13. Страшная сказка
24 апреля 2018 г., 14:00
а она по ночам из дворца выходит украдкой и бежит на кладбище по дворцовым аллеям, а на кладбище рвет крапиву наша королева — ведьма! ведьма!
♫ Тикки Шельен — Наша королева — ведьма
«Последняя ночь в дороге», — радостно думала Лиза, сидя у костра. К ночи жара спала, но Джон решил разбить лагерь на опушке леса, чтобы отдохнуть, и теперь они сидели вокруг ярко горящего пламени, ели печеное куриное мясо и разговаривали. Джон снова рассказывал Лизе об Орлином Гнезде, о том, какой это неприступный замок, как трудно к нему добраться и какие красивые виды открываются с такой высоты. Джон говорил о горах с такой любовью, что Лиза невольно заражалась его настроением, живо представляя себе то, что описывал Аррен и сгорая от нетерпения скорее там оказаться. Но скоро Джон отправился спать. Его утомила дорога и жара, и мужчина виновато улыбнулся леди Талли, покидая ее и прячась у себя в шатре. Он посоветовал Лизе тоже не засиживаться допоздна, но ей не хотелось спать, наоборот — она ощущала бодрость и желание действовать. Немного поколебавшись, Лиза все-таки присела у костра, что развели слуги. Обычно она редко снисходила до общения с плебсом, доверяя лишь своей кормилице и служанке, а остальных воспринимая свысока, но юной леди было скучно, а слуги увлеченно что-то обсуждали. Впрочем, увидев Лизу, они почтительно замолкли и дали ей присесть. — О чем вы говорили? — спросила Лиза. — Не для ваших ушей это, м’леди, — сказал старый повар, и Энн согласно закивала. Лиза нахмурилась. — У вас есть от меня тайны? — М’леди, да на что вам страсти против ночи? — спросила Мими. Лизе стало интересно. Она сделала вывод, что слуги рассказывают друг другу страшные истории, а подобное ей всегда нравилось. Устроившись поудобнее, Лиза потребовала: — Рассказывайте! — Ну, раз м’леди приказывает, — старый повар огладил широкую бороду и пожевал губами. — Жил тут раньше лесничий. Дочь у него была — красавица, но женихи к ней не ходили — где посреди леса женихов взять? Отчаялась девушка, и сказала однажды, что выйдет замуж за первого встречного — да хоть за грамкина! Выходит из дома на следующий день — глядь! — стоит у калитки грамкин и поджидает. Клятву-то принесла — деваться некуда. Ушла красавица-дочь с грамкином, а лесничий не перенес горя — повесился, бедолага. Да только не дали ему Семеро покоя, блуждает до сих пор призраком в этом лесу, по ночам показывается, людей с дороги сводит, да к грамкину заводит в лесную чащу… Лиза поежилась. Она не была трусихой, но обстановка вокруг более чем располагала к жути. Близость леса пугала, ветер будто что-то нашептывал, и легко было поверить, что среди нахмурившихся темных елок ходит грамкин или призрак висельника. По спине юной леди пробежал холодок. — А я все равно сегодня в лес пойду! — сказала Мими. — Нельзя такое пропустить! — Что пропустить? — заинтересовалась Лиза. — Так ведь колдовская ночь сегодня, м’леди! В чаще леса цвет дивный расцветает: кто сорвет, тот всю правду будет видеть, будущее угадывать, в зверей и птиц перекидываться сможет, клады отыскивать, все тайны неба и земли узнает! — восторженно зашептала Мими. — Страсть хочется цвет найти! — Бабьи сказки, — оборвала подругу более серьезная Энн. — Не пугай м’леди. — Я не боюсь! — оскорбилась Лиза. — Я с вами в лес пойду! — Семеро вас храни, м’леди! — перепугалась Энн, но Лиза уже решила, что обязательно пойдет со служанками — если даже такая трусишка, как Мими, не побоится, то она, Лиза Талли, дочь лорда Речных Земель, будущая хозяйка Долины Аррен, и вовсе не имеет права на страх! Отступить Лиза не могла. Эти люди должны ее уважать — и она докажет, что достойна уважения. А грамкины — что грамкины! Не бывает их, ни грамкинов, ни снарков, ни гаргулий.***
