Зимние ночи.

II Он рассеянно проводит широкой ладонью по льняной простыне. Рука мгновенно каменеет, утопая в складчатом море постельного белья. Где она? Тревожные мысли перекрывают его по рефлексу, ещё до того как сознание пробуждается от сна. Мужчина автоматически представляет сотню произошедших вариантов, прежде чем просто успевает открыть глаза. Вынужденные меры безопасности. Необходимо всегда чувствовать её рядом. Под боком, в одной комнате или хотя бы в небольшом дворе его дома. Это ощущается особо остро, когда он не может полностью контролировать ситуацию. В такие моменты потребность в екином кислороде доходит до высшей точки. Если он не поступит к его сердцу, то наступает саморазрушение. Контроль является основой всего. Тогда Охотник будто бы снова обрастает старой кожей. Он упорно игнорирует ужас, голый страх или естественную панику. Прежде всего необходимо выстрелить. А позже все равно все точки сойдутся на Еке. Повернув голову, он замечает синюю ленту на подушке. Подцепляет её двумя пальцами и задумчиво накручивает на запястье. Атлас приятно касается кожи, вызывая перед глазами пряную картинку. Охотник вспоминает как вчера ночью перед сном распутывал бант этой самый ленты из волос девочки. Так происходит каждую ночь. Меняется лишь цвет ленты. Ека нетерпеливо болтала ногами, еле удерживаясь на высоком кухонном стуле. Нетерпеливо следила за дубовой дверью, ожидая, когда та откроется. Металлическая ручка успела лишь слегка наклониться, а она уже подлетела к дверям. Глядела большими глазами на Охотника, нетерпеливо сжимая край простого платья. Девочка радостно взвизгнула, увидев круглую голубую коробку, а затем быстро переместила к себе её в руки. Получив подарок, мгновенно стала серьёзной и с важным видом двинулась на кровать, изучать содержимое. Но уже через пару мгновений вернулась к Охотнику, радостно защебетала благодарности. Повисла на нём, радостно дыша в шею. Мужчина лишь удовлетворенно кивнул самому себе, улыбаясь. Сейчас у него внутри растекается что-то сладкое и теплое, наполняющее изношенное сердце. Он медленно дышит, пытаясь установить границы, куда сможет дотянуться эта патока, но она заполняет его без остатка. Поэтому Охотник подрывается с постели, подходя к небольшому окну, выходящему на внутренний двор. С облегчением расправляет плечи, когда замечает во дворе маленькую фигурку, замотанную в теплый шарф и его охотничью дубленку. Мужчина следит за губами Еки, которая напевает что-то. Но, как ни старается, не может угадать даже мотива песни. Девочка раскидывает вокруг себя пшеничные зерна, перешагивая через ворчащих кур. Потом поднимает голову и, замечая его в окне, кивает. Вереницы пуха следует за ней в курятник. Охотник следует к умывальнику, где в старом зеркале сосредоточенно рассматривает своё отражение. Возраст постепенно крадет его энергию, оставляя лишь борозды морщин и седоватые волосы. Лишь глаза остаются неизменными. Льдистые, острые, будто два наставленных против тебя прицела. Лисьи, возможно. Совершенно точно — проницательные. Еке от них не скрыться. Доставая лезвие с высокой полки деревянного шкафа, он задумчиво вертит его в руках. Начинает с висков, предварительно убирая длинные волосы в высокий хвост. Двигается отточенными равномерными движениями, пока не доходит до правого края. Там тянется глубокий шрам. Рубец, задевающий бровь. В тот день мужчина едва не лишился глаза. Обезоруженный, в схватке с диким зверем, он принял решение, которое послужило началом его славы в этой деревне. А все последующие шрамы, раны, вынужденная из-за прокусанной лодыжки хромота — издержки профессии. По обыкновению говорят, что волки — это санитары леса. Они чистят биоценоз от слабых и пораженных, болезненных, обреченных. Естественный отбор. Охотник заслуженно может называть себя человеческим санитаром. В этой деревне, расположившейся по соседству с густым изумрудным лесом, нападение диких зверей на домашний скот превышает все допустимые нормы. И не только на скот, конечно. Охотник несет порядок в эти земли. Сытость, безопасность. Шаткое спокойствие за детей. Порядок должен быть. В доме, в еде. И в голове. Он избавляет от хаоса, который смрадно дышит в спину абсолютно каждому человеку. За бедной бесконтрольного