Глава 14
22 февраля 2026 г., 00:00
Одиннадцатичасовой поезд привез пассажиров на вокзал Кингс-Кросс точно по расписанию, в очередной раз утерев нос своему соседу Сент-Панкрасу.
Шерлок первым выскочил из вагона и рванул в сторону Западного зала. Весеннее солнце без труда пробивалось через прозрачные своды главного вестибюля, украшенного изящной стальной паутиной нервюр, веером расходящейся из центральной воронки. Из-за одновременного прибытия нескольких поездов огромный зал был похож на муравейник. Все спешили по своим делам, пытаясь обогнать друг друга и выгадать лишнюю секунду.
Чертыхаясь и активно работая локтями, Шерлок начал пробираться к ближайшему выходу. Вскоре дорогу ему преградила группа школьников. Пока дети громко обсуждали предстоящую экскурсию, с легкостью перекрикивая гул голосов, слившихся в неразличимый белый шум, взмыленные и раскрасневшиеся члены PTA лихорадочно носились по всему вестибюлю в отчаянных попытках собрать всех своих подопечных в одном месте.
Несколько мальчишек устроили шутливую потасовку. Смеясь и подначивая друг друга, они толкались и делали вид, будто боксируют. Шерлок дернулся влево, чтобы обогнуть школьников, и чуть не налетел на носильщика, едва поспевающего за пожилой дамой на высоких каблуках. Тогда он попытался обойти их справа, но один из мальчуганов попятился, наступил Шерлоку на ногу, взмахнул руками и с воплем полетел на пол. Холмс автоматически схватил его за капюшон и резким движением поставил на ноги.
— Аккуратней, — раздраженно процедил он сквозь зубы.
В ответ его вполне по-взрослому обматерили и посоветовали самому «смотреть куда прешь». Он хотел было ответить, но к ним уже подлетел один из родителей и, дав детям пару подзатыльников, обматерил Шерлока еще раз. Холмс решил не ввязывать в скандал, а поскорей добраться до Бартса, но вдруг увидел то, что заставило его похолодеть от ужаса и замереть.
Возле выхода на улицу стояли двое мужчин в черных куртках. Их можно было принять за обычных сотрудников трансферной службы, если бы не отсутствие у них таблички с напечатанным на ней именем. Они внимательно «сканировали» лица пробегающих мимо людей, временами бросая быстрые взгляды на экраны телефонов.
Шерлок присел на одно колено, делая вид, что счищает грязь с обуви, и осмотрелся. Возле двух других выходов стояли точно такие же мордовороты. Они останавливали высоких мужчин с темными, вьющимися волосами, но очень быстро теряли к ним интерес.
Шерлок понял, что ищут они именно его. Он медленно выпрямился и тут же оказался нос к носу с тем самым папашкой, который не переставал ругаться.
— И то, что вы так бесцеремонно схватили моего сына за шкирку — недопустимо! — разорялся он, размахивая руками.
— За воротник, — машинально поправил Шерлок. — Я схватил его за воротник, чтобы мальчик не упал.
— Тем более! — повысил голос мужчина. — Если вы порвали куртку моего сына… — он на секунду задумался, но тут же продолжил, добавив обертонов в голос, — а вы порвали куртку моего сына! Да я вас засужу! Вы еще ответите за домогательства к несовершеннолетним!
— Что? — рассеянно переспросил его Шерлок.
Все его мысли сейчас крутились вокруг того, как выбраться на улицу, минуя погоню, посланную Мораном. Ссора же явно начинала привлекать к ним ненужное внимание, и необходимо было срочно что-то предпринять.
— Послушайте, я сожалею, что грубо обошелся с вашим сыном. Давайте отойдем в сторону и спокойно все обсудим.
Шерлок настойчиво потащил мужчину за ближайшую колонну под продолжающиеся сыпаться в его адрес оскорбления.
— Вот моя визитка. Наберите меня после шести, и я уверен, что мы договоримся о сумме, которая поможет нам обоим разрешить эту неприятную ситуацию.
Не глядя, он вытащил из кармана первую попавшуюся бумажку — это был сложенный в несколько раз билет на поезд — и быстро запихнул его во внутренний карман пальто «я-же-отца».
— Кстати, ваш поезд, кажется, уже уходит.
Шерлок указал на электронные часы, переключая внимание мужчины, и незаметно вытащил из его кармана шапку, после чего заключил в полу-объятия и похлопал по спине. Тот замолчал, ошалев от такой фамильярности, но быстро пришел в себя и бросился к сыну, пытаясь вновь призвать его стоять спокойно и не баловаться.
В это время около ближайшего выхода «черные куртки» остановили очередного прохожего. Холмс решил рискнуть. Он до бровей натянул вязаную шапку и поднял ворот пальто. Засунув руки в карманы и опустив пониже голову, он сгорбился, пытаясь казаться ниже ростом, и быстрым шагом направился к массивным стеклянным дверям. Когда он поравнялся с Псами, сзади раздался злобный окрик:
— Стой, козлина! Отдай шапку!
— Эй, любезный, кажись, это он вам…
Какой-то прохожий, среагировав на выкрик, схватил Шерлока за локоть и развернул к себе. Остальные люди равнодушно бросали на них взгляды и спешили дальше по своим делам. Вот только вся катастрофа заключалась в том, что на них обратили внимание «черные куртки». Холмс невольно посмотрел в жесткие глаза одного из мужчин. Тот хищно сощурил их — цель была найдена — и быстро передав координаты своим товарищам, рванул к нему, одновременно запуская руку под свободно сидевшую на нем куртку. Не было никаких сомнений, что внутри была надежно спрятана портупея.
Шерлок выдернул руку, сорвал с головы шапку и, бросив ее в лицо Псу, рванул на выход. Сзади тут же полетели крики с требованием уступить дорогу, испуганный визг женщин и грубые ругательства мужчин.