В лесу было гораздо темнее, чем на опушке, особенно, когда костер скрылся за стволами деревьев. Ветви скрывали свет луны, и от темноты Лизу спасал только факел в руке. Она старалась ступать бесшумно, как будто могла кого-то — или что-то — разбудить. Кого-то злого и враждебного, желающего ей зла, жаждущего ее плоти и крови… Рядом ступала Энн, чуть позади — Мими. У служанок тоже были факелы, и Лиза понимала, что каждая хочет найти цвет сама, не уступая ни своей подруге, ни своей леди. На Лизу девушки и вовсе косились недоброжелательно, видимо, решив, что она рассчитывает на их помощь в поисках цвета, чтобы потом завладеть найденным самостоятельно. Лиза в цвет не верила, и поэтому решила разделиться со служанками — свою храбрость она уже доказала. Теперь, пока Энн и Мими будут искать выдуманное сокровище, Лиза вернется в лагерь и спокойно ляжет спать — а эти дуры пусть хоть до рассвета по лесу бродят; судьба служанок Лизу не заботила. Лес пугал юную леди, но они ни за что бы в этом не призналась. И все же… все эти деревья, окружающие ее, давящие на нее темнотой, нависающие над головой огромными тенями, кусты, что в темноте смахивали на грамкинов, крики ночных птиц… — Энн, Мими, — сказала леди Талли, — вы идите по сторонам, а я — прямо. Я хочу честно найти цвет. — Ох, м’леди, да как же мы вас оставим? — испуганно спросила Энн. — Вы думаете, я не найду пути в лесу? — рассердилась Лиза. — Я не ребенок! Я — ваша леди! Вот возьму и первая цвет найду, — добавила она, чтобы раззадорить служанок. Мими, которая, в отличие от Энн, обрадовалась, что они будут искать цвет по отдельности, что-то зашептала подруге на ухо — Лиза не прислушивалась — и Энн сдалась, согласившись разделиться и с Мими, и с леди Талли, уйдя налево. Мими пошла направо. Лиза сделала вид, что идет прямо, но перестала шагать, как только огоньки факелов служанок затерялись в темноте. Решив, что теперь можно вернуться в лагерь, и никто уже не сочтет ее трусихой, леди Талли повернулась, чтобы идти обратно, но тут увидела две тропинки. Две! Была же только одна? Верно, Лиза помнила, что они шли по одной… но по какой из двух? Лиза стояла, и по ее спине снова мурашками бежал холодок. Внезапный порыв ветра затушил факел — юная леди ахнула — она оказалась в кромешной, сосущей глаза темноте, в которой могли таиться и грамкины, и снарки, и висельники… и, что вероятнее — дикие звери. Нужно было звать Энн и Мими, но… хороша же она будет в их глазах, леди Талли, что хвасталась и уверяла, что легко найдет дорогу в лагерь, а сама тут же заблудилась! Как они будут уважать такую неженку? И зачем она вообще пошла в лес? Зачем решила что-то доказывать прислуге? Наконец Лиза решила идти в ту сторону, откуда они пришли — авось куда-то да попадет. Выбрав левую тропинку, она старалась думать о том, что все страшные сказки — выдумка, что не существует ни грамкинов, ни призраков, но все равно боялась, вспоминая рассказ повара у костра. Висельник… вдруг он и правда где-то здесь? Вдруг он наблюдает за ней из-за густой листвы деревьев? В дупле ели Лиза увидела блеск чьих-то желтых глаз — сердце дернулось, падая вниз, с губ сорвался не крик — вздох, и тут же раздалось громкое уханье совы, которой глаза и принадлежали. От неожиданного испуга Лиза прыгнула в сторону, и тут кто-то схватил ее за юбку. Не сомневаясь в том, что это мертвые пальцы висельника, Лиза закричала, стараясь вырваться — послышался треск платья. Оставив лоскут подола на кусте, за который зацепилась и который так ее напугал, Лиза побежала, уже не думая о том, куда бежит, лишь бы спастись. — Леди Лиза! — М’леди Лиза! Лиза застыла, думая, что это висельник зовет ее разными голосами, заставляя блуждать в лесу, но тут поляна, на которую она выбежала, озарилась светом десятка факелов, и из-за деревьев вышел Джон и его люди. — Джон! — радостно вскрикнув, Лиза бросилась к мужчине, не заботясь о своем внешнем виде — порванное платье и растрепанные волосы. Лорд Аррен крепко обнял леди Талли. — Как вы меня нашли? — спросила Лиза. — Энн вернулась в лагерь и все рассказала, — ответил Джон. — Я думал, вы будете благоразумнее, леди Лиза, — сказал он уже тише, после того, как отпустил солдат на поиски Мими. — Я не могла перед ними струсить, — повинилась Лиза. — Какая тогда из меня леди? — Ты еще такой ребенок, — улыбнулся Джон. — Моя маленькая храбрая леди. Идем, тебе пора спать. Завтра мы уже будем ночевать в Орлином Гнезде.
