Сердце огня

      Азула соскользнула по гравийной насыпи с большей грацией в отличии от Сокки, вызвавшего целый камнепад.       Она взволнованно посмотрела на темный вход угольной шахты, зияющий, как пасть демона. В тишине раздавался только стук сердца и уханье какой-то ночной птицы.       — Там точно никого нет? — прошептала Азула.       — Да, последняя смена закончилась на закате, — успокоил Сокка, заметив как расширены ее зрачки. Он коснулся плеча принцессы. — Ты в порядке?       Азула слегка вздрогнула, но он не был уверен, что из-за прикосновения.       — Да. Давай сделаем это быстро, пока нас не застукали.       — Я не слышал подобных слов от девушек с тех пор, как был подростком, — поддразнил Сокка, и она изогнула бровь, уловив намек.       — Уверена, «быстро» никогда не было для тебя проблемой.       — Готов поспорить, что удивлю тебя, принцесса.       — Сомневаюсь, — протянула она, и Сокка усмехнулся.       Он нахмурился и на мгновение прикусил губу: Азула все также дрожала, смотря на вход в шахту.       — Слушай, почему бы тебе не остаться и не покараулить? Мы ведь не хотим попасть в ловушку.       При упоминании о ловушке Азула с трудом сглотнула и опустила взгляд.       — Тебе не следует идти одному.       — Со мной все будет в порядке. Мы не взорвем эту штуку, пока не выясним где ее слабое место, а для этого мне надо осмотреться, — заверил Сокка, снова столкнувшись с ней взглядом. — Просто будь начеку.       Она измученно облизнула губы и кивнула.       — Хорошо, у тебя двадцать минут.       — Двадцать минут, — согласился Сокка и взял у нее фонарь. — Если кого-нибудь заметишь…       — Подам знак.       — Постарайся не нападать без крайней необходимости, — твердо сказал он, и принцесса поморщилась. — Никто не должен знать, что мы здесь.       — С тобой скучно, — надулась Азула.       — Может, нам повезет, и придется удирать от местного гарнизона? Как тебе такое веселье?       — Ха-ха, — сухо сказала она. — Будь осторожен.       — Ты тоже. Скоро увидимся.       — Надеюсь. Тут холодно и я ненавижу ждать.       Сокка приподнял воображаемую шляпу и побежал в шахту, легко отодвинув металлическую ограду у входа. Оглянувшись, он увидел, как Азула прячется за большими тележками с углем.       Глубоко вздохнув, Сокка поднял фонарь и прошел в шахту вдоль металлических рельс, проложенных вглубь туннеля. Свет фонаря отбрасывал мерцающие тени на потолок, освещая грубые каменные стены, поддерживаемые деревянными балками на определенных участках. В этой части уголь был уже выработан, но, чем дальше шел Сокка, тем чаще виднелись пласты, пока весь туннель не стал покрыт этим материалом.       Угольная пыль была повсюду, оседая на ботинках и коже с каждым шагом. Чем дальше он спускался, тем уже делался проход и становилось тяжелее дышать.       Сокка знал, что двадцать минут почти истекли, но продолжал идти. Как далеко заходит этот рудник? Шахта была открыта давно, так что он не сомневался, что рабочие Народа Огня успели сильно углубиться, чтобы добыть топливо для кораблей и городов.       Наконец он добрался до своего рода пещеры с множеством деревянных балок, поддерживающих потолок. Отсюда расходились четыре туннеля. Жалкий свет фонаря едва справлялся на фоне окружающей тьмы.       — Тайный туннель… Тайный, тайный туннель, — невнятно пропел Сокка себе под нос и поморщился. Теперь это застрянет у него в голове на несколько дней.       Он поднял фонарь, прикидывая какое количество взрывчатки может понадобиться, чтобы обрушить проход. Судя по всему, достаточно было поджечь пласт угля, чтобы взорвать всю систему туннелей. Огонь — даже так глубоко под землей — будет гореть годами, может, быть даже десятилетиями.       Возможно, именно этого и хотели Демоны Дыма. Разрушение шахты не нанесет такого ущерба, как пожар. Он мог распространиться по всему острову, сделав местность непригодной для жизни.       Местным придется закрыть другие шахты и покинуть деревни. Народ Огня будет ослаблен из-за нехватки угля. Флот станет бесполезным.       