Шестая книга - заветное будущее

      Василиса чувствовала, как кусочки всего этого хаоса и несуразицы сплетаются в хитроумную, хоть и незапланированную, идею Родиона. С осознанием того, что она может держать ситуацию под контролем, пришла некая уверенность.       Она по прежнему сидела между Броннером и Фэшем, подбадривая последнего тёплым взглядом и неловкими, невинными касаниями. Переплетя с ним пальцы, Огнева с ясностью представляла, как её уверенность и спокойствие медленно перетекает к нему. Дыхание Драгоция стало глубоким и размеренным, очень хотелось прижаться к нему, положить голову на его плечо и заснуть. Но понимание того, что они и так во сне, сделать этого не довало.       К тому же Маар, сидящий рядом, прибавлял её мыслям неловкость. Бронзовый ключник был очень тёплым, даже горячим. Назойливый туман, что снова пытался окутать холм, словно обтекал мальчишку, виделся и ощущался он очень чётко и ясно. Этакий мальчик-солнце.       Родион вернул всем время, но всё равно часовщики молчали. Вот задумчиво сидит отец, подперев подбородок кулаком и нахмурив аккуратные брови. Лисса изредко кидала на дочь грустные, извиняющиеся взгляды, будто она была в чём-то виновата.       …Сон, сон. Чужой, не её, сон Родиона. Всё ненастоящие, и Лисса тоже… Взгляд медленно сместился.       Вот сидит Диана. Её глаза удивлённо рассматривают фарфоровый сервиз, дымящуюся чашку чая, что стояла подле неё. Будто боялась, что внутри яд. Хотя, всякое может быть, верно?       Фрезер, услышав чертыхания Норта, обернулась. Василиса, вслед за ней, увидела, как брат безуспешно пытается остановить кровь на пораненной фарфоровыми черепками руке. Неуверенно, неловко, железная ключница меняется местами с Ником и протягивает руку к Огневу. Норт недоверчиво, раздражённо смотрит на фею, не зная, что же она от него хочет.       Так же неуверенно израненная рука Норта тянется к ладошке феи, что уже успокаивающе шепчет какой-то эфер. Её стрела, мерно выводящая круги над линиями ран, успокаивают.       Василису эта картина даже растрогала.       И тут её взгляд упал на Миракла… Растерянный, недовольный, зодчий безуспешно размазывал по лицу золотые блёстки, что раскрасили его губы, брови, бородку, слепляли ресницы. Он выглядел до того забавным, что Огнева, не выдержав, рассмеялась. Её смех, чистый и громкий, заставил всех повернуться к ней.       Девочка хохотала, показывая дрожащим пальцем на архитектора, замечая, как ей вторил Маар. Безуспешно пытаясь скрыть фырканье, он натянул цилиндр на лицо, от чего его смех стал гулким, будто эхо.       Улыбки на секунду осветили лица старших, но ненадолго: трое спящих Драгоциев, около которых решил сесть Родион (Норт был откровенно этому рад), недвусмысленно стучал ногтём о циферблат своих карманных часов. — Я рад, что моей правнучке вернулся её боевой дух… -вкрадчиво улыбнулся он. — Но нам нужно разбудить наших друзей. иначе им будет больно…       Ник удивлённо посмотрел на прадеда Василисы, недоумевая. Оскал Родиона ему совершенно не понравился.       И тут голова Рока, до этого запрокинутая на спинку плетённого кресла, пришла в движение. Её принялось мотать из стороны в сторону, будто кто-то бил его. хлестал по щекам. И действительно, на скулах проявились розоватые отпечатки чьих-то ладоней. Сын Астрагора застонал, морщась от боли, но стон превратился в всхлип — из носа пошла кровь, заливающаяся в рот, стекая по подбородку. Василису замутило. — Что происходит? — Фэш растерянно смотрел на Рока, в его глазах мелькнул страх за него, то искреннее волнение, которое так часто появляется при виде близких, дорогих людей. — Его будят. Видно, кто-то из Драгоциев не особо отличается вежливостью. Или аккуратностью. —Охотно предположил Родион, запуская пятерню в волосы Рока и не давая тому и шанса двигаться. — Что нужно сделать, чтобы это прекратить? — Тут же среагировала Дэлш. Видно, ей тоже не хотелось видеть кровь, которая стекала на пиджак человека. — Хм, я даже не знаю… — Родион томно оглядел присутствующих, его взгляд остановился на Фэшиаре. — Может, если сказать несколько искренних слов, то он снова будет с нами? — Вы не шутите? — недоверчиво спросил Фэш, но с места всё же встал. — Давай посмотрим и проверим, среброключник. — подначил прадед Василисы, поднимая руку с зажатыми в них тёмными прядями Рока, обнажая испачканную кровью шею.       Драгоций яростно на него посмотрел, но решил, что с речами можно и повременить. Что уж говорить, его копия ему нравилась больше, чем настоящий Родион.       