В той чужой соколиной стране

подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья, каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье; шелком — твои рукава, королевна, ясным месяцем — вышито небо

♫ Мельница — Королевна

      Лиза не спала всю ночь. Половину ночи она плакала, а другую половину — думала, как лучше поступить, чтобы без проблем выкрутиться из сложившейся ситуации. Допустим, Джон Аррен видел, как она заходила в комнату Бейлиша. Возможно, лорд опустился до того, что подслушивал под дверью. Но что он мог услышать? Только признание Лизы и вежливый отказ Петира. Да, это бросало достаточно большую тень на репутацию младшей леди Талли, но ничуть не очерняло ее нетронутую честь. А если Джон слышал, но не слушал до конца? Но Лизе не верилось, что лорд Долины стал бы подслушивать. Значит, он либо видел, как Лиза заходит к Бейлишу, либо просто судит по тому, как она все это время смотрела на воспитанника своего отца, да еще и шпионила за ним тогда, в саду. В любом случае, неверность Лизы еще нужно было доказать. С этими мыслями Лиза успокоилась и заснула, так и не сняв платья, когда в окне уже занимался рассвет.       Лизу разбудила служанка. Девушка виновато пробормотала своей леди про то, что пора собираться, и Лиза тут же вскочила — сон как рукой сняло. От досады на саму себя Лиза накричала на ни в чем не повинную служанку, велела ей позвать остальную прислугу, переодеть ее в другое платье и заново сделать ей прическу — Лиза не распускала волосы перед сном, и теперь ее аккуратная коса напоминала скорее воронье гнездо.       Усилиями служанок младшую леди Талли не просто привели в порядок, но сделали красавицей. Лиза надела небесно-голубое платье с кружевами на груди, и заплела волосы в толстую косу, обернутую вокруг головы. Надев на шею серебряный кулон в виде форели, Лиза осталась довольна собой и уверенно направилась в пиршественный зал. Она должна была уехать только вечером, а пока могла прощаться с отцом и Эдмаром. Перспектива того, что жених откажется от брака с ней, уже не пугала Лизу: она здраво рассудила, что Джон Аррен вряд ли захочет ссориться с правителем Речных земель. Да и лорд Долины должен был понимать, на что идет, беря в жены молодую девушку…       Лиза самодовольно вздернула очаровательный носик и гордым лебедем вплыла в зал, где ее уже ожидал накрытый стол.       Джон и виду не подал, что они ночью поссорились — да и поссорились ли? Он так же галантно, как и обычно, поцеловал тыльную сторону ладони Лизы и, как всегда, на пару секунд дольше прижимал к губам ее руку. У Лизы отлегло от сердца: либо ни в чем серьезном Аррен ее не подозревает, либо заранее простил молодой невесте все ее возможные интрижки. Она нежно улыбнулась Джону и опустилась рядом с Эдмаром. Младший брат выглядел потерянным, кое-как ковыряясь в яичнице с салом; неудивительно: наследник Риверрана был сильно привязан к старшим сестрам, а теперь его разлучают с обеими! Лизе захотелось обнять Эдмара и погладить его по голове, как в детстве, когда они были очень близки, как младшие дети, но она сдержалась — не при всех же! — и занялась своей яичницей, тоже не чувствуя никакого аппетита.       После завтрака Джон ушел к себе, чтобы дать Лизе возможность вдоволь побыть наедине с родными. И тогда Лиза уже не стала сдерживаться — с рыданиями бросилась в распахнутые объятия отца, а потом все же прижала к груди брата, который изо всех сил старался не расплакаться.       — Доченька, — растроганно сказал Хостер Талли, чем очень удивил Лизу — прежде таких нежностей удостаивалась только Кейтилин, любимица отца. — Доченька…       Он хотел сказать что-то еще, но вместо этого крепко прижал к себе прильнувшую к нему Лизу. Она впервые ласкалась к отцу, ранее не проявляя к нему особых чувств и позволяя нежничать с ним Кэт, сама же предпочитала общество Эдмара или Петира. Петира же среди прощающихся Талли не было — Лиза оценила это. Ее вряд ли обрадовало бы наличие здесь Бейлиша, перед которым она опозорилась.       — Ты будешь мне писать? — спросил Эдмар, утирая нос.       — Конечно! — заверила его Лиза. Что-то ей подсказывало, что в Орлином Гнезде она так заскучает, что письма к брату станут единственным ее развлечением, отдушиной среди одинаковых будней.       Эдмар крепко обнял Лизу, и она впервые заметила, что он вырос, стал гораздо выше ее ростом. Странно, что раньше занятая своими проблемами Лиза не смотрела на брата…

