Шестая книга - заветное будущее

— Проклятый Драгоций! — буркнула Василиса, врываясь в облако и скрываясь в нём. Волосы мгновенно повлажнели от конденсата, потяжелели крылья.       Наверное, лезть в него было не самой хорошей идеей… — Василиса! Вот ты где! — кто-то вдруг звонко окликнул черноключницу, причём так неожиданно, что девочка вскрикнула.       Но, к облегчению, это была лишь Диана.       Фрезер выглядела взволнованной и решительной. Казалось, что она была готова разорвать в клочья все облака и другие преграды, и ничего её не остановит, чтобы поговорить с Василисой. Всё же, как хрупко и безобидно и не выглядела молодая фрейлина, упрямства и уверенности у неё будет побольше, чем у любого другого. —Диана... —Огнева вылезла из облака, чувствуя, как замерзает. Да, намокать в облаке было глупой идеей... —Давай спустимся, а то ты замёрзнешь! —Фрезер протянула руку, чтобы коснуться подруги, взять её за руку, но Огнева отлетела от неё подальше, мямля: —Диана, уйди. Я...Я не хочу... —бормотала девочка, но Фрезер всё же ухватила её за рукав, требовательно и вместе с тем спокойно прося: —Пожалуйста, летим со мной. Я очень хочу, чтобы ты сидела рядом с нами. —Да что в этой книге такого интересного?! —взорвалась Василиса, возмущёно всплеснув свободной рукой. —И так понятно, что дальше будет. Одни проблемы и пораженья, вот что! —Тем более, нужно придумать, как их избежать —пожала девочка плечами, зябко обхватив себя руками. —К тому же, Фэш наверняка хочет с тобой поговорить. —Я не хочу с ним разговаривать! —Но бить его и улетать было...некрасиво и неправильно.       Да, Фрезер конечно права...Скажем так, это даже очевидно. Но видеть обвинительные взгляды и уж тем более выслушивать лекции старших по этому поводу тоже не хотелось.       Опять же, Василиса не могла даже подумать, как будет смотреть на Фэша. —Я...я знаю —неуверенно начала девочка. —Просто мне жутко надоело всё ЭТО. Такое ощущение, что меня дурят. И читать о этих злоключениях...Моментами даже противно. —А представь мне было какого узнать, что Астариус - это твой прадед?!—Улыбнулась Фрезер, сплетая с Василисой пальцы. —Но, знаешь, я очень благодарна ему, за то, что он дал нам возможность так беззаботно провести время. Хоть он и страшный человек. —Скорее, таинственный... —Огнева старалась не задеть своими крыльями Диану, ведь её тонкие крылья казались такими хрупкими! —Знаешь, ты права. —Облака всё не кончались, а земли было всё ещё не видно. —У меня никогда не было много друзей, я не хочу вас потерять. Мне нужно быть терпеливее...И благодарнее. —Ну что ты! —Всплеснула фея свободной рукой, неожиданно призывая стрелу. —Я очень рада, что ты моя подруга...Ты столько умеешь! Ты смелая и добрая, а твой флёр и гимнастика! —Фрезер словно вспыхнула от восторга, а её стрела неожиданно превратилась в палочку с длинной синей лентой. —До сих пор не могу забыть твоё выступление!       Огнева сильно смутилась. Ей было понятно, что Диана таким образом пытается её приободрить, но всё же была смущена. Щёки быстро окрасились в красный. —Обещай, что когда-нибудь ты повторишь его ещё раз! —Настаивала фрейлина, пока Василиса неловко теребила конец этой ленты. Ткань была гладкой и тёплой, хотелось пропускать её сквозь пальцы, словно воду...       Неожиданно, Огнева остановилась, зависнув в воздухе. Фрезер же, расценив это как очередной приступ самобичевания или неуверенности, начала что-то говорить об усталости и вере в себя, но...