Memento mori

      Взоры всех людей и нелюдей были направлены исключительно на меня. Ощущение не из приятных, если учитывать тот факт, что каждый достал что-то из оружия, и ожидал момента напасть. Всё, что я мог сказать в подобной ситуации: — Это не я. «Беги.» — посоветовал мне Вик. — «Мат Азура»! — тут же использовал я заклинание на землю, превратив её в зыбучий песок, но оставив узкую дорожку из земли.       Не замедляясь ни на секунду, тут же последовал совету. Пришлось использовать заклинание, чтобы хоть как-то обездвижить людей. Жалко, что не я один умею пользоваться магией. В толпе нашлись маги Куро и они тут же всё исправили. А я убегал, и одновременно пребывал в шоке от того, что в стрессовой ситуации, мне удалось за секунду то, что до этого совсем не получалось. «Два дня, Карл! Два дня ты со мной и я уже хочу тебя выселить!» «За что ты на меня злишься? Я не знал, что так будет.» «Зачем было её трогать?!» «Мне просто захотелось!» «Приключений на пятую точку тебе захотелось! Обернись, тебя уже догоняют!»       Как только обернулся, увидел разъяренную толпу наступающую мне на пятки. — Ох, ты ж!!! — крикнул я, прибавляя обороты. «Тебе повезло, что за сегодня, мы ещё не все заклинания потратили. Ты ужасно убегаешь, нас так схватят.»       Вик насильно взял на себя контроль и за мгновение заметно увеличил скорость. Похоже, я очень мало знаю о способностях этого тела. — «Сакан Гелиодор»! — вдруг применил Вик и взмыл в небо примерно на десять метров.       Когда он произнёс заклинание, то прыгнул под небольшим углом, но достаточным, чтобы потом приземлится на крышу дома. Приземление получилось слегка жестковатым, но, к счастью, кости были целы. Вик тут же встал и побежал дальше по крышам домов. Не сказать, что дома в городе очень близко прилегают друг к другу, но расстояния в пару метров не проблема для беглеца под адреналином. Большая часть толпы, по-прежнему бегала по улицам города, но некоторые, более опытные индивидуумы, последовали за Виком по крышам домов. К большому сожалению, это Халфы Арахны, и они обнажили не только свои мечи, но и хелицеры. «О Боги, Вик, что нам делать?!» — Заткнись, мне не до тебя сейчас! — крикнул Вик, продолжая убегать.       К несчастью, этот город не настолько большой чтобы убежать от такой погони. В какой-то момент, дома кончатся, и нам придётся убегать в пустыню. А Вик тем временем, приближался к Городской Гильдии. Я без понятия, что он задумал, но если это поможет нам выжить, то мне следует поддержать его. «Что ты задумал Вик?» «Ничего. Я просто убегаю. Что я, по-твоему, могу придумать в данной ситуации?!» «У тебя нет плана?! Тогда почему бежишь к зданию Гильдии?» «Я просто бегу туда, куда глаза глядят! Не мешай мне сейчас!» «Может нам Старика поискать?» «Да что он может в такой ситуации?» «Он же свой здесь, вдруг ему удастся вразумить всех этих людей?» «Возможно… Вот только где он сейчас? Есть идеи?» — Прекратите погоню!!! — наш внутренний разговор прервал громкий, волевой, но женский приказ. На удивление все вмиг прекратили гнаться за нами. — Что вы, словно дикари какие-то?! Что случилось? — потребовала она ответа.       