Цена счастья

Когда Дэрил облек в слова то, что и так крутилось в голове Кэрол последние двенадцать часов, она не выдержала и залилась слезами. Он начал суетиться вокруг неё, бормоча извинения и говоря, что он не то имел в виду и вообще сказал бред, но она только отмахивалась. Он кругом прав. Ей было проще зациклиться на деньгах, на работе, на каком-то там призрачном статусе в этой жизни, в городе и компании, чем пытаться разобраться с внутренним миром. Собственным и своих близких людей. Она так долго не замечала, что с Софией происходит неладное. Не день, не два и даже не пару месяцев. Все началось гораздо раньше. — Ну хочешь, я позвоню этой твоей и что там надо… извинюсь, — совсем уж героем возомнил себя Дэрил, усадив её за стол и с ужасом наблюдая, как на этом самом столе появляется целая гора салфеток, которые Кэрол использовала одну за другой, не в силах остановить слёзы. — Не нужно извиняться. Ты был прав. То есть ты был груб и так нельзя, но ты был прав. Она не понимает моего состояния и, наверное, не способна понять. Но войти в положение могла. Просто ей плевать на меня, — вздохнула Кэрол, впервые за три года признавая правду, которую она чувствовала, но всегда скрывала от самой себя. У них с Андреа не дружба. У них с Андреа рабочие отношения. Просто Кэрол получает свои деньги не только за выполнение служебных обязанностей, но ещё и за обеды, на которых Андреа делится с ней подробностями своей личной жизни — всегда радостными и блистательными — и сочувственно выпытывает подробности личной жизни Кэрол — невесёлые и полные сомнений. Кэрол хотелось иметь подругу, ведь Эд в свое время лишил её подобного счастья, а потом она и сама разучилась дружить, общаться, заводить новые знакомства. Но, наверное, дружба — это всё-таки что-то другое, не то, что происходит между ней и Андреа. Весь мир Кэрол разлетелся на осколки: она порвала с Дэрилом, который, несмотря на это, все равно был рядом, она имела все шансы потерять работу, она осознала, что подруги, той, которая так нужна, у неё нет и, возможно, никогда не будет. Но все это были такие мелочи по сравнению с пропажей Софии, что Кэрол нервно рассмеялась и покачала головой. — Может быть, когда вернётся София, я подумаю над тем, чтобы поискать другую работу. Но куда меня возьмут? — Куда угодно, — с такой уверенностью сказал Дэрил, что она взяла его за руку и благодарно пожала — кто бы еще так безоговорочно в неё верил. Ведь у самой Кэрол веры в себя до сих пор было не так уж много. Все это, весь её образ уверенной в себе самостоятельной женщины, был просто фальшивкой. Ей так и не пришлось ни разу ничего решать самой после того, как она сбежала от Эда, если не считать её отношений с Дэрилом. Андреа начала руководить всеми её поступками, ещё будучи её адвокатом. А потом просто предложила как раз освободившееся место своего секретаря. И Кэрол, которой страшно было подумать о множестве собеседований, где она будет мямлить, что не имеет ни малейшего опыта работы, тут же ухватилась за это тепленькое местечко. Да, работа была нервная, начальница частенько бывала раздражительной, Кэрол необходимо было всегда отлично выглядеть и порой задерживаться на работе, но её это устраивало — Эд приучил её к тому, что сладко в жизни не бывает. А ещё к тому, что она должна быть ведомой, и тогда все будет нормально. Пусть не хорошо, но нормально — зато стабильно. — Ты вообще можешь, вон, свою пекарню сделать или что там, кондитерскую… — кивнул Дэрил на запищавшую духовку: очередная партия печенья была готова. — Это сложно, — покачала она головой. — Очень сложно начинать своё дело, тем более я не уверена, что дело пойдёт, и тут мне никто никаких гарантий не даст. — Но тебе бы хотелось? — настаивал он. — Сейчас мне хочется видеть Софию. Все остальное такая ерунда. — Я знаю. Помолчав, Кэрол, чтобы не расстраиваться снова, все же задумалась над его словами. Мысль о том, что она сможет заниматься любимым делом, работая на себя и принося людям радость, была восхитительной и в то же время пугающей. — Мне бы хотелось, да, — медленно произнесла она, и он тут же вскинул на неё внимательный взгляд. — Но… слишком много но. — Я помогу, — вызвался Дэрил с такой готовностью, что слёзы снова вскипели на её глазах. И сейчас, в эти минуты, она уже совсем не понимала, почему вчера предложила ему уйти из своего дома. Да, она помнила, что он ни разу за эти три года не подарил ей ни одного цветка и вообще ничего не дарил, кроме пары шоколадок, в самом начале отношений трогательно оставленных на её подушке. Да, она помнила, что он не