Мальчик неуверенно подошёл к брату и вспомнил, как тот совсем недавно больно его избил. Не щадя, не задумываясь о том, как унижает Фэша перед его друзьями. Растоптал, заставляя корчиться от боли… Среброключник сомневался, что сможет сказать что-то ласковое и искреннее, кроме отборной брани. — Эм… — Рок выглядел очень беззащитно. Фэш никогда не видел его в таком безвольном состоянии. — Ты мой брат, и ты очень важен для меня… — Я знал одного человека, который говорил точно также. — съехидничал Родион. — А потом убил своего брата. Попробуй ещё! — Я… Ты всегда меня защищал перед дядей и… Ты совсем на него не похож. — Шикарный комплимент! — Умилился Родион, и Рок, словно марионетка, закивал, ведомый рукой мужчины. — Замолчите! — метнул гневный взгляд Драгоций. — И вообще, уберите свои руки! Вы делаете ему больно! — А почему бы и нет? Он это вполне заслужил. Вечно путался мне под ногами, и когда совсем молодым был, и сейчас… Вечно мои подслушивающие механизмы ломает, гадёныш! Да ещё и вас с сестрой обижал, не так ли? Из него выйдет стоящий приемник Астрагора… Жестокий, бездушный… — Не смейте так говорить! — взорвался Фэшиар, вцепившись в плечо Рока. — Да он самый лучший брат, какой только может быть! Он всегда мне помогал и вытаскивал из беды! Да если бы не он, я бы не выбрался в будущем из пустоты, а дядя узнал бы о моих планах наперёд! Он любит меня, вы ничего не понимаете, сумасшедший, жестокий старик! — Кхм, я искренне тронут, Фэшиар Диаман, но прошу, отцепись от меня… — прохрипел неожиданно Рок. Фэш от неожиданности отпрыгнул от него, как ошпаренный, ударившись об столешницу. — М-мх, где это я? Это что, кровь? — Не волнуйтесь, Драгоций, так, небольшая внеплановая проблема, которую мы практически полностью решили… — Родион подмигнул Фэшу и вытащил из рукава большой накрахмаленный платок. — Прошу, вытретесь, а то вид крови пугает наших милых дам.       Рок недоверчиво смерил угрюмым взглядом мужчину, но платок принял, судорожно прикладывая его к губам и подбородку.  — Фэшиар, замечательно справились! — Продолжил Родион, обращаясь к мальчику. — Теперь давайте разбудим вашу милую сестру!       Василиса всё ещё наблюдала. Ей показалось, что она одновременно всматривается во все образы, во все черты дорогих ей людей, и глаза неожиданно защипало. Отец, выбитый из колеи, улыбающийся Жемчужной Королеве разукрашенный зодчий, закусивший губу Норт, гордо рассматривая ногти своей целой здоровой руки, пока Диана перевязывает раненную… Фэш, ласково вытирающий слёзы Захарры…       Да, Драгоций плакала. Она открыла глаза и удивлённо рассматривала холмик, нарисованный закат, клочья тумана, а на её глазах блестели слёзы. Будто она увидела что-то ужасно грустное и важное. Что-то, что она видеть не хотела.       Как странно было следить за всем одновременно. Будто ещё мгновенье, и Василиса сама превратиться в туман, укрывая влажную траву белёсым полотном. Так много эмоций, чувств… Будто вся её жизнь была лишь сном, а именно сейчас она живёт. Живёт, ощущая, мысля… — Василиса, ты чего, спишь? — Потряс её за плечо Маар. Его зелёные глаза блестели из-под шляпы, навевая девочке сказку о безумном шляпнике. — Давай-ка без этого! — А? Прости… — Огнева улыбнулась, вдевая пальцы в колечко фарфоровой чашки и поднося к губам пахнущий травами напиток. — Просто немного задумалась. — Да, подумать не помешает. — Броннер попытался пригладить свои бушующие патлы, белозубо и задорно улыбаясь. — Знаешь, мне кажется, что я перестаю понимать, что тут настоящее, а что нет. — Да, нелепо как-то… Главное, себя не потерять. — Дело даже не в том, что это луночас! Иногда мне кажется… — Броннер приблизился к уху девочки, задумчиво и серьёзно опаляя девочку жарким дыханием. — Что я тоже… ненастоящий. То есть, часть сна. — Что? — Василиса, покраснев, отодвинула Маара, чтобы посмотреть тому в глаза. К тому же, его волосы сильно щекотали шею и щёки. — Почему?! — Не знаю. — Мальчик пожал плечами, ведя руками по своим коленям. — Просто уж слишком много я думаю. Думаю и говорю. И остальные, будто другие люди. А может, я есть я. Я же веду себя так же, как всегда? — Ну, наверное… — Огневой неожиданно стало зябко, она взяла поднятый с травы плед и, отряхнув его от травы, закуталась в тёплое полотно. — Только настойчивее. И резче, самую малость.       Казалось, Броннер не удивился. — Очень многовероятно. — Медленно протянул он, странно улыбаясь и сминая поля цилиндра. — Может, я именно такой на самом деле? Сейчас, во сне, я не могу скрывать то, что хочется. Говорю то, что думаю. Хотя, это для меня как раз таки естественно. — К чему же ты клонишь, Маар?! — К тому, что если мы, теоретически, лежим сейчас в постелях, то во сне лишь наш образ. Разум, душа, что угодно. Та частичка, личность, что обычно прячется под маской. Поэтому мы все себя так странно и ведём. И Фэш вспыльчивее, и Диана растерянней, и твой отец, господин Огнев, очень уж разговорчив. Не говоря о Чёрной Королеве. Никогда ещё не видел Её Темнейшество в таком постоянном волнении.       Девочка молчала, переваривая мысли Броннера. Что-то от правды в них действительно было. Может, даже она в своих мыслях была близка к подобным выводам.       