Новогодний сплин
25 февраля 2018 г., 18:00
Так прошёл месяц. Ваня преуспевал на работе, совершенно довольный, что торгует секс-игрушками. У него появились деньги, но он так и остался жить у Яновича, не считая это чем-то зазорным, да и мужчина не возражал, хотя периодически и капал на мозг со своим «ищи квартиру». Всё было абсолютно нормально.
Вот только новогоднее настроение так и не появилось. Ваня шёл по украшенному к Новому году нарядному Петербургу, блестящему разноцветными огнями. Даже в магазине уже повесили гирлянды. Сакура приоделась Снегурочкой. Ваня осмотрелся: город будто не его. Он чувствовал какое-то отчуждение, будто его выгнали пятилетним на улицу в Новый год, а он потерялся. Бредёт себе среди кварталов, заглядывает в мигающие гирляндами окна, суёт нос в чужие парадные. Ищет что-то или кого-то, но не может найти.
Навстречу парню попалась семья. Отец, пузатый дядька с раскрасневшимся лицом, тащил душистую ель, вокруг него скакали две девчонки. Поравнявшись с ними, Ваня заметил пацана: он помогал тащить макушку, чтобы та не волочилась по асфальту. Так что же Ваня ищет? Чего ему не хватает?
Спустя несколько минут Ваня увидел поддатую компанию, выходящую из-за угла. Настроение оставалось минорным, но мысли изменились. Прошлый Новый год он встретил с Марьянкой. Внутри что-то защемило.
«Пошёл бы в жопу этот Новый год! Опять пьяные тусовки у Глеба aka Фараона? Вот уж нахрен!» Это вызывало у парня неприятные воспоминания.
Ну что ж, значит, Ваня надерётся один. Или с жидом, если его милая Софья не даст ему крепкого пинка под зад своими стройными ножками. Те ещё светлые перспективы. Вздохнув, Ваня зашёл в парадную.
Мирон был дома.
«Вот сейчас и проверим, с кем ты, Ваня, накидаешься на этот весёлый и светлый праздник».
― Что на стол взять? Бухла, может, какого пиздатого? ― Ваня сунул нос в комнату Мирона. Тот задумался. Гостей будет много, а значит, еды нужно навалом, выпивки тоже. А может, каждый принесёт что может?
Буквально тут же мужчина почувствовал вибрацию телефона в кармане. Звонила Соня. Мирон махнул Ване, мол, бери, а затем погрозил кулаком, что, наверное, означало «за мат получишь!».
― Ну что, бубусик? У меня есть идея для романтического новогоднего ужина на двоих, ― раздался в трубке радостно-возбуждённый голосок.
― М-м-м, Сонечка, ― Мирон потёр лысый затылок, ― у нас полный дом гостей набирается.
― И мальчишка будет? ― тут же посуровела девушка.
― Да, ― Мирон вздохнул, ― Ваня будет тоже. Он принесёт что-то на стол, ― быстро добавил он затем.
― У него друзей, что ли, нет, Мирон? Сколько раз спрашивала, а внятно ты мне так и не ответил. Почему у него нет друзей? Почему он живёт у тебя? Мне всё это не нравится.
― Боюсь, ты к нему несправедлива, ― ответил Мирон на автомате, ― присмотрись. Он не представляет никакой угрозы.
― Ага, и никакой самостоятельности. Он ищет себе квартиру?
― Соня, ― в голосе Мирона слышалась усталость, ― он потерял работу, помнишь? Я же говорил. Сейчас он подзаработает месяцок, скопит на квартиру и переедет.
― Что ж, готовить придётся немерено.
― Ваня может помочь, ― отозвался Мирон, а Соня тут же отключилась, почему-то не пожелав обсудить меню на новогоднюю ночь.
Ваня всё это время стоял в коридоре. Эта женщина просто ненавидит его. Когда он увидел эту блондиночку впервые, ночуя на вокзале, у него в душе колыхнулось что-то подобное тому, что, видимо, испытывает сейчас и она. Ещё не хватало делить Мирона. Пиздец.