Обернувшись, он успел насчитать семерых преследователей, пытающихся окружить его. Он рванул налево, намереваясь забежать в метро и попробовать оторваться, запрыгнув в первый попавшийся поезд. Почти добежав до лестницы он увидел, как из перехода навстречу ему неслись еще четверо мужчин. Один из них прыгнул через несколько ступеней и чуть не схватил его на штанину.
Шерлок резко затормозил, одновременно пытаясь развернуться, и чудом не упал. Во внутреннем кармане звякнуло стекло. Образцы! Сбоку послышались выстрелы и приказы остановиться. Вокруг тут же началась паника. Прижав пробирки левой рукой к груди, Шерлок затравленно оглянулся. Оставалось только одно — бежать через привокзальную площадь к проезжей части, надеясь, что преследователи не станут стрелять по толпе.
Легкие разрывало от нехватки воздуха, сердце, казалось, стучало в голове, перед глазами все расплывалось, картинка тряслась, в боку нестерпимо кололо, а ноги, казалось, еще чуть-чуть и откажут. Но Шерлок упорно бежал вперед.
Через мгновение в какофонию из человеческих криков вплелись звуки клаксонов и визга шин — Шерлок буквально запрыгивал на машины, пытаясь остановить хотя бы одну. Но испуганные водители лишь блокировали двери, а объехав психа, тут же давили на газ.
Сзади вновь раздались выстрелы. Шерлок обернулся и тут же оказался на капоте красного «Mini Cooper». Скатившись на асфальт, он понял, что сил подняться уже не осталось. Мужчины в черных куртках тем временем приближались, лавируя между остановившимися автомобилями. Их пистолеты были направлены в сторону Холмса.
Словно из ниоткуда, на линии огня, закрывая Шерлока от преследователей, возник черный «Jaguar». Пассажирская дверь призывно распахнулась. Не долго думая, Шерлок собрал последние силы и ввалился внутрь салона. Водитель тут же нажал на газ. Псы рванули за автомобилем, напрасно стреляя по бронированному кузову.
Пробирки вновь звякнули, и Шерлок трясущимися руками попытался успокоить их.
— Позвольте я возьму их, мистер Холмс, — раздался женский голос.
Взгляд Шерлока сфокусировался на лице женщины, сидевшей рядом с ним, и он узнал Антею.
— Давайте, давайте, а то расколите ненароком, — она бесцеремонно распахнула его пальто, вытащила образцы вместе с записями, передала все мужчине, сидящему на переднем пассажирском сиденье, и тут же уткнулась в смартфон, набивая сообщение. — Пока мы едем к вашему брату, можете перевести дух, а заодно вспомнить все, о чем узнали в «Баскервиле».
***
Моран припарковал машину около клуба и бегом помчался по лестнице в свой кабинет. Открыв за рабочим столом замаскированную под книжный шкаф дверь, он спустился в подвальное помещение и, не теряя ни минуты, методично начал собирать укладку. Ампулы, шприцы, жгуты, медицинские инструменты. Каждому предмету свое место. Быстро и четко. Открыл шкаф, достал инструментарий, и, наконец, взял из сейфа несколько доз наркотика «Дыхание Дьявола». Он вынес поклажу на лестницу, а вернувшись, обвел взглядом комнату, соображая, что еще ему может понадобиться. В это время у него зазвонил телефон. — Мы его упустили, — прорвался через помехи мужской голос. — Не понял. Что ты сейчас сказал? Из трубки донеслось кваканье и несвязные обрывки фраз. Морану пришлось подняться в кабинет, чтобы связь восстановилась. — Вас было пятнадцать человек, каждый прошел службу в «горячих» точках и принимал непосредственное участие в разработке и осуществлении секретных спецопераций. Вы что, не можете захватить одного гражданского? — орал он в трубку. — На хуй вы мне тогда нужны! — Мы не виноваты, босс, — оправдывался Пес. — Мы его почти взяли, но его перехватили люди Майкрофта. Все случилось настолько быстро, что мы ничего не могли сделать. — Значит, Шерлок уже у брата, — выдохнул Моран и опустился в кресло. — Что нам сейчас делать? — Молиться! — прорычал Моран и отключился. Он уперся локтем в подлокотник и подпер голову рукой. Закрыв глаза, он вслушивался в мерное тиканье настенных часов. Чертовы Холмсы! А ведь Моран не раз предупреждал Джеймса, чтобы тот не связывался с Майкрофтом. Были же налажены все необходимые связи, дела поставлены на поток. Практически вся прибыль легализовалась через лондонский клуб, плюс имелся мелкий бизнес на Западе и Востоке. Но нет! Дурная голова ногам покоя не даёт. Джеймс Мориарти же — гений криминального мира! Паук, незаметно плетущий сети! Мало было контролировать практически все криминальные организации и наркокартели Великобритании и постсоветского пространства. Захотелось, видите ли, подмять под себя весь Мир. И ведь нашел, блять, с кем дело иметь. Майкрофт Холмс — самая настоящая рептилия. А многие из рептилий, как известно, питаются пауками. Но разве будет такой человек, как Мориарти, слушать… Помощника? Друга? Уж точно не любовника, как того требовала его истерзанная в клочья душа. Бывший военный… Теперь простой наемник. Как же хочется знать, что он, Себастьян Моран, для Джеймса Мориарти не очередной расходный материал. Не марионетка, гниющая в пустом сундуке до того момента, когда наступит время отыграть свою партию на сцене политических интриг и вновь вернуться в самый дальний угол пыльного чулана. Но было уже слишком поздно что-то менять. Паук давно впрыснул свой яд в тело наивной жертвы, и с тех пор не забывал поддерживать необходимую концентрацию отравы в ее крови: слишком маленькую, чтобы убить, но достаточную, чтобы полностью подчинить своей воле. Моран понимал, что необходимо срочно действовать, что каждая минута промедления сейчас могла обернуться настоящей катастрофой, но ничего не мог с собой поделать. Из каждого уголка кабинета на него начала наступать тьма. Он тонул в ее вязких объятиях, погружаясь