Чумной Доктор

— Почему так много крови? Блядь, блядь, блядь! Не должно быть столько крови! Ебаный рот, Шоу, ты можешь ехать быстрее? Нахуй светофоры, гони! Держись, милый, прошу, держись. Акс, я люблю тебя, слышишь? Я так люблю тебя. Боже, не смей умирать, я должна сказать, как сильно люблю тебя, мудила.       Рут словно впала в ступор, пока они мчались в больницу, она лишь могла смотреть на то, как Стиви держит Акселя на своих коленях на заднем сидении и старается зажать его раны. В больнице шатенка просто опустилась на стул в приемном отделении, пока ее друга увозили в операционную. Рут слепо смотрела на свои руки. На них была кровь. Кровь Акселя, кровь человека, который однажды спас ее жизнь. Как Рут могла допустить все это? Это ее вина, все это ее гребаная вина. Перед глазами раз за разом проносилось испуганное лицо Стиви и ее беспомощные мольбы о том, чтобы Аксель не смел умирать. Ничего из этого не должно было произойти       Шатенка ушла так глубоко в себя, что потеряла счет времени, так что когда Шоу опустила свою ладонь на ее плечо и позвала по имени, привлекая внимание, Рут не была уверена в том, сколько она так просидела: минуту, час, месяц. — Аксель… — слова путались в голове, и Рут не знала как объединить их вместе, чтобы задать нужный вопрос, но, видимо, Самин могла без труда прочесть ее мысли. — Он в операционной, — коротко ответила Шоу. Ее лицо как обычно не выражало никаких эмоций, но в глазах читалась легкая обеспокоенность. Увидев, что от ее ответа шатенка лишь больше запаниковала, Самин поспешила добавить. — Доктор сказал, что одна пуля лишь незначительно повредила предплечье, а вторая прошла на вылет чуть ниже правого плеча, не задев жизненно важных органов. Аксель потерял много крови, он слаб, но выживет, — голос брюнетки звучал более чем уверенно, это заставило Рут впервые вздохнуть полной грудью и хоть немного расслабиться. — Где Стиви? — оглядываясь по сторонам, спросила шатенка. Девушки нигде не было видно. Хотя, зная ее, можно легко подумать, что она, угрожая пистолетом, смогла пройти в операционную и ждать прямо там. — Она ушла на улицу, сказала, что ей нужно больше воздуха, но она была, когда врач рассказывал о его состоянии, так что с ней тоже все хорошо, — заверила Шоу, понимая, что шатенка переживает за Блонди. — Рут, как ты себя чувствуешь? — Я? — девушку явно удивил вопрос. Рут подняла голову, встречаясь с изучающим взглядом Шоу. Оу, в этом хаосе она уже и забыла о том, что предшествовало ранению ее друга. — Со мной все хорошо, Сэм. Мне есть что рассказать, и я должна многое объяснить, но, думаю это подождет, — брюнетка пару секунд недоверчиво смотрела на нее, но потом все же кивнула.       Какое-то время они сидели в ожидании новостей. Шоу уверяла, что операция не продлится долго, врачам просто нужно остановить кровотечение и убедиться, что нет внутренних повреждений, но Рут все равно чувствовала себя как на иголках. Ожидание убивало, так что она оставила Самин и вышла на улицу. Было сложно не заметить Стиви, которая сидела на капоте машины Шоу, нервно дергая ногой. Если у Рут в крови были лишь ладони из-за того, что она помогала укладывать Акселя на заднее сидение, когда Самин подогнала машину, то блондинка была перепачкана практически с ног до головы. В основном это произошло когда Стиви держала Фиша на своих коленях, и кровь из его ран вытекала на ее одежду. Но еще были разводы и пятна на лице, шее и волосах, которые появились из-за того, что девушка нервно хватала себя за голову и терла шею, не контролируя свои действия. Теперь же ей, видимо, было плевать, и она не особо заботилась о том, что пугает случайных прохожих своим внешним видом.       Когда Рут подошла к блондинке и тихо прислонилась к машине рядом, Стиви даже не повернулась к ней, продолжая буравить взглядом нераспечатанную пачку сигарет в своих руках. — Такое дерьмовое чувство внутри, что хочется обдолбаться самой тяжелой наркотой, какая только есть или хотя бы напиться до беспамятства, — спустя какое-то время тихо заговорила блондинка, все так же глядя на свои руки. — Когда я пыталась соскочить с героина, начала курить. Ну, знаешь, типа замещала одно дерьмо другим, хотя, не думаю, что именно это мне помогло… Года два уже не курила… даже не тянуло, а сейчас вот подумала, что лучше выкурить пару сигарет, чем сорваться и пустить по вене дозу. Но знаешь, что самое интересное? Когда я смотрю на эту пачку, когда только представляю как делаю затяжку, вижу перед глазами лицо Акселя. Знаешь, это его типичное недовольное выражение, когда он поджимает губы и щурится, словно какой-то китаеза, а потом медленно качает головой и прикрывает глаза. А потом тяжело вздыхает и начинает отчитывать меня, как ребенка… Я бы так хотела сейчас услышать его ворчание, — голос Стиви дрогнул. Она отбросила пачку сигарет на землю. На секунду Рут показалось, что блондинка расплачется, но та лишь тяжело сглотнула и втянула воздух через нос, пытаясь успокоиться. — Хэй, ты же знаешь, что сказал доктор. С ним все будет хорошо, он поправится и еще успеет отчитать тебя за то, что ты так много материлась, пока он был в сознании, — Рут старалась говорить бодро, понимая, что Стиви ни к чему сейчас видеть, сомнения в ее словах, ни к чему знать, что все внутренности шатенки сжимаются из-за страха. — Я знаю, — кивнула Блонди, — но это было так близко, так чертовски близко и страшно. На