Неожиданно девочка почувствовала, как горячая ладонь гладит её руку, подбадривая, успокаивая. — Я не понимаю тебя. — Прошептала Огнева, наблюдая, как Маар медленно, осторожно, будто самый драгоценный хрусталь, поднимает её ладошку, подносит к губам. Как невесомо оставляет на костяшке поцелуй. — Ты будто бы не видишь, что… — Василиса не могла сдержать жар, что проступил на щеках. — Что я люблю Фэша!       Броннер замер, всё ещё сжимая её руку. Он смотрел на неё своими верными зелёными глазами, смотрел задумчиво и печально. — А я люблю тебя, Василиса Огнева. С первого дня, как тебя увидел. Ты… такая тёплая. Такая… рыжая… Как солнышко! Не могу с собой ничего поделать. Не могу, хоть и понимаю, что давно проиграл Фэшу, проиграл окончательно. — Так почему же? Маар, я знаю ту, которая хочет… хочет любить тебя. — Огнева горела, нет, пылала огнём смущения, но не сдержавшись, посмотрела на Захарру. Та, судорожно моргая, прикладывала платок к глазам и плакала, пока Фэш неловко утешал сестру. Она была рада, что подруга проснулась. — Ты, упрямый… упрямый как… — Я знаю — кошачья, добрая улыбка осветила его лицо. — Каждый раз, когда я смотрю на тебя, я понимаю, что ужасно злюсь на Драгоция. А когда закрываю глаза, то понимаю, что я нужен тебе, как лучший друг. Всего лишь друг. — Ты бы не сказал ничего из этого, если бы мы не были в луночасе. — Больше. Я бы сгорел заживо от стыда! — искусанные губы снова прижались к безвольным пальцем и наконец-то отпустили. — Ну на то мы и в луночасе, верно? Жизнь продолжается, да, Василиса Огнева? — В-верно…       Маар, как ни в чём не бывало, залпом осушил чашку с порядком остывшим чаем, которая тут же наполнилась новой, горячей порцией волшебно пахнущего чая. В довершенье, перед Василисой и бронзовым ключником оказались маленькие пирожные, с воткнутой в самую верхушку шоколадной монеткой. — Я думаю, что лучше отдать его Захарре. — Броннер встал, деловито поправляя цилиндр, и, схватив свой десерт, стал аккуратно продвигаться к девочке.       Фэш настороженно посмотрел на Броннера, на угощение в его руках и расслабился, даже похлопав того по плечу. Незаметно и невесомо.       Захарра же, при виде друга, села прямей, прикрыв платком покрасневший нос. Лицо Маара Огнева не увидела, но вот Драгоций фыркнула, принимая угощение. Бронзовый ключник снял цилиндр и шутливо водрузил его на голову девочке, рассыпаясь в жестах и поклонах.       Василиса не смогла не расплыться в улыбке при виде подобной картины. — М-м, что это мы тут улыбаемся? — Фэшиар плюхнулся рядом, жадно оглядывая то пирожное, то лицо Василисы. — Рада, что Захарре лучше. — Как всё же легко говорить правду, хоть и частичную! — Что с ней приключилось? — Она сказала, что видела неприятный сон. Будто бы воспоминание или что-то вроде того. — Драгоций деловито вылил на землю остывший, покрывшийся плёнкой, чай. — Если это заставило её разреветься, то, думаю, это не очень стоящее воспоминание. — Ясно. — Огнева вытащила из пирожного монетку и вдруг протянула её Драгоцию. — Будешь? — Спасибо, как кстати! — Фэш взял монетку и шутливо подбросил её в воздух. — Как раз не мог решить, что выбрать — поблагодарить или нагрубить твоему прадеду. — Монетка ещё раз разрезала воздух и была ловко поймана Фэшиаром ровнехонько в рот. — М-ф-м, фкуснота! — А как же ты теперь решишь? — Василиса чуть не поперхнулась пирожным от так и рвущегося наружу смеха. — Я решил, что он обойдётся. Всегда же есть третий вариант, способ, про который так любит забывать человек, делая выбор. А монетка вкусная, спасибо ещё раз. — Держи ещё! — наколов на вилочку, что оказалась рядом с блюдцем пирожного, кусочек лакомства, она испытала какое-то умиротворённое, приятное чувство.       Перехватив вилку, Драгоций вмиг чуть не проглотил её, щурясь, как довольный треугл.       С другой стороны, почему «как»… — Да, под чай и пирожные думается определенно быстрее — вынес вердикт Фэш, слизывая с губ крошки. — Правда, мыслей много, а пирожных мало. — Надеюсь, когда мы продолжим чтение, Пирожных хватит всем. — Да. — Фэш серьёзно на неё посмотрел, но тут же погрозил ей вилкой. — Нам понадобится много, очень много сладостей. — Ты думаешь, у нас хватит времени, чтобы прочесть книгу? — Василиса на миг представила, как будет обидно, если именно сейчас она проснётся. Именно сейчас, когда она только во всём разобралась. Ну или почти. — Хм, как по мне, ЭТОТ Родион рассчитал всё до секунд. К тому же, ты же не проснулась. — Мне помог ты. — Огнева заметила, как Римма взяла книгу в руки и направилась к своему месту. На ней, как и на Цзии, красовались аккуратные платья, а их волосы были опрятно расчёсаны. Наверное, Родион похлопотал. — Да. Я вечно тебе помогаю. — Фэш тоже увидел книгу, но виду, что взволнован, не подал. Лишь незаметно накрыл своей ладонью руку Огневой, переплетая пальцы. — А ты мне. Так уж заведено. — Угу… «Интересно, — думала Огнева, видя, как переворачиваются страницы, пытаясь найти момент, где они остановились в прошлый раз. — Какие же мысли сейчас блуждают у старших, если моя голова забита столь сложными вещами?..» Воцарилось напряженное молчание. Внизу, в Часовой зале, старинные часы с жакемарами тихо и торжественно отбивали удары один за другим.       «Девять часов», — невольно отметил про себя Фэш. Наверное, в зале начался ужин. Конечно же, Василиса и Захарра сели вместе — ждут его, волнуются… Он вспомнил взгляд темно-синих, очень серьезных глаз, и сердце его болезненно сжалось. Что будет, если Василиса… — Разве этот секрет не принадлежит исключительно семье Драгоциев? — вдруг выпалил он. — Нельзя отдавать его чужим, да еще эфларцам! Астрагор осклабился — судя по всему, Дух ожидал подобного ответа. — Ставки слишком высоки, — медленно произнес он. — В данном случае я готов поделиться. Прошла еще одна долгая, напряженная минута. — Ты же все равно от меня никогда не отстанешь! — с ненавистью произнес Фэш. — До последнего, да? — Да. Не отстану. — В голосе Астрагора не было и тени насмешки. — Ты не спрячешься от меня ни в одной параллели. Никто не сможет защитить тебя, потому что всем твоим важным эфларским друзьям наплевать на тебя. По одной, довольно простой причине — ты мой ученик, осталец. У них нет к тебе доверия. Они знают, что тебя уже не изменить. Знают, что ты — мой. В безраздельной моей власти.       Голос Риммы, спокойный и холодный, даже бездушный, как нельзя кстати продолжил эту главу. В её руках книга стала какой-то… обыкновенной, будто и не про них всех написано на этих страницах. Именно отстранённая интонация девочки позволила Фэшу сдержать себя в руках. Его пальцев непроизвольно сжались, до боли сжимая ладонь Василисы, но Огнева сдержалась, так же крепко отвечая на его жест. Она мерно гладила пальцами его выпирающие, чуть покрасневшие, костяшки, словно утешая. — Ты никогда не был чьим-то. Ты всегда был и будешь собой. И именно таким ты нравишься нам. Мне. — шептала Огнева.       Драгоций промолчал, но руки, благодарно расслабившись, говорили сами за себя. Фэш молчал, и Астрагор продолжил: — Даже в битве за корону Времени они решили поставить на Маара Броннера — воспитанника Черной Королевы. Хотя, я уверен, рассматривали и твою кандидатуру. — Что-о? — по-настоящему изумился Фэш. — При чем тут этот?.. — Он замолк, не договорив. — Ты не знал, конечно, — задумчиво произнес Астрагор. — Вас, юных и глупых, не посвящают в серьезные планы… Видишь ли, Эфларус писал в своих многочисленных трактатах и не раз, что новым Временем должен стать юный часовщик. — Астрагор задумчиво пожевал губами. Судя по его брезгливому виду, сама мысль казалась ему абсурдной. — Астариус тоже выступал защитником этой смешной теории… — неторопливо продолжил он. — Виданное ли это дело, доверить повелевать Временем мальчишке — глупому, неопытному, не имеющему и двух десятков лет от роду! Но весь Зодчий Круг стоит на стороне кандидатуры Маара Броннера. — Так, может, Эфларус не ошибается? — неожиданно зло произнес мальчик. — Возможно, Времени пора обновиться, начать новый цикл — от рождения до финала… — Хм, какая заманчивая должность… — Маар шало ухмыльнулся, обмакнув в чай печенье, что возвысилась горкой на фарфоровом блюде. — Даже злейшему врагу не пожелаешь. — Мы долго принимали решение. — Константин посмотрел на каждого, кто голосовал на их тайном совете, который, увы, стал известен всем присутствующим. — Твоя кандидатура была самой явной. — И безопасной. — подхватила Диара. В её голосе промелькнули виноватые нотки. — К тому же, среброключник без вести пропал. — В чём-то я согласен с Астрагором. — откликнулся Миракл, будто он только и ждал начала чтения, чтобы обрести дар речи. Все они ждали этого. — Нужно было проинформировать детей о наших планах. — Они не могут держать язык за зубами. -Фыркнула Нерейва. — Что уж говорить, если взрослые так легко выдают секреты, то ключники не имеют ни шанса. За ними, как известно, незримо наблюдают его прихвостни.       Норт фыркнул на замечание женщины, осторожно разминая пальцы на забинтованной пропахшими чистотелом бинтами. Смотря на заботливо вылеченную руку он не мог не испытывать что-то вроде благодарности фее. Астрагор молча уставился на мальчика. — Ты не ответил на мой вопрос. — А что будет с моими друзьями, если я… соглашусь? Что будет с Василисой? — Я гарантирую, что и пальцем их не трону, — раздраженно ответил Астрагор. — И никто не тронет? — не отставал Фэш. — В моем замке — да. Как только откроются все Комнаты, ключники вернутся домой без всяких препятствий с моей стороны… Над их дальнейшей судьбой я не властен. — У меня будет одна просьба, — произнес Фэш тихо, но решительно. Астрагор выглядел заинтересованным. — Позволь мне увидеться с друзьями. Пригласить всех на мой день рождения. Только чтобы никто… — он сделал паузу, — никто не пострадал. — Значит, ты согласен на новую сделку? — Да…       Захарра громко икнула, осоловело смотря то на Римму, то на закусившего губу Фэша. Ник, казалось, практически упал со стула, оглядывая друга своими карими глазами и высоко подняв брови.       