Сын героя.

— Почему мы здесь? — Кай даже удивляется, что последние полчаса речь Твайса прямая и уверенная. Собранный Джин спрашивает только по существу. Так на омегу действует страх или стресс? Или всё вместе взятое? Чисаки и сам чувствует себя не в своей тарелке. В отличие от Бубаигавары альфа прекрасно понимает, чем это закончится и какие у них шансы на самом деле. Было несправедливо втягивать в это Твайса, но без него Архитектор точно не справится. Не с героями ведь ему объединяться. Хотя к этому явно всё и вело. — Потому что моя милая омега попросила меня об этом, — Кай убирает со лба волосы. — Я знаю часть плана Все за Одного. Точнее сказать, я думаю, что знаю. Если я ошибся, мы умрём с тобой здесь. Бубаигавара лишь молча поднимает голову к небу. Внутри всё волнуется. Он чувствует предстоящую бурю. Сейчас все его личности будто бы замолчали. И он остался один. Обманчиво было думать, что он вновь обрёл свою целостную идентичность. Но даже Джину хватало ума понять, что это временно. — Мы будем использовать причуды? — в голосе омеги сожаление. Архитектор печально улыбается. Кажется, Джин не может понять это до конца, но чувствует: сегодняшний день для него станет последним. А жаль, Кай привязался к этому омеге и даже в какой-то момент решил, что Бубаигавара заменит Шигараки, как родитель-омега. — Тебе придётся использовать всю свою силу, — Архитектор нервно натягивает перчатки ещё раз. Пришлось себе вкалывать сыворотку, чтобы более точно управлять причудой и, конечно же, чтобы усилить её. Использовать силу случайно или попусту не хотелось. На сколько хватит самого Кая? В отличии от Джина, Чисаки прекрасно осознавал на какие риски идёт, но эти риски были обоснованы. Он защищал то, что ему дорого, он защищал любимых. Джинну по-хорошему лучше было бы просто бежать из Токио, как можно дальше. Ему нечего защищать, кроме своего будущего, он мог спокойно отсидеться в стороне, пока герои будут сражаться. — Их будет несколько видов, — Архитектор сверяется с координатами по телефону. Близко, уже очень близко. Несколько крупных особей были замечены на вокзале, оттуда и стоит начать. — Ты займёшься формами попроще, а я постараюсь разобрать самых сложных на части. Ты можешь столкнуться с героями, постарайся не ввязываться в драку с ними. Сейчас не они наша цель. — Ему удалось создать Ному? — удивляется Твайс. И Кай даже не знает, что на это ответить. Конечно, он может только предполагать: он видел первые наработки, создаваемые при Тенко, но тогда им не хватало ресурсов, чтобы воплотить этот безумный план в реальность. Это жалкие копии или действительно то оружие, которое планировалось создать изначально? — Очень надеюсь на то, что нет. Но если этот проект удалось завершить, у нас очень большие проблемы, — Архитектор убирает телефон в карман. — Не жалей своих сил. Джин не отвечает, лишь раскачивается из стороны в сторону, смотря в небо, и Кай уже даже и не знает, может ли он положиться на Бубаигавару. Джину можно где-нибудь затаиться и использовать клонов, Чисаки сам ему это предлагал, главное, чтобы был поблизости. Чтобы они могли связаться. Но Джин, на удивление, отказался. И с той минуты стал каким-то спокойным и собранным. У Кая не было времени разбираться, что с омегой не так и что могло на него повлиять. Сейчас нужно было больше полагаться на собственные силы. В любом случае он очень хорошая подмога для героев, и если они не идиоты, то сами должны это понять и хотя бы на время начать сотрудничать. — Мне туда, — Джин показывает в совершенно не ту сторону. — Меня ждут… — Ждут? — Архитектор, не успев переключиться с плана на Джина, поздно реагирует, когда омега уже кинулся прочь. — Стой, нет, Твайс, сейчас не до этого… И это бесит Архитектора. Как не вовремя. Кажется, Кай нашёл отгадку на странное поведение Джина. Оставалось только надеяться, что альфа ошибся. Не до этого сейчас, когда враг на носу и нужно быть собранным.