секунду я решила, что Акс умрет… и … я… Блядь! Это все моя вина, — девушка спрыгнула с капота, яростно жестикулируя. Рут удивленно смотрела на нее, ошарашенная словами Стиви. — При чем здесь ты? — непонимающе спросила шатенка. — Не ты стреляла в него. Не ты втянула его в это. Если и есть среди нас виновный, то это я. Это из-за меня… — Даже не начинай, — тут же перебила Стиви. — Блядь, конечно, удобнее всего винить тебя, ведь мы были там, чтобы помочь тебе. Можно спихнуть все на Шоу, которая потащила нас в этот переулок. Можно винить того мудилу, ведь это он выстрелил. Но это я не послушалась, это я решила почувствовать себя крутым стрелком и сделала долбанный шаг в сторону. Тот тип не выстрелил бы, если бы я не привлекла его внимание. Эти пули предназначались мне! Аксель — идиот, герой херов! Зачем он прикрыл меня? Я должна быть на его месте — это моя вина! — Эй, тише-тише, — Рут тут же сгребла девушку в крепкие объятия, понимая, что у той начинается истерика. Сначала Стиви сопротивлялась, пыталась отстраниться, но потом сильнее прижалась, давая волю чувствам. Прошло немало времени, прежде чем по щекам блондинки перестали скатываться слезы, и ее плечи перестали содрогаться. Рут успокаивающе поглаживала голову и спину девушки, пока та утыкалась в ее шею и цеплялась за майку. — Со стороны мы похожи на двух крутых чикуль из какого-нибудь боевика, которые выжили в тяжелом бою, — успокоившись, усмехнулась Блонди, оглядывая свою окровавленную одежду. — Бля, надеюсь, Шоу не видела этого, не хочу снова получить от нее. — Сэм ударила тебя? — удивленно спросила Рут. — Оу, вообще-то даже не раз, — Стиви снова заняла место на капоте. Теперь она выглядела расслабленнее чем раньше. — Она ревнует тебя сильнее, чем показывает. Да, и вообще, тебе удалось ее отлично приручить. Ты как крутой дрессировщик тигров. Она только рядом с тобой может так мило мяукать и позволяет чесать ее за ушком. — Ты наверное шутишь, — вскинула брови Рут, хотя на ее лице тоже появилась улыбка. Они обе, стали постепенно расслабляться и позволять себе отвлечься от ненужных переживаний. — Иногда мне кажется, что Шоу вот-вот сломает мне руку, стоит мне попытаться коснуться ее на публике, не говоря уже о поцелуях. — Она хороший актер. Всем ясно, что она сама кайфует от этого. Поверь, со стороны виднее. Все давно заметили, как она смотрит на тебя, когда ты не видишь. Даже Фаско уже понял, что Шоу влипла. Оу, у него есть такие крутые фотки, где вы пьяненькие и миленькие, — Стиви легко рассмеялась, вспоминая те кадры. — Ты понимаешь, насколько странно то, что мы с тобой это обсуждаем? — мягко заговорила Рут. — Учитывая через что мы с тобой прошли, невероятно где мы сейчас находимся. — Да, согласна, — кивнула Стиви. — Совсем недавно ты убить меня была готова. Потом я готова была убить Шоу. Было странно даже думать о том, что ты с кем-то другим. Мне казалось, что ты делаешь это мне на зло, что все какое-то фальшивое. Да, и будем честны, Шоу не похожа на ту, в кого можно влюбиться, она похожа на ту, кто вытрахает из тебя всю душу, а потом запинает до смерти… — Ну, ты не далека от правды, — усмехнулась Рут. — Серьезно, Рут, я подумать не могла, что у вас это так… бля, не знаю как объяснить. Я как ищейка наблюдала за вами, выискивала обман, пыталась понять, как вы вообще можете быть вместе. И чем больше наблюдала, тем больше понимала, что происходящее между вами это… Не знаю, такое понимание, такое притяжение. Ты смотришь на нее так, будто она для тебя все, будто целая ебаная Вселенная. У нас с тобой все было совсем не так, у нас было как-то по-детски что ли. Помнишь, ты как-то сказала, что я смогу понять, что ты чувствуешь к Шоу только когда сама встречу нужного человека? — Полагаю, что теперь ты понимаешь, — догадалась Рут. Стиви откинулась на капот, задумчиво глядя в небо. — На самом деле, я не знаю… это так сложно, — Рут внимательно слушала девушку, чей голос звучал как никогда серьезно и вдумчиво. — В последнее время я много думаю об этом. Это так странно, ведь, по сути, я знаю Акселя практически столько же, сколько и тебя. Он же всегда был рядом. Но я никогда не замечала его. Думаю, это потому что он никогда даже не говорил со мной. Если честно, я уверена, что этот мудила был влюблен в тебя. Он ж только с тобой относительно нормально общался. Не помню, чтобы он говорил мне вообще хоть что-то. Мы вроде как не задумывались о существовании друг друга. А потом эта работа на Машину. Я думала, что это будет крах, ведь первое время он вел себя как чертов робот. Но, когда проводишь с человеком сутки на пролет, начинаешь больше понимать его, больше узнавать. Я была в ахуе, когда первый раз смогла рассмешить его. У него такой чистый смех… И я раньше думала, что он весь такой угрюмый молчун, что его словарный запас составляет три слова, а потом медленно стала все больше проникать внутрь его скорлупы. И… Он невероятен, безумно умный, добрый и веселый. Акс всегда так заботится обо мне. Черт, даже когда мы только начинали работать, когда я уверена он ненавидел меня, все равно заботился. Когда мы впервые переспали — это было по-пьяни, так что я была в полном ужасе. Я так испугалась, что целый день старалась избегать его, а он просто подошел, посмотрел в глаза и сказал, что не жалеет, что не считает это ошибкой, что хочет большего… Боже, а как он постоянно бесится когда я матерюсь. И я ведь правда стараюсь ради