сказал ей ни слова о любви. Что никогда вообще не говорил о своих чувствах. Что скрывал большинство своих мыслей. Что порой бывал грубоват, что мог искренне обсмеять её новый деловой костюм, заявив, что она в нем нелепо выглядит… Да, всех этих мелочей было много и ещё вчера они казались очень важными. Но теперь важным было лишь то, что он, сейчас и здесь, рядом. И будет рядом, пока не найдётся София — в этом сомневаться не приходилось. — Ты ведь тоже не в восторге от своей работы, — сказала Кэрол, отойдя к окну: а вдруг прямо сейчас на дорожке покажется София, спешащая домой? — По сравнению с тобой, я от своей работы вообще тащусь. Мне там мозг так не имеют, как тебе. — Но и платят меньше, — рассеянно ответила она. И только когда Дэрил пробормотал что-то невнятное и вышел из кухни, Кэрол поняла, что, возможно, его это всегда и задевало, только он, как обычно, молчал. До обеда Кэрол маялась в четырёх стенах, берясь то за готовку, то за уборку, то за стирку и не заканчивая ни одно дело. Минуты тянулись бесконечно, нервы были на пределе, а новостей по-прежнему не поступало. Дэрил ходил такой же напряжённый, а когда думал, что Кэрол не увидит, тихо смотрел новости по телевизору, словно там могли сказать что-то интересное. Там вообще про Софию больше ничего не было. После полудня перед домом притормозила полицейская машина, и Кэрол, с трудом справившись с дверным замком, на подкашивающихся ногах выскочила на крыльцо. Чтобы жалобно улыбнуться и похоронить очередную свою надежду. Рик приехал один. Он выглядел так, словно не спал всю ночь и, скорее всего, так оно и было. Без колебаний согласился пообедать и прошёл на кухню. Дэрил тоже от еды не отказался. А Кэрол ещё со вчерашнего обеда и крошки во рту не держала, только чай и кофе пила. — Поешь, — не смог не заметить это Дэрил. Рик его поддержал. — Ты не ела? Присоединяйся, Кэрол. Тебе сейчас нужны силы и будут нужны, когда мы отыщем Софию. Ты ей нужна, ты должна поддерживать в себе силы. Слышишь? Кэрол под их настойчивыми взглядами взяла одно печенье и с трудом прожевала крохотный кусочек. — Ты с новостями? — спросила она у Рика. — Я был в Монтгормери, пока все указывает на то, что София не доехала до Эда. За ним будут присматривать, мы не сбрасываем его со счетов. — Какие тогда ещё варианты? — напряженно уточнил Дэрил. — Вы, наверное, слышали о Бет Грин, — начал Рик, пряча глаза. Кэрол зажмурилась, чтобы не расплакаться и, прижав ладонь ко рту, сдавленно кивнула. Бет пропала около двух месяцев назад. Просто собралась в гости к сестре Мэгги, которая недавно родила второго ребёнка, но не дождалась брата, обещавшего её подвезти и задержавшегося, и отправилась с фермы прямо на дорогу. Больше её никто не видел. По всему городу висели объявления с её фотографиями, но по сей день у полиции не было ни одной, даже малейшей зацепки. Никто не знал, что с ней случилось. А Кэрол не знала, как её родители сумели продержаться сколько времени. — Типа это что… маньяк? — осторожно спросил Дэрил, озвучивая то, что боялась произнести вслух Кэрол. — Мы не уверены… — не забывая про еду, Рик начал рассказывать. — Бет и София не очень похожи друг на друга. Их объединяет только возраст: Бет двадцать один, а Софии семнадцать. Но София рослая девочка и могла показаться более взрослой. Конечно, этот вариант отбрасывать нельзя. И все же, занимаясь делом Бет, я на днях обратил внимание на то, что статистика по исчезновениям людей в нашем штате в последнее время изменилась. Пропаж в последние два года стало больше. Это сильно не бросалось в глаза, потому что люди пропадали в самых разных городах и ничего общего между ними не было. Дети, если не считать Софии, которая, опять же скажу, могла показаться более взрослой, в последнее время не попадали. А именно пропажи детей всегда вызывают повышенное внимание общественности. — Я… я не понимаю… ты хочешь сказать, что это не маньяк, если он выбирает совсем разных людей? — выдохнула Кэрол. — Кэрол, ни одного тела за все это время, два года — сама подумай, найдено не было. Версию о маньяке исключать нельзя, но у меня ощущение, что это нечто другое. — Что, блин? Проституция отпадает, — Дэрил покосился на Кэрол. — Там же мужики, походу, и старики есть, да? Вряд ли на них так много любителей найдётся. Так что это нафиг? Рабство какое-то? — Я бы очень хотел знать, что это такое. Мы разберёмся в этом, обязательно разберёмся, — в очередной раз пообещал Рик. Но Кэрол уже не слушала его. Ей было слишком страшно. Где бы ни была сейчас София, это вряд ли было хорошее место с хорошими людьми.