Огнева их прекрасно понимала. Понимала прикрывшую рот Диану, нахмурившегося Рока. Понимала самого Фэша, который замер, подобно статуе.       Но если он согласился, у него должна была быть надежда. Должен же быть план?       Она была спокойна, спокойна благодаря колечку, что упорно крутило свои шестерёнки. Ведь пока между ними мелькает синяя искорка, Драгоций жив. Фэш, её любимый Фэш дышит, мыслит, живёт своей жизнью.       И не сдаётся. Астрагор глубоко вздохнул и довольно улыбнулся. — Хорошо. Я разрешаю тебе пригласить каждого, кто только захочет приехать. И гарантирую их безопасность. Почему бы и не устроить праздник для любимого племянника… Но с одним условием. — С каким это?! — возмущенно выкрикнул Фэш. — Тебе мало, что я должен подписать этот дурацкий договор?! Лицо Астрагора в один миг окаменело. Он резко встал, нависнув над Фэшем грозной и хищной тенью. — Ты предал меня, мой ученик, но все еще жив, — жестко произнес он. — Твои друзья все еще живы. Ты видишь, я предельно добр с тобой. Но время игры в любимого ученика закончилось. Ты сильно задолжал мне, Фэшиар Диаман Драгоций. Поэтому ты действительно пригласишь ВСЕХ. Кого хочешь… И тех, кого желаю видеть я, ты тоже пригласишь — но от своего имени. И лишь тогда никто из твоих друзей действительно не пострадает. Думаю, это будет грандиозный праздник. Когда Фэш вошел в Часовую залу, ужин почти закончился — на столы как раз выставили чайники с чашками и десерт — яблочный пирог с корицей и миндальными хлопьями, фирменный рецепт Жан-Жака. Правда, Фэшу есть не хотелось, после долгой беседы с Астрагором совершенно пропал аппетит. Мальчик нашел глазами Василису и Захарру, улыбнулся им, заметив, что они на него смотрят, и, приняв равнодушно-веселый вид, направился в их сторону. — Ну что, как поговорили? — первой набросилась на брата Захарра. — Он тебя не накажет? Садись, видишь, возле нас полно свободного места, — с горечью сказала она, послав ученикам, наблюдавшим за ними с других столиков, самый презрительный из своих взглядов. Фэш сел рядом с Василисой, избегая смотреть и на нее, и на Захарру. — Гляньте, какой дамский угодник! — обронил кто-то со стороны.  — Драгоции никогда не отличались особой вежливостью! — бросила Чёрная Королева, искоса поглядев на Рока. — Не удивлюсь, если наш дорогой среброключник грандиозно завершит этот вечер.       Фэшу тут же вспомнились слова Примаро, где тот говорил что-то о ударе… Что ж, Драгоцию действительно захотелось узнать точные имена тех, кто выкрикнули это. Чтобы хотя бы приблизительно предположить, на ком из них выпустить пар.       Но всё это он лишь думал, лицо же его было отстранённым и даже спокойным, что очень беспокоило догадливую Диану. Та то и дело кидала на мальчишку сокрушённые взгляды. Грянул дружный смех. — Не обращай на них внимания, — тут же встрепенулась Захарра. — Вот гады! Фэш закатил глаза к потолку: — И когда это я обращал? К тому же я уверен, что половина мечтает оказаться на моем месте, — добавил он с улыбкой. И вдруг зачем-то уточнил: — В смысле, что рядом с вами не прочь посидеть каждый из них. Василиса сразу подметила, что Фэш, хоть и говорит преувеличенно бодро, очень сильно расстроен, даже подавлен. Но, конечно, как всегда, не подает виду. И что там наговорил ему Астрагор? Девочка была взволнована, потому что они не виделись с их приезда в Змиулан. Только и смогли обменяться коротким взглядом, как их сразу же развели в разные стороны. Поэтому она очень обрадовалась, когда после обычного урока с Роком тот объявил, что сегодня состоится общий ужин. А потом пришла Захарра и рассказала, что Фэша вызвали к Астрагору… — Как ни странно, братец, но ты прав, — вдруг весело фыркнула Захарра. — На свое пятнадцатилетие я получила пять любовных признаний. Уверена, что и Василису закидали бы амурными письмами, не страшись они все нашего дорогого дядю… Да и Рок быстро бы отбил охоту ухаживать за личной гостьей великого Духа Осталы… Да, Фэш? Тот промычал что-то нечленораздельное, ухватив ломоть пирога с блюда. Василиса воспользовалась паузой, чтобы спросить: — Захарра, а когда же твой день рождения? — Был третьего мая, — улыбнулась та. — Я никому не сказала, ведь в то время нам всем было не до веселья… Помнишь, мы с Фэшем приехали к вам в Черновод на именины Норта и Дейлы? — Конечно, жутко не вовремя, но… — Маар отсалютовал Захарре ложечкой. — С днём рожденья?! Считай, подарок я уже тебе подарил. — Спасибо… — В цилиндре девочка выглядела нелепо и аляписто, но снимать она его явно не собиралась. Наоборот, от нехитрых слов её щёки мимолётно покраснели. — И кто тут ещё дамский угодник… — прошептал Фэш, устало улыбаясь. — Угу, — расстроенно отозвалась Василиса. Ей было немного стыдно, что она даже не удосужилась узнать у подруги день ее рождения. — А что тебе подарили на пятнадцатилетие? — с любопытством спросила она. — Проводили такой же пафосный обряд, как у Фэша? — И совсем не пафосный, — бросил косой взгляд тот. — Обычная часовая традиция. — Да где