Сердце огня

      Задержав дыхание и прищурив глаза, Сокка нырнул в тени. Здания стояли так близко, что он мог коснуться их ладонями, если бы шел, раскинув руки. Скрывающее его лицо маска стала совсем горячей из-за дыхания.       Луна только-только взмывала в небо, отбрасывая диковинные тени, так похожие на длинные черные пальцы. Неподалеку блуждал лишь один охранник.       Рука Сокки сомкнулась на рукоятке меча, но он так и не извлек его. А просто замер, настороженно следя за охранником.       Внезапный громкий «бум» разрезал ночь. Звук шел со стороны холмов, на которых расположился Храм мудрецов огня. Колокола, возвещающие очередной час, звучали так громко и с таким жутким эхом, что их было слышно из любого направления. Со спертым дыханием Сокка принялся считать.       Восемь… девять… десять… одиннадцать.       На двенадцатый удар колокола прозвучал взрыв. Гигантский столб огня вырвался в небо, сотрясая землю под ногами Сокки. Ночь озарилась светом, затрещали стекла, прежде чем хлынуть дождем. Охранник что-то крикнул, но вопль потонул в мешанине звуков. Кричал кто-то еще.       Сокка не стал задерживаться, чтобы разглядывать этот хаос.       Он просто рванул назад так быстро, как мог, изредка бросая взгляды на охваченное огнем здание.       Не успев затормозить в конце переулка, Сокка врезался в стену. Его тут же отбросило еще и к противоположной. Заворчав, он оттолкнулся ногой и помчался дальше.       Через пару футов Сокка подпрыгнул и ухватился за металлическую перекладину, закрепленную между двумя зданиями над крышей крошечной кухни. Раскачиваясь, как гимнаст, он отправил тело в полет, кувыркаясь так быстро, что закружилась голова.       С треском он приземлился на крышу здания на другой стороне узкой улицы, перекатился по инерции и вскочил на ноги, чуть не поскользнувшись на черепице.       Прижавшись к крыше, Сокка пополз вперед, не обращая внимания на зарево от пожара и крики с улицы. В конце пути он ухватился рукой за карниз, чтобы посмотреть вниз: солдаты бежали к источнику взрыва.       Он ждал, пристально наблюдая за ними, пока второй взрыв не прогремел в ночи менее чем через тридцать секунд после предыдущего.       Когда второй огненный гриб поднялся в воздух, Сокка ухватился обеими руками за край крыши. И свесился вниз, прежде чем нырнуть в треснувшее окно, расположенное прямо под карнизом. Он приземлился на покрытый ковром пол неосвещенного кабинета и не ошибся. Это была штаб-квартира гарнизона армии Народа Огня. Им потребовалось несколько дней скрытого наблюдения, чтобы определить, в каком здании кабинет начальника.       Встав, Сокка прокрался к двери, затаил дыхание и прижался ухом к тонкому дереву. Он услышал далекие крики: похоже, взрывы сделали свое дело. Наверняка все покинули здание.       Сокка приоткрыл дверь и выглянул в коридор, чтобы убедиться, что он пуст. Он услышал третий — и последний — взрыв.       Стараясь выбросить из головы образ одинокой Азулы, окруженной солдатами гарнизона, Сокка сосредоточился на задаче. Чем быстрее он уберется отсюда, тем лучше. Он прокрался пустым коридором, разглядывая таблички на дверях.       В основном склады, ничего интересного.       Сокка осторожно поднялся по лестнице, держась за стену и положив руку на рукоять меча. Второй этаж был так же пуст, как и третий. Наконец он нашел, что искал в конце коридора. Кабинет начальника. С бешено бьющимся сердцем он попытался открыть дверь, но та оказалась заперта.       