Сокка помнил, с каким ужасом отреагировала Азула, когда поинтересовалась его мнением насчет миссии.       Он знал, что, работая под прикрытием на Демонов Дыма, им придется совершать ужасные поступки. Наверняка причинение экологической катастрофы целому острову еще не худший вариант. Если они не выполнят задание и откажутся следовать приказам, значит, они бесполезны, и их можно пустить в расход. От их действий зависит безопасность Азулы, Зуко, Суюки и кто знает, скольких еще людей.       При этой мысли Сокку затошнило. Он провел рукой по одной из балок, затем приоткрыл дверцу фонаря.       Переходя из одного туннеля в другой, Сокка наблюдал за пламенем. Во втором справа проходе фонарь начал потрескивать от малейшего дуновения ветра. Скорее всего, там был выход или, по крайней мере, открытое пространство.       Впрочем, это не имело значения. Все равно шахта будет разрушена, как только они украдут взрывчатку со склада. Оставалось только придумать, как сделать это незаметно…       Прокручивая в голове варианты, Сокка начал подниматься обратно к выходу, чтобы поделиться с Азулой полученной информацией. Погруженный в свои мысли, он не сразу понял, что огненно-красный свет впереди исходит не от фонаря.       А затем услышал крик Азулы.

***

      Сокка опаздывал.       — Черт бы его побрал, — пробормотала Азула, нервничая. Может быть, туннель был слишком длинным. Или он заблудился. Возможно, Сокка упал в какую-нибудь яму и теперь ранен. А может, уже и мертв.       Принцесса сделала глубокий вдох, пытаясь подавить нарастающую панику.       Дыши. Просто дыши…       Она зажмурилась и представила голубые глаза Сокки, спокойные, серьезные, настоящие, такие настоящие. Азула почти почувствовала его руку на своей, крепко державшую и привязывающую к реальности так, как ничто другое, даже боль от порезов.       Она размеренно дышала, сосредоточившись на пении ночных птиц и свежем прохладном воздухе. Сокка был настоящим. Так же как ночной воздух, птицы и запах угля.       Успокоившись, Азула открыла глаза и сразу же вздрогнула, судорожно вздохнув.       Она была не одна.       Перед входом в шахту, склонив голову набок и уперев руки в бока, стоял человек. Он подпрыгивал на месте от возбуждения, пока Азула моргала и пыталась понять, был ли он реальным или нет.       Она не заметила его появления. Откуда он взялся? Неужели это еще одна мучающая ее галлюцинация?       Принцесса присела за одной из тележек, судорожно размышляя. Она впилась ногтями в потные ладони, надеясь, что шок от боли избавит от очередного видения.       Только не сейчас. Азула не могла позволить этому случиться. Не тогда, когда Сокка нуждался в ней.       — Не будь настоящим, не будь настоящим, не будь настоящим… — прошептала она, часто моргая. Но мужчина по-прежнему стоял перед шахтой. Не было никакого способа предупредить Сокку, что они не одни.       Азула наблюдала, как незнакомец широко раскинул руки. Он был одет в темный плащ, цвет которого — черный или темно-красный — было сложно определить в темноте. Он был худощав, мускулист, среднего роста и обладал короткой щетиной, но подробнее рассмотреть лицо мешал капюшон.       Кем бы ни был этот человек, он был настоящим. В отличии от него галлюцинации всегда знали где найти принцессу, чтобы шептать ей ужасные вещи. Пытать ее.       Незнакомец же понятия не имел, что она здесь. У Азулы поползли мурашки по спине. Кто он такой? Что делает здесь так поздно, когда шахта закрыта? Его одежда отличалась от формы солдата или шахтера.       Может, он был из руководства. Или ночной сторож. Возможно…       Азула замерла, когда мужчина создал две пригоршни ярко-оранжевого пламени. Огонь освещал вход в шахту, делая его еще больше похожим на голодную пасть, готовую проглотить ее.       Она вздрогнула, когда раздался громкий и счастливый смех. До принцессы не сразу дошло, что он исходит от незваного гостя. Ее сердце гулко колотилось, пока она наблюдала за хохотавшим, в руках которого бешено плясало пламя.       