Приятная неожиданность.

Первая мысль утром: «Я ворона». Накаркал, как говорится, - меня во сне преследовали глаза Севы. Но это еще полбеды. Добило меня то, что я проснулся с нехилым стояком. Никогда бы не подумал, что смогу ТАК возбудиться от чьего-то взгляда, пусть и во сне. Пришлось первым делом навестить душ, чтобы унять сумасшедшее напряжение внизу живота. На часах 6:40. Давненько я не просыпался так рано, но что поделать. Бреду на кухню, по пути пытаясь продрать расческой спутанные пряди. Всё, сегодня точно к парикмахеру прогуляюсь. Спустя десять минут моего негромкого ворчания по поводу надоедливых волос, которые лезли то в глаза, то в рот, я сел завтракать. Кулинарного таланта хватило лишь на яичницу и ломтики бекона, но если добавить к этому чашку кофе и два бутерброда, то можно считать, что я наелся на день вперед. Никогда не понимал людей, которые с утра пораньше набивают желудок супом, картошкой или котлетами. Да, завтракать нужно плотно, но лично я бы после такого количества еды лопнул, либо же мучился от тяжести в животе. Минут пять продолжая сидеть на стуле, пялился в потолок. Не покидает ощущение, что не получится у меня просто так забыть глаза Севы, особенно если учесть, что мне придется видеть его каждый день пять раз в неделю по два часа. Застываю около шкафа с одеждой, прикидывая, что бы сегодня одеть. Поймав себя на мысли, что это больше похоже на сборы для свидания, чем на выбор одежды для школы, достаю обычную серую рубашку и черные джинсы, зло хлопаю дверью шкафа и одеваюсь. Дорога в школу занимает от силы минут 15, поэтому уже в 8:00 я захожу в еще пустую школу, киваю в знак приветствия охраннику на вахте и иду в свой класс. Заглянув в учительскую за журналом, подхожу к расписанию. Два первых урока – алгебра и геометрия – стоят у 11 класса. Ну что за наказание с утра пораньше? Тяжело вздохнув, захожу в кабинет, зачем-то начинаю протирать доску губкой. 8:20. В класс начинают входить первые учащиеся, видимо, те, кому тоже не особо хорошо спалось. Пялюсь в телефон, иногда сквозь зубы ругаясь, когда Subway Surfers не дает побить свой же рекорд. Отвлекает меня шум около двери. Поворачиваю голову и вижу Севу, который сидит на полу возле входа и потирает колено. Компания ребят из 11 класса стоит рядом и смеется. - Аккуратнее надо, милая, - грубо смеется Стас Михеев, предводитель этой шайки-лейки, если не ошибаюсь. Он пинает блондина в бедро и отходит к своей парте. Остальные тоже расходятся, довольные бесплатным представлением. В этот момент я разрываюсь на две части: одна часть очень хочет выкинуть Стаса в окно, а вторая уже несется к Севе и помогает подняться. Аккуратно усаживаю мальчика на стул и опускаюсь на корточки перед ним. - Болит? – пытаюсь отряхнуть пыль с его джинсов, но, заметив, как тот морщится от боли, оставляю это занятие и, приказав сидеть на месте, иду в мед комнату. Терпеливо объясняю глупой грудастой девушке, что мне нужна обычная мазь от ушибов, она хлопает глазками. - По правилам школьного устава я должна лично осмотреть больного, вы же учитель, а не врач, - логика женщины – неоспоримая логика. Хотя, иногда мне кажется, что ее вообще не существует. Мысленно выругавшись, возвращаюсь в кабинет и помогаю Севе дойти до мед комнаты. Оставив его на попечение недалекой медсестры, иду к классу. Звенит звонок, ученики рассаживаются по местам. - Ну, начнем. В этом году мы будем повторять всё то, что пригодится вам на экзаменах. К доске пойдет самый активный ученик класса, Михеев, - с немного злорадной улыбкой наблюдаю за недовольным лицом парня, который