Сделав шаг назад, Сокка поднял ногу и нанес один быстрый сильный удар. Дерево разлетелось вдребезги, дверь повисла на петлях. Он отодвинул ее в сторону и вбежал в темную комнату. В этот момент он услышал внизу множество шагов и громкие голоса, отдающие приказы.       — Черт, — выдавил Сокка, направляясь к письменному столу и лежащей там стопке бумаг. Он рылся в ней, чувствуя, как пот струится по спине. Крики и шаги звучали уже на лестнице. Скоро у него будет компания.       Стопка бумаг представляла собой бланки заявок на такие вещи, как еда, доспехи и новые сапоги. Сокка сбросил все на пол и занялся ящиками стола. Первые два были забиты канцелярскими принадлежностями: перья, свитки, воск, ножницы… Стиснув зубы, он закрыл второй ящик и потянулся к третьему.       Только для того, чтобы обнаружить, что тот заперт.       Сокка даже не потрудился оглянуться в поисках ключа. Вместо этого он выхватил меч, воткнул острие в небольшую щель над замком и навалился всем весом на рукоять.       Дерево с треском раскололось. Сокка рывком открыл ящик стола и сунул туда руку, вытаскивая свиток. На нем была королевская печать, целая и невредимая.       — Попался, — выдохнул Сокка, когда в коридоре послышались шаги, и властный голос отдал приказ.       — Отправьте группу солдат вниз к реке — это единственный способ, которым они могли сбежать! Я хочу знать, кто взорвал эти хранилища, и если… — мужчина замолчал, а затем выругался. Сокка услышал, как звякнула сталь, и вспыхнул огонь, отблески которого он увидел через щель в повисшей двери.       Мысленно выругавшись, Сокка сунул свиток в карман жилета. Начальник гарнизона пнул сломанную дверь кабинета, словно дух мщения.       Он оказался средних лет, но мускулистый, как лоселев, с кривым, сплющенным носом, который, видимо, был сломан не один раз. Стало ясно, что у него также не хватает нескольких зубов, когда он ухмыльнулся Сокке с порога, и пламя в руке осветило его звериное лицо.       Сокка усмехнулся в ответ и взмахнул мечом.       — Как, черт возьми, ты… — начал было он, но Сокка ударил мечом в окно позади себя и выпрыгнул, разбивая остатки стекла. Мир пронесся перед глазами, прежде чем он тяжело приземлился, катясь кубарем по земле и зарабатывая синяки и ссадины по всему телу.       Вылетевший из рук меч звякнул в нескольких шагах, когда Сокка наконец остановился, скрючившись. Рядом с ним с громким треском тут же взорвался огненный шар. Он вздрогнул, откатился в сторону и взглянул в окно, прежде чем командир снова направил в него струю огня.       Сокка снова перекатился и подобрал меч. Очередной удар пришелся так близко, что жар пламени лизнул его татуированную руку. Это было чертовски больно.       Он покачнулся, отбрасывая длинные волосы с глаз. Последовал еще один выстрел.       Сокка вздрогнул и замер, за долю секунды поняв, что увернуться от третьего огненного шара не удастся. Он попадет ему прямо в голову.       Из темноты вынырнула гибкая фигура и закружилась перед ним, перехватывая огонь. Сделав еще одно вращение, она отправила огненный шар обратно в здание. Со смертельной точностью пламя ударило в разбитое окно. Командир вскинул руки, чтобы защититься, но с криком отлетел вглубь кабинета.       — За мной! — зарычала Азула из-под своей маски, убегая в противоположном направлении. Сокка мгновенно понял почему: пятеро солдат выбежали оттуда же, откуда пришла и она, держа оружие наготове, а над вытянутыми руками шипел огонь. Некоторые из них были подпалены то ли от взрывов в доке, то ли от Азулы — он не был уверен.       