него стать лучше, стараюсь быть более рассудительной. Не только я, рядом с ним даже Марк стал вести себя куда лучше. Они общаются так спокойно, словно знали друг друга всю жизнь. Два ботана… Аксель такой невероятный. Даже после всего того, что я сделала в прошлом, он не смотрит на меня как на морального урода. Я никогда не видела в его глазах презрение. Мы с ним вроде как встречаемся, но в то же время никогда не обсуждали чувства, не говорили об этом всем дерьме типа громких признаний и клятв. Одно дело в шутку придумывать имена детям, а другое дело серьезно задуматься о совместном будущем. Так вот, я никогда не задумывалась, понимаешь? Я старалась плыть по течению, не думать о том что я чувствую и чувствую ли что-то вообще… Я ж думала, что ты та самая единственная, что с тобой была истинная любовь, что я больше не смогу почувствовать хоть что-то подобное. А сегодня Акс лежал на моих руках, из него медленно уходила жизнь, и я поняла, что если вдруг завтра я не смогу взять его за руку, если он не посмотрит на меня своими щенячьими глазками, то мое сердце разорвется. Блядь, я ведь люблю его, Рут… Я не знаю, что ты чувствуешь к Шоу, как правильно чувствуется эта сраная любовь, но думаю, что я поняла значение твоих слов. Аксель тот человек, глядя на которого у меня внутри одновременно гремят салюты, пархают бабочки и все успокаивается, словно я под клафелином. Бля, сколько ванильных слов, аж самой как-то мерзко, — в конце рассмеялась Стиви. — И, да, чертовски странно обсуждать с бывшей своего нового парня. Мы с тобой ебаные ненормальные. — Нормальность переоценивают, — усмехаясь, пожала плечами Рут. Она была искренне рада за Блонди. Вместе они прошли через многое. Хорошее, плохое, ужасное — было все, но все позади. Пожалуй, шатенка чувствовала некую ответственность за Стиви. — И, да, детка, не обижайся, ты всегда будешь лучшей женщиной в моей жизни, — на лице Стиви уже была широченная улыбка, — но, знаешь ли, хуй есть хуй… — О, Господь милостевый, избавь меня от этих мерзких подробностей, — тут же воскликнула шатенка.

***

      Первое что увидел Аксель, когда очнулся — напряженная спина Шоу, которая стояла у окна в его палате. Какое-то время мужчина думал, что все еще без сознания, и это лишь сон, ну, или он умер и попал в ад, ибо почему еще Самин может быть рядом с ним? Он бы не удивился, если бы рядом была Стиви или Рут, да, хотя бы Гарольд, но точно не Шоу. Если только… — Где все? Все в порядке? — голос был охрипшим и слабым, в горле пересохло, поэтому Аксель сомневался, что Шоу вообще его поймет. — Не дергайся, швы разойдутся, — тут же одернула светловолосого Самин. — Со всеми все хорошо. Прямо сейчас твоя девушка мило хихикает и обнимается с моей… кхм… с Рут на парковке. Тебя недавно перевезли из операционной, так что я решила не звать их и дождаться пока ты очнешься, — Шоу бросила еще пару напряженных взглядов на парковку, а потом все же развернулась к мужчине и даже налила ему воды. — Спасибо, — коротко кивнул Аксель, отпив пару небольших глотков. Говорить стало намного проще. Тело было ватным, боль от ран совсем не чувствовалась, наоборот было ощущение легкости и безмятежности. — Моя рана серьезная? — этот вопрос интересовал его больше всего, и раз здесь нет никого кроме Шоу, то стоит спросить у нее. — Во-первых, их две. Одна пуля по касательной задела руку, а вторая прошла на вылет чуть ниже правого плеча, но ничего важного не задела. Через пару недель ты будешь почти в порядке, — с непроницаемым выражением лица, ответила Шоу. — То есть, я не умру, — как-то странно усмехнулся Аксель. Глядя на его расширенные зрачки и расслабленное выражение лица, Самин без труда поняла, что он все еще под действием сильного обезболивающего, эффект которого сродни наркотическому опьянению. — Не знаю чем они меня накачали, но ощущение, будто я накурился травы, и поболтать тянет, будто в стельку пьян, — подтверждая мысли Шоу, проговорил Аксель. — Лучше я позову остальных, — спохватилась Шоу. Разговоры — точно не по ее части. — Постой, Шоу, — Аксель дернулся в кровати, так что Самин всерьез подумала, что мужчина сейчас встанет, но он лишь удобнее устроился, подняв спинку в полусидячее положение. — Так со мной правда все будет хорошо? — Да, Аксель, с тобой все будет хорошо, — терпеливо повторила Шоу. — Ты такой подкаблучник, что даже умереть не смог, потому что Стиви запретила, — пытаясь разрядить обстановку, усмехнулась брюнетка. — Я? Подкаблучник? — изумленно прищурил глаза мужчина. Самин еле могла сдержать вырывающийся смешок в ответ на его реакцию. Все же так забавно наблюдать за тем, как люди меняются под действием алкоголя, ну, или в случае Акселя обезболивающих. На мгновение светловолосый призадумался, а потом с некой гордостью произнес, — Да, я подкаблучник. Знаешь, я сделаю все, что попросит Стиви, если это сделает ее счастливой. В этом ведь и есть смысл, если счастлива она, то счастлив и я. И плевать что думают другие, важно ведь то, что между нами, это ведь наши личные отношения. Я ведь только с ней одной могу себе позволить быть таким мягким и покладистым. — Каблук, — покачав головой выдохнула Шоу, окончательно решив идти на парковку. — Ой, можно подумать ты не подкаблучница, — эти слова заставили Самин резко развернуться на пятках, чтобы попытаться добить раненого мужчину своим убийственным взглядом. — Что? — Ты, видимо, совсем не в себе, — раздраженно