Песня дорог

Вообще, как ни странно, но две рандомные песни подряд имели в куплетах эти слова, ставшие названием для главы, так что снова уйма абстракции, которая только потом проявит себя.

***

Странники бегут вдоль крутого склона, местами переходящего в обрывы. Каэрвия сейчас бледнее обычного и то и дело нервно оборачивается, вглядываясь в темнеющие тени. Что-то скользнуло между камней. В другой стороне мелькнули два округлых огонька. Она улавливает запах псины и смерти. За командой идёт охота. Камни то и дело норовят выскользнуть из-под ног, и Гвэн Олоссэ упала бы, если бы не рука Властелина, успевшего поймать её. Впрочем, девушка тут же вырывается и дальше двигается сама. Внимание чужих глаз напрягает. Эти взгляды буквально пожирают путников. Где-то совсем рядом раздаётся рычание. Слышно, как гравий хрустит под мощными лапами. Вдруг одна из теней делает рывок. И тут же падает со стрелой в глазу. Волк ещё некоторое время бьется в конвульсиях и скулит, прежде чем замереть навсегда. Угрожающее клацанье зубов и порыкивания раздаются с разных сторон. Их окружают. — Быстрее к выступающей скале! — короткий приказ рыжеволосого громко разносится над округой. Всего в пятидесяти метрах от них выше по склону выступает острый камень, забравшись на который, путешественники могли бы обороняться или даже переждать, пока стая голодных тварей не уйдёт. Все ускоряются. Ещё двойка хищников решается напасть. Один тут же замертво падает с тонким лезвием в глазу. Но второй шустрее и уклоняется от стрелы, целясь в беловолосую. Впрочем, та тут же наносит сокрушающий удар мечом о голову животного. Брызги крови и зверь сваливается на землю с проломленным черепом. Рука мужчины перехватывает запястье Аронилье и тащит вперёд. Бежать в гору тяжело. Голова кружится. Несколько волков перекрывают путь к спасению и прижимаются к земле, готовые атаковать. Пара тут же делают выпад в сторону девушки. Одного из них тут же настигает смерть от оружия, вошедшего ровно между глаз. Второй же успевает вовремя пригнуться и делает прыжок. Гвэн Олоссэ не успевает выставить меч для защиты. Сердце уходит в пятки от блеснувших в свете заката клыков. Впрочем, чужой острый клинок тут рассекает тушу напополам. Багровая жидкость окропляет одежду, моментально впитываясь в неё. Рядом стоящий Саурон тоже весь в крови. Его лицо искажает гримаса ярости и злости. Ещё один его выпад, и две волчьи головы катятся по земле. До валуна остаётся всего ничего. — Каэрвия! Отведи Аронилье к скале! — Властелин замедляется и удобнее перехватывает своё оружие. Драконица молча кивает и ведёт девушку следом. Та пытается сопротивляться, не желая сидеть в безопасности, пока Леголас сражается, но выбора нет. Две молниеносные тени несутся на встречу, но метательные ножи быстрее. Вот они уже у камня, и Гвэн Олоссэ карабкается вверх, пока бард прикрывает ей спину. Мужчины уже тоже медленно отступают к валуну. Когда клинки у брюнетки закончились, она тоже спешит наверх. Внизу совсем близко щёлкнули челюсти. Выбравшись наверх, Каэрвия облегчённо выдыхает. Дыхание сбитое, и она хрипит при каждом вдохе. Теперь сверху гораздо лучше можно оценить ситуацию. — Их гораздо больше, чем в простых стаях, — шепчет она, глядя как стягиваются с округи крупные волки, и подсчитывая живых и умерших. — Около сорока… но ведь больше двадцати не бывает… Для девушек остаётся загадкой такое аномальное поведение волков и почему они не сбегают, ведь почти что половина уже убита. Да и размерами они где-то под метр. Рыжеволосый убивает ещё пару, прежде чем начать взбираться вверх. В голове барда рождается мысль столкнуть его вниз. На растерзание голодным зверьём. Чтобы остановить это безумие. Но крылья… нет, она не станет. Мужчина уже взобрался, тем временем как лучник всё ещё медлит, отстреливая хищников. Уклоняется от клыков и вонзает в мягкий