***

За время его отсутствия, четверть Токио превратилась в руины. Сложно было сосчитать жертвы. Многие герои, занимающиеся эвакуацией, явно не справлялись. Сложно эвакуировать жителей из мегаполиса. Тодороки знал, что в этом случае лучше отдать половину своих полномочий тому, кто уже проходил через этот хаос, более опытному герою. Энджи не хотел работать с Гран Торино с самого начала, но понимал, насколько это необходимо. В который раз альфе приходилось наступать на горло собственной гордости и забивать на собственные чувства. Он герой, всегда мечтал быть первым, действительно хотел быть признанным, заслуженно признанным за свои труды. Тодороки знает, что всегда был хорошим героем. Хотя, куда ему с Всемогущим тягаться? Но Энджи, став первым, понял, что ему не столько важно признание остальных, сколько его собственный вклад в эту тяжёлую профессию. Переняв бразды правления, Тодороки увидел столько подводных камней, о которых он либо подумать не мог, либо знал и считал неважным. Энджи прекрасно осознавал, что не сможет долго быть первым, особенно в такой тяжёлый момент. Всё, что он мог, это сделать всё возможное, чтобы упростить жизни других героев и следующему первому. Тодороки знал, кто будет после него, и в другой любой ситуации он был бы рад, но не сейчас. Не в это время, не в такой тяжёлый момент. Тому, кто будет после него, придётся очень тяжело. — Ты вовремя, — Гран Торино стирает кровь с кровоточащей ранки на лбу. — Мы успели мало что сделать, Рэйден и Топ Джинс тоже скоро будут здесь. Бывший первый герой выглядит очень потрёпанным и сильно уставшим. Но Гран Торино собрался сражаться до конца, и по одному его взгляду можно было понять, что он намеревается закончить эту долгую войну сегодня. В какой-то степени это война Гран Торино и Все за Одного, поэтому старик не останется в стороне ни при каком условии. Тодороки был ребенком, когда Все за Одного стал творить своё зло. Именно из-за этого злодея Энджи захотел стать героем. Тем, кто будет каменной стеной, за которой смогут спокойно жить слабые. Это было его первое сильное желание в становлении героя. Тогда, видя все эти ужасные новости по телевизору, Тодороки хотел защищать. И теперь ему предстоит убить злодея, который пугал его в детстве, перед которым он чувствовал себя напуганным ребёнком. Энджи не сомневался в себе или своей силе. Сейчас ему действительно есть кого защищать. Он первый герой, он должен быть тем, у кого нет никаких страхов. Он стал первым и сейчас должен был выполнить свои прямые обязанности. Спасти мирное будущее. — Он уничтожил моё агентство, — Энджи просто смотрит на остатки здания. — Это знак того, что я следующий? — Да, — Гран Торино устало смотрит вдаль пустой улицы. — Здесь было несколько созданий, как нам удалось узнать – это Ному, они очень сильны и опасны. Нам помогли с ними разобраться. Пришлось заключать не очень выгодные соглашения. Ты не обрадуешься, но выбора у нас не было. — Все за Одного сейчас в ЮЭй? — Энджи стискивает кулаки. В данную минуту его волнует только местонахождение злодея. ЮЭй является хорошей мишенью, потому что считается элитной школой героев. Уничтожить её как намёк на то, что в будущем не будет героев. — Нет, но школу мы отстояли, хотя она была хорошо повреждена, — Гран Торино обеспокоенно смотрит на Энджи. — Он пойдёт за тем, кто тебе дорог. Тодороки чувствует холод в груди. Нет, он не мог узнать о нём. Никто не знает о Ястребе. Перед глазами вырисовывается улыбчивое лицо. Наглый мальчишка, если бы он знал все нюансы, то уже стоял бы рядом плечом к плечу. Энджи специально поручил Юичи, чтобы он увёз Ястреба как можно дальше и как можно дольше сохранил от прессы беременность Таками. — Я отправил охрану к твоей жене и велел эвакуировать её из Токио. Час назад она покинула дом, но пока сигнала не поступало, что она прибыла в убежище. Энджи удивлённо моргает. Сейчас в эту минуту он не думал о жене или их детях. Чёрт возьми, даже у него сердце не каменное. Нужно позаботиться о том, чтобы и Кейго покинул столицу. Вряд ли Ястреб согласился на то, чтобы уехать из Токио. Скорее всего, Юичи увёз его куда-нибудь на окраину города. Нужно будет связаться со старшим сыном и всё у него узнать. — Фуюми и Юичи уже находятся в безопасных