Предлагаемые обстоятельства

Поверхность Земли. Корабль «Зефир» Примерно 03.10 по нашему времени       Здесь всюду было темно и как-то затхло. "Как здорово сейчас было увидеть солнце”, - подумал Колсон, меряя шагами пространство. Он проверил членов команды. Симонс подлатала Фитца и Дейзи, а Энок осмотрел “Зефир” в поисках полезных вещей: одежды, оружия, медикаментов. Фил тоже успел немного осмотреться на корабле. От старого доброго “Зефира-1” почти ничего не осталось. А раньше здесь было уютно. Много хороших воспоминаний связано с их “автобусом”. Игры в "Scrabble" между заданиями, вечерние посиделки с виски или текилой, после успешного завершения операций. Сейчас это казалось далёким и нереальным.       Теперь корабль был завален каким-то хламом, ничто не находилось на своём месте. Источниками света служили расставленные тут и там фонари и тусклые лампочки на потолке. Проходы в каюты, бывшую лабораторию и прочие помещения были закрыты тряпками, по всей видимости, автоматические двери давно заклинило.       Фил хотел вернуться к Мэй. Произошедшее час назад не выходило из его головы. Он давно не испытывал подобного. И дело не в том, что безумный ритм жизни, особенно в последнее время, не оставлял времени на романтику или удовлетворение плотских желаний. Да, у него давно не было секса, и безусловное физическое влечение к Мелинде было понятно. А вот кувырки сердца от мысли, что она тоже может хотеть большего, чем дружба, испытывать к нему те же чувства, что испытывает он - вот, что по-настоящему волновало агента.       Когда она ответила на его поцелуй он испытал то, давно забытое, чувство трепета от близости с любимым человеком. Это было совсем не похоже на их поцелуй тогда, в лабиринте, с её робо-копией. Касание губ настоящей Мэй, как разряд электрического тока, пущенного по телу, который разбудил все нервные окончания. Филлип будто проснулся, вырвался из плена сомнений, сожалений, страха. Теперь он не позволит себе отступить. Эта женщина будет его.       Кроме того, Колсон очень беспокоился за её травму. Рана на ноге была сквозной и, похоже, заживать будет долго. Эноку удалось найти для неё обезболивающие и воду. “Дай, Бог, здоровья этому хроникому”, - подумал Фил. Затем усмехнулся этой абсурдной мысли и пошёл в сторону бывшего склада с оружием.       Мелинда крепко спала. Её глаза были закрыты, а грудь мерно вздымалась от дыхания. Колсон прошёл в комнату и сел на краешек кровати рядом с ней. Некоторое время он просто наблюдал. “Такая умиротворенная и красивая”, - думал Фил, поправляя платок, завязанный на ее шее. Он надеялся, что ей снится что-то хорошее или не снится ничего, ведь когда она проснётся, то снова вернётся в этот вывернутый на изнанку и разодранный в клочья мир. Мрачный, пугающий и ещё более сложный.       Колсон отвернулся. Он обхватил голову руками и взъерошил короткие волосы, - “Чёрт бы побрал это проклятое будущее!”.       Некоторое время спустя Мелинда проснулась. Не сразу осознав, где находится, она пошевелилась и тут же закусила губу от боли в ноге. Воспоминания вернулись. Потом увидела его: Колсон сидел, ссутулившись, на краешке кровати и, кажется, дремал, опираясь на руки. Мелинда протянула руку и погладила его по спине. Фил вздрогнул и обернулся: - Ты проснулась? - Только что… - она перестала гладить его спину, но руку не убрала. - Как ты? Как нога? - в его голосе чувствовалась серьезная обеспокоенность. В ответ она лишь пожала плечами. - Я принёс тебе обезболивающее. Возьми! - он протянул ладонь, на которой лежала капсула, а затем флягу с водой.       Женщина с благодарностью приняла предложенное лекарство. Фил не отрываясь наблюдал за действиями Мэй, пытаясь оценить её самочувствие. - Ты выглядишь лучше, - заключил он, - сон явно пошёл тебе на пользу.       Филлип был рад переменам в её состоянии: круги под глазами стали меньше, а на губах он мог различить намёк на улыбку. - Прости, но о тебе я не могу сказать того же, - она покачала головой, - ты выглядишь очень уставшим, тебе бы самому немного вздремнуть. Фил усмехнулся: - Пожалуй, ты права. Пойду поищу свободную каюту, - он приподнялся, чтобы встать, но Мелинда остановила его жестом и Колсон снова сел. - Не уходи, - она подвинулась ближе к стенке, освобождая больше места рядом с собой, - мы вполне можем поместиться вдвоём.       Они смотрели друг на друга. Решение было принято мгновенно. Фил снял черную куртку, скрутил её и положил под голову вместо подушки, вытягиваясь на кровати в полный рост.       