Приглядевшись, мы смогли разглядеть лицо человека отдавшего приказ, это была Фелин. Кто-то из толпы решил ответить на её вопрос. — Этот поддонок уничтожил оболочку Альмадин, теперь её гнев падёт на нас из-за него! — Да, точно! За такое его казнить надо! — поддержала толпа смельчака. — Обождите с казнью, может что-то случилось и мальчик вовсе не виноват. Давайте выслушаем его версию произошедшего. Вик, расскажи, что произошло? — направила Фелин свой взгляд на нас. «Вик, нам надо спуститься. Нужно объяснить им, что мы не виновны.» «Я не виноват в том, что произошло. Это всё ты и твоё любопытство, вот сам и разбирайся. Если, что случится, я опять сбегу. Удачи!»       Вик оставил на меня переговоры и стал просто наблюдать. Я же, спокойно слез с крыши дома и подошёл к Фелин. Тяжело вздохнув и собравшись с мыслями, начал всем рассказывать свою точку зрения: — Я, правда, ничего не сделал. Лишь подошёл к той ледяной скульптуре, потому что её облик мне кого-то очень сильно напоминал. Я только кончиком пальца к ней прикоснулся и она растаяла. Не знаю, как это вышло, но я не применял магию. Когда я хотел всё объяснить, на меня накинулись с ножами, когтями, клыками и т.д. и т.п. — изложил я всем свою версию событий. — Что за чушь ты нам сейчас втираешь? Ты чужеземный диверсант, посланный нам всё тут уничтожить! — заявил незнакомец из толпы, на что остальные одобрительно крикнули. — Спокойно! Позвольте мне самой разобраться, ведь я в ответе за этого мальчика. Вик, ты сказал, что лицо Альмадин тебе знакомо, поэтому ты решил посмотреть на неё поближе. — Да. Всё так и было. — Но у Богов исключительная внешность, их лица не могут быть похожими на кого-то из смертных. Как ты объяснишь тот факт, что видел Богиню раньше, или ты нам солгал? — с подозрением смотрела на меня Фелин. — Помнишь, я рассказывал, как получил свои имена? — от этого заявление, Фелин посмотрела с недопониманием, но после кивнула. — Так вот, Альмадин явилась ко мне во сне и подарила мне одно из имён, мне так кажется. Иначе, где бы я ещё смог повстречаться с Божеством? — Бред какой-то! Зачем Богине являться во сне к беспризорнику?! — возмутился один из тех, кто преследовал нас по крышам. — Действительно, зачем? — театрально изобразила Фелин недоумение. — Быть может это замысел Божий? Или вы хотите сказать, что вы, обычные смертные, можете осуждать или поддавать сомнению Божественные решения?! — люди переглянулись, — Доказательством его слов служит двойное имя и потолок, а что есть у вас? — красноречивые слова Фелин заставили народ сомневаться и перешептываться. — Но Жрица, вы уверены, что это воля Богов? Почему же оболочка Альмадин была уничтожена? — выступила женщина из толпы. «Так она Жрица Альмадин?» «Я удивлён, не меньше тебя, Карл.» — Безусловно, как только Альмадин убедилась, что её подопечный здесь, необходимость идти на совет отпала, — без тени сомнений заявила Фелин. — Так значит, Альмадин передала право идти на совет этому мальчику, и он теперь пойдёт на совет Богов вместо неё? — предположила та женщина. — К-Конечно! Карл-Вик пойдёт на совет Богов от имени Альмадин, — с гордостью заявила Жрица. «Стоп! Как так вышло?!» «Ха! Видимо, нам таки не избежать Божьей кары!» «Это не смешно, Вик. Нас же просто уничтожат, без шанса на перерождение!» «Тогда убеди Богов в нашей правоте так же красноречиво, как и Фелин.» «Почему ты вдруг стал таким весёлым? Сейчас не до веселья.» «Просто забавно смотреть на то, что происходит. Я думал, что умру и на этом всё закончиться, но тут явился ты и всего за два дня, успел затащить мне в самую глубокую сортирную яму, которую только нашёл. Я вот теперь думаю, если выйдем в мир, ты сможешь там найти что-то покруче казни от руки Богов?» «Уверен, что — да.» «Хах! Превосходно!»       