Задумавшись, Ваня не услышал шагов мужчины за дверью. Он отскочил в самый последний момент, знатно испугавшись. Но признавать чужую победу было выше его сил, поэтому он только беспричинно облаял всех и вся.
― Какого хрена перед ней стелешься?
― Подслушиваешь, сопляк?
― Вопросом на вопрос отвечают только жиды. Я за бухлом.
Софья скинула Мирону список покупок смской, настойчиво пожелав отправляться за ними немедленно. Так они общались до самого тридцать первого декабря. Но, встретившись лично, она немного смягчилась и стала той милой Сонечкой, по которой так скучал мужчина. Они начали целоваться, забыв про подготовку к празднику, всё ещё целуясь, прошли через коридор в комнату Мирона. И через какие-то минуты хлопнула входная дверь.
― Ха, пиздатого мясца взял на стол! ― послышался голос Вани. ― Пардон, наилучшего!
Соня посмотрела на Мирона строгим взглядом. Мол, что за невоспитанного мальчишку ты пригрел, а, Мирон?
А на кухне Ваня уже вовсю занимался мясом. Его вдохновляла мысль, что можно порезать этот кусок, а потом отхерачить специальным молотком. А потом ещё и пожарить на электрическом гриле. Кайф же!
― А хлеба вы взяли, товарищи? Иван? ― Соня внимательно осмотрела продукты. ― И где, простите, помидоры?
― Сама схожу! ― девушка вышла из кухни, не дав Мирону и слова вставить. Ваня только пожал плечами и продолжил возиться с отбивными. Мирон вздохнул, после тоже взялся за готовку. Ничего, в праздничной суете без конфликтов никак. И действительно: примерно через полчаса на площадке зашумели соседи. Послышались пьяные мужские голоса. А потом возмущённый женский.
Мирон тут же выскочил в коридор, оставив недорезанный сыр на столе.
Ваня же навострил уши, не переставая следить за мясом.
Как оказалось, уже проводившие старый год четыре еле стоящих на ногах тела решили вступить в диалог с Соней, что её явно не прельщало. Мирон попытался спокойно уговорить алконавтов убраться восвояси и оставить его девушку в покое. Та уже была на грани. Казалось, сейчас она хорошенько огреет их помидорами из пакета. Мужчины в свою очередь желали уйти только при условии, что «эта красоточка» пойдёт с ними.
― Пошли отсюда нахрен! ― Мирону жуть как не хотелось бить морды в праздник. А вот у Вани, которого достало слушать всю эту перебранку, были другие планы. Он пулей вылетел из квартиры, всё ещё держа в руках вилку для мяса.
― Вы что, уроды, дядю не слышали? Валите к хуям отсюда! Вот ты, ― Ваня наступал, по его предположению, на главаря, ― не учили в детстве уважать женщин?
А затем Ваня занёс руку и всадил в бедро мужика вилку для мяса. Два зубца вошли в ляжку, как в сырой стейк. Не без труда вытащив вилку, он отшвырнул её в квартиру, пока мужик орал дурниной.
― А хули ты визжишь как девка?! ― Ваня снова двинулся в бой, но алкаши, поджав хвосты, уже ломились в соседнюю квартиру, откуда, видимо, и пришли в гости. Но дверь (какое несчастье!) оказалась захлопнутой изнутри.
― Уёбывайте отсюда, ― шипел Ваня, вяло отбиваясь от хватки Мирона, ― уроды!
Тот, что с раненой ляжкой, внезапно полез на рожон, но его отбросило в сторону ногой Вани. Он снова пошёл на мальчишку, снова получил. Что-то пробормотал на ужратом и отступил к своим алконавтам. А Соня в ответ на это только закатила глаза и молча ушла в квартиру, грозно посмотрев на мужчину, ожидая, что тот пойдёт за ней.
Мирон же продолжал держать Ваню, бормоча ему на ухо:
― Тише, Вань, не буянь. Ваня, мать твою. Они ушли. Ты ведь не хочешь проблем, правда?
