Авария, изменившая все

В тот день на том же перекрестке случилось две аварии. О чем Учиха Саске, покидая больницу, так и не узнал. А Узумаки Наруто так и не узнал, что, не будь той второй аварии, почти сразу последовавшей за первой, сейчас он бы получил неплохую финансовую помощь. И вообще его жизнь могла пойти по-другому. Наруто не мог думать об этом, как не мог думать ни о чем другом, то находясь без сознания, то страдая от лихорадки, из-за которой он едва мог понять, где пол, а где потолок. Когда он очнулся и наконец смог воспроизвести у себя в голове собственное имя, хотя формирование этой мысли и фокусировка сознания в целом по-прежнему давались ему с трудом, в первую очередь его встретили лечащий врач и медсестра, которые, дождавшись, пока он придет в себя, предложили стакан воды и рассказали ему, что случилось. Переломы… в нескольких местах. Где-где конкретно — Наруто не слушал, как и не слушал всего остального. Общую картину он уловил. Дальше Наруто по мере возможности кивал, параллельно осматривая палату: она показалось ему довольно приятной, если не считать больничный запах. На соседних койках кряхтели какие-то стариканы с опухшими лицами, от вида которых Наруто захотелось фыркнуть, но он сдержался и постарался прислушаться к речи врача. Впрочем, он уже закончил. Из его речи в целом Наруто понял, что валяться ему на этих перинах как минимум недели четыре, если он не будет дергаться, как один из его соседей по палате, которому прямо сейчас безуспешно пытаются поставить капельницу. Факт пребывания в больнице, как и факт исключения Наруто из университета, подпортили настроение, но не уничтожили до конца, потому что Наруто по-прежнему был уверен, что с университетом что-то напутали, а больница вместе с его капельницами, непонятными старикашками и тошнотворным больничным запахом — место не такое уж и унылое. Но вот прошла неделя, которую Наруто протянул со скрежетом в зубах. За это время Наруто не навестил никто. Ни один из его закадычных друзей, включая двоюродную сестру Карин, не удосужился даже позвонить. «Ну да, — успокаивал себя Наруто в первые дни осознанного пребывания, — телефон-то у меня разбился… вместе с моими костями». Но этой отговорки не хватило надолго. После нескончаемой череды процедур, безвкусной каши в местной столовой и вынужденного просмотра по вечерам ток-шоу и программы новостей Наруто готов был схватиться за голову и выпрыгнуть из окна больницы. Жаль, нога не позволяла. Повседневность Наруто во время пребывания в больнице в основном состояла из односложных ответов на вопросы врачей и медсестер о его самочувствии и ленивом созерцании окна, за которым стояла на редкость прекрасная погода. С трудом Наруто анализировал происходящие события и понимал, что что-то идет не так. Как ни жаль, но не навещала Наруто даже Сакура — она уехала на две недели, и кто знает, пришла ли бы, окажись она в городе. Наруто лежал на больничной койке, смотрел в потолок и мечтал умереть. — Эй, парень! Наруто повернул голову. На него смотрел не самого приятного вида старикан с такой же, как и у него, подвешенной ногой и огромным синяком возле носа. Такие обычно ошивались в дешевых пивнушках, к которым Наруто питал плохо скрываемое отвращение. — Чего? — коротко бросил он, стараясь не смотреть на старика. — Па-рень! — Да чего! — Наруто приподнялся на кровати и посмотрел на старика. — Я Джирайя, — представился старик и улыбнулся, обнажив пожелтевшие от сигарет зубы. — А я хочу спать, — бросил Наруто и перевернулся на другой бок. — Брось, — сказал Джирайя, не намеренный отставать. — Я же видел, как ты целый час пялился в потолок. Наруто промолчал. Другие пациенты образовали небольшой кружок и играли в карты, не обращая на них никакого внимания. Палату заливал яркий солнечный свет. — Я знаю, ты тоже хочешь поговорить, — не унимался Джирайя, — ты ведь молчал всю неделю. Наруто не ответил. — Тебя ведь никто