Закончив обсуждение с другими людьми, у той женщины сразу посветлело лицо. Она с улыбкой, полной воодушевления, сказала: — Если это говорит Жрица, у нас нет права на сомнение. Мы смиренно примем сей факт, и поможем достичь желаемого. Когда Карл-Вик отправляется в путь? — Как только закончатся все необходимые подготовки. Не стоит забывать, что Карл-Вик, хоть и является посланником Бога, в первую очередь, он живой человек, — со спокойствием в голосе ответила Фелин. «Живой? — Да. Человек? — Ну, почти.» — Как скажете, Госпожа Жрица, — поклонилась ей та женщина, и её примеру последовали все остальные. — Вы свободны и да оберегает вас чистота Альмадин, — после последних слов Жрицы, весь народ, со спокойной душой, вернулся к празднованию. «Меня мучает один вопрос. Тут на все праздники люди с собой оружие берут?» «Они с ним не расстаются.»       Фелин резко взяла меня за руку и потащила домой. Я чувствовал, как дрожали её руки и как сильно она переживала. — Фелин, я… — Молчи. Не говори ничего. Дома поговорим, — дрожащим голосом перебила она меня.       Мы молча шли по улицам, пока не добрались до дома Старика. Как и ожидалось, в столь поздний час, но в столь значимое для города время, его нет дома.       Как только зашли в дом, сразу пошли на кухню, сели за стол, и Фелин начала сверлить меня взглядом. — Карл, расскажи мне, что случилось? — скрестила она руки у груди. — Я рассказал всё на улице, это была правда. Однако, почему ты зовёшь меня Карлом? — заподозрил я неладное. — Потому что Карл и Вик это разные люди. — И как ты пришла к такому выводу? — Человек не меняется столь сильно лишь из-за настроения. Я пока не знаю как, но в храме у меня было откровение, и я поняла, что Вик и Карл это разные люди. — И что теперь будешь делать? — спросил я, предварительно сглотнув и подготовившись к худшему. — Не переживай, всё уже сделано. Если ты не пойдёшь на собрание Богов, меня обвинят в богохульстве и казнят. Если бы я была простой жительницей, меня бы помиловали или просто наказали работой, но я — Жрица и не имею право на подобное. Я поговорю с Рамиром и помогу тебе. Надеюсь, мои догадки на твой счёт не ошибочны и ты хороший человек? — Конечно я хороший, но я не хочу умирать, понимаешь? — Не волнуйся, Боги милосердны и понятливы. Они не станут убивать невинного человека, просто не обманывай их, они этого не прощают, — успокаивала меня Фелин. — Спасибо, что веришь в меня, Фелин. Я не разочарую тебя. Это была моя ошибка и мне её исправлять. А теперь, я пойду спать. Завра же отправлюсь в путь, хоть и не знаю, куда и как далеко, — я встал и направился к двери в коридор. — Нейтральный Остров в Одиноком Океане. Собрание будет ровно через месяц, — предупредила она меня. — Думаешь, я успею? — Ну, это не невозможно. — Очень воодушевляет. Спокойной ночи, Фелин. — Спокойной ночи, Карл.       После этого, я лёг спать и заснул крепким сном.

