Другая сторона

Он медленно зашагал в сторону дома. Снег тихо укрывал улицу, которая доходила до горизонта и терялась в темноте. Северус остановился на перекрестке и, подгоняемый странной тревогой, обернулся. Улица была все так же тиха и пустынна, и красная вывеска бара светилась по-старому, изредка мигая, и ему даже показалось, что он отсюда слышит ее электрический треск. «Это же Поттер», — подумал он. Его внутренний голос звучал как никогда растерянно. «Это же Поттер», — подумал он еще раз и понял, что улыбается. Никто этого не видел, и он улыбнулся еще шире и даже не удержался от смешка, уставившись в покрытый снегом асфальт под ногами. Это новое чувство росло и ширилось в нем с пугающей быстротой. Гарри Поттеру не было никакого дела. Он спрятал руки в карманы брюк и, необычайно чем-то довольный, бодро перешел пустую дорогу на красный свет. Электронная панель в лифте показывала 3:15 утра, и он так и не смог вспомнить, когда в последний раз ложился так поздно. Никакого. Мне однажды показалось, что я придумал, что вы тогда выжили в Хижине. Абсолютно никакого, сэр. Он зашел в квартиру, устало прислонился к двери и стянул с ног ботинки. Ему не хотелось включать свет, не хотелось ставить ботинки на место, не хотелось делать ничего из того, к чему он сам себя приучил. Казалось, стоит ему начать делать привычные вещи, и все снова станет таким, каким оно было все эти полтора года. Безпоттеровским. Неволшебным. Он сполз по двери вниз и сел на пол. За эти полтора года ему тоже приходила в голову мысль, что тогда в Хижине он не выжил и все это — последняя фантазия умирающих нейронов в его мозгу. Он никогда не боялся смерти; скорее, он боялся кого-нибудь подвести тем, что умрет не вовремя, но точно не самого факта. Все смертны, это неизбежно. Но именно сейчас ему как никогда хотелось быть живым, и этот странный волнительный трепет был так непривычен, и в голове крутилась только одно бесконечное, сокрушенное «черт» и больше ничего. Северус поднялся на ноги, стягивая с плеч промокший пиджак, бросил его на спинку дивана и сразу прошел в ванную. Когда он включил свет и увидел себя в зеркале, он с досадой понял, что и его отражение думает о Гарри. О Гарри, который был невозможностью. О Гарри Которому Все Равно и Пошел Он К Черту Пожалуйста. Снейп вымыл руки, умылся и вышел, так больше ни разу и не взглянув на себя. Уснуть в ту ночь у него так и не получилось; он все как будто плавал на поверхности сна, засыпая и тут же просыпаясь от того, что его сознание подкидывало ему вопросы типа: как именно повлияет на характеристики зелья то, что Поттер порезал корень асфоделя не на идеально ровные части? И что будет, если зелье все-таки подействует? Он вернется? Или не вернется? К кому он потащит Гарри, когда вернет себе магию — к Буту, Макгонагалл, в библиотеку Министерства? Вопросы сыпались один за другим, и в конце концов, он, погребенный под ними, все же провалился в муторный сон. Через сорок минут прозвенел будильник, и он полуавтоматическим движением сел в кровати и откинул одеяло. Из-за бессонной ночи его немного мутило, было очень холодно, и картина, открывавшаяся из окна, только добавляла ему неприязни к предстоящему дню. Город был затоплен прозрачным фиолетовым светом, ночь едва-едва начала отступать, и рассвет обещал быть на редкость безрадостным и бледным. Горячий душ ему не помог, запах кофе вызвал приступ тошноты, идею об овсянке он откинул мгновенно. Снейп сел на диван и включил телевизор. Ведущая утренних новостей — стабильно радостная темноволосая женщина, бодрым голосом рассказывала о новинках кино. Он раздраженно снова щелкнул кнопку на пульте, и квартира вновь погрузилась в тишину. Если она с утра пораньше рассказывает о кинопремьерах, значит, дальше она будет рассказывать о том, что пара