живот клинок. — Леголас, скорее наверх! — шум сражения сложно перекрикивать брюнетке. Эльф уже цепляется за острые выступы камня и начинает подниматься. Как вдруг один из волков умудряется вцепиться в сапог и сорвать принца вниз. Другой зверь метит в горло, но вовремя выставленные лук спасает от челюстей. Впрочем, оружие тут же было вырвано из рук. Остальная часть стаи уже собирается присоединиться, довольно скаля морды и облизываясь. В этот момент у остальных странников обрывается всё внутри. У Аронилье из горла вырывается вскрик. А сердце Каэрвии сжимает ледяной страх и ужас. Рывок. Она неосознанно бросается вниз, вцепляясь руками и зубами в волка, собиравшегося загрызть лучника. Они покатились по земле, и свечение охватывает склон. Фигура девушки вытягивается, а тело животного хрустит и издаёт противные повизгивания. Леголас с ужасом наблюдает, как на месте барда появляется бескрылый фиолетовый дракон, у лап которого лежит изуродованная туша хищника. Ящер, становясь между испуганной стаей и возлюбленным, издаёт оглушающий рёв. Чешуя опасно топорщится, от чего драконица кажется ещё больше. Волки прижимают уши к голове и рычат, жалобно поскуливая. Но они не собираются убегать. Каэрвия поворачивается к испуганному эльфу и с грустью смотрит на него. — Я не причиню вреда, — её окровавленная лапа тянется к нему и аккуратно берёт его. Он лишь во все глаза наблюдает за ней. Как она привстаёт на задние и ставит его на камень. На её боку виднеется потускневшая чешуя и тёмная густая жидкость вперемешку с зеленоватой белизной. Вдруг один из волков начинает выть, и к нему присоединяются остальные. Дракон поворачивается к стае, часть из которых тут же умолкает и пятиться. По ним видно, что им страшно. Но что-то не даёт им уйти. И это что-то появляется. Варг. Огромный серый волк, перед которым расступаются остальные. Внушительные оскаленные клыки. Шкура, испещрённая шрамами. Этот зверь поведал много сражений и всего лишь на метр ниже Каэрвии. Он пару раз что-то рявкает стае, вжимающейся в землю, и переводит оценивающий взгляд на противника. Запал драконицы сходит на нет, но отступать уже поздно. Эти янтарные глаза подавляют, прижимают к земле, демонстрируя превосходство и презрение. Варг начинает угрожающе завывать. Этот вой вклинивается в мозг, изводит. Рождает ужас и безысходность. Бард хочет, чтобы это прекратилось. Она не слышит криков своих друзей. Всё исчезает. Есть только она, страх и её противник. Не сдержавшись, дракон делает прыжок. Волк плотно прижимается к земле и, как только массивное тело пролетает над ним, подпрыгивает, изворачиваясь. Его челюсти впиваются в лапу, прокусывая чешуя. Рёв, полный боли наполняет кратковременную тишину. Остальное зверьё тут же присоединяется к главарю, впиваясь в тушу зверя. Их клыки трутся от твёрдую шкуру и местами прокусывают её. Земля содрогается от падения. Клубок из шерсти и чешуи катается по земле. Драконица отчаянно пытается отбиться, но стоит стряхнуть с себя одну псину, как на её место цепляется другая. Путешественники собираются уже вмешаться, но рычание останавливает их: — Не лезьте! Рывок. Ящеру удаётся вцепиться в ухо варга, который тут же начинает пятится. Треск рвущегося мяса. И он отпрыгивает в сторону, а морду заливает кровь. Удар мощной когтистой лапы дракона и несколько волков слетают в пропасть. Подскочив с земли, Каэрвия перегрызает напополам ближайшего зверя, и скалит окровавленную морду. Вдруг один из стаи подпрыгивает и умудряется вцепиться ей в бровь. Визгливый вопль. Она пытается стряхнуть с себя мерзкую тварь и отступает. Крупная тень за мгновение преодолевает расстояние. Его клыки сжимаются на открывшемся горле драконицы. Хрип. Её когти беспомощно скоблят по густой шерсти, почти что не раня врага. Ей удаётся просунуть пальцы в пасть и разжать её. Краем глаза она видит, как друзья спешат