девочка её уже не видела и не слышала.       Василиса как будто увидела перед собой мрачную комнату. Она лежала, не в силах двинуть не единым мускулом, а вокруг суетились две тени. —Учитель самолично зачасует нас, если узнает —с волнением прозвучал голос, но Огнева не смогла различить, кто это. Её лба коснулась мальчишечья рука, которая была сухой и неожиданно горячей.—Да она холодная, как покойник! —Прекрати истерику, Рэт! —Шикнул на него другой, и кто-то накрыл её одеялом. —Лучше думай, как нам её разбудить. —Легко тебе говорить... —обладатель истеричного голоса и горячей ладони щёлкнул пальцами, и на кончике пальца его зажегся огонёк, осветив симпатичное, но испуганное лицо. —И зачем я в это ввязался? Нужно было позвать Рока... —Да кто ж знал, что она вывалиться из нуль-перехода! Всё должно было пройти гладко... —плаксиво забубнил Войт, судорожно открывая часолист и что-то перелистывая. —Эта Огнева только появилась в замке, а уже навела хлопот. —Как спящая красавица из остальской сказки! —Огонёк плясал на пальцах Рэта, пока юноша рассматривал её лицо. —А она ничего! —Ты это, думай, как её разбудить, а не любуйся! —Часолист громко захлопнулся. —Иначе придётся будить Рока, а он нам за это обеспечит отпуск в подземельях... —раздался нервный смешок. —Да мы всё перепробовали! Она без сознания. —Рэт со вздохом придвинул к кровати стул и уселся на него, задумчиво подперев кулаком подбородок.—И сколько она так будет спать, мы не знаем. Если до утра, то все узнают, что мы облажались. —Я не для того так усердно старался приблизиться к учителю... —прошипел Войт, почти зло посмотрев на спящую Василису. —Чтобы эта рыжая мне сейчас всё испортила. —Рок не доложит...Может быть. —Ты уверен? Отвечать ведь буду я. —Скажем так, он мне должен. —Из-за маленького огонька тени на лице Рэта удлинились, из-за чего его улыбка превратилась в зловещий оскал. —Не доложит. Всё равно у нас нет другого выбора. —Ну ладно...—со вздохом человека, которого ожидает неминуемая смерть, Войт коснулся затылка и что-то забубнил.       С минуту стояла тишина, лишь трепетал огонёк на пальце юноши, да Войт бесшумно шевелил губами. —Не отвечает—наконец задумчиво и досадно бросил он, отдаляясь от кровати и подходя к зияющему чёрному проёму. Видимо, двери. —Я пойду разбужу его. —А я как всегда на шухере... —недовольно буркнул удаляющемуся Драгоцию Рэт. —Ох, как же я влип...       Его взгляд сверлил лицо Василисы, а рука крепко вцепилась в плечо, тормоша. —Проснись же!       Тишина. —Эх...—Рэт со вздохом встал и подошёл к плотной шторе, что не пропускала света. —Совсем скоро рассвет...       Резко юноша отдернул штору, залив комнату тусклым светом. Действительно, луна уже зашла, но туман и тучи скрывали ещё не поднявшееся выше горизонта солнце. —Огнева-Огнева—причитал он, меряя шагами комнату, будто был недоволен увиденным пейзажем. —Вот если ты проснёшься, то определённо я тебе отомщу за эту бессонную ночь. Так сказать, поприветствую тебя в Змиулане, как следует...       То, что он говорил, по сути, сам с собой, его не смущало.       Фрезер вскрикнула, когда Огнева неожиданно перестала махать крыльями и резко стала падать.       Мало того, до сих пор зажатая в её пальцах синяя лента натянулась и вырвала из рук фрейлины её часовую стрелу...       Диана закричала и ринулась следом. —Василиса-а!       