Сокка метнулся следом, обогнул здание и свернул в тот же переулок, что и она. Взорванные ею цистерны с газом все еще посылали в небо столбы огня. Азула выскочила из переулка, и, когда они лишились защиты зданий, жар пламени ударил в лицо.       Речные доки вспыхнули мгновенно, когда одна за другой взорвались цистерны с природным газом. Весь причал был завален мусором: ящики, припасы, детали двигателей… но никаких тел.       Там нашлись маги огня, борющиеся с пожаром, хоть и не справлялись. Цистерны с газом напрямую соединялись с естественным и обильным источником под землей. Они будут гореть еще несколько дней. Возможно, недели.       Никто не заметил, как они побежали в противоположном направлении от пылающих цистерн, к постройкам на окраине деревни. Азула добралась до них первой, торопливо пробираясь в темную часть здания. Сокка был в двух шагах от нее, и она схватила его за руку, развернув так сильно, что его плечо врезалось в покрытую дранкой стену.       Азула проигнорировала его стон боли, смотря лишь на адское пламя. Преследовавшие их солдаты вышли из переулка и огляделись. Их предводитель жестами указал налево и направо, разделяя группу.       — Становится немного жарко, — выдохнул Сокка. Азула обернулась и кивнула.       — Тебя почти поймали.       — Я заметил, за твоей задницей тоже гналось несколько.       — Потому что я вернулась за тобой вопреки здравому смыслу, — съязвила она.       — Мы можем поспорить об этом позже. Нам нужно добраться до лодок, — пробормотал Сокка, оглядываясь. Внизу протянулся заросший кустарником берег реки.       Хотя гарнизон был большим, полным казарм, складских помещений, учебных центров и прочих строений, сама деревня была не более чем скоплением деревянных зданий, сгрудившихся у реки. Торговые лавки, обслуживающие армейский гарнизон — только и всего. Домов было немного, так как большинство торговцев жили на вторых этажах своих лавок. А это означало, что здесь не так уж много места, где можно спрятаться.       — Смотри в оба, — велела Азула, крадясь вдоль стены. Она посмотрела на узкий боковой дворик здания позади них и на главную улицу, пока Сокка наблюдал за тем, что происходит в доках. — Чисто.       Они крались от одного дома к другому, пока не достигли границы деревни, которая резко обрывалась у изгиба реки. Там был небольшой причал, которым пользовались местные рыбаки. Несколько маленьких лодок, надежно привязанных к нему, покачивались на воде.       А еще причал сторожили трое солдат.       — Прикончим их, — прошептала Азула, но Сокка тряхнул головой.       — Есть идея получше, — убрал он меч в ножны и стянул маску. Ни один из этих солдат не был похож на тех, что гнались за ними. — Иди за мной и попытайся выглядеть напуганной и беспомощной.       Азула прошипела что-то неодобрительное, но также сняла маску, выходя из тени.       — На помощь! Помогите! — заозирался Сокка по сторонам. Их тут же заметили и приблизились к ним, не вынимая мечей.       — Стойте там же.       — О, солдаты, слава Хозяину Огня! Кто-то пробрался в мою лавку! Жена просто в ужасе. Я думаю, он все еще скрывается в одной из спален. Поторопитесь, пока они все не сожгли!       Сокка ткнул пальцем в первое попавшееся здание позади себя, и им оказалась кожевенная мастерская.       — Сэр, мы…       — Пожалуйста, наши дети все еще там! Помогите, прошу вас! — завопила вдруг Азула, немало удивив Сокку. С блестящими от слез глазами и прижатыми ко рту руками она выглядела такой напуганной, что не поверить ей было нельзя.       — Мэм…       — Быстрее!       Один солдат кивнул и обернулся к своим товарищам:       — Ты карауль задний выход, я зайду с главного, а ты беги за помощью.       Третий солдат помчался в центр деревни, прямо к полыхающему порту. Ночное небо высвечивали всполохи огня. Сокка понадеялся, что вторая половина деревни не пострадала, но однозначно каждый житель подорвался с постели. Вдалеке можно было разглядеть толпы нескольких сотен людей, наблюдающих с безопасного расстояния за тем, как солдаты пытаются потушить пламя. Он надеялся, что и владельцы кожевенной мастерской среди них, а иначе их ждет взлом в дом.       Солдаты меж тем приблизились к зданию с мечами наготове в одной руке и со сферой огня — в другой. Наблюдать дальше не было смысла. Сокка рванул к лодкам, Азула — за ним.       Отвязав трос и вытолкав лодку на воду, Сокка пожалел, что не был магом воды вроде Катары. Однако течение оказалось быстрым, и Сокке даже не пришлось слишком часто налегать на весла.       Деревня уменьшалась все быстрее и быстрее, а всполохи огня все также охватывали небо, едва не касаясь низко повисшего полумесяца.       Они молчали, пока не унеслись на милю вниз по реке и Сокка на мгновение откинул весла.       — Достал свиток?       — Думаю, да, — ответил он. — Почему ты нарушила план?       Азула пожала плечами, разглядывая поросший кустами берег; ее лицо ярко заливал лунный свет.       — Каким-то образом я предчувствовала, что тебе понадобится помощь, и если ты окажешься в беде, провалится вся наша миссия.       — Не вся — лишь ее часть, — подчеркнул Сокка. — Все-таки ты взорвала цистерны.       — Да, я справилась со своей задачей эффектно, не так ли? — облокотилась о край лодки Азула, упершись в нее локтями. Затем откинула волосы, подставляя лицо красноватому лунному свету. Растянулась, как богиня, не иначе.       — И эффектно гордишься собой, — проворчал он, почему-то борясь с тем, чтобы не усмехнуться. Захлестнувший его адреналин начал иссякать, вызывая головокружение. Они справились. В самом деле успешно оставили миссию позади. Вместе.       Последние недели были напряженными. После той ссоры в гостинице Сокка старался не нервировать Азулу вовсе. Если она вела себя странно или ее одолевали видения, он это игнорировал. И в итоге понял, как к ней подобраться.       С тех пор Сокка всячески пытался сделать это. Легко не было совсем.       — Могла бы, если бы не твои промашки… — протянула она, и поднявшееся настроение Сокки улетучилось.       — Начальник гарнизона вернулся быстрее, чем я ожидал. Я не смог бы ничего исправить.       — Ладно, не так уж это и страшно. По крайней мере, он не видел твоего лица.       — Нет, и надеюсь, те трое солдат тоже толком нас не разглядели, — хмыкнул он и снова взялся за весла. Сокка греб в сторону покореженного ударом молнии дерева, чьи изломанные и иссохшие, как кости скелета, ветви тянулись к небу. Добравшись до берега, он вылез из лодки, Азула последовала за ним, и вместе они оттащили лодку к скрытым бузиной камням. Щедро усыпав ее листьями и сухими ветками, они переглянулись, и Сокка улыбнулся.       — Кажется, мы официально стали террористами.       — А в моем случае еще и предателем короны.       — Да уж, жаркая ночка… — пробормотал он, вытаскивая свиток из-за пазухи. — Лишь бы он этого стоил.