все глубже и глубже, в самое сердце бездонной бездны. Где свет черного солнца окончательно высушит его душу и испепелит все остатки воспоминаний. Где эмоции превратятся в ледяное стекло и тут же рассыплются мелкими осколками, разбившись об острые углы ложных надежд на светлое будущее. Этой ночью он сам себе нанес смертельную рану, убив своего «сына», своего маленького мальчика, которого любил ничуть не меньше, чем Мориарти, хотя и научился скрывать свою главную слабость ото всех. Но эта открытая, кровоточащая рана никогда не затянется. Сегодня он совершил свой самый страшный грех. И с осознанием этого ему придется жить дальше. Как он мог? Как же он позволил превратить себя в безжалостную машину для убийств? Ответ лежал на поверхности, и правда была страшна: война закончилась, но он, как и многие подобные ему солдаты, так и не покинул поле боя. И сегодня ночью он выполнил приказ. И выполнил бы его еще раз, если бы это от него потребовалось. Поэтому он вновь собрал себя из осколков и набрал Мориарти. Его босс орал так, что оставь он трубку на столе и отойди в самый дальний угол, он смог бы разобрать все «лестные» эпитеты, которыми его награждали. Когда буря чуть улеглась, Моран получил свежие указания, моментально порушившие все его планы. Первым пунктом в списке значилось подчистить все следы, которые могли бы связать клуб с деятельностью «Баскервиля» и другими подобными ему заведениями. Ибо, исходя из того, что Шерлок оказался в безопасности, можно было ожидать, что в самое ближайшее время Майкрофт натравит на клуб полицию в поисках дополнительных рычагов давления на Джеймса Мориарти. Скрипнув зубами, он приказал своим Псом немедленно приехать в клуб и методично начал зачищать все помещения. Ну ничего, успокаивал себя Моран. Он разберется с Джоном Ватсоном чуть позже. Этот ненавистный танцоришка лишь получил отсрочку казни. И когда он закончит в «Либерти Ин», уже никто и ничто не сможет ему помешать.***
Антея провела Шерлока в рабочий кабинет старшего Холмса. Справившись о желании выпить кофе и чем-то перекусить, она получила отказ и тут же ретировалась, оставив детектива одного. Недолго думая, Шерлок расположился в кресле Майкрофта и, не снимая грязных ботинок, задрал ноги на массивный стол. На рабочей поверхности царил строгий минимализм. Бордовая кожаная папка с чистыми листами лежала в верхнем правом углу стола рядом с держателем, из которого торчали две перьевые ручки. Левее находился отрывной календарь, похудевший уже на треть. Шерлок усмехнулся. Интересно, его брат сам следит за актуальностью календарной даты или у него есть специальный человек? А может, даже этот человек — Антея? Он представил, как каждое утро она ни свет ни заря приезжает сюда, чтобы оторвать очередной листок. Небось, научилась это делать, не отрываясь от своего смартфона. Больше на столе ничего не было. Ни настольной лампы, ни телефонов, ни семейных фото. Шерлок достал чистый лист бумаги и нацарапал на нем смайлик-карикатуру хозяина кабинета, сложил из него журавлика и положил обратно в папку, а саму папку переложил на левую сторону рабочей поверхности. Спрятав одну ручку в потайной карман неснятого пальто, он до отказа открутил у кресла релакс-механизм и изменил высоту посадки до минимума. Удовлетворившись совершенными пакостями, он от нечего делать начал проверять чистоту поверхности невысокого шкафа. — Уборщица заходила всего пару часов назад, — услышал он голос брата. — В таком случае уволь ее. Он показал посеревший от пыли кончик указательного пальца возникшему на пороге Майкрофту. Но тот никак не отреагировал, лишь молча пересек кабинет и опустился в гостевое кресло перед столом. — Шерлок, присядь. Тон, с которым были сказаны эти два слова, явно был приказным, и у Шерлока тут же возникло желание сделать все наоборот. Но у него было слишком много вопросов, на которые он хотел получить ответы. Поэтому он покорно опустился в оставшееся свободным кресло по левую сторону от стола и, закинув ногу на ногу, в нетерпении забарабанил пальцами по подлокотникам. — Шерлок, — как обычно, на выдохе произнес Майкрофт имя младшего брата, — ответь мне на простой вопрос: как ты умудряешься засунуть нос туда, куда тебя не просят, и при этом выйти сухим из воды? Ты хоть представляешь, что могло произойти, если бы финал был другим? — Это было бы невозможно. Кстати, я, конечно, благодарен, что твои люди любезно предоставили мне трансфер по прибытии в Лондон, но они явно напутали конечную точку маршрута, спутав Бейкер-стрит с твоим кабинетом, — произнес Шерлок, по привычке бравируя перед братом там, где обычно люди говорят: «спасибо», и тут же уже с совершенно другой, тревожной интонацией задал главный для себя вопрос: — Скажи, что ты непричастен ко всей этой истории с наркотой. Майкрофт смотрел на него и молчал. Шерлок закрыл глаза, и по его лицу пробежала мучительно болезненная судорога. Он уже знал, что другого ответа не могло быть, но до последнего надеялся, что Майкрофт с возмущением опровергнет брошенные в его адрес обвинения, назовет Шерлока дебилом или кем-то похуже и раскроет подробности хитрого плана по пресечению преступной деятельности крупного наркокартеля. — Думаю, мне не стоит объяснять, что находится в тех пробирках, которые ты вынес из центра, — его брат сложил ладони лодочкой и подпер кончиками пальцев подбородок. — Но ты наверняка не догадываешься, что это значит для меня. — Мне плевать! — яростно выплюнул Шерлок, не узнавая свой неестественно высокий голос. — Мой лучший друг умер! — Твой лучший друг что? — удивился Майкрофт. — О, какое искреннее удивление! Ты всегда умел выдавать нужную тебе эмоцию, оставаясь хладнокровным к чужим