бенгальских тигров в зоопарке Гонконга обзавелась потомством. Сегодня ничего не произошло. Он откинул голову назад, положив ее на спинку дивана. Почему Поттер всегда все разрушает? Это все было из-за него — ему не хотелось ни спать, ни есть, ни жить, ни умереть. Просто пялиться в потолок, ощущая, как внутри все переворачивается, и терпеливо ждать, когда эта китайская пытка закончится. Снейп решил, что все это из-за бессонной ночи. В 7:15 он поднялся, разобрал работы на столе, аккуратно сложил все нужное в портфель и вышел в прихожую. Взяв пальто, он обнаружил, что под ним до сих пор валяется поттеровская книжка, оставленная им здесь еще в тот день, когда они были в зоопарке. Наверное, раз Поттер сам о ней не вспомнил, ему был не так уж интересен сюжет. Северус поднял ее и пролистал: в прошлые дни у него то не было времени, то не хватало решимости трогать чужую вещь. На форзаце он обнаружил подпись, сделанную темно-зелеными чернилами: «Нам всем нужно двигаться дальше. Д.Уизли». Снейп скривился и в первый миг едва подавил желание отшвырнуть книжонку от себя. Девчонка Уизли увлекается магловской литературой? Неожиданно. Такого подарка, скорее, можно было ждать от полукровки Грейнджер. Он пролистнул первые страницы и вчитался в аннотацию. Роман «Три товарища» известного немецкого писателя Э.М.Ремарка рассказывает о трагической судьбе немецких солдат, вернувшихся с полей первой мировой войны, о так называемом `потерянном поколении`, разочаровавшемся в буржуазных ценностях и стремящемся найти опору во фронтовом товариществе, крепкой мужской дружбе и верной любви. «Нам всем нужно двигаться дальше, мисс Уизли? — ухмыльнулся он. — Странный выбор для того, чтобы отвлечься». Северус положил книгу обратно, надел пальто, шарф, взял портфель и вышел из квартиры. День обещал быть неприятным — и таким он и был. Ему стоило невероятных трудов не разнести к чертям первые два класса, которые стояли у него в расписании в тот день. К полудню у него разболелась голова, что только ухудшило ситуацию, а после обеда его разморило так, что он едва не уснул, пока последний класс писал самостоятельную работу. Не без потерь добравшись до конца рабочего дня, он с облегчением обнаружил себя перед дверями подъезда в половине шестого. Он даже не сумел вспомнить, как доехал до дома. У порога квартиры его опять ждал Поттер. Никакой другой книжки при нем не было, и он просто сидел, прислонившись к стене и прикрыв глаза, игнорируя все на свете. Только после того, как Снейп легко коснулся его плеча краем портфеля, он открыл глаза. — Вам неплохо удается роль бездомной дворняги, Поттер, — бесстрастно заметил Снейп, открывая дверь. — Что-то не так с зельем? — Нет, — ответил Гарри, поднявшись. — Глянцево-зеленое, как вы и говорили. — Еще я говорил, чтобы вы дали мне знать, если что-то пойдет не так, — сказал Северус, ощущая, как в нем поднимается раздражение. — Если все так, незачем приходить. Он стоял в дверях, ожидая, что Гарри зайдет. Но тот не торопился. — Я просто мимо проходил, — сказал Поттер немного смущенно. Снейп вспомнил про книжку, взял ее с полки и без лишних комментариев отдал Гарри. — Очень интересно вы проходите мимо дома в Нью-Йорке, живя в замке в Шотландии, — с сарказмом заметил Снейп. — В любом случае, если вам больше нечего сказать… — У вас тут рядом крутой кинотеатр, вы знали? — выпалил он. — Нет, — помедлив, ответил Северус. — Мне это не интересно. — Я был там, — радостно сказал Гарри. — Там очень классный… На этом моменте Снейп не выдержал и захлопнул дверь перед его носом. — …фильм показывают, — закончил Поттер. Может, это было не слишком вежливо. Может, это было даже грубо. Не было уже никакого значения. Северус заставил себя снова вздохнуть и сделал два шага вглубь квартиры. В подъезде громыхнул лифт. Ему