произнесла Шоу. — А я и не отрицаю. Знаешь, ли обычно я не особо люблю тратить энергию на болтовню, но сейчас словно язык чешется, — мужчина забавно прикусил язык между зубов, а затем снова обратил внимание на Самин. — Ты не можешь отрицать, что делаешь все, что не попросит Рут. Да, при этом ты ворчишь и строишь из себя невероятно недовольную особу, но ведь делаешь: готовишь ей кофе, позволяешь валяться практически на тебе на диване, разрешаешь брать свое оружие, не реагируешь на ее ухмылочки. Шоу, если бы я попросил твою кофту, аргументируя тем, что замерз, ты бы наверняка послала меня, а ей отдаешь. Ты для нее делаешь все, может сама не замечая. И разве это плохо? Разве плохо, что мы готовы поступиться своими интересами, своей гордостью ради них? Любовь сука, Шоу, никогда не знаешь в какой именно момент она к тебе подберется, но если она рядом, то поздно бежать. Ты в ловушке. — Думаю, они переборщили с дозировкой, — пробормотала Шоу. — Хочешь секрет, Самин? Я тебе его все равно расскажу, — заговорчески понизив голос, заговорил Аксель, — Стиви думает, что я раньше ее ненавидел из-за того, что она чуть не убила Рут. А до этого, я думаю, она вообще не знала о моем существовании. Правда в том, что она мне всегда нравилась. Нет, я серьезно. Не то, что это была любовь с первого взгляда, или что-то такое, но я правда заметил ее, как только увидел. Она тогда встречалась с Рут, была такой забавной, такой милой. Я бы никогда не посмел подойти к ней, потому что хоть Стивс и нравилась мне как девушка, но Рут нравилась мне как человек, так что я не собирался влезать в чужие отношения. Они казались счастливыми вместе, а я лишь наблюдал со стороны. Звучит как сюжет подростковой мелодрамы, да? Но я не страдал, ничего такого. Говорю, же я не был влюблен, просто она была в моем вкусе…, а может и был влюблен, уже сложно понять. Но, иногда я думаю, что спас Рут только потому, что понимал насколько потом ее смерть будет разрушительна для Стиви, когда она поймет что именно натворила. По сути, так и было. Стиви пошла по кривой дорожке, а я уже и не знал, как к ней подойти, вроде не до меня было. Ну, и я оставил все это, уехал из Лос-Анджелеса. Потом, спустя пару лет, неожиданное предложение от Рут. Только представь, в каком я был шоке, когда снова увидел Стиви. Понимаешь, жизнь дала мне второй шанс, так что больше я его не упущу. Лучше я буду подкаблучником, чем снова буду отсиживаться в сторонке. Ты тоже Шоу, не теряй то что нашла. Тебе очень повезло с Рут. Вы идеально дополняете друг друга, цени это, — последние предложения Аксель говорил все тише и тише, а в конце мирно заснул. Удивительно, что он вообще так быстро очнулся после операции, зато неудивительно, если он потом не вспомнит ни слова из этого страннейшего разговора. А вот Шоу вряд ли его забудет, получив немало пищи для ума.

***

      Примерно через час Аксель снова очнулся с более ясным сознанием. Стиви и Рут к тому времени уже вернулись в палату, так что Блонди тут же бросилась к мужчине, сначала чуть не зацеловав до смерти, а потом чуть не придушив за то, что он бросился под пули. Понимая, что этим двоим нужно побыть наедине, Рут и Шоу оставили их и направились в убежище, тем более что и им нужно было многое обсудить. — Я знаю, что у тебя много вопросов, но давай обсудим все на станции, а не в машине, — умоляющим тоном попросила Рут, едва Шоу хотела заговорить, когда они выехали с больничной парковки. — Хорошо, — неохотно кивнула Самин. «Подкаблучница» — пронесся усмехающийся голос Акселя в ее сознании, но брюнетка тут же отмахнулась от этой мысли.       В убежище пришлось потратить немало времени, чтобы успокоить Финча, который паниковал из-за ранения Акселя. И вот, когда Шоу уже хотела попросить Рут начать объяснять что же все-таки происходит в их жизни, Гарольд заговорил о новой проблеме. — Мисс Гроувс, недавно мы с мистером Алдвидссоном разработали новую систему, которую он придумал, — быстро тараторил Финч, — он назвал ее Дублером. Так вот сегодня она закончила мониторинг внутренней системы Машины, и кажется у нас серьезные проблемы. По каким-то причинам Машина не выдавала нам ряд номеров. Я пытался понять какой сбой мог привести к подобному, но у меня ничего не вышло. Я надеялся на помощь мистера Аллвидссона, но, думаю, он не скоро сможет здесь появиться, а ситуация требует незамедлительного вмешательства, если Машина начала совершать ошибки… — Успокойся Гарри, — поспешила остановить мужчину Рут. Шатенка сжала переносицу, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить происходящее. Это все ее вина, но в тоже время Рут не могла никак изменить произошедшее. — С Машиной все хорошо, она по-прежнему не ошибается, лишь четко следует коду… — Но я не вводил изменения в ее код, — непонимающе отозвался Финч. — Знаю, потому что их ввела я, — тихо проговорила шатенка — Я ничего не понимаю, — Финч ошарашено сел на свой стул, глядя то на Шоу, то на Рут. — На самом деле, я не уверена что вы поймете. Это чертовски сложно, я бы и сама не поверила в то, что расскажу вам, если бы это не произошло со мной. Все началось в переулке, после моего возвращения из тура по Европе… — в возвращении всех воспоминаний было много плюсов, но самое главное, что теперь Рут, наконец, снова чувствовала себя самой собой. Целостной, единой. А еще она помнила все в мельчайших подробностях, будто это произошло только что.

