University.ru

Этим очень ранним утром Дашу подняла с постели пронзительная трель телефонного звонка. — Привет Дашенька, — родной, как всегда полный неиссякаемого энтузиазма голос, не вывел — взашей выгнал из Царства Морфея. — Как ты? — О да, замечательно, мамочка, — Даша была всегда рада звонками из дома. Но почему-то не в этот раз. Что-то упорно подсказывало — утренняя дребедень не сулит ничего доброго. — Как вы с папой? — Да все просто замечательно. Представляешь, у дяди Вовы Автюхина Сашка женился! На подружке своей на Машке. У них вот-вот ребенок родится! Представляешь, какая радость! — Да уж, — несложно представить. Как парень, неудачно покувыркавшись с девчонкой, решил благородно положить на алтарь свою молодость. Но маме лучше об этом не говорить. Спорить с ней — себе дороже. — Я тоже очень рада. — Ну, а сама-то как. Есть на примете кандидат? «Ага. Наук. Целый. То бишь, — целая» — про себя подумала девушка. А вслух сказала. — Да нет. Как-то не примечают. — Плохо. Плохо, — на том конце провода послышался тягостный вздох. — А то старенькие мы уже. Помрем — и внуков не увижу. — Мам, — нет, слушать это было невозможно! Эти разговоры никогда не сулили ей ничего доброго. — Ну, какой помирать. Во-первых, ты еще молодая. Во-вторых, я еще слишком молодая! Мне двадцать лет всего! Я еще университет не окончила! Я сама еще ребенок! — Какой ребенок? Ты живешь отдельно, в чужом городе. Там легче мужа найдешь. Я в этом возрасте, между прочим, я уже родила твою сестру! Неужели в твоем университете нет достойной партии? Ни в жизнь не поверю! Это же университет! У вас они взрослые, должны быть серьезные, умные. Ну почему ты не можешь никого захомутать? — Они не лошади чтобы их хомутать, — вымученно парировала она. — Это, во-первых. А во-вторых, на данном жизненном этапе мне это неинтересно. — Врешь! А то мне не было двадцать лет! А то я не знаю. Не говори глупостей! Короче — мы едем разбираться! Жди! — коротки гудки раздавшиеся в трубки не оставили возможности для возражений — да, в них и не было толка. — Пипец, — констатировала Усольцева, с испугом взирая на изумленную подругу. — Мама едет. — Мама? — Алена, похоже, не понимала масштаба катастрофы. — Это что, мне в общагу временно валить что ли надо? Девушка лишь отчаянно взвыла в ответ. *** Даша готовилась к приезду родных более, чем тщательно. Что-то упорно подсказывало, что этот визит не сулит ничего доброго. И это очень, мягко говоря… И что самое неприятно, что она лишилась огромной поддержки в лице драгоценной подруги, Кремер присутствие которой на этом «празднике жизни» было не слишком уместно. Мама давно грезила о внуках. И когда в десятом классе Даша начала встречаться с одноклассником Славой Звягинцевым, была на седьмом небе от счастья. Воспитанная в условиях деревенского «Домостроя» женщина считала главным «кушем» в жизни — удачно выйти замуж. Не готовая согласиться с матерью и терпеть регулярно засылаемых со всех сторон «женишков», девушка после окончания школы поспешила сбежать в город под предлогом поступления в университет. И вот теперь, когда в ее жизни появилась любовь, которая является женщиной и по совместительству — ее преподавательницей, она совершенно не знала, что делать. А уж при мысли что рано или поздно ей придется рассказать домашним о Марине, хотелось рыть себе могилу. Впрочем, о ней говорить еще рано. Да что там — не о чем. Наконец в дверь раздался звонок. Миг — и за порог ввалился «цыганский табор» в лице любимой матушки, папы, тети Зины и…того самого Славки. — Во, Даха, жениха тебе привезли, — после всевозможных восторгов и объятий, торжественно сообщил отец — грузный мужчина лет сорока пяти. — Привет, Слав, — заикаясь, сказала девушка. Сейчас она не могла понять, что нашла в этом ничем непримечательном бесхарактерном мальчике. Скорее, он был способом