местах. Где Шото, я не знаю, мне… — Он с Мидорией, — перебивает Энджи и поворачивается лицом к старику. — С ними обоими всё хорошо, их уже доставили в больницу. С Даби тоже всё в порядке. Хоть омеги и пострадали, но с ними всё будет в порядке. Гран Торино облегчённо прикрывает глаза. Все его внуки в безопасности. Он не хотел хоронить ещё одного члена своей семьи. Эри и Кота тоже сейчас находятся за пределами Токио. Дети, на удивление, не спорили и вели себя дружно. Удивили старого альфу тем, что не плакали, хотя были очень сильно напуганы. — Думаю, Все за Одного будет ждать тебя в твоём доме. Мы окружили периметр, но там не обнаружено никакого движения. Ты войдешь первым, и мы последуем за тобой, когда ты дашь нам знак. Он не должен понять, что ты окружён, пусть думает, что у него есть преимущество. К тому же, он должен думать, что сейчас силы героев направлены на то, чтобы уничтожить всех Ному. Энджи молча кивает. Звучит неплохо, только предчувствие было гадким. Но все в безопасности и далеко, Юичи бы точно не бросил Кейго. Интересно, Энджи доживёт до рождения своего ребёнка? Увидеть ребёнка, которого ты так ждёшь… это совсем не так, как со всеми остальными его детьми. — Почему Рэйден направляется сюда, а не ко мне домой? — Я посчитал, что он тоже находится в зоне риска. Его отправят по нужным координатам чуть позже как подмогу. Сейчас у Все за Одного не должно быть ни одного преимущества над тобой, если он воспользуется хоть одной твоей слабостью, то всё пойдёт не по плану и результат будет самым худшим. Мы не имеем права потерять тебя, ты очень сильная фигура. Твоя смерть приведёт к очень плохим последствиям. Если бы не ты, то смерть моего сына привела бы к ужаснейшим результатам. Как бы это ужасно не звучало, но нам некем тебя заменить. Мир обычных гражданских и самих героев расколется, а у нас не будет столько сил и ресурсов, чтобы попытаться всё мирно урегулировать. В любом случае ты должен выжить. Поэтому ты должен отступить, если поймёшь, что можешь пострадать. Людям нужен сильный герой, чтобы сохранять надежду, и этим героем являешься ты. Твоя жизнь сейчас важнее жизни других. Энджи задумчиво кивает головой. Да, стоит выдвигаться. Старик прав, кому как не ему знать тяжесть последствий, когда сильные герои уничтожены. Ни он, ни Гран Торино не имеют права умирать. Без старика всё посыплется. Если выживет хотя бы один из них, тому, кто придёт следующим, будет легче. Тодороки прижимает руку к груди, чувствуя участившееся сердцебиение и понимает, что руки дрожат. Что-то не так. Но альфа не может понять, что именно вызвало у него беспокойство и страх. Энджи предпочитает не тянуть и направляется домой, не беспокоясь о том, что Гран Торино мог остаться где-то позади. Альфа и сам не понимает свой порыв, но использует причуду по максиму. Нужно покончить со всем как можно быстрее. Пока не произошло ничего плохого. Да, Энджи помнил, что не имеет права умирать, Гран Торино позаботился о том, чтобы у Все за Одного не было ни одного козыря. Чтобы он не воспользовался ни одной слабостью первого героя. А слабостей у Энджи было полно. Дом встречает его тишиной и прохладой. Как альфа он чувствует, что в его доме побывал посторонний. Энджи чувствует поднимающуюся в груди злость. С ним будто бы играются. Тодороки молча идёт по коридорам, заглядывая в комнаты и пытаясь найти нарушителя его территории. Энджи чувствует висящий тяжёлый чужой запах. Дом хранит тишину, но от стен эхом звучат его тяжёлые шаги. Альфа доходит до своей комнаты и резко замирает, столбенея, стоит ему открыть дверь. Здесь запах чужака только сильнее, на его кровати пятно крови, занимающее почти всю площадь. У Энджи колет в груди, потому что простыни выпирают, явно давая понять, что под ними что-то есть. Тодороки подходит к кровати и берёт в руки когда-то белый лист, теперь уже полностью пропитавшийся кровью. От тяжести лист провисает и рвётся, падая вниз. Часть мокрой склизкой бумаги остаётся в руках альфы. Энджи отбрасывает листок, растирая по пальцам кровь. Свежая, ещё не успела высохнуть. Во рту Энджи скапливается слюна и чувствуется горький привкус, а клыки удлиняются. Тодороки берёт край мокрого одеяла и откидывает его в сторону. На кровати лежат два огромных оторванных крыла.