там! — беспечно махнула рукой Захарра. — Подарков почти не было. Ну, Фэш подарил краски… Наверное, хочет, чтобы я побольше рисовала. — Она показала брату язык. — Лучше расскажи, что ты сама себе прислала из будущего, — ухмыльнулся тот. — О, ты получила подарок от себя? — оживилась Василиса. Получить презент от себя из будущего всегда считалось для часовщика очень хорошим знаком, да и служило гарантией того, что человек уж точно доживет до совершеннолетия. — Ага, получила, — поморщилась Захарра. — Рисуночек… Чернолют во всей красе, представляешь? Одно радует — это точно моя работа, причем довольно сносная. — Чернолют? — улыбнулась Цзия. — Да, наш замок красив, но не знала, что ты рисуешь. — Я думаю, что это неспроста… — Улыбнулась Лисса, кротко улыбаясь Чёрной Королеве. — Жаль, что не удалось увековечить мой милый замок, который утонул в Чёрном Озере… Он был великолепен… — Да, Ваше темнейшество. — улыбнулся Маар и подмигнул Василисе. — Ага, рисуночек, — хохотнул Фэш. — Здоровенная картина в золотой раме — еле подняли вдвоем с Рэтом. Не удивлюсь, если Захарра вначале нарисовала этот шедевр для Черной Королевы, а затем передумала, решив подарить себе, маленькой: смотри, мол, как я умею! Ты бы видела, как она скакала по залу, когда перед зеркалом объявился этот огромный сверток. Захарра быстро выпростала руку, дав брату ловкий щелчок по лбу, и даже успела увернуться от ответного. — Хорошая идея, Захарра Драгоций. — попыталась поддержать беседу Диара. — Было бы здорово, если бы ты написала бы картину с Белым Замком. — Боюсь, у девочки не такой плохой вкус… — Нерейва скрестила руки на груди, ожидая ответа на свою колкость, но Белая Королева, примирительно подняв руку, заметила: — Все замки по своему чудесны. Не зря же их воздвигали целые столетия.       Захарра всё ещё старалась сидеть тихо, но глаза её, против воли, загорелись от восторга. — Тебе просто завидно, — обиженно произнесла она. — Ты же ничего не получи… Ой, извини. Фэш переменился в лице, но тут же напустил на себя беззаботный вид. — Лучше скажи, кто тебе в любви признался? — с преувеличенным любопытством спросил он. А Василиса заподозрила, что Фэш был согласен говорить о чем угодно, лишь бы у него не выспрашивали подробности недавнего разговора с Астрагором. — Да как узнать, если все письма — без подписи, — вздохнула Захарра. — Впрочем, мои симпатии обитают за пределами Змиулана. — Ник? — мигом предположила Василиса одновременно с Фэшем. Они с улыбкой покосились друг на друга, а затем уставились на Захарру. — А вот и нет, — помотала головой девочка. — Ему нравится Диана. Жалко, я не сразу это заметила… Да и вообще мне по душе другой парень. — Норт? Фэш успел вовремя отклониться в сторону — иначе затрещина Захарры точно снесла бы ему голову. — Может, Маар? — поддержала допрос Василиса. — Или Данила? — Или какой-нибудь идиот, которого мы не знаем, — кивнул Фэш, расплываясь в улыбке до ушей.       Против воли краски проступили на лице часовщиков. Ник, втянув голову в плечи, старательно запивал чаем печенье, которым чуть не подавился, покраснев настолько, будто у него запредельный жар. Константин же, подлив масло в огонь, удивлённо посмотрел на Фрезер, которая тут же, порозовев, схватилась за больную руку Норта, словно нашла в неё что-то незалеченное.       Норт же, возмущённо и надменно смотрел на Фэша, всем своим видом показывая, что " только через труп моей сестры, понятно?!»       И только Захарра, беднея и краснея, вкопанной осталась сидеть на месте, лишь пряча пунцовые щёки под платком. — За идиота, конечно, благодарю… — Миролюбиво заметил Броннер, весело глянув на образовавшуюся суматоху. — Иногда ты недалёк от правды, Драгоций. «Так часто человек, не то что туп, ещё и слеп!» — процитировал ученик Чёрный Королевы. Между тем ужин заканчивался: ученики вставали из-за стола, но не расходились — очевидно, намечались какие-то сборы. — Так, я ухожу. Только чай допью. — В доказательство своих слов Фэш залпом опорожнил больше половины своей чашки. — Ты нам не рассказал, о чем говорил с Астрагором, — решительно произнесла Василиса. — Мы должны знать. Фэш спрятал взгляд в чашке, делая вид, что наслаждается напитком. — Почему он позвал тебя? — не отставала Василиса. — Я уверена, что произошло что-то очень важное. — Тебя долго не было, — поддакнула Захарра. Фэш с шумом отставил чашку и раздраженно фыркнул. — Вот только не надо выдумывать, ясно? Учитель расспрашивал о житье у Хронимары, как там… э-э-э… — Он запнулся и отвел глаза. — Короче, неважно. И вообще у меня же скоро день рождения! Вот я и попросил разрешения пригласить всех, кого захочу… И он разрешил. Василиса недоверчиво покосилась на друга. — Ты шутишь?! — не поверила Захарра. — Точно разрешил? — На все сто. — А что попросил взамен? — спросила Василиса. Фэш промолчал, задумчиво уставившись в пустую тарелку. — Захарра, ты надавила на мою ногу, а не на Василисину, — вдруг улыбнулся он, насмешливо посмотрев на сестру. — Извини, — буркнула та. — Как всё же быстро меняются эмоции! Мгновение — и ты расстроен, мгновение — ты счастлив, мгновение — и ты разбит… — покачал головой Миракл, который практически очистился от золотого покраса. Лишь бровь, видно, позабытая, осталась желтеть на его лице. — Но я рад, что вы снова смеётесь.       