Фрезер штопором устремилась за Огневой, что бесчувственно падала. Её рыжие волосы трепетали, словно огонь, закрывая лицо. Крылья бесчувственными тряпками обмякли, и лишь синяя лента дрожала в ослабшей руке...       Она не доставала до неё, не успевала, не могла выхватить стрелу...       Но если она сейчас что-то не сделает, то её подруга может пострадать!       Диана не могла допустить смерть Василисы. Только не после того, как она спасла ей жизнь, вытащила с поля старочасов...Только не так. —И всё же... —Драгоций продолжал шагать по комнате, рассуждая. —Если Рок разбудит тебя, и не сдаст нас с Войтом, то я, так и быть, прощу тебя. Наверное. Всё же, что ждать от девушек, таких слабовольных и беспомощных? Хотя, Астрагор очень много уделяет тебе внимание...Да, опасно, опасно...       Его слова становились всё больше похожи на бубнёшь, он отчаянно зевал, мотал головой в такт тику настенных часов. —И надо же было тащить тебя в мою комнату! —Видно, усталость и желание сна заставила его снова усесться на стул.       Огнева наблюдала, как его голова мерно покачивалась, опускаясь всё ниже, ниже. Вот уже Драгоций задремал, рука, что поддерживала голову какое-то время, безвольно упала на колени, и Рэт, безвольный и заснувший, положил голову на краешек кровати, аккурат под боком девочки. Если бы она могла, она бы сейчас жутко покраснела...       Наконец, где-то внизу стал виден стол и кресла, на которых сидели часовщики. Они же что-нибудь сделают, верно?       Они же помогут Василисе?       "Какая же я бесполезная...Но что можно сделать, что?!" —Диана пыталась ухватиться за ленту, что трепетала практически рядом, но та лишь хлестала на ветру, вырываясь и выскальзывая.       Почему они сидят, почему не помогают?!       Когда состояние феи стало близиться к истерике, а голос пропал от крика, что-то белое взметнулось около Василисы.       Белая Королева парила, её белые одежды развивались, словно настоящие облако. —Ваше Величество! —счастливо прохрипела Диана, с надеждой смотря на Лиссу покрасневшими от встречного ветра слезящимися глазами. —Ах, Диана, какая же ты всё ещё зелёная! —Лисса улыбнулась и резко взметнула левую руку. Тут же Огнева резко замерла, но так и не проснулась. —Хочешь потерять стрелу во второй раз?       Фрезер было тяжело остановиться, но она всё же смогла подлететь к подруге и забрать свою стрелу, что снова приняла свой облик и скользнула на запястье раздражённой змейкой.       Красная от смущения, девочка судорожно укладывала разметавшиеся волосы. —Спасибо, ваше Светлейшество... —Это ещё не всё...       Огнева лежала, чувствуя, как прогнулась кровать в том месте, где лежала голова Рэта. Драгоций мерно сопел и выглядел, даже спящим, очень напряжённым.       Неожиданно громко распахнулась дверь в комнату, заставив сердце ёкнуть.       В тусклом утрённем свете Войт казался до ужаса взвинченным и страшным: его глаза были расширенны, волосы топорщились, зубы отбивали испуганную дрожь. —Это какая-то зараза. Рэт! Проклятье, эфер, не меньше! —Восклицал он, вцепившись в полы собственных одеяний. —Это всё Огнева. Это всё она, чёртова... Рок не просыпается, уаааа!!!!       Увидев, что его товарищ по несчастью спит, Войт, не раздумывая, то ли от испуга, то ли от злости выдернул из-под него стул. Рэт тут же свалился на холодный пол, но головы с кровати не убрал, лишь накрыл её руками и навалился на матрас ещё сильнее, утыкаясь в бок шокированной происходящим Василисы и довольно бормоча. —Нет, если и ты заснул, я сойду с ума... —Войт пнул Драгоция, но, видно, Рэту стало как-то всё равно. Лишь одеяло потянул на себя, чтобы укрыться. —Идиот, дрыхнешь, а меня сейчас с турбийона скинут...