сразу стало чуть легче. Поттер ведь не попытался пригласить его в кино? Ему захотелось кричать от внезапно наполнившего его смятения. Гарри Поттер ищет его компании? Теория о том, что все это происходит в его умирающем мозгу, внезапно перестала быть такой уж неправдоподобной. К счастью, у него хватило выдержки — или, наоборот, не хватило, но это его и спасло, чтобы оборвать ситуацию прежде, чем она стала бы слишком неловкой. Больше всего на свете ему сейчас хотелось вернуть Поттера, хорошенько встряхнуть его и сказать… некоторые вещи. В числе возможных фраз было: «я тебе не друг», «хватит меня мучить», «найди себе друзей», «ты забыл, как ты меня ненавидел?», «я не тот, за кого ты меня принимаешь», «не приходи сюда больше», «перестань ждать меня у моих дверей», «не смотри на меня так», «возьми запасные ключи от моей квартиры». Он прошел в гостиную и завалился на диван, как был, в ботинках. Внутри у него все еще стоял полный экзистенциального ужаса крик. Вечер того дня был очень коротким; его едва хватило, чтобы наспех проверить некоторые работы к завтрашнему дню и заполнить необходимые пункты в учебном плане. В начале девятого он добрался до постели и уснул быстро, как никогда. Спустя какое-то время его разбудил настойчивый телефонный звонок. Он подумал, что кто-то ошибся номером — такое уже бывало, и не стал брать трубку. Если бы это был кто-то из школы, то звонили бы ему в рабочее время. А судя по виду из окна, время было далеко не рабочим. Он попытался уснуть. Через пять минут телефон снова взорвался трелью. Северус выбрался из постели, кляня всех и вся; у него наготове было несколько крепких выражений для людей, которые не могут правильно набрать последовательность цифр. Он добрался до гостиной, снял трубку и набрал побольше воздуха в легкие, готовясь разразиться тирадой. — Мистер Снейп? — сказал голос подозрительно официальным тоном. — Да, — как можно более холодно и терпеливо ответил Северус. — Вы знаете… эм… — голос сделал паузу, как будто его обладатель что-то искал, — Гарри Поттера? — Да, — повторил Снейп, похолодев. — Лейтенант Стерджесс, нью-йоркское отделение полиции. Мистер Снейп, кем вы приходитесь мистеру Поттеру? Снейп присел на подлокотник дивана. — Я его учитель, — пояснил он. — Бывший. Что с ним? — Мистер Снейп, не могли бы вы сообщить нам имена и контактные данные родителей Поттера? — С ним все в порядке? — с нажимом повторил Снейп. — Он жив? — Он в порядке. Так вы можете связать нас с его родителями? — Поттер — сирота, — сказал Северус, и это слово вызывало у него странную болезненную волну внутри. Он понял, что никогда не применял это понятие к Гарри, потому что в этом попросту не было необходимости: во-первых, все вокруг и так знали, кто и при каких обстоятельствах оставил его без родителей, а во-вторых, вокруг него всегда крутилось столько желающих ему этих самых родителей заменить... — Его родители давно умерли, а тетка живет в Англии, и они не общаются. Разве он не сказал вам? — Он сказал, — замялся голос, — но подростки иногда так говорят, чтобы избежать наказания. Мы не можем его отпустить, пока за ним не заедет родитель или опекун. — Он совершеннолетний, ему двадцать, — жестко сказал Северус. — Ему не нужен опекун! — Тогда ему нужно носить с собой документы! — ответил лейтенант. — Вы можете их ему привезти? — Боюсь, я не знаю, где могут быть документы Поттера, — немного ехидно ответил Снейп. Конечно, едва ли они у него вообще были. — А что именно он сделал? Лейтенант ответил после небольшой паузы. — Ввязался в драку… он, скорее, пострадавший, и мы бы отпустили его, но отсутствие документов сильно осложняет дело. Но если вы сможете подъехать… в течение двух часов, со своими документами, и подтвердите его личность, то мы его отпустим уже сегодня. Северус торопливо