Полгода назад

      Рут бесцельно шагала по улице, разминая мышцы. Часы на здании чуть дальше по улице показывали 18:36. Все ее тело давало сигналы о том, что срочно нужно отдохнуть. За прошедшие несколько дней было слишком много активных действий и слишком мало сна. в принципе, она к этому привыкла, но все мы люди, всем иногда нужно элементарно выспаться, чтобы нормально функционировать. Однако мысли ее были совсем не о сне. Ее разум был сфокусирован лишь на одной хмурой и неразговорчивой брюнетке, которая осталась в машине и с которой скоро она отправится домой… вместе. Как мало надо для счастья. Из раздумий ее вывело странное движение во мраке подворотни мимо которой она проходила и неразборчивые звуки. Надо было пройти мимо…       Некое любопытство, а может мысль о том, что кому-то нужна помощь, а она теперь вроде как на стороне добра, заставила Рут свернуть в подворотню, погружаясь в полумрак. Кажется, ничего страннее шатенка в своей жизни не видела. У стены стояла молодая девушка, а рядом с ней некто, что-то нашептывающий на ухо. Что тут странного, скажете вы, обычный случай. Мало что ли в подворотне девушек насиловали? Вот тут и загвоздка. Он просто нашептывал, даже не держал, а она даже не сопротивлялась, безвольно глядя в одну точку перед собой, впитывая каждое его слово. И снова ничего необычного, будете утверждать вы, может разборки влюбленных голубков. И вот мы подошли к самому интересному. Этот самый «некто». А вернее его одежда. — Дружок, до Хэллуина вроде далеко… или ты так всегда по улицам разгуливаешь? Ты, наверное, звезда ютуба, — Рут с интересом разглядывала это чудо, которое отстранилось от девушки, полностью оборачиваясь к ней и позволяя лучше рассмотреть его убранство. Боже, что за фрик? Шляпа с широкими полями, черный плащ до самой земли, то ли кожаный, то ли просто из очень плотной ткани, руки скрыты перчатками и шарф обмотан вокруг шеи. Но это не самое абсурдное. Маска. На нем была абсолютно несуразная маска с чем-то вроде птичьего клюва и красными стеклянными линзами, скрывающими глаза. Маска закрывала все лицо, доходя до самой шляпы. Вообще у этого странного персонажа не было не единой открытой части тела. Подобные наряды Рут видела лишь на картинках, изображающих эпидемии чумы в Средневековье. — Это все очень забавно, но давай ты просто отстанешь от бедной девушки, сам сдашься копам или в психушку, выбери сам, и не будешь портить мне идеальный вечер? — Убийство не входило в мои планы, но что ж, раз судьба благоволит, — из-за маски голос казался каким-то жутковато-скрипучим. От интонации, с которой это было сказано и от того, как обладатель странного костюма медленно склонил голову на бок, по спине шатенки пробежал холодок. А она ведь не из пугливых. — Не поверишь, но в мои тоже, — голос Рут стал серьезным, первоначальное впечатление о том, что перед ней просто какой-то чудик ушло, сменившись пониманием, что она столкнулась с кем-то опасным. Руки привычно скользнули за пояс, чтобы выхватить пистолеты… пусто. Черт, она же оставила их в машине Шоу. — Чумной Доктор дарует тебе милость, — ну, что ж, теперь шатенка хотя бы знала, как звать этого персонажа. Это знание не особо помогло, когда он внезапно сорвал со своего пояса хлыст… Серьезно? Хлыст? У него на поясе висел хлыст?.. Умелым хлестким движением он направил свое орудие в сторону Рут, и она тут же почувствовала, как ее бедро обожгло ударом. Ее никогда не били чем-то подобным, непередаваемое ощущение. Штанина, а вместе с ней и кожа тут же порвались. Боль была резкой и неожиданной, отчего шатенка вскрикнула и упала на колено.       Доктор не мешкал. Несмотря на кажущуюся громоздкость его облачения, двигался он весьма плавно, даже грациозно. В несколько шагов он настиг Рут, замахиваясь, чтобы нанести удар деревянной рукоятью хлыста, но шатенка оказалась проворнее. Она перекатилась в сторону, вскакивая на ноги и посылая удар в сторону противника. Либо Рут била медленно и не сильно, либо он был гораздо быстрее и не чувствовал удары благодаря своей одежде. — Беги отсюда! — выкрикнула шатенка, замечая, что девушка до сих пор стоит у стены, даже не пошевелившись. — Думаешь она хочет сбежать? Она сама сюда пришла. Да, и к тому же, сейчас она тебя не слышит, — Доктор остановился, переставая пытаться ударить Рут, но в тоже время следя чтобы и она не нанесла удар.       Небольшой перерыв в бою, так сказать, — Хочешь фокус? — вопрос был обращен к шатенке, но ответа он не ждал, а сразу перевел взгляд на девушку у стены. — Клер, иди домой. Сделай со своей матерью то, что она заслужила, а потом и с собой, — команда отдана спокойным четким голосом, скрипящим через маску. Хлопок в ладоши, и девушка, словно очнувшись начинает моргать. Было похоже, будто она робот, которого подключили к питанию. Не оборачиваясь ни на Рут, ни на Доктора, девушка спокойным прогулочным шагом пошла дальше по подворотне, выходя на улицу с противоположной стороны от той, с которой пришла шатенка. — Видишь, что ты наделала? Теперь из-за тебя умрут сразу двое. — Какого черта? — Рут совсем перестала что-либо понимать. В ее голове совсем ничего не укладывалось.       