***

      Не знаю, как так вышло, но проснулся я, этим прекрасным утром, на заднем дворе дома Старика. Напротив меня, на кортах, сидел какой-то мужик с жутким перегаром, но в богатой на вид одежде. Тоже из тех, кто косит под ковбоев, и всё же одёжка у него на вид из чего-то редкого, я такого не видел. Кожаные сапоги, тёмные брюки с револьверами у пояса, белая рубашка, жакет горчичного цвета из непонятного животного, плащ и шляпа, создавали его образ похожего на грозного Джона Уэсли Хардин*. Но больше всего меня удивила его голова. Я уже привык немного к этому миру, однако халфы всё ещё непривычны для меня. Этот по виду халф — кот, ибо у него голова огромного и чёрного кота. Золотые глаза смотрели на меня с презрением, словно я не достоит и жизни на этой планете. — Долго ещё спать собираешь? Вставай, ничтожество! — крикнул он, пнув меня ногой в живот.- Я теперь твой учитель по магии Яшмы. Моё имя Донконг, запомни это хорошенько и не коверкай. — Ты совсем спятил, бить меня в живот? Это насилие над детьми! «Карл, этот халф — работорговец! Помнишь, те двое назвали его имя и говорили, что он их ждёт?» «Я и забыл. Мне нелегко запоминать все эти ваши, названия и имена. Я еле имена Богов запомнил.» «Короче, не расслабляйся рядом с ним!» — Так, значит, теперь вы мой учитель? С чего начнём урок? — С порки, — сказал Донконг, и, применив заклинание «Мат Яшма», швырнул в меня огненный шар.       За всё время, что я тренировался, а это два дня, я успел запомнить только одно боевое заклинание, о котором мне рассказывал Старик. Это «Сакан Альмадин, Мат Гелиодор», проще говоря, ледяной щит, что я собственно и применил.       Я просто в шоке от того, как мне везёт в критические ситуации с заклинаниями. Как и вчера с Азурой, стоит мне хорошенько напугаться и у меня всё получается. Думаю, это всё из-за адреналина. Не хочу знать, что будет, когда его действие пройдёт.       Огненный шар врезался в щит и исчез, но тут же на его месте появились ещё три шара, так что щит разбился, и мне пришлось уклоняться. Мою руку задело пламенем, по самое плечо, она дико болела и ныла, но я применил «Сакан Альмадин» к воде в моём организме и исцелился. Честно признаться, я не знал, что так тоже можно, только предполагал. — Похоже, Рамир тебя обучил своей магии. Ты не так уж и плох, мелкий. — Я даже лучше, чем ты думаешь!       После этих слов, вокруг Донконга появились множество мелких огоньков, что парили в воздухе, потом в мгновение исчезли. Его хвост весело извивался из стороны в сторону, словно предвкушая забавное шоу.       Я не понял, что произошло, может заклятие не удалось? Решил подойти чуть поближе и зря это сделал. Те огоньки стали невидимыми и распространились по всему двору. Одно неверное движение и они взрывались. Я тут же себя исцелил, но надолго меня не хватит. — Сколько ещё у тебя заклинаний Альмадин? Небось, уже исчерпал всего себя?       Я сконцентрировал всё своё внимание на ноги, свои и его. — «Мат Азура»! — крикнул я заклинание, и вся земля во дворе превратилась в движущийся, зыбучий песок. Мы быстро начали тонуть. — И что теперь? Ты тоже обездвижен и тонешь. — «Сакан Гелиодор»! — и я выбрался из песков, воспарив над ними на пару сантиметров. — Думаешь полетать? Это заклинание на начальных уровнях почти бесполезно. Всего секунда парения. — Мне хватит. «Мат Яшма»! — теперь я расплавил песок под своими ногами и превратил в жидкое стекло. Не теряя времени, тут же произнёс своё последнее заклинание Альмадин на сегодня. — «Мат Альмадин»!       Пролился короткий, но невероятно сильный ливень, остудил стекло и ещё больше погрузил Донконга в мокрый песок. Теперь, я стоял на стеклянной платформе, а мой оппонент по грудь в песке. — Впечатляет! Я слышал от Рамира, что твой потолок на Альмадин — четыре, да? Эта была последняя, я считал. — И что с того? Ты не можешь двигаться. Ты проиграл! — А вот и нет. «Мат Яшма»!       