записал адрес участка на клочок бумаги и, накинув пальто прямо на пижамную рубашку, в домашних штанах, взяв паспорт и бумажник, впервые в своей жизни отправился в отделение полиции. Он не пытался угадать, что именно довело Гарри до драки: очевидно, какая-то очередная Вселенская Несправедливость, иначе и быть не могло. Не задавал себе вопросов, почему Поттер не может жить спокойно, не ввязываясь в подобные вещи и не подвергая себя опасности. Не спрашивал себя, почему он сорвался с места, не переодев пижаму, и почему за прошедшие несколько минут уже представил все худшие варианты развития событий, включая тот, в котором кишки обидчиков Поттера разметало по окрестным деревьям. С его-то магией… Но полицейский сказал, что Гарри «скорее, пострадавший» — и это как раз звучало загадочно, но не вызывало беспокойства: «пострадавший» это не «мертвый» и не «в коме». Можно пережить. Кишки обидчиков Поттера можно развесить по деревьям и завтра. В отделении было немноголюдно: двое полицейских смотрели футбольный матч, третий — полноватый, со светлыми жидкими волосами, наблюдал его же из-за стеклянной перегородки в бюро; какая-то девушка рядом с ним пыталась кому-то дозвониться. Больше никого не было. Снейп подошел к тому, что сидел за перегородкой, представился и спросил о Поттере. — Кем вы ему приходитесь? — лениво и безучастно спросил полицейский, продолжая игнорировать его в пользу телевизора. — Я уже отвечал на этот вопрос по телефону, — разозлился Снейп. Полицейский, наконец, уделил ему насмешливый взгляд. — Ну, не я же с вами разговаривал. Давайте ваши документы. Северус протянул ему паспорт и мимоходом прочитал надпись на его бейджике: офицер Стивен Р. Лоуренс. — Я его учитель. Его родители давно умерли. Он совершеннолетний. Где его документы, я не знаю, — сказав все это, он пытливо посмотрел на Лоуренса. — О, вы из Англии, — сказал он, переписав его данные в компьютер. — Да, и это что-то меняет? — Нет, просто. Я почему-то так и подумал, — он ухмыльнулся. — Стерджесс! — прокричал он куда-то вглубь коридора. — Приведи Поттера! Почему он вообще вас позвал, — задумчиво добавил он. — У него что, друзей нет? Ну, типа, кто просит своего преподавателя забрать его из полиции, — он усмехнулся. Северус не стал ему говорить, что он и сам задается этим вопросом. — Мы отпустим его без залога, — сказал Лоуренс. — Технически, он ничего не сделал. Трое парней пытались кое-что сделать вон с той девушкой, — он кивнул на ту, что недавно пыталась кому-то дозвониться, а теперь сидела на лавке и комкала край своего платья. — И ваш парень попытался за нее вступиться. — Попытался? — Ну они побили его немножко. А потом все отключились, все трое. Типа потеряли сознание. Повезло ему, что сказать. А то так бы без головы остался. И без почек. И без… Стерджесс, да ты пропал там, что ли? — проорал он и вышел. Северус всмотрелся в девчонку. Рыжая. Он не смог сдержать раздраженного вздоха. Остановится ли когда-нибудь это проклятое колесо Сансары, подсовывающее под Поттера рыжих девиц? Эта обладала чуть более изящной красотой, чем та, которой могла похвастаться младшая Уизли. Тонкая, бледная, с розоватой полупрозрачной кожей. Она будто почувствовала, что он на нее смотрит и тоже взглянула на него. Глаза у нее были светлые, водянисто-серого цвета, покрасневшие от слез. Он отвернулся. Она напомнила ему кое-кого из прошлой жизни, и эти воспоминания были постыдными и неприятными. Наконец, Лоуренс привел Гарри, сжимая его под локоть. Северус краем глаза увидел, как встрепенулась и подошла ближе та девочка. Поттер отчаянно избегал смотреть на него и, кажется, вообще не хотел к нему приближаться. Тогда Северус подошел к нему сам и грубо цапнул его за подбородок, заставив поднять лицо. У него была рассечена бровь возле виска, подбита