Азула напряглась, готовая выскочить в любой момент из укрытия. И когда она решила сделать это, мужчина резко обернулся, одарив ее зловещей улыбкой.       — Я вижу тебя! — рявкнул он, посылая струю огня в нагруженные углем тележки. Те вспыхнули с таким протяжным треском, что заглушили вскрик Азулы. Отшатнувшись, она больно ударилась головой и локтями; рот заполнил вкус крови, а чужой смех лишь нарастал… Она попыталась призвать инстинкты той, кем когда-то была: опасной, холодной и смертоносной.       Азула поднялась, ее руки охватило синее пламя. На краткий миг разум вырвался из всех оков и стал удивительно чист. Она поморщилась, почувствовав стекающую по подбородку кровь. Паленый запах вокруг был таким едким, что слезились глаза.       — Ну давай! Давай поиграем, — крикнул он сквозь завесу разделявшего их дыма. — Я знаю, ты где-то там.       Она осторожно обошла ближайшую горящую тележку и попыталась разглядеть вход шахты. Нужно оказаться там как можно скорее. Надо предупредить Сокку.       — Сегодня вечер развлечений? — буркнула она, и горло моментально разодрало кашлем, но Азула приложила все силы, чтобы его подавить.       — Да. Но я не ожидал, что у меня будут зрители, — ликуя, ответил он, и это насторожило Азулу даже больше огненного выпада. Ему явно пришлась по душе идея быть застигнутым врасплох — неважно, что он собирался тут делать. — Здесь все мое, все мое, мое, мое…       Принцесса скрежетала зубами, гадая куда бы деться. Она решила временно погасить огонь, чтобы не выдавать своего присутствия.       — Кто ты такой?       — А ты кто такая? — парировал он, прекратив распевать нелепую песенку. — Мертвая девка — вот, кто такая. Выходи, поиграем. Хочу поиграть, хочу поиграть, хочу поиграть…       Его голос странным образом звучал одновременно жалобно, по-детски умоляюще… и похотливо. У Азулы перехватило дыхание. Она скривилась от прилива желчи, выискивая его фигуру.       — Я пришла сюда не для того, чтобы играть.       Все ее тело разом охватила горячая щекочущая волна. А потом с пальцев сорвалась хлесткая молния, яркая и трещащая так сильно, что волоски на коже поднимались.       Молния почти задела его ноги, но человек успел быстро перекатиться в сторону. Заряд погас, стихло шипение, Азула снова напряглась. Следом за молнией рванули струи пламени.       Неожиданный взрыв застиг ее прямо из-за спины. Не успев создать щит, Азула отлетела в стенку бункера, да так сильно, что услышала треск ребер. От удара весь воздух выбило из легких. Вскрикнув, она тряпичной куклой свалилась в угольную кучу.       Ноги увязали в черной рыхлой массе, в боку пекло, а воздуха катастрофически стало мало. Барахтаясь, Азула тут же оказалась в нем: в своем старом кошмаре.       Поглощенная землей.       В ловушке.       Не сдвинуться с места.       Губы липкие от крови.       Веки тоже залиты кровью.       Грязь забивает рот, уши, не дает дышать.       Ноги не свести.       Смех.       Треск одежды.       Боль.       Так много боли…       — Нет! — обессиленно закричала она, и это сразу выдало ее. Метнувшись в ее сторону, мужчина ударил огненной волной в угольную кучу. Шипя, пламя охватило Азулу. Вырвавшись, она отползла вбок, соскальзывая и ломая ногти о каменную породу.       — Я не знаю, кто ты и зачем ты здесь, но ты мне мешаешь, — прошипел он и прыгнул в горящую кучу, не боясь увязнуть в ней. Азула гневно хлопнула по своей штанине, гася пламя. Быстро восстановив равновесие, незнакомец чуть развел руки в стороны, и пламя медленно потянулось к его пальцам, ластясь, словно зверек.       Огонь высвечивал его лицо, но широко распахнутые глаза и жадную ухмылку разглядеть не составляло труда.       Азула знала этот взгляд. Она уже видела его прежде.       — Разве ты не хорошенькая? — облизал он губы. — Увы, ненадолго. Ведь я сожгу тебя. Сожгу, сожгу, сожгу, сожгу…       Ощупывая гравий ободранными ладонями, Азула пятилась и не отводила от него взгляда. Ребра и нога горели от боли, сердце бешено колотилось, но паниковать было нельзя. Нельзя, иначе она умрет. Она встала, оскальзываясь, ударила его мощным потоком огня, который он отбил. Пока мужчина рассеивал жар удара вокруг себя, Азуле почти удалось добраться до входа шахты. Развернувшись, она снова окатила его волной огня и устремилась внутрь.       Неужели он демон дыма? Иначе как объяснить его желание разрушить шахту, так похожее на их с Соккой задание…       — Не люблю, когда убегают, — обиженно заявил он и, подхватив тлеющий каменный уголек, запустил его в Азулу.       — Кто ты?       — Светлячок, светлячок, улетай поскорей, оставляя позади только крики детей, — протянул он сквозь зубы, снова нападая на нее. Азула пригнулась и послала сгусток огня ногой — предназначенная ей сфера просвистела мимо. В то же время по рельсам прикатилось больше тележек, и Азула поняла, что опоздала…       Хохотнув, мужчина направил стену огня прямо в шахту. Раздался взрыв, со скрипом раскололись тележки и обломки полетели во все стороны. Незнакомец все хохотал и прыгал на месте, хлопая в ладоши, словно ребенок, впервые увидевший фейерверк. Поднялась густая завеса дыма, и разглядеть, что происходило сейчас в шахте, не представлялось возможным.       И вдруг она услышала крик:       — Азула!       — Сокка! — она метнулась за остатки разрушенной взрывом ограды и поползла по развороченной кучи из обломков и камней. — Убегай!       — Убегать? Но нам же так весело. Тем более у нас появился новый игрок!       Он снова послал протяжную волну огня и, когда Азула развернулась, чтобы создать щит, ее отбросило вглубь шахты так просто, словно она ничего не весила. Упав пластом, она содрала кожу на подбородке и точно обзавелась еще парой-тройкой синяков.       Из темноты шахты вынырнул кашляющий и ссутулившийся Сокка. Она поняла это только по бледным в густом дыму отблескам фонаря. Азула даже не успела вымолвить и слова, как новый удар обрушился уже на него.       Бросив фонарь, он живо отскочил влево, одновременно с этим извлекая из сапога кинжал. Миг — и он метнул его в незнакомца. Тот вскрикнул и, покачнувшись, схватился за бедро. Немедля выдернул лезвие из ноги, и по штанине обильно заструилась кровь…       — Сожгу, сожгу, — спокойно приговаривал он, даже не изменившись в лице. — Сожгу вас заживо.       Сердце Азулы застучало, как ненормальное. Превозмогая боль, она попыталась встать — благо Сокка оказался рядом и потянул ее наверх. Он достал еще один кинжал, и Азула попыталась сконцентрироваться на создании молнии.       Они даже не сговаривались — все получилось само собой. Молния сорвалась из ее пальцев следом за посланным в полет кинжалом. Но и незнакомец не медлил. Он вскинул руки, поднимая стену огня, и тут же раздался треск балки.       Свод шахты дрожал несколько мгновений, прежде чем обвалиться. Крикнув «бежим», Сокка подобрал фонарь и рванул в сторону туннелей. Поднялась угольная пыль, вызывая сильный кашель. Глаза почти ничего не видели в вязкой мути вокруг — лишь слух улавливал грохот камнепада, подсказывая куда бежать не следовало. Балки трещали и раскалывались одна за другой. Один камень прилетел в плечо Азулы. Она споткнулась и едва не растянулась на земле, если бы Сокка с силой не поволок ее за собой. Вскоре они оказались прямо в центре шахты, разбивающейся на туннели. Сокка быстро огляделся по сторонам; его лицо было перемазано в саже, и только белки глаз выдавали его присутствие в темноте.       — Туда! — рявкнул он, но не успел сделать и трех шагов.       Очередной обломок попал ему прямо в голову. Азулу окатило кровью. Отплевываясь и кашляя, она перехватила его тело почти у самой земли. Ноги дрожали и не желали слушаться, плечо и ребра горели дичайшим огнем, а Сокка был слишком тяжел. С трудом она тащила его за собой, пока камни позади перекрывали всякую дорогу на выход. Сделав еще пару рывков, Азула разжала пальцы и упала рядом с Соккой. Все потонуло во тьме.