Доктор, воспользовавшись секундным отвлечением шатенки, резко сократил дистанцию между ними, прижимая к стене и нанося несколько сильных ударов в лицо. В голове Рут все поплыло, тело перестало слушаться и обмякло. Если бы ее не держал этот псих, она бы просто упала. Локтем одной руки он прижимал ее к стене, а второй достал револьвер из-под плаща. Револьвер? Серьезно? Он выглядел так, будто из него еще во времена Дикого Запада ковбои устраивали перестрелки. Хотя, Рут сейчас не особо волновало, как он выглядит, она прекрасно понимала, что это не играет роли, когда дуло прижато к твоему виску.       Доктор стоял настолько близко, что клюв его маски едва не касался лица шатенки. Она четко видела его безумный взгляд сквозь красные линзы. Рут уже приготовилась к выстрелу, но он медлил. Склонил голову на бок и внимательно смотрел на нее. До этого из-за мрака, царившего в подворотне ему не удавалось как следует рассмотреть лицо девушки, теперь же это было проще сделать. — Я знаю тебя, — неожиданно донеслось из-под маски. — Да, это ты… — Я бы запомнила наше знакомство, — Рут туго сглотнула, когда дуло плотнее прижалось к ее виску. — Просто поразительно… каков шанс, что я встречу тебя вот так? — он словно не слушал ее, погружаясь в свои мысли. — Кто ты? — шатенка абсолютно ничего не понимала. Что за хрень здесь творится? — Я? Я тот, кого ты создала? Я тот, кто живет тем, что дала ты, — Доктор говорил это с неким безумным благоговением, — все что я делаю благодаря тебе. Ты показала путь. Ты помогла понять. Все люди слабы, они лишь мусор… — Ты в курсе, что ты больной, — не вопрос, а утверждение. — Даже один человек может все исправить… Ты не помнишь, верно? Люди — это чума. Чума, которая разрослась по всей Земле, которая каждый день уничтожает все хорошее что есть в этом мире… — Что за бред? — слова Доктора звучали как слова истинного психа. — Бред? Забавно, — из-под маски донеслось некое подобие смеха, — ведь это твои слова. Ты дала мне все это, ты создала Чумного Доктора. — Дружок, ты меня явно с кем-то путаешь, — если бы не револьвер у виска, Рут наверняка попыталась бы оттолкнуть этого фрика от себя, но сейчас ей оставалось лишь стоять, пытаясь понять почему он думает, что они знакомы. — Я спасаю людей, а не стремлюсь уничтожить весь человеческий род. Мы по разные стороны баррикад. — Ты сильно изменилась за три года. Как это могло произойти? Ты не можешь так говорить. Нет. Это не правильно, — Доктор убрал руку, прижимающую шатенку и коснулся своей маски, склоняясь еще ближе к девушке. Из его клюва вырвалось облако дыма, окутавшего Рут. Она старалась не дышать, но постепенно сдалась, вдыхая полной грудью. В голове все поплыло, мысли смешались в кучу. Образ перед ней стал расплываться, так что ей пришлось несколько раз зажмуриться. Рут даже не заметила, в какой именно момент Доктор убрал пистолет. Он просто стоял на расстоянии вытянутой руки, положив одну ладонь ей на плечо. — Десять негритят отправились обедать. Один поперхнулся, их осталось девять. Девять негритят, поев, клевали носом. Один не смог проснуться, их осталось восемь, — это звучало дико. Все происходящее было каким-то фарсом. Доктор на распев начал рассказывать детскую считалочку, медленно склоняя голову то на один, то на другой бок, пока ладонью слегка хлопал по плечу девушки в такт своим словам. Рут не понимала, что происходит, но она не могла оторвать свой и без того затуманенный взгляд от глаз этого психа, которые с какой-то усмешкой смотрели на нее сквозь красные стекла линз. — Восемь негритят в Девон ушли потом. Один не возвратился, остались всемером. — Что ты делаешь со мной? — шатенка ощущала, как разум плывет, силуэт перед ней расплывался, зато его голос все больше заполнял сознание. — Семь негритят дрова рубили вместе. Зарубил один себя — и осталось шесть их. Шесть негритят пошли на пасеку гулять. Одного ужалил шмель, их осталось пять, — Рут перестала понимать смысл слов, полностью сосредоточившись на прикосновениях к плечу, глазах и голосу. — Ты полностью расслаблена, ты доверяешь мне, ты слушаешь меня, ты расскажешь мне все, что я хочу знать… Пять негритят судейство учинили. Засудили одного, осталось их четыре. Четыре негритенка пошли купаться в море. Один попался на приманку, их осталось трое… Твой разум чист, есть только мой голос… Трое негритят в зверинце оказались. Одного схватил медведь, и вдвоем остались… Когда я закончу считалочку ты продолжишь меня слушать… Двое негритят легли на солнцепеке. Один сгорел — и вот один, несчастный, одинокий… Только мои слова истины, ты хочешь делать все, о чем я скажу… Последний негритенок поглядел устало. Он пошел повесился, и никого не стало, — Доктор последний раз коснулся плеча Рут, а затем резко хлопнул в ладоши. Девушка часто заморгала, будто пытаясь отойти ото сна. В голове Рут все более-менее прояснилось, но она как-то очень странно себя чувствовала. — Как тебя зовут? — Он и так знал ответ на этот вопрос, но это было что-то вроде проверки. — Саманта Гроувс, но я предпочитаю, чтобы меня звали Рут, — шатенка ответила даже не задумываясь. Ей почему-то хотелось рассказать этому человеку все, чтобы он не спросил. В тоже время где-то в сознании звучала мысль о том, что все это неправильно. Эти два чувства резко контрастировали, давили изнутри с такой силой, что голова начала болеть, и Рут поморщилась от этих ощущений. — Есть кто-то, кто тебя сейчас ждет и будет волноваться, если ты здесь задержишься? — вопрос