спрятаться от семейного гнета и отвлечься от безответной любви к самой стервозной и красивой девчонке в классе — Вике Селезневой. Как она хотела быть похожей на нее, ища бесконечные подработки, дабы покупать вещи таких же крутых брендов и влиться в элиту. Только что толку? Куда уж тихоне-отличнице до отвязной тусовщицы, любительницы крепких напитков и крутых бритоголовых мальчиков? И все-таки, что-то в ней было такого, чего не могла найти у себя Даша. То ли неиссякаемый дух бунтарства, то ли умение не бояться, быть собой и делать все, что душе угодно — кто знает. Впрочем, флер влюбленности спал через три месяца после окончания школы, когда на их маленький городок обрушилась шокирующая новость — Вику арестовали за продажу наркотиков. Странно, но Усольцева не билась в истерике, переживая за любимую, всего лишь пожав плечами «собаке собачья смерть». И нет, она не желала ей смерти, а просто была рада тому, что ее больше не мучает эта горькая любовь, не имеющая ни шанса на взаимность. Впрочем, Славка, конечно же, не знал об этом. Он провожал ее после школы, иногда дарил цветы. Впрочем, Даша не была уверена в искренности его чувств — их мамы были закадычными подругами, а Слава — беспрекословно слушал свою маму — тетю Зину, которая считала, что лучшей невесты, чем Даша, им не найти. И видимо, продолжала считать по сей день. И их бурный визит означал только одно — они пришли свататься. И при этом ее мнение и мнение потенциального жениха, конечно же, никого не волнует! Впрочем, последний, казалось, никогда не имел собственного мнения. Или если имел — где-то глубоко в себе куда, в общем-то, никто не лез и даже не пытался. — Мама, папа, что происходит? — изумленно пролепетала Усольцева, надеясь уложить в голове происходящий фарс. — Вы шутите? — Ну, какие могут быть шутки Дашуль, — оправдывала самые страшные подозрения тетя Зина, извлекая из бесконечных пакетов всевозможные и невозможные варенья и соления. — Мы встретились в маршрутке, — хохотнул отец, облизываясь на содержимое стола, словно кот на сметану. — Иди ты ишь, — отмахнулась мать, отчаянно ища что-то в недрах огромной сумки, которую язык не повернулся бы назвать «дамской». — Это он у вас наслушался — обратилась она почему-то к Даше. — Ну, у вас и нравы нынче. Курят, пьют, детей на второй день знакомства делают. — Ну, это ты загнула мать. На первый — подмигнул папа. — То ли дело Славочка, — сладко потянула тетя Зина, с обожанием воззрившись на любимого сыночка. — Серьезный мальчик, хороший. А красивый какой! — Ну да — хохотнул папа, закидывая в рот сразу три ломтика колбасы. — Вот красота-то. Ты главное очки не надевай. Чтобы не ослепнуть! — Иди ты, — отмахнулась мать, а тетя Зина подошла к сыну. — Ну, чего не общаемся молодежь? Чего вы как неродные-то? Надо же летом свадебку успеть сыграть, на свежем воздухе. А то в ресторанах этих ваших — и цены, и еда — ужас дикий. — Какая свадьба? Вы что? Вы с ума сошли? — не сдержалась Даша. — А ну, не груби свекрови! Тем более, будущей. — Вот женитесь — тогда можно! — поток неиссякаемого юмора так и лился из отцовских уст. — Даша иди, помоги мне подать горячее. Кто в доме хозяйка? — приказала мать. — Привыкай. Кто будет мужу борщи готовить? — Мама, ты можешь объяснить мне, что происходит? — спросила шокированная Даша у матери, между делом, помогая ей нарезать хлеб. Голова шла кругом. Происходящее, казалось ей каким-то дурацким, кошмарным сном. — Что за бред? Какие сваты? Какая свадьба? — Самая лучшая и шикарная. Я же сказала, что выдам тебя замуж. Ну, сама посуди — Слава самый нормальный у нас на деревне. Да и знаете вы друг друга с детства. Да лучше парня ты не сыщешь! — с упоением вещала мать, умело разливая суп по тарелкам. — Мама, но я не люблю его! — хотя зачем? Это, похоже, здесь вообще никому неинтересно. — Ну, это дело