***

      К вечеру Лиза закончила собирать все свои вещи, заодно захватив свадебное платье в красно-синих тонах — цветах дома Талли. Свадьба должна была состояться через день после их прибытия в Долину Аррен, на дорогу тоже уйдет время… Джон хотел, чтобы они всю дорогу ехали в повозке, но Лиза отказалась и настояла на том, что периодически они будут ехать на лошадях — она любила конные прогулки и хотела полюбоваться природой.       У ворот замка нетерпеливо ржали лошади. Лиза в последний раз поцеловала отца, взъерошила рыжие волосы Эдмара, помахала весь день державшемуся на расстоянии Петиру Бейлишу и без посторонней помощи резво вскочила в седло. Рядом с ней уже восседал на своей лошади Джон. Прислуга, столпившаяся у ворот, кричала своей леди что-то прощальное и махала платками. Среди лиц челяди Лиза узнала свою старую нянюшку и служанку, что все эти годы была ее наперсницей… Отец мрачно смотрел вдаль, Эдмар, сжав кулаки, изучал носки своих сапог. Петир печально улыбался. Сады благоухали, а Камнегонка бурно гнала свои воды к Узкому Морю. Лиза уже скучала по дому и семье.       — Прощай, Риверран! — тихо сказала Лиза, но Джон услышал ее.       — Не прощайтесь навек, моя леди, — сказал он. — Ведь мы сможем приезжать в гости к вашим родным. Да и они смогут приехать к нам…       Это «мы» отозвалось в сердце Лизы безысходной болью разлуки. «Мы» — значило — Джон и Лиза Аррены. Она больше не будет беспечной леди Лизой Талли… Она станет леди Аррен, хозяйкой Орлиного Гнезда и женой правителя Долины — гораздо большая ответственность, чем младшая дочь лорда Речных Земель. Ей придется стать сильной и уверенной в себе, ведь не всегда Лиза будет скрываться за спиной мужа — она этого и не хотела. Лиза хотела власти, пусть хотя бы над Долиной. И ей нравилось то, что она станет леди Аррен, только потому, что с этим титулом она получит власть. Лучше уж быть женой Хранителя Востока, чем женой будущего Хранителя холодного и неприятного Севера. Лиза вспомнила Кейтилин и ей стало грустно.       «Так или иначе, а детство кончилось», — подумала Лиза, направляя своего коня прочь от Риверрана и стараясь скрыть от будущего мужа выступившие в уголках глаз слезинки.       Да, закончилась золотая пора детства! Не будет больше Лиза играть в садах Риверрана с братом, сестрой и Петиром, не будет секретничать с Кейтилин, поверяя ей свои детские тайны, не будет бегать наперегонки с Эдмаром, не будет сидеть на коленях у отца, не будет слушать сказки нянюшки, не будет гулять по берегам Камнегонки, не будет тайно вздыхать по Бейлишу!       Впрочем, детское увлечение Лизы Петиром закончилось, как и детство, исчезло за поворотом к горам, как цветущие сады Риверрана, затихло, как шепот речных волн. Лиза не тосковала больше — ее живая натура просто не умела долго печалиться, к тому же, боль в молодости забывается очень скоро. Да, вечерами Лиза будет грустить по Речным землям и семье, но сейчас ее душу обуревало любопытство и жажда новизны — как все сложится дальше?       Перед леди Лизой Талли открывалась совсем другая, новая жизнь. Кто сказал, что она будет хуже старой?