звучал четко, но в тоже время мягко, голос обволакивал разум, заполняя собой все мысли и не позволяя думать о чем-то еще. — Да. Скорее всего, она вот-вот здесь появится, — Рут отлично знала Шоу и то, что брюнетка пойдет на ее поиски, если она вот так исчезнет. — Хорошо. Нам с тобой нужно гораздо больше времени, чтобы все обсудить, — Доктор снова положил руку на плечо девушки, склоняя голову на бок. Все инстинкты шатенки кричали о том, что она должна оттолкнуть этого человека и бежать прочь, но ни разум, ни тело не слушались. Все было слишком странно. Прежде чем Рут смогла попытаться сосредоточиться на чем-то, Доктор коснулся маски свободной рукой, и из нее снова вырвалось облако дыма, окутавшее шатенку. — Слушай мой голос. Мои слова станут твоими мыслями. Ты забудешь все, что видела здесь. Когда у тебя спросят о том, что здесь произошло, ты скажешь, что тебя ударил бомж. Из твоей памяти сотрется все что произошло. Ты забудешь меня, но я останусь в твоей голове. Теперь мои слова — это твои мысли. Сегодня ночью ты вернешься сюда. Ты хочешь сюда прийти и поговорить со мной. Рут? Повтори… — Я хочу прийти сюда сегодня ночью, — шатенка сказала это с натяжкой, будто пытаясь сопротивляться своим же мыслям. Доктор заметил это. — Хм, ты сильнее, чем остальные, — он выпустил еще одно облако дыма из-под маски. — Теперь я в твоей голове. Не пытайся вспоминать. Не пытайся избавиться от моих слов. Мои слова — это твои мысли. Как только я хлопну в ладоши, ты забудешь все что здесь произошло, — громкий хлопок заставил Рут вынырнуть из своих мыслей. Голова жутко кружилась, ноги не держали. Она медленно сползла вниз по стене в то время, как Доктор быстро добрался до люка, который находился в паре метров от шатенки и спустился вниз, с громким скрежетом задвигая его за собой.       В голове Рут была какая-то каша, из которой она могла выловить лишь несколько четких мыслей. Она даже не замечала, что бормочет себе под нос, пока перед ней не присела Шоу. Знакомый образ помог более-менее прийти в себя, а в голове лишь мысль: «Как этому бомжу удалось меня так отделать?».       Как бы это ни было странно, но шатенка действительно не помнила ничего из того, что произошло в подворотне. Зато проснувшись посреди ночи, она вдруг поняла, что ей срочно нужно туда вернуться. И она вернулась. — Ты хоть представляешь, как неудобно в этом костюме? Помнишь зачем ты здесь? Вспомни все, — хриплый усмехающийся голос из темноты заставил Рут серьезно напрячься. Она тут же выхватила пистолет и направила его в сторону говорящего. — Оу, об этом я и не подумал. — Я понятия не имею что происходит и почему я вообще сюда пришла, но я с удовольствием проделаю отверстие в твоей голове, чтобы успокоить себя, — шатенка вспомнила то, что произошло днем, но это никак не укладывалось у нее в голове. Все было слишком странно, а это ей не нравилось, поэтому она действительно была готова пристрелить этого человека, ну или хотя бы ранить. — Стой-стой, Рут, — кажется мужчина понял, что шатенка вот-вот готова выстрелить. Теперь в его голосе не было и доли усмешки, скорее испуг. Он сделал осторожный шаг из темноты на более освещенную часть и быстро начал снимать свою маску. — Не нужно стрелять. Я хочу просто поговорить с тобой. — Эр Джей? — Рут помнила его, разве что стрижка намного короче. Она замешкалась, неожидая увидеть старого знакомого при таких обстоятельствах. Это была ее ошибка. — Знал, что это сработает, — усмешка вновь появилась на чужом лице. Мужчина в один прыжок сократил расстояние между ними, и умело выбил пистолет из рук девушки. — Слушай меня. Мой голос. Сконцентрируйся на нем и расслабься, — Доктор положил руку на плечо Рут, слегка сжимая его. — Ты совсем слетел с катушек? Что ты пытаешься изобразить? — игнорируя чужие слова, шатенка дернула плечом, скидывая руку мужчины. Пользуясь тем, что он стоял совсем рядом, Рут резко подалась вперед, пытаясь лбом ударить его в нос, но тот успел отстраниться. — Боже, ты сильнее многих. Твой разум крепок, — восхищенно проговорил мужчина. Рут было плевать на тот бред, что он несет. Она хотела посильнее треснуть его, а потом подобрать пистолет, но не успела. Этот ушлепок брызнул ей прямо в лицо чем-то вроде небольшого флакончика из-под духов. Вот только не было ни запаха, ни вкуса. В голове неожиданно все поплыло, стоило Рут сделать неосознанный вдох. — Как думаешь, за сколько можно добраться до Токио? — Что? — полная потеря ориентации в пространстве и странный вопрос сбивали с толку. Шатенка сильно жмурила глаза, пытаясь вернуть картинке четкость. — Давай повторим нашу считалочку. Она поможет тебе, — голос брюнета звучал четко, но вместе с тем завораживающе. Он снова начал рассказывать дурацкую детскую считалочку про долбанных негритят, попутно разбавляя ее вставками о том, что Рут должна успокоиться, что должна слушать его голос. К концу рассказа она полностью потеряла контроль над мыслями. Мужчина еще долго что-то говорил ей, заставляя перестать пытаться навредить ему, а лишь слушать. — Давай найдем место поудобнее, — в конце произнес брюнет. Этим удобным местом оказалась крыша высотного здания, на которую они забрались по пожарной лестнице. Вид отсюда открывался шикарный, но Рут была слишком расфокусирована, чтобы понять это. — Что тебе нужно? — непонимающе проговорила