Некоторое время они молча лежали, думая каждый о своём. Оба чувствовали некоторое напряжение. - Я бросил тебя, снова… - неожиданно заговорил Фил, - сначала Фреймворк, теперь это. Я должен был защитить тебя. - Ты не виноват! - её голос прозвучал спокойно и твёрдо. - Нет, виноват. Мне надо было остаться и драться вместе с тобой, - он коснулся её руки и сжал её пальцы в своих. - Прости меня. - Мне не за что тебя прощать, Фил, это был мой выбор, тогда так было правильно. - Если б я тебя потерял... - он шумно выдохнул.       Мэй положила свободную руку ему на грудь, теперь она могла чувствовать, как учащенно бьется его сердце, - я не хочу говорить об этом сейчас... - Тогда о чём? - снова нарушил повисшее молчание Колсон. - О нас, - она сделала небольшую паузу, - о том, что между нами происходит. - Я думал… - Мелинда не дала ему закончить, прижав свой палец к его губам. - Дай мне сказать.       Это прозвучало очень неожиданно, Мелинду Мэй нельзя было назвать самым разговорчивым человеком, и потому Фил стал серьёзен. - То, что произошло пару часов назад - это важно для меня. - Для меня тоже, - поспешно ответил Колсон. - Между нами всякое бывало, но, какие бы преграды не были на пути, как бы не разделяло нас время и расстояние, ссорились мы или не находили согласия - всегда, ты был и остаешься мне близким и дорогим человеком.       Он попытался что-то сказать в ответ, но как только открыл рот, тут же получил довольно ощутимый удар в ребра. Фил перехватил её кулачок на своей груди, удерживая, на всякий случай, от повторного удара, и закашлялся. - Не смейте перебивать меня, агент Колсон, когда я пытаюсь сказать, что люблю… - она осеклась, поразившись собственному признанию. Слова просто сорвались с губ, как будто кто-то забыл запереть клетку и они выбрались на волю.       Снова повисла тишина, кажется, они оба не дышали. Резким движением Фил перевернулся и теперь нависал над ней, удерживая её руки в своих. - Повтори! - прошептал он хриплым голосом. - Не смей перебивать меня… - повторила она, с вызовом глядя в глаза. - Не это! - он видел, что она играет с ним, но какими бы не были правила этой игры, они его не устраивали. Мэй с лёгкостью прочитала решимость в его взгляде. - Ты слышал меня. - Повтори, - он был непреклонен, - пожалуйста, - добавил чуть мягче. А что она теряла? Их притяжение было очевидным и прятать карты в рукаве больше не было необходимости. - Я... люблю… тебя, - делая паузы между словами покорно повторила Мелинда.       Ещё около десяти секунд, которые обоим показались вечностью, они смотрели друг на друга. А затем губы Фила расплылись в улыбке, самой яркой и счастливой из возможных. Мгновение спустя он склонился и нашёл её губы. Мэй потянулась на встречу и вот их захватил поцелуй. Он нежно посасывал её нижнюю губу, а правая рука скользила вдоль шеи к затылку, пальцы зарылись в её мягких волосах. Прикосновения к коже обжигали, Мелинда чувствовала, как нарастает напряжение внизу живота. Такая быстрая реакция на его близость обескураживала. Возможно, в предлагаемых обстоятельствах это была не лучшая идея, но ей хотелось большего.       Высвободив вторую руку, она забралась под его футболку, блуждая ладонями по спине. Она чувствовала жар тела, сильные плечи, небольшие шрамы, покрывавшие спину. Когда Фил стал рисовать дорожку языком на её шее, прикусывая и посасывая кожу, там, где пульсирует жилка, она издала приглушённый стон, желание стало практически нестерпимым. Платок на шее мешал ему прокладывать дорожку ниже, к груди. Фил развязал его и отбросил в сторону.       Её рука скользнула вниз, к его ширинке и пальцы сжали возбуждённый под тканью брюк член. Колсон охнул, оторвавшись от шеи, он заглянул ей в глаза и сдавленно прошипел: - Чёрт, что ты вытворяешь?       Она лишь снова вовлекла его в поцелуй, её язык кружился вокруг его языка, она ловила и нежно посасывала его губы, а рука по-прежнему продолжала скользить вверх и вниз по ширинке.       Фил дрожал, напряжение в штанах было болезненным, он едва сдерживался, чтобы немедленно не трахнуть её без прелюдий и нежностей. Просто сорвать одежду и войти одним резким толчком. – Господи, что же ты делаешь, я же сейчас сорвусь… - шептал он хрипло, блуждая руками по её телу, - перестань, иначе я за себя не ручаюсь. Мэй притянула его ближе и, покрывая шею поцелуями, прерывисто прошептала в самое ухо: - Хочу тебя! - она попыталась скользнуть рукой под ткань его штанов и нежно прикусила мочку уха, - сейчас!       