Лица ключников действительно слегка просветлели, многие, ещё не оправившись от смущение, отпускали незаметные смешки, глядя на серьёзного зодчего с одной золотой бровью. — Они смеются над вам, господин архитектор! — улыбнулась Диара, коснувшись своей брови и наблюдая, как смущённо повторяет её жест Миракл. Её улыбка становится ещё шире. — Ох, как неловко… Василиса не сводила глаз с друга, ожидая ответа. По его реакции она уже поняла, что попала в цель, — Астрагор что-то попросил взамен, и это что-то очень важное. Фэш вдруг резко развернулся к ней: — Не надо так на меня смотреть, ясно? — Смотрю, как хочу! — вскипела Василиса. — Хватит держать все в себе… Ты должен рассказать нам, что произошло. Но Фэш встал: — У меня дела. Позже увидимся. Он встал и, быстро обогнув стол, широким шагом направился к лестнице, ведущей в комнаты старших учеников. — Случилось что-то серьезное, — напряженно произнесла Захарра. — Как ты думаешь… Но Василиса уже не слушала: она вскочила с места и побежала за другом. Фэш двигался так быстро, что Василиса смогла догнать его только на самой лестнице. — Что произошло? Ответь же, пожалуйста! Фэш постарался напустить на себя удивленный вид. — Да с чего ты вообще… — С того, — перебила его Василиса, — что ты снова что-то скрываешь. Держишь в себе. Расскажи, что случилось. Я уверена, что Астариус, Миракл и Черная Королева обязательно помогут… Некоторое время Фэш молчал, глядя на Василису в упор. Его лицо и шея постепенно заливались краской. — Да никто мне не поможет! — вдруг взорвался он. — Кто-то помог Марку, а?! От неожиданности Василиса отступила на шаг. — Значит, он все-таки решил, да? — тихо спросила она. — Он хочет снова перевоплотиться… Ты же Драгоций, родная кровь… Послышался рассерженный вздох, больше всего похожий на рычание раненого тигра. — Я переживаю за тебя, — твердо произнесла Василиса. Но Фэш уже разозлился не на шутку. — Да, Василиса Огнева, — произнес он холодно, едва-едва сдерживаясь. — Ты слишком близко подобралась ко мне… И, знаешь, иногда я тебя ненавижу за это! Как жаль, что мы с Ником не отправили тебя на Осталу еще тогда, в самом начале! Ты делаешь меня… уязвимым, ясно? А мне никто не нужен! Ни друзья, ни… короче, мне надоело за вас всех переживать. Я хочу остаться один! — Это слова Астрагора, а не твои, — прошептала Василиса, едва сдерживая слезы. — Ты сейчас говоришь, как он… Этот Фэш сильно испугал ее. Это был не тот мальчишка, которого она встретила тогда, в первый день на Эфларе. Не тот, что поцеловал ее в личном уголке… Не тот, что обнимал ее под пушистой еловой лапой во время дождя… — ПОТОМУ ЧТО Я И ЕСТЬ АСТРАГОР! — вдруг взревел Фэш. Несмотря ни на что, в его гневных словах прозвучала горечь. — Где-то я уже это слышала — постаралась как можно будничней сказать Василиса. — Я не слишком оригинален, да? — горько хмыкнул Фэш, его голос, таящийся за улыбкой, сильно хрипел. Жадно, мальчик выпил залпом горячий чай, обжигая нёбо. — Не очень приятно чувствовать, что не можешь дать отпор тому, кто посягается на твою жизнь. — В том-то и дело, Фэш, ты можешь дать отпор. Нужно лишь не сдаваться. — Я тоже это уже где-то слышал… Он развернулся и, вызвав крылья, полетел вверх по лестнице. Василиса растерянно обернулась. Внизу стояла Захарра: — Лучше сейчас оставить его в покое… — Нет. И Василиса, вызвав крылья, полетела за ним. Фэша долго искать не пришлось: он остановился на лестничной площадке третьего этажа и, сжав кулаки, с ненавистью смотрел куда-то в сторону коридора. Вскоре обнаружилась причина его гневного внимания — на площадку вышел Примаро. Завидев Фэша, среброкосый мальчик остановился. — Давно хотел тебе сказать, Фэш Драгоций, — буднично произнес он, — тебя зачасует женщина. Фэш размахнулся и нанес ему точный удар в челюсть. Примаро молча упал на колени, схватившись за лицо обеими руками. — А вот и обещанный удар. — Примаро, разбуженный Роком и, на удивление, Родионом, коснулся челюсти, будто наглядно хотел показать, куда пришёлся (или прийдётся вскоре), удар. — Ты заслужил, — буркнул Драгоций, прекрасно понимая, что он всего лишь попался ему под горячую руку. Слова о том, что его зачасуют, его сильно удивили. Значит, план Астрагора в любом случае провалиться? Только вопрос — убьют ли его, Фэша, или Духа в его теле? — А я и не спорю.       