шатенка, пока мужчина расслабленно уселся на самый край крыши. — Я хочу понять, почему ты пыталась спасти ту девушку, — спокойно ответил мужчина, снимая надоевший плащ. — Мне интересно. Как кто-то, говоривший великие мысли может делать абсолютно противоположные вещи. Рут, расскажи мне о себе все, что считаешь важным. Расскажи, что произошло за предыдущие три года. — Я не собираюсь тебе ничего рассказывать, — напряженно отозвалась Рут. В ее голове все до сих пор немного плыло. Язык так и чесался, чтобы начать рассказывать историю всей своей жизни, все потаенные секреты, но это ведь неправильно, она не может этого сделать. — Такая упрямая, — брюнет неспешно поднялся, подошел к девушке, снова опуская руку на плечо и заглядывая прямо в глаза. — Брось, Рут, это всего лишь слова. Ты же сама этого хочешь. Нет ничего плохого в том, чтобы поговорить со мной. Верно? — Да… нет ничего плохого, — рассеяно проговорила Рут.       Шатенка рассказала ему все, начиная от того, как она боялась приступов своей матери, когда та становилась совсем неадекватной, заканчивая тем, насколько она счастлива рядом с Шоу, в команде Машины. Часть истории про сверхкомпьютер и его возможности особенно заинтересовала брюнета. Они и так проговорили несколько часов, шатенке нужно было возвращаться домой, чтобы Самин ничего не заподозрила, так что мужчина снова долго говорил, вкладывая в ее сознание новое задание — ввести код в Машину, сделать так, чтобы система не обращала внимание на него и его преступления.       Возможно куртка, которая утром оказалась не на своем месте, каша в голове, странный приступ, мешки под глазами могли стать сигналом того, что творится неладное, но все было слишком незначительным. Рут ничего не помнила, а Шоу списала все странности на усталость девушки или случайность.

Наше время

— Оу, так значит тот код… — Финч слушал весь рассказ с шокированным видом, не до конца поминая как такое вообще возможно. — Да, Гарри. Я заставила Машину не замечать многие вещи. Я даже не понимала что я делаю. В тот момент мне казалось, что мой код имеет совсем другую направленность. Я должна была сразу понять, что что-то не так. На самом деле, было много тревожных звоночков, — печально усмехнулась Рут. — Та девушка в морге, увидев которую, я решила, что причастна к ее смерти. Это она была в том переулке, поэтому мое подсознание и кричало мне, что я ее знаю. Да, и эта проклятая считалочка… она постоянно звучала у меня в голове… — И не только у тебя. Ты бормотала ее вслух, — припомнила Шоу. Сейчас брюнетка постепенно вспоминала все те казалось бы незначительные детали, о которых говорит Рут. Черт, Шоу же тоже все это видела, почему она не обращала внимание? — И мне начали сниться странные кошмары. Мое подсознание сопротивлялось, но я этого не понимала, — подытожила шатенка. — Так это все? Он засунул в твою голову эти мысли, и больше ты его не видела? — Шоу хмурилась больше чем обычно, правда сейчас это было вызвано не недовольством или раздражением, а непониманием. — О, милая, если бы все было так просто, — Рут потерла шею, устало опускаясь в кресло. — В наших встречах и заключается весь смысл…

Полгода назад

      Рут не понимала, зачем она пришла на чертову крышу, но все равно продолжала там стоять, наблюдая за тем, как сумерки постепенно опускаются на Нью-Йорк. Шатенка давно могла бы быть у Шоу, заставлять ее смотреть глупые сериалы или спать в обнимку. Да, их отношения представляли собой нечто странное и запутанное, но перспектива жаркого секса была куда лучше, чем-то, что она имела сейчас. — Рад, что ты получила мое сообщение, — хриплый голос заставил девушку дернуться, чтобы вытащить пистолеты. — Тише, Рут. Слушай меня. Вспомни, вспомни все, и мы это обсудим, — брюнет выжидающе смотрел на Рут. Сначала она нахмурилась, а затем ее глаза ошарашено расширились. Черт, она вспомнила абсолютно все. Как она вообще могла это забыть. — Понимаю насколько тебе сейчас не по себе, — усмехнулся мужчина, подходя к шатенке. Глядя прямо в глаза и в привычном жесте сжимая плечо, он говорил несвязные предложения, смешивая их с уже знакомыми о том, что Рут не может навредить ему, что она не может уйти, что должна слушать и быть честной.       Через какое-то время они оба сидели на краю крыши вглядываясь в даль. Сейчас Рут была самой собой, никаких закрытых воспоминаний или неосознанных желаний. Разве что она четко понимала, что не может наставить пистолет на брюнета, а если и сможет, то точно не выстрелит. — Ты ведь не Эр Джей, верно? Гениальный брат — это не выдумка, — шатенка постепенно сложила все факты. Этот человек может внешне и был копией ее старого знакомого, но у него были совсем другие повадки, другой взгляд, другая манера говорить. — Ты и правда очень умна, — вместо ответа произнес мужчина. — Весь дневник Эр Джея наполнен твоими и моими портретами. Хотя, понимаю. Мы же с ним близнецы, поэтому ты могла решить, что мой брат просто псих. Но у нас всегда были разные прически. Он обожал свои длинные волосы. Меня зовут Ричард. Можешь звать меня Рик. — Я не понимаю. К чему все это? Что за костюм? К чему этот разговор? Как ты это делаешь? Почему днем я жила будто другой жизнью? — столько вопросов вертелось в голове у шатенки. — Знаю. Тебе сейчас непросто, но я все объясню. Хотя, это сложно донести…