Немного подумав, Мирон добавил:
― Ты их, конечно, круто. Но тебе очень повезло, ― Мирон улыбнулся и повёл Ваню в квартиру.
― «Спасибо за помощь, Ванюша, я очень ценю это, ― пискляво сымитировал Соню парень, ― и обещаю, что больше не буду доёбываться до тебя без причины!» Не за что, блять.
Услышав это, мужчина не сумел сдержать усмешки. Да, Сонька в своём репертуаре.
― Мирон, ― девушка практически с порога начала отчитывать мужчину, не обращая внимания на Ваню, ― ты видел, что произошло? Он социально опасный элемент, ― она специально говорила так, чтобы услышал и парень. ― Бубусик, выставь его за дверь, сейчас же!
― Но он же за тебя вступился, ― сухо подметил Мирон.
Софья только хмыкнула и сложила руки на груди, всем своим видом показывая большое неудовольствие.
― Он ткнул его вилкой, Мирон! А если бы он выскочил с ножом?
― Так, ― внезапно посуровел Мирон, ― ты нагнетаешь. Прошу тебя, давай не будем ругаться в праздник. Ваня остаётся здесь, а тебе не мешало бы поблагодарить его за помощь.
Девушка только поджала губы и ушла в комнату, не сказав Мирону ни слова.
― Спасибо, ― Ваня хмыкнул, ― бубусик.
В руке он до сих пор держал вилку для мяса.
«Пизда празднику».
Ване было до слёз обидно, что женщина Мирона так к нему относится. Ещё больше пошатнуло Ванины нервы её высказывание, ставшее для парня ненавистным, так часто он это слышал ― «социально опасный элемент». Парень не выдержал. Взял сигареты, зажигалку и отправился в парадную. Он не надел куртку, решив, что на улице достаточно тепло. Спустился вниз, уже в лифте закурив сигарету, попутно показав в камеру слежения средний палец. На дворе уже вовсю запускали салюты, грохотало со всех сторон. Тогда Ваня решил добавить шума и покричать. Докурил, выкинул окурок, набрал в грудь побольше воздуха и заорал. Заорал так, чтобы выплеснуть всю свою злость на сегодня. Подлетел к ближайшему дереву и принялся бить по стволу, в мясо сбивая костяшки.
― Парень, ты чего глотку дерёшь? ― послышался сзади мужской голос.
― Съебись отсюда, жид, ― прорычал Ваня. ― Твоё какое дело, соба…
Парень не успел договорить, как сильная рука сцапала его за шкирку и отправила в ближайший сугроб. Снег был влажный, Ваня вымок сразу. А когда выбрался, мужика и след простыл. Ваня немного расстроился, что не успел надавать ему по щам, да и практически не запомнил лицо, чтобы выловить потом. Зато успел заметить, что мужик лысый.
«Ненавижу, блять, лысых».
Надо признать, купание в снегу немного привело его в чувство.
― Нет, Мирон, ты представляешь, ― возмущённо докладывал мужчина, снимая куртку, ― какой-то малолетний гадёныш меня жидом назвал. И как только узнал? Ну, я его в снег-то и окунул.
Мирон смотрел на приятеля пару секунд, а затем, не выдержав, рассмеялся.
― Ой, Димон, ― Мирон еле дышал от смеха, ― это же Ванька был, у него все жиды. Чистое совпадение.
― Ванька или нет, ― отозвался приятель, ― но он получил.
Практически тут же на пороге квартиры появился мокрый и хмурый Ваня.
― Здрасте. А я, блять, знал, ― мальчишка осматривал мужчину с ног до головы.
― Дим, это Ванька, познакомься.
Тот схватил Ванину ладонь и как следует тряхнул.
― Так, Ваня, ― Мирон взял себя в руки, ― иди переодевайся, а потом поможешь Соне со столом.
Ваня мрачно кивнул и скрылся в своей комнате.
― Да, про него я и говорил.
― Да, без стакана тут разговор не сложится, ― мужчина удивлённо поднял брови. ― Идём, надо с Сонькой поздороваться.