скула, набухла нижняя губа и в углу рта были следы запекшейся крови. На шее уже фиолетовел свежий кровоподтек. Северус заподозрил, что под одеждой у него тоже полно таких «подарков». Он скривился. Со стороны это выражение можно было принять за брезгливость, но на самом деле он отчетливо ощутил, как Гарри сейчас должно быть больно. — Я не хотел… — начал Поттер. — Позже поговорим, — процедил Снейп. — Где твои очки? — Они забрали, — буркнул он, кивая в сторону полицейского, который все это время увлеченно наблюдал за этой сценой. — О, да, — опомнился Лоуренс и открыл ящик своего стола. Порывшись там, он выудил поттеровские очки. Выглядели они так, словно по ним проехался автомобиль. — Будете забирать? Северус молча взял их и убрал к себе в карман. Гарри выглядел беззащитно без них, даже не щурился. Как будто он был совершенно слепой. — Идем, — бросил Северус и взял его за запястье. — А где Эмма? — спросил Гарри, вывернув руку. Девушка, все это время стоявшая поодаль, тут же подошла и порывисто обняла его. Тот мгновенно покраснел; Северус закатил глаза. — Спасибо, — сказала она. — Спасибо тебе огромное, что вмешался. Я не знаю, что бы было… — голос ее стал тоньше и звонче, и она всхлипнула. — Слушай, я оставлю тебе свой номер, просто так, — она взяла ручку со стола в зале и записала номер на одном из пустых бланков. Лист она сложила в два раза и отдала Поттеру. — Если вдруг… Просто, чтобы он у тебя был, — сказала она и замолкла. Воспользовавшись повисшей паузой, Снейп быстро утащил несопротивляющегося Поттера на улицу. Его переполняли странные чувства: он не мог злиться на девчонку, даже на то, что она сунула ему свой номер, но почему-то злился на Гарри. Почему опять он, почему опять он так жалко выглядит, благородный, господи, герой молодежи, заступился за девушку, получил по лицу, а что, если бы ему сломали руку, ногу, разбили голову, бестолковый, глупый, безответственный… Тот опять вывернулся из его руки и быстро пошел в сторону дороги, кажется, намереваясь перейти на другую сторону. Снейпу удалось перехватить его за шиворот едва ли не в последний момент — под аккомпанемент ревущей сирены проезжающей мимо машины. — Жить надоело, Поттер? — прошипел он. — Задумаешь сдохнуть, делай это, пока я не вижу! Очень кстати возле участка стояло несколько свободных такси. Он схватил Гарри под локоть и торопливо затолкал в одну из машин, сам устраиваясь на соседнем сиденье. Он назвал адрес, таксист попросил их пристегнуться — и ему пришлось сделать это за себя и за Поттера, потому что тот попросту ничего не видел. — Ну-с, поделись планами, — с холодной яростью начал он, — откуда мне придется забирать тебя в следующий раз? Из какого-нибудь паршивого сквота? Лучше нам сейчас разобраться в пробелах в твоем воспитании… если взрослый мужчина зовет тебя сесть в машину и предлагает посмотреть котят — не соглашайся… если кто-то предлагает тебе чудесные таблетки — не бери. Если видишь преступление — найди полицейского! — проорал он. — Какого черта ты полез в эту драку?! — Ты бы тоже так сделал на моем месте, — воскликнул Гарри. — Хватит! — завопил Снейп. — Хватит думать, что ты знаешь меня! — Она кричала, Снейп! Просила о помощи! И никого не было рядом, чтобы помочь. И не надо рассказывать мне сказки, что ты бы нашел полицейского и все остальное! Может, в школе бы я и поверил, но точно не сейчас! Северус отвернулся, стараясь унять гнев. Конечно, ни черта бы он не полез в тот переулок, как бы там не орала эта несчастная девица. Без магии! Он же не идиот. — Я не хотел, чтобы они звонили вам, — признался Гарри. — Но потом понял, что так просижу еще неизвестно сколько. Да и не тете Петунии же звонить, в Литл-Уингинг, — он усмехнулся. — Мне жаль, что вам из-за меня пришлось… — Дело не во мне! — воскликнул Северус. — Не