чувствам, словно рептилия! — Шерлок… Но младший Холмс уже не мог остановиться. Его идеальный брат, всю жизнь отдававший всего себя защите Родины, сам в результате оказался преступником. Сердце разрывалось от боли. Шерлоку казалось, будто его предали и растоптали. — Ты всегда считал меня обузой, от которой не можешь избавиться, — полились из глубины души его старые детские обиды, — поэтому ты постоянно делал мое существование невыносимым! — Шерлок… — Ты решил бить по самому больному, отбирать то, что мне дорого! Сначала родители, затем мой пес, а теперь Грег! — Шерлок, послушай меня… — Да пошел ты на хуй! — заорал младший Холмс. Он вскочил и навис над братом. — Ты переступил черту, когда связался с наркобизнесом! Тебе мало влияния, которое ты уже имеешь? Захотел мирового господства? Бедный инспектор, он был уверен, что в городе появился маньяк, психопат, убивающий ради удовольствия. А на самом деле он действовал по твоей указке! И чтобы никто не узнал, чтобы твоя репутация осталась чистой, ты убил Грега! Я ненавижу тебя! Да что б ты… Майкрофт размахнулся и с силой влепил Шерлоку оплеуху, отчего тот резко замолчал и плюхнулся обратно в кресло, держась за горящую щеку. — Все сказал? — спокойно спросил Майкрофт, глядя брату в глаза, в которых постепенно угасала ярость, сменяясь болезненной усталостью. — С чего ты решил, что я убил Грега Лестрейда? — Ну, не ты лично, — на секунду замялся Шерлок, — но ты нанял того, кто сделал ему смертельную инъекцию, а сам стоял и смотрел на все это! Я и не подозревал, насколько ты циничен! Да-да, Молли Хупер успела мне все рассказать перед тем, как… «Что вам здесь надо?» — тут же всплыли в его памяти последние услышанные от девушки слова, прежде чем в трубке раздались гудки. Он в ужасе обхватил голову руками и начал раскачиваться вперед-назад. — Только не говори, что ты и ее убил… — Послушай меня, Шерлок. Майкрофт тяжело вздохнул, взял брата за запястья и без каких-либо усилий опустил его руки. — Взгляни на меня. Шерлок поднял на него глаза, полные слез. — Во-первых, инспектор жив и уже вполне здоров. Как, собственно, и сама мисс Хупер. От этих слов Майкрофта его брат вздрогнул, словно от громкого звука. — Тебе знакомо имя Джеймс или Джим Мориарти? — Да, он владелец ночного клуба «Либерти Ин», — кивнул Шерлок. — Но еще я знаю, что ты покровительствуешь данному заведению. — Так вот, ради тебя, чтобы спасти твоего друга инспектора, я заключил с Мориарти весьма невыгодную для себя сделку: пообещал, что моего влияния на его клуб больше не будет. В обмен на это обещание Джим вколол Лейстрейду антидот. Но когда он пришел в больницу, то столкнулся с Молли Хупер. А так как она многое знала про наркотик, ее жизнь была в опасности, и пока Мориарти не узнал про нее, мне пришлось ее срочно изолировать, чтобы вывести из-под удара. — Что?! — выдохнул Шерлок, не веря своим ушам. — Не владея полной информацией, она просто сделала неправильные выводы, чем дезинформировала и тебя. Видимо, мне все же придется тебе все рассказать, братец мой, ведь ты же не успокоишься, не узнав всей правды. Шерлок почувствовал себя совершенно опустошенным после испытанных только что эмоциональных качелей. Поэтому, сделав над собой колоссальное усилие, он заставил себя встряхнуться и сосредоточиться на словах брата. — Несколько лет назад в рамках спецоперации, проводимой в другой стране, мне в руки попали весьма интересные документы, — начал Майкрофт, откинувшись на спинку стула. — Это были протоколы испытаний экспериментального препарата. Проект собирались закрывать из-за отрицательных результатов. Но именно они меня и зацепили. Не знаю почему. Наверное, сработало внутреннее чутье. Я показал документы экспертам и понял, что разрабатываемое вещество было революционным открытием в области медицины. Вот только копали ученые не в ту сторону. Им необходимо было сосредоточиться на сопутствующем хондропротекторном действии. Не буду грузить тебя медицинскими терминами и лишней информацией, перейду сразу к сути. Чуть изменив вектор исследований, можно получить препарат, который поставит на ноги самых безнадежных больных с болезнями опорно-двигательного аппарата. Причем со временем он позволит им вернуться к полноценной жизни. — И в чем же его революционность? — спросил Шерлок. — Правильно подобранная лекарственная терапия и реабилитация вкупе с достаточной обеспеченностью пациента творят чудеса. — В зависимости от степени деструкции, больному может потребоваться многолетняя реабилитация, в конце которой пациенту не гарантируется возвращение к привычной жизни, — парировал Майкрофт. — Этот же препарат мог в кратчайшие сроки поставить на ноги людей, оказавшихся прикованными к инвалидной коляске до конца жизни. А теперь внимание, братец. Увеличив дозировку, мы достигаем обратного эффекта. Все суставы и весь костный скелет постепенно начинают разрушаться, и ни один из известных препаратов не может даже замедлить деструктивные процессы. И вот, растворив препарат в источниках питьевой воды недружественной нам страны, мы получаем… — Мощнейшее биологическое оружие, — закончил Шерлок, с ужасом представляя последствия его применения. — Остается только правильно разыграть партию с антидотом, который есть только у нас, и, вуаля — Великобритания безоговорочно господствует во всем Мире! В глазах Майкрофта появился маниакальный огонек. — Естественно, прежде чем докладывать Им… — не желая называть имена, он взглянул на потолок, — и запускать такой глобальный проект, необходимо было получить стабильную молекулу и подтвердить ее действие первичными клиническими испытаниями. — Если необходимо проводить по сути «слепые» испытания, то незаметнее всего