***
Остался где-то час до курантов, но народ был в уже достаточно поддатом состоянии. Тем не менее, все смогли по достоинству оценить отбивные Вани. Софья весь вечер строго поглядывала на него, будто ожидала какой-то пакости. Ваня же наоборот был тихим и необщительным. Он с мрачным видом сидел в стороне и периодически подливал себе в стакан. ― Отличные отбивные, ты молодец, ― Мирон подошёл к Ване и одобряюще похлопал его по плечу. Тот кивнул. Ещё через полчаса единственная парочка на празднике ― Мирон и Соня ― решили уединиться. А так как праздник был в комнате Мирона, как самой большой в квартире, то выбор был небольшим. Ваня в который раз за вечер разозлился, схватил со стола непочатую бутылку и заперся в ванной комнате. «Пошли вы нахуй. Все пошли нахуй. Ненавижу жида. Сонька совсем офигела. Социально опасный элемент, ишь ты!» Ваня вливал в себя горькое пойло, погружаясь в свои меланхоличные мысли. Опять внутри появилось то чувство, что родилось на вокзале. Что-то кололо внутри, заставляя злиться. Заставляя чувствовать себя лишним. Чувство отчуждения давило. Чтобы заглушить настырные мысли, Ваня включил на телефоне музыку ― сначала какую-то эмо-хуйню, а потом Animal ДжаZ и Исайю. Через некоторое время в дверь постучался Мирон. ― Член сполоснуть пришёл? ― резко отозвался парень. ― Вали отсюда! ― Мирон, и чего мы ушли, м-м-м? ― к Мирону подошла Соня. Её волосы немного растрепались, она то и дело их поправляла. Заметив, что мужчина торчит у ванной, она тут же решила обратить его внимание на себя. Обняла за талию. ― Пошли, выпьем чего-нибудь? Пусть там сидит, кто бы это ни был. Разумеется, Соня знала, что в ванной заперся Ваня, и это невероятно выводило её из себя. В чужой квартире, и так себя ведёт! Гадкий мальчишка! А Мирон… Бегает за ним, что случилось хочет знать... ― Мирон, бубусик, ― предприняла последнюю ласковую попытку девушка, ― ты идёшь или нет? Мужчина стоял, прислонившись к двери ванной, затем потянулся к девушке. ― Мне нужно с ним поговорить. Ваня расстроен, понимаешь? ― Нет, ― резко отозвалась Софья и отпихнула от себя руки Мирона, ― и не хочу понимать! Тряхнув волосами, она скрылась в темноте коридора, направляясь в сторону пятна света, в комнату, где вовсю веселились гости. И тут дверь ванной осторожно приоткрылась. Из щели послышался шёпот: ― Она ушла? ― Ага. ― Ну тогда заходи. Только тихо давай. Мирон оглянулся на пьющих на кухне, но те совершенно не обращали на него внимания. Скользнул в ванную. Ваня тут же запер дверь и сел у раковины, спиной опираясь на бортик ванны. Мирон присел рядом. Мужчина хотел что-то сказать, но Ваня его остановил, приложив палец к своим губам. Так они и сидели в тишине. Слышался гул музыки, далёкие разговоры, смех, взрывы салютов с улицы. Но Мирон и Ваня были будто вне этого, в соседней вселенной. Не были частью этого мира с музыкой и весельем. Ваня устало опёрся Мирону на плечо. Тот чуть повернул голову. Нос уловил свежий запах Ваниного шампуня. Мужчина вдохнул поглубже, запоминая его. Мирон поймал себя на мысли, что ему нравится этот запах, нравится сидеть тут, среди кое-где треснутого кафеля и пахучих порошков. Поняв, что веселье снаружи его совсем не прельщает, Мирон зарылся носом в Ванины волосы. ― Желание не загадываешь? ― вдруг протянул парень, взглянув на экран своего айфона. Часы показывали ровно полночь. Вдалеке слышался приглушённый бой курантов. Мирон секунду помолчал. ― Пусть этот день никогда не заканчивается? Ваня только улыбнулся в ответ. ― С Новым годом.