подходит к доске и берет мел. - Что надо? - Записывай пример. Остальных тоже касается, - диктую задание. В течение пяти минут терплю безрезультатные попытки Стаса вспомнить хотя бы элементарные знания курса 1-10 класса, но тщетно. В журнале появляется первая двойка, которую я старательно вывожу на глазах у разъяренного Стаса. - Этот тоже долго не задержится, - зло шипит и возвращается на свое место, периодически пытаясь убить меня своим взглядом. При помощи быстрого теста выясняю, что из 20 человек какие-либо знания имеют всего лишь 7, с ними и работаю до конца урока. Дождавшись перемены, иду в медпункт, немного беспокоясь о состоянии Севы. Вхожу в комнату и сразу же натыкаюсь на недовольный взгляд блондина. - Она приказала сидеть на месте, чтобы не тревожить больную ногу, а сама ушла искать кого-нибудь, кто проводит меня до дома. - Значит, жди. Сильно болит? Тот кивает, слегка потирая ушибленное место. Я, не удержавшись, вновь изучаю мальчишку. - Вы так на меня смотрите…Не злитесь и не обращайте внимания, у меня такое часто, - с испугом в голосе говорит тот, и я, оторвавшись от изучения мягких полных губ, с непониманием смотрю на него. - В смысле? - Ну, я у них что-то типа козла отпущения. Мой отец почти банкрот, поэтому я считаюсь уже человеком из низкого слоя общества, - усмехнувшись, он поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. Я четко осознаю, что пропал. Просто пропал. И то, что это мой ученик, что он парень, меня уже ничуть не смущает. Главное, сохранить этот секрет в себе и не давать повода для пересудов. Мне не нужна плохая репутация и увольнение с работы. - А давай я тебя до дома провожу? – слова «сначала говорю, а потом думаю» - точно про меня. Сева кивает, и теперь у меня точно нет другого выхода. – Жди, я предупрежу завуча и вернусь. В учительской старательно убеждаю Зою Семеновну в том, что раз Сева ушиб колено на моем уроке, то и проводить должен я его. К тому же, я классный руководитель. И еще я взрослый человек, который явно надежнее сумасшедших учеников. Той остается согласиться с моими доводами, и я возвращаюсь в мед комнату. Мальчик невидящим взглядом уставился в пол, даже не заметив моего возвращения. - Красивый линолеум? Всеволод вздрагивает и смотрит на меня с удивлением. Потом, опомнившись, кивает и вновь улыбается так, что появляются замечательные ямочки. - Идем? – он встает, немного хмурясь от боли. Я, накинув куртку, понимаю, что для помощи мне необходимо прикоснуться к нему. Аккуратно приобнимаю мальчика за талию, тот, вскинув брови, смотрит на меня. - Я помогаю же, - смутившись, веду мальчишку по коридору. Ученики с интересом поглядывают на нас, а я же стараюсь не прижимать Севу ближе к себе, что получается с трудом. В этом году осень просто замечательная. Редкие дожди совсем не портят золотистый убор города. Кругом листья всевозможных оттенков рыжего, красного и желтого. Мы с Севой медленно идем по тротуару, я продолжаю обнимать его за талию, а в голове крутится мысль о том, что со стороны мы, наверное, похожи на влюбленную пару. Ну и пусть. С дерева падает ярко-желтый листик и, кружась, приземляется на протянутую ладонь мальчика. - Красиво… - рассматривает лист с таким интересом, будто это драгоценность как минимум. Останавливаюсь и поворачиваю мальчика лицом к себе. Тот с опаской смотрит на меня, пытаясь немного отодвинуться. - Александр Андреевич, что вы… - он не успевает закончить фразу, сбитый с толку моим поведением. А я просто наклоняюсь и касаюсь губами до его нежных пухленьких губ, которые не давали мне покоя всё время нашего общения.