на помощь. Как их орудия рубят врагов. Боязнь за них оказывается сильнее чем за собственную жизнь. Валар, помогите мне уберечь моих друзей от смерти. Ужасный волк снова набрасывается на неё. Они вдвоём сметают его мелких сородичей в бездну. Кувырок. Камни исчезают из-под бока. Лапы дракона успевают вцепиться в край обрыва. Больно. Челюсти варга сдавливают шею и душат. Всё перед глазами плывёт. Странники становятся лишь цветными пятнами. Держаться тяжело из-за тяжести чужой туши на собственной. Она чувствует, как эта тварь пытается вскарабкаться наверх, чтобы выжить. Задние лапы беспомощно скоблят по камням. Внизу лишь пропасть и острые камни. Волк медленно поднимается вверх. Каэрвия чувствует, как пружинит тело волка, а там как раз бегут её друзья. Он убьёт их. Аронилье, Леголаса и треклятого Саурона. Это мой шанс, данный богами, чтобы спасти их… Когти разжимаются. Впереди мелькает варг, пытающийся допрыгнуть до скалы. Но драконица впивается в его заднюю лапу, утаскивая за собой на встречу к смерти. Капельки слёз словно парят вверх. Любое движение отдаётся болью. Маленькие облака пролетают мимо. Ей удаётся перегрызть глотку врагу и оттолкнуть его от себя. Стремительные потоки ветров принимают её в свои объятья, а откуда-то сверху доносится женский крик…

***

Жгучая солоноватая жидкость стекает по щекам. Глаза вглядываются в бездну, скрытую облаками, где исчезла подруга. Горло сдавливают спазмы, от чего делать вдох всё сложнее и сложнее. — Мы должны спуститься за ней, — хрипит беловолосая. — Мы толком не знаем, какая там высота. И пока обойдём обрыв и придём туда, в лучшем случае пройдёт два-три часа, — отмечает Саурон, оглядываясь по сторонам. — Но если напрямик, то… — начинает девушка, но её тут же перебивают. — Никаких напрямик. — Эти слова рыжеволосого ставят точку в их разговоре. — Возможно, она ещё жива, и… — Аронилье, нет. — Становится больнее. Она ищет поддержки у Леголаса, но тот лишь пустыми глазами смотрит вниз. Сложно понять какие эмоции он переживает, но в нём чувствуется потерянность. Сожаление и боль душат Гвэн Олоссэ. Сжав кулаки, она начинает спускаться вниз. Тёмный Властелин не успевает среагировать и остановить её. — Да чтоб тебя! — он пинает ближайшую отрубленную голову псины, прежде чем начать спускать следом. Лучник тоже присоединяется к ним, но видно, что он это делает чисто на автомате. Острые выемки в склоне больно впиваются в кожу. До сих пор сложно поверить в увиденное. Перед глазами так и стоит картина, как трансформируется тело Каэрвии и на её месте появляется дракон. Его друзья… они знали об этом и молчали, как и она. Губы поджимаются в тонкую линию. При желании на них всё ещё можно ощутить лёгкий вкус её крови. Дальше всё было как в тумане. До тех пор пока она не повисла на краю обрыва. Он помнит как в глазах Каэрвии плескался страх и ужас. Как она инстинктивно пыталась выбраться наверх. Но в какой-то момент её взгляд становится осмысленным и полным решимости. И дракон отпускает скалу, падая вниз и сцепляясь с врагом в последней схватке. Кажется, что-то рушится в нём. Что-то очень важное. Правда и потеря наносят сокрушительные удары. Хочет ли Леголас забыть всё это? Возможно… Но эта вечно улыбающаяся и смеющаяся девушка стала чем-то неотъемлемым в жизни. Порой ему казалось, что она улыбалась только ради него… Вот до земли остаётся всего пятнадцать метров. Пальцы и ноги нащупывают трещины и неровности на каменной стене. Шорох камней из-за приземление. Это место напоминает ущелье. Огромные камни выступают местами. Кое-где видны пятна крови и трупы волков. Мёртвый варг лежит меж двух скал, и его налившийся кровью глаз смотрит на спустившихся. Поодаль, на камнях лежит девушка. Плащ почти что полностью пропитан кровью, медленно струящейся из ран. Из ноги торчит белёсая заостренная кость. Но брюнетка ещё жива. Грудь