***

Кейго сплёвывает вязкую кровавую слюну себе под ноги. Его немного шатает, но верёвки держат его крепко и не позволяют свалиться со стула. Спина онемела, Таками до сих пор не по себе: странно не чувствовать свои крылья. Он ведёт плечом, надеясь почувствовать хоть что-то, даже осознавая, что их больше нет. Ястребу даже в самом страшном сне не могло присниться, что он лишится своих крыльев. Злодей вырвал их полностью, чтобы у Кейго не было сил на сопротивление, хотя Таками почти удалось ускользнуть от внезапного нападения. Он был очень близок к тому, чтобы избежать этой ужасной участи. Кейго понимал, что крылья больше не восстановить. У него больше нет причуды. Но в данную минуту пугало даже не это. — Ты мой пленник, я не буду тебя убивать, расслабься, — пальцы с силой зарываются в волосы и дёргают, заставляя поднять голову и посмотреть в глаза похитителю. — Мне нужен твой альфа. Таками нервно сглатывает. Это то, чего боялся Энджи. А Ястреб действительно считал, что не попадёт в такую передрягу. Взбучки от Тодороки не избежать. — Альфа? Ты знаешь, кто мой альфа? — говорит Ястреб, пытаясь за усмешкой скрыть собственный страх. Таками сталкивался со многими альфами, что были сильнее его, но он никогда не испытывал ничего подобного ни к кому. Вся его сущность просто рвалась из этого места, в ушах звенело. Кейго понимал, что с ним могут сделать самые ужасные вещи, он видел тела других омег, а сейчас он сам как омега. Но его удивило другое: в злодее он чувствовал гамму, чего уж точно не ожидал. И не понимал, почему Все за Одного всё ещё воспринимает его за омегу. Может, это к лучшему? Энджи строго настрого запретил кому-либо говорить о том, что он гамма. Да и Мидория, похоже, что-то знал. Они оба знали, что Все за Одного - гамма? Но что злодей делает с другими гаммами? Стоит ли раскрывать себя? — Я знаю, что ты раздвигал ноги перед первым героем, что ублюдок, которого ты носишь в себе – на деле от него, — злодей отступил, обходя Ястреба и заходя ему за спину. — Пока в тебе ребёнок Старателя ты точно ему дорог. Хотя альфы никогда не могли насытиться репродуктивными женщинами, не понимаю, зачем они вообще вступают с ними в связь. В таких браках у альфы всегда есть на стороне маленькая шлюшка-омега, удовлетворяющая все его хотелки. А ты очень даже смазливый, да и под боком. Могу понять, почему ты притворялся альфой. — Можешь понять? — нервно прикусывает губу Ястреб, прикрывая глаза. Он ведь не понял? Или всё же понял, но лишь играется? — Старатель состоит в официальном браке уже много лет. А чтобы держать с собой рядом любовника, нужно позаботиться о том, чтобы у общественности не возникло никаких подозрений. Такая явная ложь – очень хорошее прикрытие, — злодей давит на затылок, заставляя склонить голову и открыть шею. — Нравиться быть на втором месте? Какого это, быть под первым? — Я, конечно, был бы не против, если бы меня трахнул сам Старатель, но ты немного ошибся, — хрипло выдыхает Кейго. С одной стороны то, что он любовник первого героя - сохраняет ему жизнь, но с другой – он пленник, и с помощью него Энджи будут манипулировать. При мысли о смерти своего альфы кровь леденела в жилах. Ястреб прекрасно понимал, чего добивается Все за Одного, и в такой ситуации он предпочитал умереть сам, нежели позволить Энджи умереть ради него. Старатель – первый герой, он сила и оплот, поэтому его смерть недопустима. А Кейго лишь второй герой, и его утрата не будет столь тяжёлой для общественности. Но омежья часть в нём бунтовалась, ведь он носил под сердцем ребёнка Энджи. И не мог допустить потери своего ребёнка. Но нужно было сделать правильный выбор. Ястреб герой в первую очередь. — Хочешь меня обхитрить, — злодей большим пальцем обводит края метки. — Я бы её