подмешивать препарат посетителям ночных баров, где употребление запрещенных веществ в порядке вещей. Поэтому ты решил замаскировать его под видом наркотика, а клуб «Либерти ин» ты выбрал потому, что знаешь его владельца? Майкрофт разочарованно поджал губы. — Я всегда говорил тебе, что ты часто делаешь поспешные и от того неверные выводы. Щеки Шерлока моментально вспыхнули. — Почему же? Хостес клуба… Уигги рассказал мне, что выбирал для тебя подопытных из числа посетителей. И, кстати, херня твоя формула, братец. Даже сменив форму выпуска с раствора на аэрозоль, после приема препарата люди не выживали. Брови старшего брата медленно ползли вверх, и, явно смутившись, Шерлок сделал над собой усилие, чтобы его голос звучал достаточно уверенно. — Когда Лестрейд обратился ко мне за помощью, чтобы разобраться в причинах смерти людей от обезвоживания, сначала я думал, что в городе появился маньяк-психопат, но со временем выяснил, что дело было в разработке наркотика. Но оказывается в клубе тестировали не наркотик, а биологическое оружие. И обезвоживание, скорей всего, было его побочным действием, ведь так? Майкрофт не ответил. Скрестив руки, он внимательно слушал Шерлока с легкой полуулыбкой. — Поначалу все указывало на то, что наркотик жертвам эксперимента подмешивал Ватсон, но Уигги сознался, что именно он был исполнителем. Джон же перешел ему дорогу, поэтому, когда в клуб пришла полиция для опроса свидетелей из-за смерти посетителя, хостес решил его подставить. Теперь же я понимаю, что в клубе проводили два эксперимента: на посетителях тестировали оружие, а на Джоне Ватсоне — то самое инновационное лекарство. Но у меня остался один вопрос: зачем вам нужна именно детская кровь, да в таком огромном количестве? Старший Холмс пару раз ударил в ладоши и со вздохом поднялся. — Намного, намного лучше, братец, но опять не правильно, — проговорил он Шерлоку на ухо и со всей силой хлопнул рукой между лопаток. — Так прекрати говорить одними намеками и тешить свое чрезмерно раздутое самолюбие, — прошипел от боли Шерлок. — Объясни по-человечески. — Тогда давай сначала вернемся к личности Джеймса Мориарти. Майкрофт обогнул стол, постоял, глядя на рабочую поверхность, и отошел к окну. Прислонившись к подоконнику, он продолжил: — В криминальном мире Мориарти известен, как злодей-консультант, гений преступного мира. Я, честно говоря, до сих пор удивляюсь, как вы с ним еще не пересеклись. Зато мне частенько приходится разгребать последствия преступлений, совершенных его клиентами. Этот человек настолько изворотлив, что доказать его причастность к преступлениям — нереально. Майкрофт тяжело вздохнул и потер переносицу. — И вот однажды, когда был выбран и полностью переоборудован центр для проведения исследований, были заключены договора с ведущими учеными со всего мира, в общем, когда все было готово для запуска проекта, моей разведке сливают информацию, что этот Злой Гений ищет лабораторию для разработки супернаркотика. И я подумал, почему бы не использовать принцип «держи друзей близко к себе, а врагов еще ближе». Мы заключили договор. Через свой клуб он подыскивает людей, подходящих под определенные критерии, и незаметно подливает им в напитки лекарство, а я разрешаю ему использовать все возможности «Баскервиля». Пустив его в лаборатории центра, я был уверен, что смогу узнать формулу его наркотика, и, наконец-то, прищучу этого гада! — А ты не боялся, что он мог так же украсть формулу и твоего лекарства? — Дело в том, Шерлок, что Мориарти никогда не знал, каким потенциалом обладает препарат. Но зато он был ослеплен навязчивой идеей создания супернаркотика и господством во всем Мире. — Тебе никого это не напоминает? — не сдержался и подколол брата Шерлок. Но тот либо и правда не понял намека, либо лишь сделал вид, что не понял. — Все жертвы обезвоживания — на совести Мориарти. Дегидратация действительно была огромной проблемой, с которой он никак не мог справиться самостоятельно, и я предложил ему услуги своих ученых в обмен на формулу наркотика. Когда же он начал тянуть время и кормить меня «завтраками», я понял, что формулу он мне не выдаст. К тому же его люди работали в лаборатории очень аккуратно, и мы никак не могли получить образцы. В отчаянии я хотел дать ему свой препарат в дозе, необходимой для начала деструктивных процессов, а потом потребовать формулу в обмен на антидот. Уж при такой постановке вопроса, я был уверен, что получу формулу. Но все дело было в том, что на то время антидота еще не существовало, а я хотел, чтобы Мориарти работал на меня. — И ты решил протестировать препарат на Джоне Ватсоне. Майкрофт кивнул. — Когда я размышлял, как максимально эффективно провести испытания, то понимал, что на роль подопытного необходимо выбирать человека, для которого физическое здоровье имеет первостепенное значение. Было несколько вариантов, но я решил остановиться на артистах балета. Огромная конкуренция, помноженная на ограниченное время для построения карьеры — идеальные критерии для выбора именно этой профессии. Не долго думая, я обратился в Ковент-Гарден. Дэвид О’Кара не мог отказать своему главному меценату. Он предложил мне рассмотреть кандидатуру Джона Ватсона. Сирота, друзей нет. Амбиции через край, но талант весьма посредственный. Случись что — и никто искать не будет, и театр многого не потеряет. Был разработан простой, четкий план, который состоял из двух частей. Вначале должен был быть запущен процесс деструкции… — То есть ты хочешь сказать, что специально сделал из человека инвалида? — перебил его Шерлок. — Оглянись вокруг, братец мой, — снисходительным тоном проговорил Майкрофт. — Воздух, которым мы дышим, давно