По частям!       А Рэту всё равно...Под одеялом, видно, он не слышал ни грозного Войта, ни тикающих часов.       Он стянул её одеяло! Аааа...       О, да она же сейчас просто сгорит от стыда!       Лисса взяла беспамятную дочь на руки, предварительно вернув ей время. Внимательные синие глаза вглядывались в лицо девочки. —Диана, лети-ка ты вперёд, успокой их, а то господин Огнев сейчас подерётся с кем-нибудь... —Из-за чего?! —Вот ты и разузнай.       Фрезер с беспокойством посмотрела на спящую подругу, но Белой Королеве решила не перечить. Взмахнув прозрачными крыльями, девочка улетела, оставив Лиссу наедине. —Эх, Василиса! —Ласково улыбнулась женщина, погладив дочь по щеке.—Конечно, ты можешь проснуться и покончить с этой затянувшейся историей, но ведь это ещё не финал...

***

      Белая Королева оказалась права: Огнев действительно выглядел так, будто сейчас кого-нибудь убьёт.       Точнее не кого-нибудь, а Родиона Хардиуса. —Гад мерзопакостный! —Шипел Нортон, занося руку с книгой и метясь в Родиона. —Чтобы ещё раз я тебе поверил!.. —Но твоя дочь в безопасности, все мы видели, как Лисса её опустила на землю! —Устало потёр переносицу Родион. —В самом деле, Огнев, прекрати, будь добр. —Константин попытался встать из-за стола, но Ник вцепился в отца, как приклеенный. —Господин Лазарев, лучше к нему не лезть! —Миракл сердито тормошил Драгоциев, а когда понял, что это не помогало, стал бить Примаро по щекам, ещё сильнее растрёпывая его серебристые волосы. —Хватит строить из себя добродетель... —Стыдно, что Лисса полетела спасать Василису, а вы, Нортон, нет! —Диара вглядывалась в непогожее небо, силясь увидеть подругу —А вдруг луночас с минуты на минуту схлопнется? —Кроме пробуждения вам нечего бояться, Жемчужка, да и взывать к совести моего сына не стоит: её у него нет —Чёрная Королева с вызовом поглядела на возмущённую фею. —Как вы меня назвали?! Да что вы себе... —Дэлш задыхалась от негодования. —Да как вы... —Не трудитесь, милая. На праздник в честь нашего с феями перемирия я подарю вам словарь, а то вы и пару слов связать не можете, какая жалость!       Константин поспешно отцепил от себя Ника и встал между Королевами, желая не допустить их перепалки. —Во сне?! —Лицо Норта вытянулось, мальчик закрутил головой из стороны в сторону, словно желая увидеть ожившую табуретку или хотя бы конфетное дерево. А то что, рыжая каркающего лисёнка увидела, а он во сне от скуки помирать должен?! Где экзотика луночаса? —Ты глухой, что ли? —Ехидно заметил Фэш с самодовольством. —Я с самого начала понял, что всё это луночас! Это до тебя, блаженного, долго доходит! —Повтори, что сказал, или сейчас я тебя обратно в пустоту отправлю, ущербный баран! —Норт покраснел от злости и, забравшись с ногами на диван, прямо по обивке стал шагать прямо к напрягшемуся среброключнику. —Да успокойтесь вы! —Маар попытался стащить Норта с дивана, но сын Огнева его оттолкнул. —Не прикасайся ко мне!       Тогда Броннер, словно случайно, запустил в белобрысого подушкой, которая удачно угодила ему в спину. Рубиновый ключник закачался и упал прямо на спящего Рока под громкий смех Фэшиара. —Будь ты проклят, я тебя зачасую!       