17. Ребенок
7 июля 2019 г., 20:09
вот круг колдовской, где внутри всегда зелена трава берег остролист от любой беды и отчаянья
♫ Немного Нервно — Остролист
До Королевской Гавани они добрались без приключений. Лиза всю дорогу была вынуждена проводить время в обществе королевы, что совсем ей не нравилось — Серсея только и могла, что жаловаться и капризничать. Джон же постоянно был подле Роберта, и они правда были близки — Лизе даже завидно становилось при виде такой тесной дружбы, которой у нее самой никогда не было. Но больше всего Лиза скучала по уединению с мужем — они могли побыть вдвоем разве что по ночам, в шатре, но и тогда оба были слишком уставшими, и лишь обменивались поцелуями перед тем, как заснуть в обнимку. Лизе нужна была не столько физическая близость, сколько разговоры — только с Джоном она могла поговорить по-настоящему и откровенно, но и на это им не хватало сил. Поэтому, когда процессия наконец въехала на улицы Королевской Гавани, Лиза испытала облегчение — в Красном Замке все должно быть иначе. В Красном Замке у короля и королевы будет множество других дел, и не столь необходимо будет им общество Арренов. Особенно Лизы — Джон станет десницей, она же — всего лишь придворной дамой, одной из многих. Лизе и не хотелось слишком выделяться — да, приятно, когда все восхваляют тебя и преклоняются перед тобой, но это и опасно — все время быть на виду. Гораздо лучше просто манипулировать другими из тени — так и твои желания исполнятся, и платить высокую цену за них не придется. Лиза выглянула в окошко кареты, отодвинув плотные занавески, но вместо свежего воздуха, к которому она так привыкла в горах, в нос леди Аррен ударила омерзительная вонь. Улицы столицы смердели гнилью, и к горлу Лизы подступила тошнота. Моля всех Семерых богов, чтобы те не позволили ей извергнуть из себя завтрак при королеве, Лиза зажала рот ладонью и поспешно задернула шторку, сожалея о своем любопытстве. Серсея безмятежно улыбнулась: — Не горная свежесть, да, леди Лиза? Вместо ответа Лиза виновато улыбнулась, все еще прижимая ладонь к губам и опасаясь открывать рот. Раньше ей не приходилось ощущать такой тошноты, как сейчас, даже от противного запаха. Лиза не была из числа хрупких барышень, что падают в обморок от любого потрясения, и на здоровье никогда не жаловалась, поэтому ее недомогание было странным, но Лиза не задумалась об этом, просто стараясь дышать медленно и размеренно. Серсея больше не пыталась заговаривать с ней, за что Лиза была очень благодарна королеве. К счастью, вскоре карета остановилась у Красного Замка, и уже не Лиза, а Серсея показывала новой «подруге» свои владения, пока мужчины говорили о делах. Королева вела себя мило, но Лиза чувствовала фальшь в ее речах, хотя ее это и не волновало — Серсея могла думать, что пожелает. Насколько Лиза успела понять, над королем Робертом у его молодой жены власти нет, как, собственно, и любви. Уважение? И то вряд ли. Они были вместе, потому что составляли хорошую партию, потому, что Серсея по происхождению подходила королю и потому, что она хотела быть королевой. Но они не любили друг друга, и даже не дружили — Серсея говорила о Роберте с тщательно скрываемым, но ощутимым презрением, а Роберт почти никогда не уделял жене внимания. Сердце короля было навеки отдано умершей Лианне Старк, что забрала его душу с собой в могильный холод винтерфелльской крипты. Сердце же Серсеи… Было ли оно у нее вообще? Лиза радовалась, что у нее с Джоном все иначе. Да, они тоже поженились по расчету, но в итоге сумели принять друг друга и полюбить — вернее, смогла Лиза, а Джон полюбил ее раньше. И в этом плане леди Аррен была гораздо счастливее королевы — у нее был мужчина, который любил ее и был готов ради нее на все. Слуги помогли сначала Серсее, а потом Лизе выйти из кареты, и к королеве подошел красивый золотоволосый и очень похожий на нее рыцарь в облачении королевского гвардейца, тепло приветствуя сестру. Лиза узнала рыцаря сразу — это был брат-близнец Серсеи, сир Джейме Ланнистер, Цареубийца и Золотой Лев — как его только ни называли! Однажды его прочили в мужья Лизе, и Хостер с Тайвином почти договорились, но Джейме нарушил планы отца, надев на себя белый плащ и тем самым лишившись возможности иметь семью, детей и земли. Он тоже помнил Лизу, судя по узнаванию, мелькнувшему в зеленых глазах. Леди Аррен протянула руку, и Джейме учтиво поцеловал тыльную сторону ее ладони. — Рад приветствовать вас в Королевской Гавани, — улыбнулся он. — Надеюсь, вам понравится при дворе, миледи. — Не сомневаюсь в этом, — ответила Лиза, приседая в вежливом реверансе. Хотя она тоже лгала — она хотела домой, туда, где были горы, в Орлиное Гнездо — неприступный замок уже успел стать ей домом даже больше, чем родной Риверран. — Мы устали с дороги и голодны, — сказала Серсея. — Уверена, наши мужья сами обсудят дела. Вы же разделите со мной трапезу, леди Лиза?***