в том, что из-за вас я вторую ночь провожу где угодно, только не в своей постели. А в том, что эта ситуация могла закончиться гораздо хуже, чем сейчас. Вас могли побить еще сильнее, или же, что еще вероятнее, вспышка вашей стихийной… силы, — он понизил голос, взглянув на водителя, — могла убить их или привлечь внимание маглов и обнаружить ваше присутствие перед американскими магами. Нарушили бы статут о секретности, что привело бы к международному скандалу! Вы ведь вряд ли думали об этом, заступаясь за девицу? И опять рыжая, Поттер, — он насмешливо скривился. — Опять рыжая? — выпалил Гарри и посмотрел на него. Злое выражение этих зеленых глаз заставило его сердце сделать испуганный кульбит — таким знакомым оно ему показалось. — При чем тут это, — растерянно выдавил Северус. — Вот и я говорю — при чем здесь это! Я даже не видел ее, я просто услышал голос! Я до сих пор толком не знаю, как она выглядит, потому что мне сразу разбили очки! Они подумали, что я какой-то ботаник — из-за очков и книжки. Сразу повалили на землю и стали пинать. Но ничего, после Дадлика меня уже ничего не пугает. Дадли, — пояснил он, — это мой кузен. Вы видели его… на уроках окклюменции. И я знаю, что я мог с ними сделать! И больше всего я хотел, чтобы им ничего не было — что, сами понимаете, немного трудновато, когда тебя бьют по лицу. Дайте мне мои очки, — потребовал он. — Верну дома, сейчас вы все равно не будете их восстанавливать. Поттер не стал с ним препираться; какое-то время он провел, прислонившись лбом к стеклу и то и дело прикасаясь пальцем к разбитой губе. Северус украдкой наблюдал его в изменчивом отражении в собственном окне. — Как вы вообще там оказались? Где это произошло? — Какая разница? — Если я спрашиваю, значит, разница есть! — рявкнул Снейп. — Почему со мной за эти два года не случилось ничего подобного?! — Потому что вы никуда не ходите? — просто ответил Гарри. — Послушайте, я не собираюсь оправдываться. Я бы сделал это еще раз, если бы пришлось. — Нужны мне ваши оправдания… — Хотите полную картину, да? — спокойно спросил Гарри спустя минуту. — С утра я был в кино. Потом решил сказать вам, что с зельем все нормально. Потом вы чуть не разбили мне нос, когда закрыли дверь. Затем я решил еще раз сходить в кино, потому что… потому что я так решил, вот и все. И когда я возвращался после фильма, услышал, как в подворотне кто-то плачет и просит о помощи. Я зашел посмотреть, что происходит. Дальше вы знаете. — Что вас вообще понесло сюда, в Хогвартсе не сидится? — Не ваше дело, — огрызнулся Поттер. — Где хочу, там и хожу! Северус хотел было сказать — «ходите там, где безопасно», но требовать от Поттера сидеть смирно было так же глупо, как содержать гиппогрифа в городской квартире. Когда они приехали к дому, от Снейпа не укрылось то, что Гарри, выходя, болезненно скривился и схватился за поясницу, но быстро сделал вид, что ничего не было. — Дайте мне очки, и я уйду, — сказал он и протянул руку. — Хотите продемонстрировать вашу магию всем прохожим? Похвально, если ваша цель — нарваться на иски от здешнего Министерства. Почините их у меня дома, — отрезал Северус. — Идемте. Где-то на уровне подсознания он понимал, что ему просто хочется затащить мальчика в безопасное место, чтобы хотя бы полчаса держать его в поле зрения и понимать, что ему ничего не угрожает. И еще, может быть, немного позаботиться о нем, периодически роняя недовольные фразы и ворча. Он не знал, хватит ли у него смелости на это на самом деле, но Поттеру не стоило пользоваться магией в публичных местах в любом случае. Так что, если ему нужны его очки — пусть зайдет. И, может быть, останется. Поттер, вяло сопротивляясь, опять позволил себя увести. Когда они вошли в лифт и двери закрылись, он резко выдал: — Хватит делать вид, что вам не все