В той чужой соколиной стране

господином горных дорог назову тебя, облака кружат стаей перед грозой

♫ Мельница — Господин горных дорог

      Дорога до Орлиного Гнезда от Риверрана должна была занять пару недель, и, конечно, все это время Лиза не смогла бы находиться в седле. Уже к вечеру у нее болело все тело, хотя она и любила верховую езду и считалась хорошей наездницей — во всяком случае, лучшей, чем Кейтилин. Лошади любили Лизу и слушались ее; в этот раз кобылка тоже попалась смирная, но все же к вечеру Лиза очень устала. Она уже хотела сказать об этом едущему рядом Джону, но, увидев, как ровно и спокойно сидит в седле лорд Долины, передумала. Он старше нее, но ничуть не утомлен поездкой! Пусть не думает, что Лиза — слабая неженка. Упрямо поджав губы, Лиза продолжала править своей смирной лошадью.       — Вы не устали, миледи? — заботливо спросил Аррен.       Лиза мужественно покачала головой. Сил на разговоры у нее уже не хватало. Лизе казалось, что стоит ей открыть рот — и она расплачется.       — А вот я устал, — сказал проницательный Джон. — Да и ночью путешествовать не стоит — не хочу подвергать вас опасности. Сейчас прикажу остановиться на привал.       — Как вам будет угодно, милорд, — выдавила Лиза, в душе радуясь тому, что наконец-то сможет полежать.       Джон спешился и отдал своим людям приказ устраиваться на ночлег. Прислуга принялась расставлять шатры, повара занялись приготовлением ужина. Лиза упала бы с коня, если бы ее вовремя не подхватил лорд Аррен. Его руки, поднявшие ее за талию, оказались очень сильными, но Джон держал ее нежно, а на ноги поставил немного неохотно. Лиза нашла в себе силы улыбнуться будущему мужу — вообще-то она предпочла бы, чтобы Джон донес ее прямо до шатра, уложил в постель и оставил в покое до наступления утра, но, услышав аромат жареного мяса, Лиза передумала спать и ощутила дикий голод. Добравшись до разведенного костра, она села и протянула руки к огню. Рядом опустился Джон.       — Вы голодны, моя леди?       — Очень! — призналась Лиза. — Кабана бы целиком съела!       — Кабана нет, — улыбнулся Джон. — Но кур у нас достаточно. Вы любите курятину?       — Да, — сказала Лиза. — В Риверране наша кухарка Мэрри готовила потрясающе вкусную печеную курицу, фаршированную черносливом…       Зря она вспомнила о Риверране — с наступлением ночи грызущая сердца тоска снова вернулась. Как там сейчас отец и Эдмар? Думают ли о ней? Скучают ли до сих пор, или уже забыли? Лизе вдруг ужасно захотелось увидеть Кейтилин, прижаться к сестре, чтобы она гладила ее волосы, и найти в ней утешение, как находила всегда…       — Не стоит грустить, миледи, — Джон разломал поданную слугой курицу и протянул Лизе грудку. Лиза взяла мясо и запустила в него зубы, от голода забыв думать про этикет. Конечно, это мясо не походило на те кушанья, что готовила тетушка Мэрри в Риверране, но курятина была приготовлена очень вкусно. По подбородку Лизы потек сок, и она смущенно достала из кармашка платья платок, промокая губы. Увидев ее смущение, Джон лишь улыбнулся и вгрызся в куриную ножку, не заботясь о соке на собственных губах — все же они не на пиршестве среди знати, а в лесу на привале. Лиза перестала заботиться о приличиях и начала есть с аппетитом.       Когда Лиза насытилась и выпила бокал вина, жизнь перестала казаться ей таким уж мучением. Звезды ярко мерцали в небе, благоухали ночные цветы, ветерок шевелил листья деревьев, отчего казалось, что ночь полна шепота и шорохов. Они остановились на опушке леса, и иногда Лизе казалось, что в высокой траве мелькают силуэты каких-то животных — едва ли они были опасны, к тому же, их отпугивал огонь, но все равно Лизе было немного жутко и в то же время — любопытно — она еще ни разу не проводила ночи под открытым небом, а не в помещении.       Для будущих супругов поставили разные шатры, хотя и совсем рядом друг от друга. Умывшись в ручье, Лиза направилась в свой. Ей впервые приходилось спать не у себя в комнате в Риверране, и Лиза думала, что Джон скажет ей что-то перед сном, или хотя бы пожелает спокойной ночи, но Аррен первым исчез в своем шатре, так что Лиза осталась одна, не считая двух служанок, приставленных к будущей леди Долины — Энн и Мими. С помощью девушек Лиза подготовилась ко сну — расплела волосы и сняла платье, сменив его на теплую ночную сорочку. Отослав служанок, леди была уверена, что заснет, едва ее голова коснется подушки, но нет — сон к ней никак не шел. Переполненная новыми впечатлениями и взволнованная своим будущим Лиза ворочалась с боку на бок, но глаза ее не желали смыкаться, более того — почему-то Лиза ощутила непонятную бодрость, которой ей так не хватало во время дороги.       