Эта простая ласка сорвала ему крышу. Собрав всю волю в кулак, он всё же прорычал в ответ: - Но твоя нога… Мы не можем, не сейчас, не так… - последнее слово он практически проскулил, потому что Мелинде всё же удалось расстегнуть его ширинку и забраться под боксеры, теперь её ладонь скользила вдоль его раскаленного члена. - Плевать, - громче чем следовало выпалила Мэй и вновь увлекла его в горячий поцелуй. То ли подействовало обезболивающее, то ли выброс гормонов затмил другие чувства, но боли в ноге сейчас она не ощущала.       Уговаривать Фила было не нужно, он уже потерял остатки самообладания. Перекинув ногу, он встал на колени, нависая над Мэй. Она редко позволяла мужчинам быть сверху, но это же Колсон. Стаскивая футболку через голову, он чувствовал, как Мелинда скользила руками вдоль его голого торса вверх. Её ладони ощущали легкую щекотку от волосков на его груди. Мэй приподнялась, приняв почти сидячее положение. Отбросив майку куда-то в сторону, Фил стал стаскивать с женщины куртку. Мэй же продолжила покрывать поцелуями кожу вокруг большого шрама посредине его груди, оставшегося от смертельного ранения скипетра Локи. Вскоре её бордовая куртка нашла свое место рядом с его футболкой. Туда же отправилась и майка с лифом.       Их движения были уверенным, слаженным как часовой механизм. Избавляя друг друга от одежды, они будто заново знакомились. Например, Фил не знал, как идеально умещается в его ладони её грудь и как забавно она постанывает, когда его язык описывает круг вокруг её соска, затем зубы прикусывают его, а после губы дуют на только что исследованный участок. А Мелинда не знала, что он побаивается щекотки. Когда её распущенные волосы касались его плеч и груди он дрожал. Поэтому он собирал их в своей руке и не сильно тянул, задирая голову и открывая себе прекрасную возможность исследовать её шею.       Да, они знали друг друга с юношества, но ещё никогда не были так близки. Физически и душевно. Определенным образом освобождены: от своих сомнений, от недосказанности, от напряжения. Сейчас они были наги друг перед другом. Буквально и в переносном смысле. Прикосновения друг другу волновали и заставляли кровь кипеть. Изучающие взгляды нисколько не смущали, а лишь распаляли желание. Они оба были хорошо сложены для своих лет. Мускулистые фигуры тут и там были покрыты различными шрамами. Кожа Мэй была смуглее и этот контраст их тел очень нравился Филу. Мелинда же была в восторге от его «попа как орех» упругой задницы.       Когда сдерживать себя Фил уже не мог, он аккуратно, стараясь не тревожить раненую ногу, завел её здоровую ногу себе за спину, оказываясь между ними. А затем он в очередной раз вовлёк её в глубокий и страстный поцелуй одновременно входя в неё. Он не торопился, погружаясь в неё во всю длину своего члена.       Потрясающее чувство наполненности сорвало стон с её губ. Мелинда не единожды представляла себе секс с этим мужчиной, но даже в её смелой фантазии ей не было так хорошо, как сейчас.       Они были одним целым. Колсон будто читал её мысли, двигаясь то быстрее, то медленнее, касаясь её именно там, где хотелось. Он думал только о ней: о бархатной коже, соприкасающейся с его, о искорках в глазах, отражающих его собственное возбуждение, о припухших от поцелуев губах, и влажном языке, их облизывающим.       Любовная схватка продолжалась какое-то время, пока Фил не почувствовал, что наслаждение подкрадывается к нему от кончиков пальцев. Мелинда тоже была близка к разрядке. Большой палец его правой руки нашел её клитор и несколькими движениями Фил помог ей достигнуть пика. Только когда её тело, стало сотрясать от дрожи, а мышцы, непроизвольно сокращаясь, сжали его член внутри неё, он отпустил себя и взорвался в остром оргазме.       Они лежали там, измождённые и потрясённые новыми чувствами. Он лёг на бок позади неё и притянул к себе. Одна его рука отдыхала на её животе, другая играла с волосами, перебирая их между пальцев. Их ноги переплелись, даря друг другу тепло. Мелинда свернулась калачиком в его объятиях и, впервые за долгое время, чувствовала себя умиротворённо.       Когда сон уже накрывал обоих с головой, Филлип убрал прядь волос с её ушка и тихо прошептал: – Я тебя сильнее… Сквозь дрёму она не сразу поняла о чём он. А он поцеловал краешек её уха и на выдохе закончил: - … люблю. Мелинда лишь теснее прижалась к его телу. Сегодня они впервые за долгое время уснули счастливыми.