отравлен. Качество продуктов питания оставляет желать лучше. Мы становимся инвалидами еще в утробе матери. Я продолжу с твоего позволения. Приоткрыв окно, он вернулся в гостевое кресло. Шерлок слушал брата молча, постепенно впадая в состояние шока. По распоряжению Дэвида О’Кара тендерный отдел Ковент-Гардена осуществил закупку минеральной воды, после чего всех танцоров обязали выпивать по бутылке каждый день в качестве эксперимента по улучшению физического здоровья. Для Джона Ватсона был выделен отдельный паллет, и в каждый флакон с помощью шприца было впрыснуто лекарство. На раздачу временно были поставлены люди Майкрофта, чтобы исключить осечки. Результат не заставил себя долго ждать. Чистота исполнения элементов стабильно снижалась. То, что Джона мучала непрекращающаяся боль в колене, не смогло укрыться от проницательного взгляда хореографов. А участившиеся обращения к врачам лишний раз подтверждали, что лекарство методично уничтожает суставы. Когда походы в клиники прекратились, была устроена встреча с Мориарти, в ходе которой Джону было сделано предложение на добровольное участие в тестировании инновационного препарата с возвращением к полноценному образу жизни. Полученный отказ стал не то, чтобы полной неожиданностью, но был мало ожидаем. — Я был на 99% уверен, что Ватсон руками и ногами вцепится в шанс на светлое будущее, — сокрушался Майкрофт. — Надо быть полным дебилом, чтобы отказываться от такого. Я даже начал сомневаться в правильности своего выбора. Посовещавшись с Мориарти, который убедил старшего Холмса в неиссякаемом, но глубоко скрытом, потенциале Ватсона, и с учетом того, что для его подготовки, как объекта для исследования, было затрачено слишком много энергетических ресурсов и денежных средств, было принято решение больше не наседать на Джона, чтобы тот, ни дай бог, ничего не заподозрил, и еще немного подождать. Точка невозврата была достигнута на премьере балета. Колено просто-напросто отказало своему хозяину, который после падения на сцене уже не смог подняться, и был госпитализирован. Заранее проплаченные хирурги уже ждали своего пациента и провели по сути фиктивную операцию по восстановлению разрушенного сустава. Они поставили временный штифт, чтобы создать иллюзию положительного результата после хирургического вмешательства. — Я боялся, что Джон и теперь откажется принимать участие в испытании лекарства, а значит был необходим дополнительный стимул. Мы наняли людей и, смоделировав различные жизненные ситуации, решили продемонстрировать Джону, что его ждет в будущем. Да, возможно, они получились чересчур утрированными, но это сработало. Нам даже не пришлось вновь сталкивать его с Мориарти. Ватсон позвонил ему первым. А дальше дела пошли, как по маслу. Танцор исправно принимал лекарство, состояние его колена заметно улучшалось с каждым днем. И вот настал момент, когда необходимо было заложить в него уверенность в завтрашнем дне. Под предлогом возвращения в былую форму, необходимую для покорения балетных подмостков мировых театров, Мориарти предложил Джону выступать в клубе с номером, поставленным специально для него, и после согласия — оформил его в штат. — Кстати, тем самым Джон нажил себе кровных врагов в лице хостеса и еще нескольких сотрудников клуба, — встрял Шерлок. — Уигги рассказывал, что Мориарти решил не создавать дополнительную ставку, а уволить ведущего танцора. Я до сих пор не понимаю, почему им было принято именно такое решение, но оно оказалось роковым для Джона. — Это не Мориарти решил, — улыбнулся Майкрофт. — Это я настоял на увольнении его примы. Понимаешь, братец, для Джона все стало складываться слишком просто. Захотел — получил. В реальной жизни все по-другому. За каждое свое решение необходимо платить соответствующую цену. К тому же, мне было интересно, как он умеет справляться с жизненными трудностями. Положа руку на сердце, и Мориарти с Мораном были не в восторге, что Ватсон стал выступать в «Либерти Ин». Они до последнего настаивали, чтобы Майкрофт устроил Джона в другой клуб, но старший Холмс был непреклонен. Ему пришлось пригрозить криминальному гению, что если он не подчинится, то о «Баскервиле» он может забыть, и проблема была решена. Номер снискал славу у публики, и у Джона появились поклонники среди влиятельных фигур, которые были не прочь оказать ему посильную спонсорскую помощь в обмен на определенные услуги интимного характера. — И вот тут я совершил ошибку, — покачал головой Майкрофт. В современном мире, а тем более в шоу-бизнесе, наравне с балетом, для стремительной карьеры необходим продюсер, а еще лучше — спонсор. А ведь Ватсону при подписании договора на согласие в испытании препарата как раз и обещали, что, после прохождения полного курса лечения, его будет ждать блистательная карьера. — Я не знаю, что со мной произошло, — сокрушался старший Холмс, — но как только я представлял, что кто-то другой предложит Джону… что Джон с кем-то другим… Шерлок с неприкрытым отвращением уставился на брата. «Просто великолепно, — пронеслось у него в голове, — мой брат к тому же еще и гей! И мама с папой еще хотели, чтобы я пошел по его стопам». — Это было спонтанное решение, — тем временем продолжал Майкрофт, не замечая перекошенное лицо Шерлока. — Сейчас я понимаю, что надо было рассказать о корректировке плана Мориарти, подготовить почву, а не так бросаться в омут, очертя голову. Но тогда это было похоже на какое-то помутнение. Майкрофт приехал в клуб, чтобы, наконец, лично увидеть номер Джона, о котором гудел весь Лондон, и попросил хостеса не докладывать никому о его визите. — Глядя на его идеально накаченное тело, на его пластичность, какую-то неземную легкость в каждом