последнее. Стерпится-слюбится. А по любви то алкаши, то бабники попадаются. И будешь вечно плакать. — Зин, давай грибочки. — Понятно, — отчеканила Даша. Да, с мамой говорить бесполезно. А с потенциальным мужем? Пожалуй, тоже. Но попытка, как говорится, не пытка… — Слав, может, хоть ты введешь меня в курс этого маразма? — спросила она, отведя парнишку в угол — на радость «сватам». Тебе что, это все нравится? Ты хочешь на мне жениться? Парень пожал плечами. Господи, как можно быть таким…никаким. — Слав. Нет или да? Ты понимаешь, что сейчас решается наша судьба. Причем за нас. Ты любишь меня? — Нет, — безучастно пожал плечами Слава. — Но какая разница? — Какая? — разъяренной кошкой прошипела девушка. — Жениться нужно по любви. Ты понимаешь! — Понимаю. Но мне это уже не светит. Даш, — он бросил на нее умоляющий взор. Ей-богу, как у кота из Шрэка. — У меня есть любимый человек. Но он, как бы…это. В общем, это парень. — Да ладно? — оставалось надеяться, ее пронзительный крик не услышали родители. — И кто он? Я тебя понимаю. Просто у меня тоже…не парень. — Да ладно? — взгляд парня просветлел. Право она никогда не видела его таким…живым. — Он из нашего села. Но что толку? Мама увидела, как мы целуемся и, в общем… Она увезла меня сюда, надеясь на то, что здесь, рядом с тобой, эта дурь выйдет у меня из головы. Ты же знаешь, с ними лучше не спорить. И мне нужно остаться здесь. А Влад… Он сам подтянется. Он обещал. Он любит меня. А там…они мне жизни не дадут. Давай с тобой сыграем в любовь перед этим. Я умоляю! А потом они уедут, я что-нибудь придумаю. Мы что-нибудь придумаем. Хорошо? — Да уж, — рассказ бывшего одноклассника более чем шокировал. Как же она его понимала. И как могла отказать. Тем более, что место, куда они отвезут ее от Марины навряд ли найдется на просторах всего земного шара. — Ну ладно. Видимо, у нас нет другого выхода. — Молодежь, хватит шушукаться. Успеете еще. И пошушукаться — и не только — подмигнула мать. — Айда, к столу! Попробуем, что там наша невеста приготовила! — Попробуем, — улыбнулся Слава. Вот что счастье с человеком делает! Даша никогда еще не видела его таким…разговорчивым. Вот оно как оказалось. И как она раньше не догадалась? — Хороший муж — это важно, — разглагольствовала охмелевшая тетя Зина. — Он и поддержит, и пожалеет и…отдубасит, если что! — Зина! Не пугай невесту, — ткнула в бок подругу мать. — Не надо ей знать. Некоторые вещи лучше не знать — до свадьбы, по крайней мере. — Я ему дам — отдубасить! — пригрозил кулаком папа. — Пусть только попробует! — Ты посмотри, какой жук, — развела руками мама. — Как меня колотить — так ради Бога! А как Дашку — так все! — Так я ее и люблю! — парировал отец. Трель звонка прервала душевную беседу. — О. Кто там еще? — спросила тетя Зина. — Другие женихи в дом ломятся. Так скажи — мы невесту застолбили! — Я открою, — изумленно произнесла Даша, пулей метнувшись в прихожую. И кто это там мог быть? Удивительно, но тетя Зина была права. Разве что на пороге стоял не жених, а… «невеста». — Привет двоечникам, а я проходила мимо, решила заглянуть, — с энтузиазмом начала Марина. — Я не вовремя? — засмущалась она, видимо, услышав крики, доносящиеся из квартиры. Даша не знала, что и сказать. Как объяснить все Марине? Что ей объяснить? Правильно. Не надо ей знать, какой форс разворачивается за ее спиной. — Э, Дашка кто там. Возвращайся быстрее, а то аперитивчик нагревается, жених остывает. До брачной ночи не разогреешь! Даша застыла изваянием. Как и Марина, лицо которой изображало целый шквал эмоций, через миг став неизменно-каменным. Привычно. Решающе. Необратимо. Хотелось выть. Но наяву выходил какой-то лепет. — Марина вы. Ты…. — Марина Аркадьевна. Прошу прощения за беспокойство, — холодно отчеканила она. Резкий разворот на каблуках. Взгляд — уничтоженный и уничтожающий. — Невеста… Чужая.