Вокруг Донконга появились маленькие, светящейся точки, а потом, за одно мгновение, словно пули, все прошли сквозь меня. «Вик, твоя очередь.»       Мы поменялись местами так быстро, как только смогли. — «Сакан Альмадин»!       Вик применил исцеляющее заклинание и все раны зажили. — О! Так это и есть тот самый двойной потолок? Не думал, что это правда. Я даже вижу, как твой взгляд изменился, ты стал таким грозным, словно другой человек. Мне вдруг стало так интересно, что ещё может сопляк, вроде тебя?!       Из наших сильных, но лёгких, боевых заклинаний есть только Альмадин и Гелиодор. Но они, всё равно слишком слабые. Нет другого выхода, кроме как применить всё что знаем. — «Мат Альмадин, Мат Гелиодор»! — вложив всю силу крикнул Вик.       В сторону Донконга двигался неистовый поток воды и льда. Если он доберётся до него, то ему не жить. Но противник лишь усмехнулся: — «Сакан Яшма»!       Вокруг Донконга сформировалось пламя и защитило его от льда, испарив всю воду. — Я научу тебя нападать, мелкий. «Сакан Яшма, Мат Гелиодор»!       Вокруг Вика появилось неистовое пламя, и даже применив «Мат Альмадин», не удалось его потушить. Вик потерял сознание от болевого шока от полученных ожогов.       Мы проиграли свой первый бой и сильно пострадали. Рамир нас вылечил, но на нашей гордости остался глубокий шрам.       Я очнулся только к вечеру, Вик даже не отвечал мне. Услышав чей-то разговор, решил послушать и подошёл как можно ближе к кухне, месту беседы. — Что скажешь? — по голосу понятно, спрашивает Старик. — Какой-то он мутный. Слишком хорошо он применяет магию, для порога в четыре заклинания, — этот — Донконг, я так думаю. — Да, я знаю, мне это тоже кажется странным. — Что тут странного? Я просто испугался за свою жизнь и лупил, что есть мочи. В обычной ситуации, я такое не повторю, — вступился я за себя, заходя на кухню. — Допустим. Но сахар то ты делаешь не от страха, — повернулся ко мне Старик. — Я просто знаю, как он устроен на более высоком уровне. Вот и весь секрет. Детальнее чем я, знать о сахаре может только Бог, и то не факт. — Как самоуверенно. Мне нравится! — улыбаясь, выдал Донконг, — я берусь за это дело. — Какое дело? — поинтересовался я. — Донконг — мой старый, добрый приятель. Он согласился сопроводить тебя до места собрания Богов и быть тебе учителем, пока не вернётесь оттуда, — пояснил Старик. — Если вернёшься оттуда, — ехидно заметил работорговец. — Он вернётся. После такого, он точно по гроб жизни должен будет, — улыбаясь и потирая руки, ответил Старик. — Беда. Я, по ходу, только что кредит оформил, — на что оба старых друга рассмеялись. Ну, а мне не смешно…ни капельки. — Собирай вещи, малец, сегодня ночью мы выдвигаемся. И да, можешь звать меня учителем, понял? — Да. — Не слышу! — Да, учитель! — во всю мощь своего голоса выдал я в ответ. — То-то же! — Донконг встал и перед тем как пройти мимо меня, положил мне руку на плечо и тихо сказал. — Тебе повезло взбесить хомяка и заставить выкинуть тебя. Теперь он у меня больше не работает. Хотя, он вообще больше работать не сможет, — похлопав меня по плечу, тот ушёл посвистывая. «Жуть какая.» «И не говори.» «А ты когда проснулся, Вик?» «Да только что. И так, какие у нас планы на будущее?» «Как всегда, дожить до завтра.» «Но завтра это то, чего не существует.» «Это стимул прожить вечно. Ну, или, хотя бы, до завтра. Ха-ха!» «Оставь свои глупые шуточки. Похоже, Старик хочет отправить нас на тот остров и для сохранности привязал к нам учителя.» «Скорее всего, он переживает, как и за Фелин, так и за его вклад в нас.» «Нет нужды переживать. Фелин спасла нас от твоей тупости, я собираюсь отплатить ей тем же.» «Значит, мы делаем всё как от нас того и требуется?» «Да.» «Это будет мега эпичное путешествие. Я прям чувствую. Пятой точкой чувствую.» * Джон Уэсли Хардин — американский преступник, один из знаменитых стрелков на Диком Западе.