***

      Они долго брели сквозь лес к временному убежищу, в котором на протяжении двух недель планировали взрыв. Добраться до этого дома, а точнее лачуги, им помог свиток Риана. Но вот ознакомиться с другим, добытым сегодня списком они не могли ни при каких обстоятельствах.       Любопытство не давало покоя Азуле. То и дело хотелось дотронуться до свитка, который она заткнула за пояс, пока шла по лесной тропе за Соккой. Очень хотелось развернуть его, даром что она знала: так их испытывают Демоны Дыма. Это была всего лишь проверка. Возможность убедиться в том, что они безоговорочно выполнят все, что от них требуется, и именно так, как это требуется.       Зато ничто не мешало Азуле рассуждать о том, что мог хранить выцветший пергамент. Она знала достаточно об армии Страны Огня. Если содержимое свитка настолько засекречено, вполне вероятно, оно посвящено оборонительным стратегиям, доступным лишь высшим чинам.       Что бы это ни было, Демоны Дыма отчаянно жаждали им завладеть. Оно и понятно, почему. Любая информация такого рода сыграет им на руку в попытке атаковать Страну Огня.       Сокка обернулся, проверить, поспевала ли она, но Азула не смогла разглядеть его лица в тени деревьев. Словно в насмешку над их попыткой быть бесшумными, землю устилал ковер из хрустких пожелтевших листьев. Еще не похолодало так сильно, как в Царстве Земли, но Азула знала: по ночам будет несладко. Северных островов и вовсе коснется снег.       Сокка снова бросил взгляд из-за плеча, и на этот раз Азула не выдержала:       — Что?       — Ничего, — поспешно ответил он, вынуждая ее остановиться.       — Думал, на задании меня одолеют видения или даже начнется паническая атака?       Он тоже остановился, чтобы развернуться к ней.       — Думал, — с трудом признал он.       — Ну, ничего такого не произошло, — отрезала Азула. — Цистерны взорвались без труда. Как нам и приказывали.       — Знаю.       — Тогда прекрати смотреть на меня так, будто я хрупкий цветок, который вот-вот завянет! — сдвинулась она с места. — Я прекрасно себя чувствую и твоим мнением вообще-то не интересовалась.       — У тебя был кошмар прошлой ночью. Опять.       — Не собираюсь обсуждать это с тобой, — раздраженно взмахнула она рукой и пошла вперед. Сокка ничего не сказал, двинувшись следом. Азула спиной чувствовала настороженный пристальный взгляд. Взгляд, который преследовал ее две недели с тех самых пор, как Сокка стал свидетелем ее ночных кошмаров. Он больше не ругался с ней, не спорил — вообще ничего не расспрашивал.       А только следил, ошибочно полагая, что она это не замечает. Азула не представляла, что он мог себе напридумывать после той сцены в гостинице, но такое внимание ей совсем не нравилось. И хоть рука ее начала заживать, порезы все также приходилось скрывать, что было затруднительно в тесноте и необжитости лесной лачуги.       Она ужасно их стыдилась. Мечтала, чтобы Сокка никогда их не увидел. Потому что иначе мог в очередной раз убедиться в том, что она слаба и беспомощна.       По крайней мере, голоса в ее голове ненадолго утихли. Большинство из них. И видения тоже удавалось игнорировать. Если б Сокка заметил, как она разговаривает с ними, то точно бы не молчал, как сейчас.       Они добрались до дома за час до заката. Он был настолько заброшенным и ветхим, что ночевать там было не по себе. В провисшей крыше не хватало нескольких черепиц, а отхожая неподалеку воняла так ужасно, что слезились глаза. Единственной нормальной вещью в округе был колодец у самой двери, вода в котором на удивление оказалась чистой и свежей.       Они оба изнывали от жажды. Отправляясь на миссию, они не прихватили с собой ни еды, ни даже фляжки воды. Сокка без слов спустил ведерко на цепи, поднял и протянул Азуле. Она выпила столько ледяной воды, сколько смогла, прежде чем отдала ведерко. Допив что осталось, Сокка набрал еще воды, но Азула уже шла в дом.       