движении рук, в едва уловимом наклоне головы, я понял, что впервые в жизни хочу провести ночь с мужчиной. Казалось, что на сцену впорхнул Ангел, который мог исцелить мою изувеченную душу. Глаза мужчины заволокло дымкой воспоминаний. Он вновь проживал ту встречу, воскресая в памяти охватившие его чувства. — Помню, что я остановил его тогда после выступления, мы перекинулись парой фраз, а после я пошел за ним в гримерку. И там, взглянув в его глаза, я понял, что пропал. Меня накрыло такой волной страсти, что я отключился, а когда пришел в себя, то с ужасом понял, что случилось непоправимое. Майкрофт уронил голову и закрыл лицо ладонями. — Джон лежал на полу, его глаза были закрыты, а на голове была страшная, кровоточащая рана. Мне казалось, что помимо того, что он сам был весь в крови, его кровь была и на моих руках. Я не знал, что мне делать. Тогда я трусливо сбежал. Вполне естественно, что после такого Джон разорвал договор. Мориарти был в ярости, а у меня не было ни одного аргумента в свою защиту. Внезапно он поднял голову и посмотрел на брата. — Теперь у тебя есть еще один повод презирать меня. — Я… — замялся Шерлок. — Я не знаю, как на это реагировать. По крайней мере, это было правдой. После такого признания он сам находился в шоке. Он никогда не предполагал, какие скелеты Майкрофт тщательно прятал глубоко внутри себя, прикрываясь надменностью и холодной отстраненностью. — Как я уже тебе говорил, в Джона было вложено слишком многое, чтобы вот так все бросить, — продолжил старший Холмс. — Эксперимент необходимо было довести до конца. Мы начали думать, как сделать так, чтобы Джон вернулся. И тут мне позвонил Дэвид. Оказалось, что его новый хореограф учился вместе с Джоном в Королевской школе и предлагал того на ставку своего помощника. — Я поручил возобновить наблюдение за Джоном и параллельно начал разрабатывать новый план. Благодаря подробным отчетам, выяснилось, что у лекарства есть побочное действие. Если бросить лечение и не пройти курс до конца, то суставы начнут разрушаться еще быстрее. Тем не менее Джон, казалось, смирился со своей участью. Он устроился в обычную школу вести кружок балета и даже не помышлял вернуться в клуб. Необходимо было срочно что-то предпринять. Достаточно было одного анонимного письма с видеозаписью номера из ночного клуба, чтобы окончательно лишить Джона возможности устроиться по профессии. Но и этот удар он выдержал стоически. Многие на его месте пристрастились бы к бутылке и вскоре оказались на улице, но Джон ни разу не притронулся к алкоголю. Вместо этого он пошел в службу занятости и вскоре стал работать кассиром в супермаркете. Дальше тянуть было нельзя, и Майкрофт дал отмашку начинать. — Но еще я не мог смириться с тем, что Ватсон отказал мне, — сжал кулаки Майкрофт. — Я знал, что не успокоюсь, пока он добровольно не ляжет в мою постель. Я просто должен был заставить его полностью подчиниться мне. Майкрофт поставил задачу Мориарти разработать алгоритм действия для слома личности и подавления воли, который затем можно было применять в политике для корректировки поведения социума. Для того, чтобы Джон не смог больше отказаться и уйти, он должен был подписать договор, согласно которому буквально соглашался стать рабом старшего Холмса. Он должен был жить в квартире, которую ему предоставят, и покидать ее только с разрешения Майкрофта. К тому же, он обязывался в любое время дня или ночи исполнять любую его прихоть, будь то членовредительство, убийство или даже самоубийство. Юристы, и Майкрофта, и Мориарти потрудились на славу. В тексте договора все было настолько завуалировано, что понять настоящий смысл обычному человеку было невозможно. А если бы что-то пошло не так и Джон решился бы пойти в суд, любой адвокат с легкостью мог доказать, что он участвовал в социальном эксперименте добровольно. Как Мориарти смог уговорить Джона вернуться, так и осталось для старшего Холмса тайной, но он вновь стал выступать в ночном клубе и принимать лекарство. Правда на тот момент было подписано всего лишь два договора: трудовой и согласие на испытание препарата. Мориарти вновь уговорил Майкрофта взять тайм-аут и не наседать на Джона с подписанием третьего договора. Номер тем временем обновили и ввели в него троих ребят на подтанцовку. Им отводилась роль всячески хвалить Джона и убеждать, что у него талант от Бога, в результате чего он должен был поймать «звездную болезнь». И вот полный курс лечения был пройден. Анализы показали, что организм Ватсона полностью восстановился. Осталась едва заметная хромота, но прогнозы были вполне оптимистичны: через год, максимум два, от нее не осталось бы и следа. Дальше Мориарти должен был сообщить Джону, что в связи с тем, что он выполнил свои обязательства, в силу вступают и обязательства влиятельного покровителя. Естественно, на случай отказа был придуман план Б: парочка серьезных подстав, зафиксированных аудио и видеозаписями, и последующий за всем этим шантаж — и договор был бы подписан. Но тут случилось то, чего никто не ожидал. Джон совершил двойное убийство в рамках самообороны. Это был просто подарок судьбы. После такого у Джона не осталось выбора, и он подписал третий договор. — И что ты заставлял его делать? — спросил Шерлок. Ему внезапно стало интересно, насколько изощренная фантазия у брата. — Многое. К его большому сожалению, Майкрофт лишь улыбнулся, вспомнив проведенную с Джоном ночь в дешевом придорожном мотеле. — Боюсь спросить, неужели ты назвался своим настоящим именем? — Нет, конечно же, — фыркнул старший Холмс. — Джон знал меня под именем Мармос. — Мармос? — переспросил Шерлок. — Что за бред? — Это собирательное имя. Я решил, что использовать