не навещает… — Наруто услышал, как Джирайя сморкается в платочек. — Так же, как и меня. — Какая тебе разница, старик? — Наруто снова приподнялся и зло сверкнул глазами в сторону своего соседа. От резкого действия у него разболелась голова, и перед глазами мелькнула темнота. — Не твое дело. Отвали. — Сотрясение? — после секундной паузы заметил Джирайя. — По-моему, тебя зовут Наруто. Наруто Узму… — Узумаки, — поправил Наруто. — Давно, ты здесь, Узумаки Наруто? — Джирайя взбил подушку и устроился поудобнее, настроившись на легкий приятный разговор. — Кажется, когда меня привезли, ты уже занимал эту койку. Вот я попал в аварию, — он указал на свою ногу, — видишь? — И я, — пробормотал Наруто, опустив голову. — Не уверен, но это было на ближайшем перекрестке… — Ха! — воскликнул Джирайя и щелкнул пальцами. — Какое совпадение! Меня сбили там же. Проклятый перекресток. — Ага, — безразлично отозвался Наруто. — Наверное, тебя сбил какой-нибудь богатый ублюдок на дорогой иномарке, — Джирайя усердно ковырялся в носу, говоря это. — Вроде того, — кивнул Наруто, задумавшись. — Не знаю. Я сам тогда не следил за дорогой. Просто мчался. — Наверное, к девчонке. — Нет, тем утром я узнал, что меня отчислили. Из университета. — Оу. Джирайя, явно не ожидавший такого ответа, слегка сконфузился: он замолчал и опустил голову, обдумывая что-то. Наруто отчего-то почувствовал неловкость. — Ничего страшного, — поспешил добавить Наруто. — Где учился? — Это уже неважно. Наступила короткая пауза. Джирайя все еще смотрел на Наруто, но ничего не говорил. Наверное, посчитал, что это его расстроило. Однако вновь наступившее молчание уже не устраивало самого Наруто: — А ты? Какой водила был у тебя? Владелец бульдозера? — Забавно, но нет, — оживился Джирайя. — Это была, не поверишь, по-настоящему убогая машина. Мы тогда с приятелем надрались под вечер, и я его… или он меня… в общем, кто-то кого-то провожал до дома… или не до дома. Я в тот момент был не очень трезвым. И голова у меня слегка кружилась. Наруто фыркнул, вспоминая, как они с приятелями по утро выбирались из «Womb» и, нелепо шатаясь, шагали куда придется, на ходу вспоминая дорогу домой. От этой мысли в горле у Наруто образовался неприятный ком. — В общем, выпил я ну очень много, — подытожил Джирайя. — Как и он. Мы с ним на дороги не смотрели. Только бы ты знал, сколько раз нам везло! Машины проскакивали в миллиметре, но на перекрестке все-таки сбили. Наруто выразительно хмыкнул, выражая саркастическое «Я не удивлен». — В итоге я выжил, а он — нет. Ха! Я на одной ноге доскакал до ближайшего телефона, пока он лежал там вниз лицом — тогда он еще дышал — но, сам понимаешь, никто и не обещал, что все обернется наилучшим образом. На другом конце палаты раздался радостный возглас — кто-то выиграл в карты и сгреб в охапку небольшую горстку мелочи. В коридоре друг на друга орали санитары. Никогда еще Наруто не доводилось слышать, чтобы кто-то говорил о смерти так легко. На тот момент сетования на друзей и мысль об отчислении стали неважными. Все стало неважным. У Наруто не было слов. — Ненавижу больницы, — признался Джирайя. — Никогда не желал сюда попасть. Я еще умудрился простыть. И врачи у меня что-то там обнаружили. Хуже не придумаешь. Но надолго я здесь не останусь. Как только — так сразу. — Ага, — машинально ответил Наруто, не совсем понимая, о чем идет речь. — У тебя вообще есть кто-нибудь? — спросил Джирайя и в очередной раз потянулся за платком. Наруто призадумался. На ум сразу пришла Сакура, но он не спешил о ней говорить. — Наверное, никого… — пробормотал Наруто, обращаясь к Джирайе, которого закрыла спина медсестры, собиравшейся увозить Джирайю на обследование. — В общем, бывай, Узумаки Наруто, — крикнул он из коридора. — Может, еще встретимся! И они встретились: после того как Джирайю привезли обратно. А на следующее утро, проснувшись, Наруто увидел, что соседняя койка пустовала.