Внутри было так же тоскливо, как и вид снаружи. Всего лишь две комнаты, в которых даже не оказалось дверей — лишь выцветший брезент. В первой комнате давно остыл маленький почерневший очаг, обложенный речными камнями. А еще тут чудом сохранилось окно без единой трещины — правда, настолько закопченное, что невозможно было что-либо рассмотреть сквозь него. Постель Сокки лежала прямо на полу возле очага, здесь же нашлась и его сумка. Азула занимала другую комнату, которая была ничем не лучше первой, но признаваться Сокке в том, что когда-то она ночевала в куда более худших условиях Азула не смогла.       Все их карты, наброски и планы были разбросаны по полу или прибиты к хлипким стенам. Самое почетное место в этом хаосе досталось карте деревни и доков. Им потребовались дни разведки, чтобы спланировать каждый шаг и отточить любой возможный побег.       И хотя дела шли не совсем по плану, серьезных промахов не наблюдалось.       — Сожжем все и начнем собираться. Еще до полудня нужно оказаться в Гае, где мы получим следующее задание, — прозвучало за спиной. Вздрогнув, Азула увидела Сокку, разглядывающим их планы. Он стянул рубашку, видимо, пытаясь отмыться от гари, и вода, стекая по телу, оставляла следы капель на полу.       — Знаю, — проворчала Азула, отступая на шаг назад.       — Ну так приступай, маг огня, — он прошел к оставленной сумке и стал рыться в ней. Тряхнув головой, Азула отвернулась от него и начала срывать со стены карты. Скомкав бумагу, запихнула ее в очаг и подожгла. Яркая синяя вспышка ненадолго осветила комнату, но Азула продолжала стоять у самого очага, следя за тем, чтобы не осталось ничего, кроме пепла.       Внезапно Сокка издал странный звук, похожий на стон боли, и она резко обернулась. На его руке растянулся свежий ожог, заметить который Азула смогла только сейчас, когда занялось пламя.       — Ты ранен.       — Ничего серьезного, — буркнул он, неловко копаясь в сумке. Вскоре на свет появились тюбик и бинты, который Сокка принялся безуспешно разворачивать.       — Ты бесполезный, как соски львачерепахи, — проворчала она и стукнула его по руке, чтобы не прикасался к ожогу так беспечно. Выдернув из его пальцев бинты, она опустилась на скомканное одеяло.       Сокка хохотнул, прежде чем изумленно уставиться на нее.       — Тебе идет шарм простолюдинов, принцесса. Неужто я так на тебя влияю? — увы, смеяться долго Сокке не удалось — он тут же зашипел, стоило Азуле нанести на ожог первый слой мази.       — Я прожила три года в Царстве Земли, а местные довольно грубоватые люди.       — Ясно, чем ты там занималась.       Азула закатила глаза.       — Я научилась там многому.       — Вроде целительства? — выдохнул он от уверенных, но нисколько не неосторожных втираний. Азула перевела взгляд на собственный рукав, под которым руку плотно стискивала повязка, а под ней по бледной коже змеились шрамы.       — Я не целитель, но нужно было научиться обрабатывать и зашивать собственные раны, — тихо ответила она, склонившись над его рукой: пламя в очаге уже угасало, и снова стало темно. — У тебя останется шрам, но это не так уж и страшно выглядит. Просто следи за тем, чтобы ожог оставался чистым.       Сокка кивнул, наблюдая за тем, как она откладывает тюбик и начинает обматывать его руку. Когда Азула подняла голову, покончив с делом, их взгляды встретились надолго.       — А что такого ты делала, чтобы потом зашивать себя?       Сглотнув комок в горле, Азула тут же поднялась с места.       — Не стоит засиживаться — нам давно пора начать путь в Гай.       Его взгляд провожал ее до самого порога и, казалось, задержался на ней даже тогда, когда она скрылась в другой комнате. Снова Азуле хотелось увеличить расстояние между ними, чего крохотная лачуга не позволяла сделать.       Ей даже почти захотелось поругаться с ним, потому что злого Сокку, по крайней мере, можно было понять. А вот когда он смотрел на нее так, как сейчас, и старался говорить тихо и осторожно, она ничего не понимала и не знала, что чувствовать.       Всеми этими маленькими шажками Сокка приближался к тому, чтобы ослабить ее броню. Но Азула давно уяснила для себя — и самым худшим из возможных способов — что без брони подвергнется только боли и страданиям.       Она больше никогда не совершит такой ошибки. Ни с ним. Ни с кем-либо еще.