имена двух демонов, будет весьма символично. Первый демон, Марбас, насылает и излечивает болезни, а второй — Маммон — является демоном богатства. — Сказать, что я в шоке, ничего не сказать! Шерлок вскочил от переполнявших его чувств и заметался по кабинету. — И давно ты увлекаешься демонологией? — Приходится углубляться во многие сферы деятельности, — вздохнул Майкрофт. Шерлок неопределенно всплеснул руками и со всего размаху плюхнулся в рабочее кресло брата. Его ноги тут же взмыли вверх, и он чудом не рухнул на пол, в панике ухватившись за край стола. — Мне иногда кажется, что ты остановился на уровне развития пятилетнего ребенка, — закатил глаза Майкрофт. — Еще бы кнопку подложил. Кстати, если бы ты не переложил папку на другую сторону стола, у тебя может и остался бы шанс, что я попадусь в ловушку. Он помог Шерлоку выбраться из кресла. — Недавно я аннулировал договор с Джоном, если тебе будет от этого легче. — А Ватсон об этом знает или ты «забыл» ему об этом сообщить? — Я очень занятой человек. Я передал эту информацию через Себастьяна Морана. — Который тоже ненавидит Джона? Молодец, братец. Ты превзошел сам себя. — Твой сарказм здесь неуместен. Тебе-то какое дело до этого танцора? — Я так долго за ним гонялся, а с учетом того, что я узнал про него, то мне просто необходимо поговорить с ним, чтобы выяснить ответы на оставшиеся вопросы. — После того, как мы закончим, — отрезал Майкрофт. — Вначале расскажи, как тебе удалось сбежать из «Баскервиля», прихватив с собой образцы наркотика и антидота. — Мне помог один лаборант, Том. Пока Шерлок рассказывал, Майкрофт не проронил ни слова. — Так вот кому я обязан такому долгожданному контролю над Мориарти, — довольно улыбнулся Майкрофт, когда Шерлок закончил. — Имея на руках формулу наркотика и антидота, Джим и шагу не сможет ступить, не получив мое разрешение. — Том просил, чтобы ты защитил его семью. Надеюсь, ты не откажешь в этой просьбе человеку, исполнившему твое сокровенное желание. — Хорошо, у них будут новые личности. Их больше никто не тронет, — Шерлок с благодарностью кивнул. — Есть что-то еще, что ты хочешь узнать? — Как ты узнал, что я в «Баскервиле»? — Мы раскололи Брайана. Кстати, он оказался весьма неплохим хакером. Я даже подумываю взять его к себе в штат. — Вот мудак, — воскликнул в сердцах Шерлок. — Я бы на твоем месте хорошенько подумал, прежде чем брать его на работу. — Не переживай. У меня имеются достаточно сильные мотивирующие факторы, чтобы держать подобных личностей в ежовых рукавицах. — Не сомневаюсь. Но ты так и не ответил: зачем надо убивать детей? — напомнил Шерлок. — Ученые, которых нанял Мориарти, никак не могли стабилизировать молекулу наркотика. Ее разрушение начиналось практически мгновенно после попадания в организм человека, буквально иссушая его. Но моим сотрудникам удалось найти выход, — с гордостью проговорил Майкрофт. — Необходим был определенный вид белка, который вырабатывался только у детей в возрасте 6-8 лет. — Но зачем нужна вся кровь? — К сожалению, белка необходимо очень много. У среднестатистического ребенка в организме всего около 2,5 литров крови, и выделенного из всего объема белка едва хватает для создания одного образца. — Майкрофт, но это же дети! У тебя совсем ничего святого нет? — Все умирают, братец. Это единственный факт, который нельзя подвергнуть сомнению. Давай оставим морально-этические аспекты. Или ты считаешь, что гибель огромного количества животных на стадии доклинических испытаний не стоит осуждения? С каких это пор ты стал таким самоотверженным моралистом? — Ты просто отвратителен. — Не более чем другие, Шерлок. А теперь послушай меня внимательно. Вы с инспектором немедленно прекращаете расследование и навсегда забываете обо всем. — Но… — Ты понял меня, Шерлок? — повысил голос Майкрофт. — Ты никогда не был в «Баскервиле» и тем более ничего не выносил из него. Нашего с тобой разговора также никогда не было. В противном случае я не посмотрю, что ты мой брат. Надеюсь, мы друг друга поняли. — Более чем, — сквозь зубы проговорил Шерлок, поднимаясь. — Внизу тебя ждет машина. Скажешь шоферу адрес — он тебя отвезет. А сейчас извини, мне необходимо работать. Майкрофт пересел на свое рабочее место и закрыл глаза, давая понять, что разговор окончен. После того, как за Шерлоком закрылась дверь, он взял за хвост бумажного журавлика, которого недавно сложил его брат, с нежностью погладил его по голове и написал на нем трехзначную цифру, а потом достал из левого нагрудного кармана маленький ключик и открыл им верхний ящик стола. С горечью вздохнув, Майкрофт аккуратно положил журавлика к его «братьям» и тщательно закрыл замок.***
Черный «Jaguar» притормозил возле невзрачного дома на Портсмуд-роуд. Шерлок на ходу выскочил из машины, взбежал по лестнице и замер перед дверью. Правая рука застыла в миллиметре от кнопки звонка. «Что я скажу?» — пронеслось в его голове, пока сердце в груди отстукивало тревожно, с перебоями, оно замирало и вновь толкалось. — Привет, я Шерлок Холмс, я первый в мире детектив-консультант, — прошептал себе под нос Шерлок и пригладил кудряшки. — Нет. Привет, я Шерлок Холмс, я знаю, ты не маньяк, но я хотел бы узнать… Ну да, после этого он любезно предложит зайти. Твою мать! Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. — Привет, ты меня не знаешь… Блять, опять не то. Ладно… Он нажал на звонок, и в глубине квартиры зазвучала птичья трель. Постояв минуту, он вновь надавил на черную кнопку. За дверью была тишина. Шерлок в нетерпении переминался с ноги на ногу. «Может, его просто нет дома», — подумал он и тут же услышал какой-то шорох. Прочистив горло, он громко постучал. Дверь распахнулась.