срезал, но мне нужно, чтобы он чувствовал тебя и шёл за тобой. Насколько ты дорог для Старателя? — Ты уверен, что точно знаешь, с каким из Тодороки я спал? — растягивает губы в довольной улыбке Ястреб. — И чей именно ребёнок во мне? Таками чувствует победу, когда злодей на время замолкает, хорошенько всё обдумывая. А затем он наклоняется, прижимаясь носом к метке и втягивая в себя воздух, рука его прижимается к животу Кейго, надавливая и ощупывая. Ястреб жмурится до ярких звёздочек перед глазами. Если Все за Одного знает запах Энджи, то всё пропало, по метке сразу можно понять, кто её поставил, но вот с ребёнком он точно может не определиться. Но так же Кейго – гамма: в его запахе будут присутствовать нотки его старого запаха, что может сбить с толку. Да, сейчас его тело полностью перестроилось под омегу, но из-за того, что Таками большую часть жизни жил как гамма, в запахе всё ещё могли присутствовать нотки его старого запаха. — Хочешь сказать, что со Старателем тебя ничего не связывает? — Все за Одного резко отстранился, отходя от Ястреба. — Моя информация верна. Ты любовник Тодороки. — Не отрицаю, — Ястреб обернулся, чувствуя, что ему удалось запутать злодея, — но Старатель не единственный альфа в их семье. К тому же, тебе должно быть известно, что он ненавидит и презирает парней-омег, поэтому был против свадьбы Рэйдена, поэтому так долго не принимал Мидорию. Думаешь, он притворялся и в тайне потрахивал меня всё это время? Перед кем тогда был устроен этот цирк? Многие герои знают, что со своей женой он давно не живёт, так что это представление было точно не для неё. А обычные гражданские даже не знают о его проблемах в семье. Так что, если подумать логически, я никак не могу быть его любовником. Хотя версия мне очень понравилась. — В таком случае мне нужно знать имя твоего альфы, иначе я прямо сейчас помогу тебе потерять твоего ребёнка, — в глазах злодея блеснуло опасное пламя. — Вышкребу из тебя всё, что есть и разложу перед тобой. Хочешь на это посмотреть? Таками испуганно отстранился. К такому он не готов. Умереть самому даже в муках - он сможет это вытерпеть, но проходить через такое... — Рэйден, — хрипло выдохнул Ястреб, закрывая глаза, чтобы не видеть довольную ухмылку злодея. — Тодороки Рэйден. Алый Рассвет. — Тогда понятно, почему вы скрывались, ведь у Тодороки была официальная пара, — засмеялся Все за Одного. — Должно быть, ты рад, что теперь сердце твоего альфы свободно. Диктуй его номер, мне нужно с ним связаться. У Ястреба не оставалось другого выбора, как назвать номер. Это был единственный вариант из возможных, но даже он оказался ужасно провальным. Энджи не останется в стороне, когда узнает, что один из его сыновей в опасности. — Ты думаешь, он примчится мне на помощь, узнав что я у тебя? Что он от любви ко мне потеряет голову и совершит какой-то опрометчивый поступок? Брось, мы переспали как-то по-пьяне, и оба сожалели об этом. Я даже не сказал ему, что это ребёнок его, потому что он был слишком счастлив со своим омегой, а я проклинал себя за то, что алкоголь отбил мне мозги, и я всё же лёг под этого идиота, — с усмешкой спрашивает Кейго, на ходу пытаясь придумать хоть что-то. — Я понимаю, тебе нужно выманить Старателя. Не через меня, так через его сына. Даже если Рэйден узнает, что я у тебя, он не бросится сюда сломя голову, он... — Ты много болтаешь, — его с силой схватили за волосы и потянули назад, запрокидывая голову и недовольно вглядываясь в испуганное лицо. — Я понял, что ты готов пожертвовать собой, что где-то ты мне соврал, не могу понять только где. В любом случае этот день завершится смертью Старателя. И если ты не хочешь уже сегодня подержать своего несформировавшегося ребёнка на руках, ты скажешь мне номер Рэйдена. Ястреб