Ник благоразумно отнял у Маара вторую подушку и на всякий случай кинул её под стол. —Норт, я конечно понимаю, что ты пытаешься помочь мне разбудить их... —зодчий перестал мучить Примаро и за шкирку поднял сына своего друга. —Но не можете ли вы... —брыкающийся Фэш тоже был пойман за многострадальный воротник. —ПЕРЕСТАТЬ РУГАТЬСЯ?!       Оглушённые рассерженным рыком, парни упали на землю, перегнувшись через спинки кресел, раздражённые и взъерошенные. Благоразумный Ник сразу же оттащил от рубинового ключника Фэша, а Маар удерживал порывающегося кого-то ударить Норта. —Да вы все с ума сошли! —воскликнула Фрезер, от негодования закричав. —Там Василиса чуть не умерла, а вы...А вы! —Замолчи, фея, не смей тут орать—Норт брезгливо отряхивался, будто его удерживал не Маар, а какая-то блохастая собака. —Это всего лишь сон, понимаешь? Луночас. Теперь понятно, что тут за бред твориться...Поскорей бы проснуться... —С...сон?!       Нортон-старший тяжело посмотрел на сына и позволил Константину вырвать из своих рук книгу, которая, несколько раз удачно ударив Родиона по цилиндру (и основательно его помяв), перекочевала к Нику.       Мальчик хотел было отдать её Николь, но, на удивление, её не было. —Эррантии и Лиссы нет—озвучил мысли Ника Миракл.—Наверное, они исчезли из-за того, что Василиса вот-вот готова проснуться. —Так неужели это и правда луночас? —Маар для убедительности ударил по плечу Норта, на что рубиновый ключник зашипел и отдавил Броннеру ногу. Парень поморщился, но утвердительно ответил на свой же вопрос. —Что ж, логично, но уж больно реально... —Луночас —это вероятность, временное измерение, параллель в параллели. Но если сказать об этом моей дорогой правнучке, то она проснётся. —Родион напряжённо втравливал свою помятую шляпу. Он был бледным и сосредоточенным. —Но, думаю, это будет и к лучшему. Мы всё равно не уложимся. —У нас остался час—зодчий внимательно смотрел на Духа, который словно выцветал. Совсем скоро через него будет видно спинку кресла. —Мы все и так поняли, что дальше будет. —Чёрная Королева самозабвенно пила чай, кажется, она одна сохраняла спокойствие, по-крайней мере, не показывала волнения. —У Астрагора не будет шансов. Всё же, делить трон с кем-то он не захочет, а Остале и Эфларе нужно два Времени. И одно из них займёт Василиса. Вот только опередить его... —А кто же будет вторым? —нахмурился Константин. —Кто поможет Василисе, кто станет королём? —Я! —Маар встал подле своей Королевы, его глаза засветились решимостью и торжественностью. —Я готов следовать за Василисой хоть на край света! —Я сейчас расплачусь от умиления. —Прохрипел Фэш со своего места. Его просто душила ярость, казалось, что он сейчас задохнётся собственным ядом. Мало того, что с Василисой что-то случилось, так ещё и Броннер, наглец, продолжает мешать ему, Фэшу.       Как же этот кудрявый не поймёт, что Драгоций никому её не отдаст? Разве Маар может на неё засматриваться? Он её спасал? Он любовался ею во время её выступления на Чарованиях? Он жертвовал ради неё свободой, жизнью, хоть чем-то?       Он делал ей заставку, в конце-то концов?       Нет, нет, и ещё раз нет!       Так смеет ли он сейчас сталкивать Фэшиара с его пьедестала? Мешать ему?       Он Драгоций. Он добьётся Василисы, пусть даже ему придётся биться за неё Астрагором. С господином Огневым. С Броннером. Да с кем угодно!       Ещё никогда он не влюблялся с такой самозабвенной силой! В эту решительность, смелость, жертвенность! В такие красивые синие глаза и тёмные рыжие локоны. Только он может быть с ней. И если даже ради этого придётся прыгнуть за ней в пропасть.       