Несмотря на одолевающий ее ранее голод, сев за стол, Лиза поняла, что не сможет проглотить ни кусочка — ее снова затошнило лишь при виде уставленного множеством аппетитных кушаний стола. Желудок выделывал кульбиты, и даже мысль о еде казалась отвратительной и противоестественной. Для виду Лиза ковырялась в тарелке, поддевая вилкой кусочки картофельного рагу с крольчатиной, что подали первым, но не могла заставить себя съесть хотя бы чуть-чуть. Серсея, благо, не замечала, воодушевленно беседуя со своим близнецом. Решив выпить хотя бы глоток вина — все же она была голодна, а вино могло унять тошноту — Лиза отпила из бокала, но стало еще хуже. Понимая, что в этот раз не сдержится, леди Аррен вскочила и выбежала из зала, не сумев даже объяснить свою выходку. Она вернулась из уборной, поправляя волосы и смущенно улыбаясь. Аппетит вновь разгорелся — рагу с крольчатиной уже не выглядело мерзко в ее глазах, и Лиза с удовольствием принялась за еду. — Леди Аррен, вы больны? — с деланным беспокойством спросила Серсея. — Благодарю за заботу, ваша милость, но, скорее всего, меня просто укачало в карете, — беспечно пожала плечами Лиза. — Простите за это, мне очень жаль. — Сходите к мейстеру, — сощурилась королева. — Думаю, Пицель сможет вам помочь или хотя бы дать хороший совет. Я бы не была так уверена, что причиной всему то, что вас укачало, — шепнула она на ухо Лизе, склонившись очень близко к ней, так, чтобы ее слов не слышал Джейме. — Вы — молодая жена, и кто знает, что может происходить с вами… на самом деле. Точно! Лиза забыла, чего так хотела и о чем так мечтала. С прибытием королевской четы и назначением Джона десницей у леди Орлиного Гнезда было так много забот, что она перестала думать о своей власти в Долине, для которой нужен был ребенок. А сейчас — если она понесла дитя — вовремя ли это? Впрочем, в любом случае — вовремя. Джон уже не так молод, ему необходим наследник, а Лизе — влияние. Да и… стать матерью ей тоже хотелось. Раньше она не очень любила детей, но в детстве возилась с младшим на семь лет Эдмаром, пока тот не вырос достаточно, чтобы протестовать сестре, и пусть не была такой нежной и заботливой, как Кейтилин, теперь все же хотела бы иметь сына или дочь. Лиза принялась за еду, решив непременно после ужина сходить к мейстеру Пицелю.***
— Что ж, леди Аррен, я поздравляю вас. Вы беременны, — произнес Пицель, проведя необходимые процедуры. — Пока что срок еще маленький, но, думаю, бояться нечего и ребенок в безопасности — у вас крепкий, здоровый и молодой организм, вы должны выносить и родить без затруднений. Правда, бедра узковаты, но не слишком критично. Лиза едва не бросилась старику на шею с поцелуями. Сдержалась, оправив платье, вежливо поблагодарила, и удалилась в спальню, что отвели Арренам в Красном Замке. Ей не хотелось видеть никого — ни Серсею, ни даже служанок, неважно каких — придворных или уже знакомых и почти родных Энн и Мими. Лиза хотела видеть только одного человека — Джона, и в ожидании его прихода, чтобы занять время, начала писать письмо Кейтилин, рассказывая о последних событиях в своей жизни. Дверь скрипнула, когда Лиза описывала свое положение — как она могла смолчать, если сестра тоже ждет ребенка? На скрип Лиза обернулась, готовая ругать посмевших нарушить ее покой служанок, но это был Джон — ох, наконец-то! Лиза вскочила со стула, мгновенно забыв о незаконченном письме, и бросилась мужу на грудь, крепко обнимая его за шею и буквально повисая на нем. Джон удержал ее, прижал к себе и некоторое время они так и стояли — вернее, стоял Джон, а Лиза висела, поджав ноги, пока он крепко сжимал руки на ее талии. — Ты так сильно соскучилась, госпожа моя? — улыбнулся он, опуская жену на землю и беря ее лицо в ладони. — Я знаю, Лиза, тебе одиноко здесь, и ты привыкла к горам, но ты же понимаешь, как важно для меня помочь Роберту. Он не просто мой воспитанник, но и мой лучший друг. И тебе понравится здесь, правда. В Орлином Гнезде не так весело, поверь мне. А тут устраивают и балы, и охоты, да и людей гораздо больше, чем в нашем уединенном замке… — Я рада видеть тебя не только потому, что соскучилась, — немного смущенно сказала Лиза. — Я сегодня почувствовала себя нехорошо, и сходила к мейстеру Пицелю, — прежде чем Джон задал взволнованный вопрос, боясь за нее, леди Аррен приложила ладошку к его губам, заставляя замолчать, и продолжила: — Все в порядке. Я здорова. Я… беременна, милорд. — О! — вырвалось из груди Джона, и в его глазах отразилось такое счастье и ликование, что Лиза снова захотела прижаться к его груди, но он и сам легко подхватил ее на руки, кружа по комнате и осыпая поцелуями ее лицо. — Боги… Госпожа моя… Лиза… — шептал он между поцелуями. — Ты понимаешь, что даруешь мне жизнь? Каждый раз… С первого дня… Ты — моя жизнь, вся моя жизнь, мое сердце и душа, и теперь у нас будет… — он погладил пока еще плоский живот Лизы, будто не решаясь сказать это вслух. — У нас будет… — Ребенок, — продолжила Лиза. — Ох, Джон, как же я счастлива! Все складывалось в ее пользу. Беременность, становление ее мужа десницей, ее приближение к Железному Трону… Но сейчас Лиза Аррен думала не о власти — она отвечала на горячие поцелуи мужа, расшнуровывая его камзол и часто-часто моргая, чтобы убрать с глаз выступающие слезинки. И была в этот момент не леди Долины и хозяйкой Орлиного Гнезда, а просто молодой женой и будущей матерью, любящей и счастливой.
