласили. Ну, а я всего лишь взял с собой книгу. — Как это не твой? — Белая Королева беспомощно переводила взгляд на часодеев, словно пытаясь найти ответ на свой вопрос в их глазах, отражающих свет наэференных светильников. — Милая Лисса… — прадед Василисы с грустью посмотрел на фею. — Вы же прекрасно знаете, что никому не под силу было призвать вас в луночас? — То есть… — Нортон Огнев сцепил пальцы на столе, но осёкся, не решаясь закончить фразу. — Именно, внучок. Она ненастоящая. Лишь желание, воплощённое в сне.       Снова воцарилось молчание. Никто не решался прервать эту паузу. Казалось, все потеряли дар речи. Шум водопада окончательно стих, уступая место учащённому сердцебиению присутствующих. Так неужели это сон? Такой нереальный и одновременно реалистичный. Когда он рассеется, уступая место пробуждению?       И что будет, когда они проснутся? — Чей… Чей сон? — хрипло спросила Белая Королева, и так зная ответ.       Все его знали. — Василисин…