немного вздымается, а глаза смотрят в небо. Слёзы стекают по щекам, губы, испачканные в багровой жидкости, подрагивают. — Всё-таки пришли за мной, — выдыхает она, прикрывая глаза. — Знаете, это падение было для меня настоящим полетом. Сначала было страшно, но потом… это было прекрасно. Аронилье тут же несётся к ней и присаживается рядом. — Не говори, всё будет в порядке, мы вылечим тебя, — шепчет она дрожащим голосом и смотрит на Саурона с мольбой в глазах. — Пожалуйста, сделай что-нибудь. Но тот лишь отрицательно качает головой. — Она умирает, и мы не сможем ей помочь, — грусть таится в его голосе, и он присаживается рядом. — Нет, — беловолосая жмурится, а ногти впиваются в ладони. — Ты не умрёшь, Каэрвия, не оставишь меня здесь одну… — её губы дрожат. — Боюсь, мне уже пора, маленькая, — бард с трудом поднимает дёргающуюся руку и гладит по волосам девушку, оставляя кровавые разводы. — И даже если остановить кровь, то я всё равно умру. Она приподнимает пальцами одежду на боку, а из её рта вырываются тихие всхлипы боли. Живот испещрён множеством почерневших венок и сосудов. Кожа вокруг зашитого ранения почернела, а сама рана гнила. — Яд быстро распространяется по-моему телу. Я уже труп. Гвэн Олоссэ давится воздухом, а всё её тело содрогается. — Не уходи, — она осторожно утыкается в уцелевшее плечо подруги. — Я не оставлю тебя и всегда буду рядом. И не забывай мои слова: живи так, как подсказывает твоё сердце. — уголки губ драконицы приподымаются, и затем она переводит взгляд на Властелина. — А ты, урод, тоже присматривай за ней, чтобы она делов не натворила. Я ведь тебя из-под земли достану. Эти слова немного согревают душу. Даже в такой момент она пытается поднять всем настроение. Беловолосая с трудом держит себя в руках. Та, кто поддерживала её всё путешествие, теперь умирает. Единственная, кто знала правду обо всём. Не винила ни в чём. Просто была рядом. Веселила, когда грустно… Кажется, что весь мир покрывается мелкими трещинками и сейчас рухнет. — Леголас, — пальцы барда немного шевелятся, маня поближе, и он садится рядом, — прости меня за мою ложь. Просто я так боялась потерять тебя. А ещё старая карга сказала, что я умру из-за эльфа. Но сложилось всё не совсем так, как я ожидала. И даже если бы у меня был шанс отмотать время назад, то всё равно поступила бы также. Какая же я трусиха, — она улыбается шире, глядя на него, а в её глазах плещется тоска. — Прекрасный принц и ужасное чудовище… Смех, да и только. — Ничего страшного. Это уже неважно, — еле слышно говорит он, осторожно поглаживая её по волосам. Кажется, что сама душа сжимается в спазмах. Та, которая ему небезразлична, умирает у него на руках и он не в силах никак это исправить. Просто наблюдать. Как его судьба ускользает из его рук. Любые слова застревают внутри. Глаза неприятно горят. — Однажды мы снова встретимся, эльф. Но сейчас дракону пора откланяться, — рукавом она утирает кровь с лица и губ, прежде чем вяло ухмыльнуться. — Может, поцелуй на прощание? Леголас с трудом сдерживает дрожь во всём теле. Дышать почти что невозможно. Еле ощутимое тепло и металлический привкус. Становится только больнее. И он отстраняется. — Не уходите, — слова даются ей с трудом. — Страшно. — Не уйдём, — выдыхает Аронилье, легонько касаясь ладони. Каэрвия заходится в кашле, и кровь обильнее вытекает из ран на горле. Изо рта вновь вытекает кровь. — Я счастлива… — выдыхает она и её глаза закрываются. Её живот больше не вздымается. Вдруг тело охватывает свечение. Мелкие искорки отделяются от него. Это зрелище во мраке кажется особенно красивым и немного облегчает моральную боль. Вот на месте девушки появляется фиолетовая драконица. Гвэн Олоссэ таит детскую надежду, что сейчас она поднимется и всё будет хорошо. Но нет. Каэрвия больше не засмеется и не повеселит всех очередной шуткой или песней. Никогда…