Разделить вечность в Пустоте или безвременье...       Он готов. Он готов на всё.       Лишь бы он сейчас успел извиниться перед ней за то, что поддался отчаянию и панике.       Маар облизал пересохшие губы и продолжи ещё громче, ещё горячее, словно назло: —Вы уверены во мне, и я вас не подведу! Обещаю, что помогу ей...       Похрамывая и морщась от боли, Фэшиар встал, аккуратно положив на подушки спящую сестру. Да, бок залечить ему не успели...ну ничего, ничего... —Фэш, куда ты? —Ник обеспокоенно преградил ему путь из-за стола, да и Диана, о чём-то сбивчиво разговаривавшая с Жемчужной Королевой, повернула своё обеспокоенное лицо и устало посмотрела на Фэша.—Подожди, пока мы соберёмся! Ты же ранен! —Это всё луночас, забыл? —Драгоций оттеснил друга плечом, морщась и сгибаясь практически пополам. На ткани одежды расплылось кровавое пятно. —Но я хочу увидеть Огневу раньше, чем меня сошлют в Пустоту. Я хочу извиниться.       Лазарев удивлённо смотрел на Драгоция, будто на незнакомого человека. Уж слишком сосредоточенное, усталое и злое было лицо его друга. Чужое. —На тебя плохо всё это влияет—наконец заключил Лазарев, но мешать не стал. —Этот...сон. —Лазарев выглядел рассеянно, он был ошеломлен, что вокруг всё было лишь чьим-то сном. —Нет, Ник. Я всегда был таким...Просто то, что я увидел в пустоте...В общем, мне нечего терять. —Зато я бы не хотел потерять своего друга.       Парень благодарно посмотрел на Лазарева, но пошёл дальше, опираясь о стол.       Фэш видел, как Белая Королева сидела на земле, а рядом с ней лежала Огнева. Так значит, она не проснулась?       Нужно спешить, нужно...       Резкая боль пронзило бок, Драгоций опустился на ещё не остывшие камни. Неожиданно они оказались очень колкими, врезаясь в колени.       Фэш решил, что всё же доползёт до Огневой. Не хотелось дожидаться, пока его выпустят из Хрустальной комнаты.       Медленно шумя камнями и чертыхаясь, он всё же дополз до Белой Королевы. Та смотрела на него нечитаемым взглядом, одна её рука покоилась на лбу девочки. —Зачем ты пришёл сюда, серебряный ключник? —Спросила она, но позволила сесть рядом. —Тебе же больно. —Не в первой—Фэш смотрел на Огневу, и его сердце наполнялось новой злостью и страхом. Как он мог накричать на неё, наговорить гадостей? Позволить ей улететь и чуть не упасть. —Я очень...жалею. —Не стоит—к удивлению Фэша, Лисса лишь улыбнулась. —Это нормально, бояться. Волноваться... —Вам не понять. —Фэш сел, закрыв на минуту глаза. Глупый сон...Глупая ситуация...       Интересно, что будет, если он умрёт от боли? Он проснётся? Наверное... —О, Фэшиар, кому ты это говоришь? —Белая Королева горько хмыкнула, её глаза погрустнели. —Когда люди любят друг друга, они пытаются защитить свою слабую половинку, но если она не требует этого? Если сходятся два человека с сильными характерами, то рано или поздно они поссорятся. Не согласятся друг с другом. Так что у тебя ещё ничего не потеряно... —Как вы с господином Огневым? —Драгоций покачнулся и уже ожидал столкновения жёсткого берега с его головой, но...Тёмные вихры упали на плечо Белой Королевы. Было мягко...И сидеть удобнее.       Фэшиар покраснел, но голову не убрал. Сил не было. —В каком-то роде да. Я хотела, чтобы он перестал считать меня слабой. Я стала королевой, Белой Королевой, но такой я ему стала ещё более противной. Ему нужна та, которая будет смотреть на него, как на Бога, кто будет с ним нежен и кроток. Его полная противоположность, проще говоря. Как ты понимаешь, во мне этого нет...       "Именно поэтому с ним должна быть Нира. Она идеальная жена для Нортона..."       Лисса сидела, поглаживая Фэша по голове и ностальгируя, а мальчик чувствовал, будто его гладит мама. Такое...приятное и забытое чувство.       Даже рана перестала жечь. —Расскажите мне про мою маму. Вы же знали её? —Селена была моей хорошей знакомой. Девушек в Змиулане было мало, так что мы быстро стали друзьями...Она была очень доброй и до ужаса мнительной. Я помню. как она всегда отчитывала всех за то, что кто-то гулял без шапки или не одевал тёплой одежды...Я любила слушать, как она поёт. Удивительный голос, который ты унаследовал... —А отец? —Хм, Диаман был как раз тем, кто её вечно защищал. Иногда я ожидала, что у него из-за рта появиться струя огня, так он защищал Селену от неприятных вещей. Словно дракон. Мне очень жаль, Фэш. —Мне тоже. —Драгоций смотрел на хмурящуюся во сне Василису. Так ли сильно защищал его мать отец, раз они умерли? Почему он сдался, прыгнул с башни?       Почему не боролся?       А если и Фэш тоже не сможет спасти Огневу, уберечь её, хотя бы её от Астрагора? —Вы тоже думаете, что ей будет лучше без меня? -неожиданно спросил Драгоций, совершенно спокойно. -Что Маар сможет защитить её...       Лисса молчала. Казалось, она думала над чем-то, что вопрос Драгоция показался ей важным или судьбоносным. —Знаешь, Маар и Василиса были бы красивой парой. Они чем-то напоминали мне меня и Нортона в детстве. Но... —Но?.. —Нетерпеливо поднял голову Фэшиар. —Но Броннера ждёт другая судьба. Прожить счастливо. Не с моей дочерью. —Я слышал, что Белая Королева способна видеть будущее. Вы считаете, что у меня есть шанс? —Горькая улыбка расплылась на лице, когда Василиса во сне зашевелила губами. —Да, и она видит, что ты действительно готов прыгнуть за ней в безвременье, Фэшиар Диаман Драгоций. —Лисса встала и расправила идеально белое платье. И как ей удается его не пачкать? -И помни, шанс есть всегда. Даже у людей, приговорённый к повешенью в самый подходящий момент может порваться верёвка... —Какая ужасная метафора... —Всегда хотела применить её. И этот момент наконец-то настал. —Женщина улыбнулась и ушла, оставив задумавшегося мальчика.       Фэш сидел и смотрел на Василису. —Знаешь, у тебя сильный удар—начал медленно он, смахнув локон, что скрывал безмятежное лицо. —Я рад, что ты можешь постоять за себя.       Среброключник подумал, что сходит с ума. Что всё погрузилось в хаос, раз он говорит со спящей подругой. С самим собой.       Но он продолжал говорить, словно это могло заставить её проснуться... —Если честно, я давно хотел тебе рассказать. Это всё сон, понимаешь? Такой хороший луночас, но это и понятно: твой прадед специалист по подобному. Но я не рассказал, а знаешь, почему? Мне нравилось следить за твоей реакцией. Ты мило краснеешь, смеёшься...Знаешь, я бы ни за что не променял подколы Захарры, вредных старших, твою пощёчину...Даже Маара с его упрямством на реальность. Я очень хочу жить, жить и общаться с тобой дальше, вечность... Но хватит ли у меня сил?       Астрагор говорил, что любовь делает людей слабее. Да, она бывает губительна. Предательство, смерть, обида подкашивают, но... Если я могу, я отдав этому гаду и тело, и душу, пусть забирает всё... Но ты должна жить!       