Тема-1: Мидория Изуку (Злодей Деку)

Машина продолжала работать в течение нескольких дней, останавливаясь, только когда Курогири думал, что Изуку слишком больно. Он бы остановил процесс, но Изуку смотрел на него с просьбой «Не останавливай сейчас!» Он отказался сдаваться на полпути. Курогири с сожалением включил машину, и крик снова начался. В конце концов, он прекратился, но только потому, что Изуку потерял голос и отключился. Раны, которые он получил, изо всех сил пытаясь вырваться из оков, что удерживали его, он постарался быстро обработать, так как не знал, когда Изуку проснётся в следующий раз. Это продолжалось в течение четырёх дней. Независимо от того, насколько Изуку утверждал, что он не хотел помнить, кем он был, в глубине его всё ещё была небольшая часть, которая не могла заставить себя отпустить это. После, казалось бы, бесконечных пыток, машина наконец-то выключилась навсегда. Изуку открыл глаза и прыгнул. — Т-ты кто? — спросил он хриплым голосом, после чего вздрогнул и посмотрел вниз. — П-подожди… кто я? — Изуку Мидория. Мы — Лига Злодеев, а ты один из нас, — сказал Шигараки. — Ты нас не помнишь? Без предупреждения Изуку рассмеялся. Это было жутко и неуместно, он никогда не смеялся так долго: — Извините, Лига Злодеев? — он засмеялся сильнее. — Какое глупое название. — Изуку… — Почему у меня болит голова? Я не чувствую своих рук. Почему я попал в ловушку. Я твой пленник? — он снова засмеялся. — Ребята, вам действительно нравится мучить… — он посмотрел вниз на свою рубашку. — Изуку, ты часть нашей команды. Курогири был удивлён тем, как Изуку вёл себя. Это было совсем не так, как раньше. Он думал, что что-то подобное могло произойти. Его прошлое сделало его тем, кем он был, но теперь, избавившись от него, он снова был как маленький ребёнок. Он продолжал говорить прямо, без остановки. Курогири начал расстегивать ремни машины. — Ух ты, чувак. Что ты делаешь? — Отпускаю тебя? — О, ладно. Просто хотел убедиться, что ты больше не будешь делать мне больно. — Изуку, мы сделали это, потому что ты этого хотел. Шигараки пнул меня. — Не напоминай ему о прошлом. Он может вспомнить снова и всё повторится. Курогири ослабил оковы Изуку и помог ему встать. Мальчик слегка поморщился, скорее всего, из-за голода, несмотря на попытки Курогири накормить его. Он выглядел более худым, чем был раньше. Изуку тяжело опирался на него. — Мы дадим тебе что-нибудь съесть, а потом тебе следует принять душ. — Как мне принять душ? Курогири обеспокоенным взглядом посмотрел на Изуку: — Изуку, ты что-нибудь помнишь? — Да, но не тебя. Я помню, как говорить, не так ли? — Что ещё? Изуку ненадолго задумался. — Хм… как пользоваться пистолетом? Алгебра? Как рождаются дети? — Хорошо, не очень полезно, но, по крайней мере, ты помнишь как стрелять. Они добрались до бара. Курогири посадил Изуку за стойку. У него была мысль. Он взял бутылку вина и спросил: — Ты можешь это прочитать? Изуку тупо уставился на бутылку. — Я могу прочитать несколько слов, но большая часть из них — бред. Курогири напевал и принялся готовить отвар. Он предположил, что Изуку не сможет употреблять много еды прямо сейчас. — Скажи мне, если помнишь что-нибудь ещё. Размахивая ногами и напевая, Изуку казался беззаботным. Он вёл себя намного моложе, чем был. Прежде чем он потерял свои воспоминания, он был достаточно зрелым для своего возраста. — Ты мой папа? Курогири не был готов к этому вопросу: — Хм… нет. — Тогда кто ты? Хороший вопрос. Курогири на самом деле не задумывался о том, кем он был для мальчика. Это было «я… твой сенсей». Это не было ложью, так как Курогири учил его основам японского и математике, пока не выучил. — Сенсей? Я не думаю, что это правильно. Кто тогда мой отец? — Мы не знаем этого Изуку. — О, ладно. Он так легко принял это… Курогири не думал, что в данный момент у него есть умственные способности, чтобы понять, о чём он говорит. С этим ребёнком было трудно иметь дело, прежде чем он станет гораздо умнее. — Ты собираешься дать это мне, или мне просто придется вырвать его из твоих холодных, мёртвых рук? Курогири оглянулся. Он закончил готовить бульон, но был поглощен размышлениями. Лицо Изуку исказилось. Что-то изменилось и в его голосе. Курогири протянул мальчику бульон, и Изуку выпил его прямо из чаши, вздрогнув, когда ожёгся. — Осторожно. Изуку посмотрел на него: — Что? — Пойди, найди душ и научись им пользоваться. Он ушёл, прежде чем Курогири успел его остановить. Он надеялся, что мальчик не слишком затеряется в укрытии. После того, как он ушел, вошел Томура. — Он в порядке? — Мысленно он нестабилен. Скучает по жизненно важным вещам в своей памяти. Также вероятно, что у него нет стержневой индивидуальности. Нет зрелости, и ему, кажется, трудно думать прямо. — Да. По крайней мере, он этого не делал. Хотя и не потерял бы его полностью. Тогда он был бы бесполезен. — Шигараки постучал пальцами по стойке. — На самом деле вопрос в том, можем ли мы ему доверять?  — Я не уверен. — Курогири налил Томуре коктейль. — Надеюсь, это не было ошибкой. — Да. Сенсей говорил мне, что ребёнок может быть ключом к уничтожению Всемогущего. Курогири кивнул. — Знаю. Думаю, нам просто нужно научить его вещам, которых он больше не знает. — Это слишком для меня. Веселитесь. Позвони мне, когда он снова станет нормальным человеком. Хорошо? В этот момент раздался крик. Это был Изуку. Курогири пошел посмотреть, что это было, но Изуку уже бежал по коридору, с полотенцем на талии. — Там горячо! Курогири вздохнул. Это займет некоторое время.