Не желая больше мучиться, Лиза встала, набросила на белую сорочку серый халат и вышла из шатра, не став будить ненужных ей сейчас служанок. Летняя ночь дышала теплом. Звезды еще ярче светились на черном полотне неба, взошел полумесяц, освещая опушку леса каким-то призрачным светом, а ветер уже утих. Где-то в ветвях раскидистого дуба тоскливо кричала ночная птица. Лиза прошла по лагерю, где, кажется, спали все, кроме нее — и тут увидела фигуру Джона Аррена. Лорд Долины стоял на холме, подняв взгляд к небу — молился или любовался звездами. Лиза, ступавшая тихо благодаря мягким туфлям, подошла сзади и шепотом окликнула мужчину:       — Вам тоже не спится, милорд?       Джон едва заметно вздрогнул, поспешно обернулся, но, увидев Лизу, нежно улыбнулся ей:       — Я давно мучаюсь бессонницей. Но вы тоже не спите, миледи — почему? Я думал, вы устали.       — Не могу заснуть, — сказала Лиза, и виновато добавила:       — Я вас напугала?       — Нет, что вы, миледи. Вы только порадовали меня. Вы можете скрасить мое вынужденное ночное одиночество… если будете так добры.       Лиза сделала шаг к Джону и встала с ним рядом. Подняла голову и тоже посмотрела на небо, но на данный момент красота ночи не слишком ее завораживала.       — Вам нравятся звезды? — спросил Джон.       — О да, — ответила Лиза, но думала совсем не о звездах. Она была в одном халате да сорочке, а рядом с ней стоял ее будущий супруг — и его присутствие волновало Лизу, хотя она и не понимала, почему — недавно же только считала лорда Аррена скучным и противным старикашкой.       Джон взял руки Лизы в свои, и медленно наклонился, целуя кончики ее пальцев. Он еще ни разу не позволял себе подобные жесты, и Лизе стало немного страшно, но она, вопреки всему, не стала отстраняться и вырывать руки. Джон выпрямился и заглянул в лицо юной невесты, остановив взгляд на ее губах. Сердце Лизы забилось быстро-быстро, и то ли она сама потянулась к Аррену, то ли просто не противилась, когда его губы прижались к ее губам, сначала мягко и нежно-нежно, словно крылья бабочки, а потом чуть более страстно и настойчиво. Лиза целовалась впервые — раньше ей казалось, что поцелуи — это противно и мерзко, но сухие и горячие губы Джона были приятны ей, и она даже не хотела возражать, когда его язык проник в ее приоткрытый рот. Однако почти сразу после этого Джон прервал поцелуй. Лиза шумно вдохнула прохладный ночной воздух. Ее ноги вдруг ослабели, и ей пришлось схватиться за плечи Аррена.       — Простите меня, миледи, — виновато сказал тот. — Я не должен был целовать вас до свадьбы.       — Но ведь вы все равно на мне женитесь? — брякнула Лиза и тут же пожалела о своих словах, но сказанного не воротишь.       — Вы думали, что я могу отказаться от вас? — изумился Джон.       Лизе было некуда отступать — пришлось признаться в своих опасениях:       — Тогда — помните? — вы сказали мне, будто я лгу, что люблю вас…       — А-а-а, тогда, когда вы вышли из спальни лорда Бейлиша? — хитро прищурился Аррен.       — Между нами ничего не было! — горячо заверила его Лиза, быстро соображая, слышал ли лорд Долины их разговор и шелест упавшего к ее ногам платья. — Петир нравился мне… раньше, но между нами не произошло ничего… такого. И… — она покраснела, опустив глаза, — И вы скоро в этом убедитесь.       — Ох, бедная девочка, — печально сказал Джон, привлекая к себе Лизу и обнимая ее за плечи. — Не бойтесь меня, леди Лиза. Говорите мне обо всем, что вас беспокоит и тревожит — я сумею вас защитить. Я всегда выслушаю вас и помогу вам. Я всегда буду на вашей стороне. И я постараюсь научить вас любить меня.       Лиза прижалась лицом к его плечу.       — Я обязательно научусь любить вас, — сказала она. — Мне кажется, я уже этому учусь. Только… вдруг я вас разочарую?       Джон взял ее лицо в ладони и поцеловал ее веки.       — Вы никогда меня не разочаруете, миледи. Вы нравитесь мне не только благодаря вашей красоте. Ваша живая натура, быстрый ум и веселый нрав — их невозможно не полюбить. Вы просто сокровище, леди Лиза. И вы — подумать только! — будете моей.       — А вы будете моим, — прошептала Лиза. — А я буду вашим, — согласился Джон. — Но вам пора спать, госпожа моя. До рассвета еще далеко, однако стоит выспаться, если вы хотите утром снова сесть на лошадь.       Лиза действительно хотела утром проехаться верхом, так что в свою очередь согласилась с Арреном — тем более, ей уже хотелось спать. Она позволила Джону проводить ее к шатру, и напоследок он поцеловал уже не тыльную, а внутреннюю сторону ее ладони, на некоторое время прижав ее руку к своей щеке.       — Спокойной ночи, Лиза, — сказал лорд Долины, впервые называя ее не «леди» и не «госпожа». В его устах ее имя звучало, почти как музыка. И Лиза, задорно покраснев, шепнула перед тем, как задернуть полог шатра:       — Спокойной ночи, Джон…