Ты наверное скажешь, что это глупость. Обидишься на меня. И это даже понятно...Никто не позволит мне спасти тебя. Это ужасно злит. Я хочу быть сильным, понимаешь? Хочу, но не могу...       Не любовь делает человека уязвимым, а страх. За сколькими масками бы ты не прятался, ты настоящий всегда будет чего-то бояться. Может, всеми нами движет страх? Или он нас тормозит?       Василиса, я очень хочу, чтобы ты открыла глаза. Проснулась или заснула обратно... Если у меня больше не будет возможности что либо сказать, что либо сделать... Я люблю тебя, слышишь? Я не могу помочь тебе, спасти, но я с тобой. Рядом. И я буду жалеть, если не смогу сказать тебе это больше никогда!       Вставай же, Огнева! Не смей бросать меня, только попробуй не услышать все мои слова! Ты должна сейчас встать, чтобы потом пережить со мной все приключения... И мне всё равно, что меня ждёт в финале... Смерть или вечность, жизнь или забвенье... Но я не позволю себе бездействовать! Я Драгоций, понимаешь? Драгоции самые сильные часовщики...Они могут всё....       Фэш сорвался на крик. Он сжал руку подруги, чувствуя облегчение и опустошение. Наконец-то он выговорился! И даже устал...       Войт за шкирку поднял Рэта из кровати. Драгоций недовольно замычал, но всё же встал на ноги. —Чего тебе? —Рэт всё пытался открыть глаза, но получалось плохо. —Нужно всех будить. Всех! А вдруг кто-то ещё заснул? —Ну что за ерунда... Закончить ему не удалось: Огневой удалось замычать и к ней тут же подбежал Войт. —Огнева, разрази тебя Время! -закричал он, пока Василиса металась в постели. Её сильно колотило, руки тряслись, а из-за рта вырывалось лишь бессвязное мычание. —У неё припадок! Рэт попытался удержать чуть не упавшую с постели девочку, что ему далось с трудом: с необыкновенной силой Огнева тряслась, задыхаясь. В голове переплелись две картинки: испуганные, бледные лица Драгоциев в свете мутного рассвета и очертания уходящий матери, что мгновенье назад сидела с Фэшем на тёплых камнях, залитых солнечным светом. Что же это такое? Где же она, что вообще происходит... "Василиса, я очень хочу, чтобы ты открыла глаза" —Всё, я не могу, нужно признаться Астрагору—Рэт судорожно то хватался за метку на затылке, то обхватывал мечущиеся руки Василисы. —Она сейчас просто помрёт! —Проклятье! "Я Драгоций, понимаешь? Драгоции самые сильные часовщики...Они могут всё..." Как же Василисе захотелось к Фэшу...Захотелось закричать, чтобы её не трогали, но всё же лучше было вернуться к Фэшу. ... —Хвастун... Чёртов Драгоций... —прошептала Огнева, сжимая руку мальчишки в ответ. —Ты знаешь, что в тебе умирает актёр?       Фэш в удивлении вытаращился на неё, будто на какую-нибудь затерянную.       С его губ сорвался смешок.       Потом ещё. И ещё...       Фэш практически задыхался от булькающего смеха, что лился и лился, срываясь с губ. На щеках сияли ямочки. Не сдержавшись, он обнял черноключницу, мимолётно морщась от боли. —Ты чего? —Губы Василисы не могли не растянуться в улыбку от столь заразительного смеха. —У тебя же кровь! —И где ты успел?—Резво встала на ноги девочка и доставая стрелу. —Ох, дурак, чего же ты молчал?       Фэш уже хотле что-то ответить, как неожиданно замер, с удивлением смотря куда-то за плечо подруги.       Огнева недовольно обернулась и не сдержала удивлённого вскрика... —Люди бывают очень суматошными —улыбнулась Римма, приветствуя друзей. —Особенно в луночасе, где эмоции и мечты берут вверх над разумом —Цзия помахала Василисе рукой.