существования лежит медленное разложение человека. Труд облагораживает и не дает сломаться. Он позволяет работать, позволяет контролировать. А вместе с тем — жить. Продолжаться и длиться. Ека не завтракает. Она сидит за столом, обхватив ладонями зеленую драконью кружку с травяным чаем и скучно смотрит в окно. Там серая краска стекает с неба на землю, а острые ветви — стрелы угольной чернотой протыкают линию горизонта. У них действительно украли солнце. — Птичка, ты не хочешь пойти на праздник? — аккуратно заданный вопрос пробегает вдоль кухни. В ответ Охотник получает лишь слабый отрицательный кивок. Он поддается вперед, вглядываясь в бледное лицо, печальный изгиб бровей. Слова ворочаются на языке. Девочка резко встает со своего места, забирая тарелки. Прячет лицо в кудрявых волосах и начинает мыть посуду. Мужчина с тяжелым сердцем гадает, есть ли сейчас слезы на её щеках. Одеваясь, он кладет револьвер за пазуху дубленки. Поглаживает ствол двумя пальцами, а затем втягивает запах пороха, который пропитался в него самого. Непромокаемый порох. Мужчина вспоминает темную тягучую ночь, когда Ека вздумала бежать. Она выпорхнула в лесную чащу в одной сорочке. Бежала, спотыкаясь. Её ноги были разодраны ударами хлестких ветвей. Достигнув поляны, она позволила себе оглянуться. И заледенела вместе с тем, как пространство изуродовал выстрел в воздух. Девочка осела. Сникла за одно мгновение, обессиленно упав на влажную траву. Ека смотрела, как приближается его силуэт, как ночные тени облизывают острые скулы Охотника. Как из ружья в его руках вытекает тонкая струйка дыма. Нужно встать и бежать, но она не осмелилась сделать хотя бы шаг. Важно помнить — он всегда прав. Охотник подходит к ней, вглядывается в испуганные глаза. Молча протягивает широкую ладонь. Забирает пташку домой. Ека подходит к нему со спины, обнимая. Зарывается носом в теплый ворот, шепчет на прощание. Охотник раскручивает на пальце завиток её локона, а затем целует в запястье. По дороге к площади он думает об огромном количестве убитых оленей, мясо которых уже растащили из оврага другие звери. Охотник выследил несколько волчьих стай, но все равно был поражен количеством убитых и габаритами нападавших. Его терзали непонятные подозрения, существенно отличающиеся от привычной логики. Охота успокаивает. Мужчина чувствует себя в своей шкуре, удерживая на мушке зверя. Полностью контролируя своё дыхание, рассчитывает движения жертвы, траекторию её побега. Он замирает в это мгновение. Даже не моргает, лишь концентрируется на важном броске. Следит, ожидая момента, когда выстрел окажется смертельным. Снова Ека. Она мучается от бессонницы и неясной слабости, но все равно упорно занимается домашними делами. А ещё затихает до почти беззвучного присутствия в комнате. Несколько дней назад она громко думала, вжавшись в спинку мягкого кресла. Теперь, когда решение в ней вызрело, она забаррикадировалась в своем мире. Девочка часто говорит ему, что она устала от людей. И это жутко слышать от ребенка с чистыми глазами и некогда румяными щеками. Охотник смотрит на неё, замечая, как реальность вырезает в ней огромные дыры, через которое вытекает детство. Но Ека встает раз за разом, как упорный боец. Охотник потирает указательными пальцами виски, поворачивает голову в сторону. Праздничное настроение отчаянно пытается прилипнуть к нему вместе со знакомыми. Местные мужики хлопают его плечу, благодаря за отличное мясо. И он вежливо улыбается, приветливо кивая. Решает остановиться около таверны, где встречает слегка захмелевшего Лотара. Его супруга с придыханием шепчет другой женщине в платке: — Милая, ты слышала, что Монах спустился к нам на праздник? Говорят, он будет наблюдать за представлением, — её голос таинственно понижается. — Габи видела его силуэт в толпе. Значит, не врут. Женщины продолжают шептаться, а Лотар отсалютовал ему огромной кружкой, едва не расплескав содержимое. Охотник в мгновение нахмурился, напряженно оглядывая толпу. Он вошёл в неё, будто бы зарылся в высокую траву, выслеживая добычу. И замер, в нескольких шагах от противоположного угла сцены, где возвышалась черная фигура человека. Охотник повернул голову и зацепился взглядом за Оборотня, лицо которого имело крайне нездоровый оттенок.