понял, что больше не может тянуть время или пытаться заговаривать зубы злодею. У Все за Одного кончилось терпение, и он всерьёз собирался воплотить свою угрозу в жизнь. Кейго корит себя за то, что ему приходится называть номер телефона альфы. Но, несмотря на длинные гудки и попытку связаться, Тодороки не отвечает на звонок. Даже не понять – умер он или просто потерял телефон. Но в смерть Рэйдена Таками не верил. Все за Одного недовольно сбрасывает звонок, хмурым взглядом смотря на Кейго. — Это его номер, клянусь, — Таками пытается хотя бы расшататься на стуле, но рука, что вцепилась в его плечо, будто бы превращает его тело в камень, и герой не может пошевелиться. — Это номер Рэйдена, это его номер. — Допустим, ты мне не соврал, — соглашается Все за Одного. — Допустим, это и вправду номер Рэйдена. В таком случае нам остаётся придумать другой способ связаться с героем. Хотя, мы можем обойтись и без него. Ты знаешь, куда эвакуировали детей Старателя? У него ведь есть сын и дочь, которые не являются героями. А ещё у Старателя есть внуки. Меня устроят и они. — Я не знаю, — Ястреб жмурится. — Мне никто об этом не докладывал. — Ты вполне этого можешь не знать, — Все за Одного обходит его и склоняется, крепко сжимая челюсти Таками и поднимая его голову, чтобы посмотреть в глаза. — Тобой занимался старший сын Старателя, верно? Юичи. У тебя точно должен быть с ним контакт, может, мы с ним свяжемся и попросим присоединиться к нам? Кейго дёргается, желая отстраниться. — Советую сотрудничать и отвечать на мои вопросы, — миролюбиво говорит Все за Одного и пускает электрический заряд по руке, игнорируя крики Ястреба. — Я ещё нежничаю с тобой. — Я не знаю... где Юичи, — хрипло выдыхает Ястреб, нервно сжимая кулаки. — И связаться не мог с ним сам. — Хм, — Все за Одного отстраняется и смотрит на героя сверху вниз. — Как-то мрачно в комнате, не находишь? Не хватает красок. Как насчёт того, чтобы освежить это помещение красным цветом? Посмотрим, насколько яркая твоя кровь. Ястреб вжимается в спинку стула и нервно дёргает руками, наблюдая за тем, как в руках гаммы появляется острый нож. Руки тянулись к животу в надежде защитить, но те были привязаны к подлокотникам, лишь слабо дёрнувшись. У него нет возможности защитить собственного ребёнка. А злодей точно собрался воплотить свою угрозу в жизнь. Оставался последний вариант, нужно было признаться, кем он является. Кейго набрал полную грудь воздуха и посмотрел в глаза Все за Одного. — Я... Послышался сильный грохот, левая стена обвалилась и в комнату скользнуло жаркое пламя. Первой реакцией Ястреба была радость, потому что он почувствовал любимый запах, но второй - страх. Замысел злодея удался: Энджи здесь, и теперь он в большой опасности. — Уходи, это ловушка, — что есть силы закричал Таками, жмурясь и боясь увидеть, как Старатель замертво падает к его ногам. Ястреб дрогнул, когда его окружило плотное кольцо огня, из которого к нему шагнул первый герой. — Он убьёт тебя, уходи, я приманка, — в собственном голосе Ястреб услышал дрожь и страх. — Я знаю, — сказал Тодороки, освобождая его от пут и беря на руки. — Он поплатится за то, что сделал с тобой. Энджи испытал ярость, увидев лицо Кейго, его потрёпанную одежду. Пальцы боязливо коснулись спины, но Энджи ощутил под ними гладкую кожу. Все за Одного прижёг раны, чтобы Таками не умер от кровопотери. — Ты не должен был приходить, — Ястреб прильнул к альфе, чувствуя защиту. — Он хочет убить тебя, я... — Главное, что с тобой и с ребёнком всё в порядке. Я постараюсь отнести тебя как можно дальше, а ты беги со всех ног прочь. Ты будешь путаться под ногами, если останешься. Ястреб лишь покрепче обнял шею Тодороки и поцеловал его за ухом. — Я люблю тебя, — это единственное, что