равно! Дайте мне мои чертовы очки, вы же знаете, что я не могу без них и десять метров пройти! — Ах, вот как, — ядовито ответил Северус. — Вы думаете, я делаю вид. Может быть, вы думаете, я делал вид все эти годы? — Вы мне не отец, — гневно прошептал Гарри. — Серьезно? — усмехнулся Снейп и подошел ближе, глядя в его подслеповатые растерянные глаза. — Конечно, я вам не отец, ведь если бы я был им, я бы смог научить вас, как нужно себя вести, в отличие от вашего паршивого папаши, вшивого крестного или сопливого оборотня. Что, не так? — он приблизился к нему совсем вплотную; что-то внутри него закипало, и это чувство вовсе не было яростью. Гарри резко кинулся на него и замахнулся. Снейп перехватил его руку на подлете повыше запястья и крепко стиснул. — Хотите ударить меня, Поттер? Давайте, — он отпустил его. — После того, как я в очередной раз вытащил вас. И после всего, что я для вас сделал. Лучше всего будет, если вы меня ударите… я понимаю — гены. Этому сложно сопротивляться, — прошептал он ему на ухо. — Сделайте это. Гарри оттолкнул его к другой стене; лифт вздрогнул и встал между этажами. — Не играйте с магловскими механизмами! — вскрикнул он. — Как ты можешь, — выкрикнул Гарри, — как ты можешь после всех этих лет так говорить о них? Ты жив! А мой отец и Сириус — уже нет. Разве в тебе нет хоть немного жалости? Ты столько еще можешь сделать, ты живешь, дышишь, а они умерли, прожив не самую счастливую и долгую жизнь! — У них не было жалости ко мне в свое время, — напомнил Снейп. — Вы все делали глупые вещи, и все заплатили за это свою цену! Да если бы он знал, — Гарри подошел ближе и поднял голову, всматриваясь в него, и Северус опять отметил все наливающиеся синяки и ссадины у него на лице, — что ты сделаешь для меня, он бы никогда не сделал того, что он… делал. — Я бы не был так уверен на твоем месте, — буркнул Снейп. — Ты думаешь, ты был намного лучше их? — усмехнулся Гарри. — Закрытый, нелюдимый… — Заткнись! Тебя там не было!  — …нелюдимый подросток с тягой к темным искусствам, одержимый идеей власти и чистоты крови, — с видимым удовольствием продолжил он. — А сам — полукровка. Присягнувший Волан-де-морту из желания впечатлить девушку — и «опять рыжую», Снейп, как ты говоришь, да? Он просто хотел защитить ее от тебя! А у тебя крыша поехала на почве этой тупой любви! И сейчас едет, — глумливо добавил он. — Спустя столько лет. Снейп почувствовал, как у него внутри все заледенело, настолько страшно ему захотелось ударить младшего Поттера, который в этот момент перестал напоминать ему и о Лили, и о Джеймсе. Это было какое-то совершенно новое существо, которого он раньше не знал. — Достаточно, — отрывисто сказал он. — Надеюсь, ты сказал все, что хотел. Лифт опять вздрогнул и продолжил движение. Когда они вышли, Северус опустил руку в карман и вытащил его очки. — Забирай, — сказал он. — И проваливай. Гарри взял их, тут же восстановил — невербально, без помощи палочки, вызвав при этом волну сияющего, искристого белого света, и нацепил на нос. Взгляд его сразу стал более осознанным и ясным. И он смотрел на него без тени сожаления о сказанном, он выглядел даже гордо, несмотря на свой потрепанный вид. Северус не выдержал этого взгляда, отвернулся, а затем и вовсе прошел мимо, толкнув его плечом. Все как-то сразу перевернулось внутри, он чувствовал смятение, стыд, обиду, смутные отголоски ярости, жалости, желания помочь, остаться с Поттером и прогнать его, наорать… в конечном счете все это месиво одномоментно схлынуло, оставив ему звенящую пустоту в душе. — Не цепляйся за прошлое, — сказал Гарри в тот момент, когда Северус уже перестал ждать каких бы то ни было реплик, ведь все было ясно. После этого он шумно сбежал вниз по лестнице. Снейп вслушивался в его шаги до тех пор, пока все не стихло.