Рок подавил тяжёлый вздох, раздумывая, что определенно наказал бы Фэша за драку в коридорах Змиулана, но, с другой стороны, он слишком устал. К тому же адски горели щёки, будто его кто-то неустанно и сильно бил. Василиса и Захарра бросились к пострадавшему. — Давно хотел тебе вмазать, — прокомментировал Фэш и, перелетев через всех троих, скрылся в проеме коридора. — Я же говорила, надо оставить его в покое, — вздохнула Захарра, доставая часовую стрелу. — Ты не против? — спросила она у Примаро. Тот покачал головой и сплюнул кровь вместе с обломком переднего зуба. — Я заслужил, — коротко признал он. Захарра начала часовать, аккуратно отматывая время в прошлое. Вскоре лицо Примаро приняло нормальный вид. — Спасибо, — поблагодарил он. — Василиса, — можно тебя на минутку? — Эй, я тоже хочу послушать! — Это личное, — спокойно возразил Примаро. И вдруг произнес, глядя на Захарру: — Тот, кто тебе нравится, скоро в тебя влюбится. Захарра недоуменно прищурилась. Ее веснушчатое лицо покраснело как маков цвет. Она уже открыла рот, чтобы возразить, но потом махнула рукой: — Лучше я уйду. И побежала вниз по лестнице.       Захарра отняла от платка глаза и тут же столкнулась с зелёными кошачьими глазами Маара. Девочка дёрнулась, будто её ударило током, она судорожно вцепилась в чашку. Броннер же, довольно сощурившись, словно лишний раз убедился в чём-то, принялся с ещё большей жадностью на печенье. — Василиса, я был вынужден так поступить, — быстро произнес Примаро. — У Столеттов вы были в большей безопасности, чем здесь. — Откуда ты знаешь?! — изумилась Василиса. — Я думала, что ты действовал по приказу Астрагора. Ты даже не представляешь, через что мы прошли! — Представляю. — Примаро улыбнулся своей странной, загадочной улыбкой. — У меня дар видеть правильное будущее… Наиболее правильное… Поэтому я и очутился в Змиулане — из-за своего редкого дара… Как и ты. — То есть ты хочешь сказать, что… — Василиса стремительно собиралась с мыслями. — Погоди, а как же ты знаешь, что видишь правильное будущее? — Просто смотрю на человека и вижу. Дар нельзя объяснить, он всегда с тобой. Вот как твой часовой флер… Другое дело, умеешь ли ты пользоваться своим даром. Василиса покивала. Признание Примаро заинтриговало ее. — А как же объяснить, что ты предсказал обвал стены? — вспомнила она рассказ Захарры. — Ведь она обвалилась в комнате твоих… э-э-э… недоброжелателей. Примаро кивнул. — Да, я знал, что Северная стена треснет и в некоторых местах обвалится. Правда, тот ученик, про которого ты говоришь, спал в комнате на Южной стене… Но кто же об этом вспомнит? Для легенды такие подробности неважны… Примаро снова улыбнулся, и Василиса тоже усмехнулась в ответ. Несмотря ни на что, она почему-то испытывала симпатию к этому мальчишке. Внезапно ей в голову пришла одна мысль. — Послушай, Примаро… А можно тебя попросить, чтобы ты посмотрел правильное будущее Фэша? Ты очень помог бы ему. — Возможно, я уже помогаю. Или наоборот, — добавил мальчик каким-то отстраненным тоном. — Постой-постой! — вдруг вспомнила Василиса. — А почему ты сказал, что Фэша зачасует женщина? Это что, тоже предсказание? — Просто шикарно! — С сарказмом хмыкнул Драгоций. — Да на мне весь свет сомкнулся! Если это будет Мортинова, то лучше я сразу удавлюсь. — Не забывай про третий способ. — успокаивающе погладила среброключника по руке Василиса. — Про выбор, который люди забывают, подкидывая монетку. — Он у меня есть? — Выбор есть всегда! — пылко вскинулся младший Лазарев, слышавший разговор. — И даже несколько. Нужно только поискать… — Да, Ник. — Фэш посмотрел на друга, и вдруг ему ужасно захотелось пойти и поискать этот выбор. Найти такой расклад, чтобы он и его друзья остались живы. Всё же, он обещал Нику и Даниле помочь им в мастерской… — Я его найду, непременно. Часовой браслет Примаро издал тихий, мелодичный звук. — Меня вызывают, — сообщил он рассеянно. — Еще встретимся, Василиса Огнева. Кивнув на прощание, он пошел вверх, как вдруг снова остановился. — Да, тебе большой привет от Родиона Хардиуса, — едва слышно прошептал мальчик. — Твой прадед просил передать, чтобы ты не забывала о малышке Николь. Этой ночью Василиса долго не могла заснуть. В основном ее мысли вертелись возле Фэша и Астрагора. Девочка подозревала, что Дух Осталы перешел к серьезным действиям и поставил племяннику какие-то жесткие условия… А еще она размышляла над последними словами Примаро: неужели среброкосый мальчишка — тайный агент Родиона Хардиуса? Но все-таки почему он содействовал ее и Фэша плену у Хронимары? Какой в этом был толк? Она все думала и думала, но так и не находила ответа ни на один вопрос. — У-у-у, малышка Огнева, ты так близка к правильному ответу… — Родион благожелательно махнул ей, забирая у Риммы книгу и передавая её Цзии, которая с присущем ей восторгом принялась любоваться обложкой. — Но вопросов слишком много, а времени мало… — Его всегда недостаточно. — Как сказать, с какой стороны посмотреть… — И всё же, у тебя есть связи и в Змиулане, старый хитрец! Я уж надеялась, что это лишь твои выдумки. — Пожурила пальцем в шёлковой перчатке Нерейва. — Всегда к вашим услугам! Зачем ещё жить на свете, если нельзя удивлять и изобретать? — Ты этим всегда и занимался! Продолжение следует…