успел сказать Таками. Старатель прекрасно понимал, что злодей далеко его не отпустит, возможно даст небольшую фору, но явно нагонит и захочет ударить в спину. Поэтому Кейго пришлось оставить между пустующих улиц, смазано поцеловав в губы. Эта часть города была эвакуирована, и Энджи мог быть абсолютно уверенным в том, что ему можно будет не сдерживаться. Тодороки только успел повернуться, желая вернуться к злодею, но получил мощный удар в лицо. Ястреб упал на спину, даже не успев проследить глазами, куда отбросило Старателя. Кейго лишь привстал на локтях, готовый кинуться в бой, но только от одного взгляда, которым его окинул Все за Одного, тело Таками будто бы приросло к земле. Он ничего не может сделать, потому будет только мешаться. Нужно уйти как можно дальше, чтобы Тодороки мог использовать всю свою силу. Таками перевернулся и пополз на коленях, тело тряслось, встать на ноги сейчас он тоже не может, поэтому старался отползти подальше. Периодически его окутывало пламя полукругом. Кейго понимал, что это Энджи защищает его от возможных атак Все за Одного. Он всё ещё мешался и представлял опасность для Энджи. Где же все, где остальные герои? Почему Тодороки один? Хотя, это ожидаемо, что Энджи кинулся спасать его сломя голову. Ожидаемо ли? Ведь Кейго до сих пор не мог понять, что именно альфа чувствует к нему. Старатель пытался уворачиваться от сильных атак и не выпускал из поля зрения Ястреба. Энджи надеялся, что успеет отнести Кейго подальше от боевых действиях, но Все за Одного было выгодно, чтобы Таками был рядом. — Ты хуже Всемогущего, — рассмеялся злодей, когда Тодороки отбил очередную его атаку. — У Тошинори не было таких слабостей, хотя мне удалось застать его врасплох благодаря его сыну. Все вы недостаточно хороши для меня. Ты умрёшь и вместе с тобой умрёт последняя надежда. — Тебе для победы нужно использовать слабости других? Потому что ты не сможешь выиграть один на один? — Энджи попытался атаковать, но его отбросили назад, заставляя уходить в защиту. — Или потому что омега в тебе не может на равных противостоять альфе? — Что? — Все за Одного замер. — Вы знаете, что я гамма, это неудивительно. Но я смог уничтожить в себе все зачатки своей омежьей сущности, и сейчас являюсь полноценным альфой. Тодороки нахмурился и выпустил свой феромон. Но злодей не дрогнул. Наверное, действительно в нём не осталось ничего от омеги. Оставалось надеяться на подмогу, а пока тянуть время. Главное, что Таками удалось скрыться. — Думаешь, это весело? — в голосе Все за Одного была ярость. — Я убью каждого члена твоей семьи особо мучительно, заставлю их раскаяться за твою самонадеянность. Энджи замахнулся, собираясь атаковать, он думал о том, что злодея всё же стоит оттеснить в свободную от Ястреба зону. — Он всё ещё твоё слабое место, — Все за Одного метнул в сторону электрический разряд. Энджи дёрнулся, перенаправляя своё пламя, но лишь удивлённо моргнул, когда понял, что там нет Ястреба. — Обещаю, что убью его с особой жестокостью, — голос Все за Одного прозвучал над ухом. — Он умрёт последним, умоляя меня закончить его страдания побыстрее. Тодороки опустил взгляд вниз, наблюдая за тем, что из его груди торчит рука, во рту скапливалась кровь и стекала по подбородку вниз. Его провели. Он слишком был сосредоточен на мыслях о Таками, поэтому так наивно повёлся. Кейго закричал, когда Энджи упал на колени. Откуда-то взялись силы, и он побежал к альфе, подхватывая его перед самой землёй, чтобы Энджи не упал лицом в землю. — Нет, нет, нет, пожалуйста, — Таками не мог остановить свои рыдания. — Энджи, не умирай! Энджи, не оставляй меня! Ты не можешь умереть! Ястреб с ненавистью посмотрел на приближающегося злодея. Всё, чего он хотел сейчас – уничтожить Все за Одного.