Опасная игра

Всем приятного прочтения))Надеюсь, что вы ждали продолжения)) Трель будильника разлилась по комнате заводной мелодией. Легкий ветерок ворвался в комнату сквозь плотную преграду из плотных штор, позволяя лучам солнца проникнуть внутрь. Солнце пыталось разбудить спящего человека. Когда будильник запел во второй раз, на него шлепнулась рука, заставляя его замолчать. Но следом за мелодией будильника раздался звонок мобильного телефона. Сначала из-под одеяла показалась черная макушка, а потом и сам проснувшийся. Откинув одеяло, он сладко потянулся, все еще сонно потирая глаза. Взяв настойчиво звонящий телефон, парень принял вызов, поднося телефон к уху. — Доброе утро, сынок, — на другом конце раздался звонкий женский голос. — Ты уже проснулся? — Да, мама, — сонно пробормотал хозяин комнаты. — Ты хорошо позавтракал? — заботливо поинтересовалась мама. — Да, мама, — все еще пребывая в полудреме, ответил парень. — Ты что, вчера пил? — шутливо поинтересовалась женщина, понимая по голосу, что ее сын еще спит. — Да, мама, — не задумываясь, ответил сын. — Ай’Ун! — громкий крик матери эхом разлетелся по комнате и сработал лучше будильника. Сна словно и не было, парень подскочил на кровати, словно на него вылили ведро ледяной воды. — Я же просил тебя не называть меня так! — недовольно бубнил хозяин комнаты. Его мама знала отличный способ быстро разбудить сына, который срабатывал уже несколько лет подряд. Если раньше она делала это каждый день, заходя в его комнату, то сейчас сын далеко, и будить его некому. — Я проснулся, проснулся, — говорил парень, стараясь, чтобы голос звучал убедительно, — и уже встал. Откинув одеяло в сторону, сын встал с постели, ища тапочки. — Молодец! У тебя занятия через час. Не опоздай в первый учебный день, — нежный голос сменился на серьезный. — Удачи. Папа передает тебе привет. Артит, мы тебя любим, — снова звонко пропела трубка и замолкла. — Ну что за женщина! — все еще бубнил Артит. — И как отец ее терпит столько лет, — поражался он исполинскому терпению отца, потому что его мама умеет профессионально любого выводить из себя своим любопытством и настойчивостью. Кинув телефон на постель, паренёк нашел тапочки под кроватью, не торопясь, потянулся. Прокрутив в голове слова матери, он тут же посмотрел на часы. До занятий и правда остался один час. Парень поспешил в душ, успев на ходу посмотреть в окно, и чуть не сбил лампу, стоящую на столе. Вчера, перед сном, он долго вглядывался в комнату напротив, гадая, кто живет в ней. Окна не были плотно зашторены, и при желании можно было увидеть помещение. Артит потратил несколько часов на ожидание, когда в комнате напротив загорится свет. Но он так и не дождался и уснул. И сейчас, когда времени оставалось мало, он так и не увидел хозяина интересующей его комнаты. Стоя под освежающими каплями душа, парень невидящими глазами смотрел на стеклянную дверцу душа, гадая, каким будет его первый день. Сердце трепетало в груди от предвкушения наступающего дня. Интересно, какими людьми окажутся его одногруппники? Найдет ли он себе друзей? Сотни вопросов крутились в голове у Артита, пока он принимал прохладный душ, пытаясь привести мысли в порядок. Вытеревшись полотенцем, он улыбнулся сам себе в зеркале, подбадривающе подмигнув. Надев белую рубашку и черные брюки, он придирчиво оглядел себя в зеркале. Кое-как уложив непослушные волосы, он снова посмотрел на часы, надеясь, что у него осталось время хоть на какой-нибудь завтрак. Вылетев из комнаты, парень поспешил в ближайшее кафе, чтобы купить немного еды. От волнения кусок не лез в горло, но пропускать завтрак плохо. Эту привычку привила ему мама с самого детства. От спешки и природной невнимательности, Артит не заметил покупателя возле стойки где продавали кофе. — Мне три лепешки и клубничное молоко, — быстро протараторил свой заказ он, игнорируя покупателя, который стоял рядом. — Я подожду. Обслужите сначала его, — вежливо проговорил незнакомец, пропуская Артита вперед. Забрав заказ и расплатившись, Артит резко повернулся не в ту сторону, натыкаясь на парня. — Извините, — произнес первокурсник, с интересом рассматривая парня. Хоть он и спешил, но от его пронзительного взгляда не ускользнула притягательность и довольно привлекательная фигура незнакомца. «И не жарко ему во всем черном…» — думал он, направляясь в сторону общежития. Но ужасно хотелось посмотреть на него еще раз, и Артит обернулся, еще раз одаривая парня заинтересованным взглядом. Он был в летних шортах и безрукавке из легкой ткани, которая слегка колыхалась от редкого ветерка. Вся одежда черного цвета, в тон ей — кроссовки. Артит отметил красивые руки с едва видимым рельефом мышц и хорошо проработанные ноги. Незнакомец болтал с продавщицей, одаривая ее едва заметной улыбкой. «Симпатичный», — промелькнуло в голове у Артита. — Я перегрелся, — отругал себя за такие мысли первокурсник, прижимая к голове стакан с холодным напитком. Об учёбе надо думать, а не о парнях. Но в глубине души он надеялся, что в этом новом месте он сможет найти свою любовь. Времени на неспешный завтрак не осталось, поэтому, вернувшись в комнату, Артит кое-как проглотил пресные лепешки и, схватив рюкзак, вышел из комнаты. В холле университета перед входом в зал для собраний стоял гул из голосов и смеха первокурсников. Длинная живая очередь не спеша двигалась ко входу. Новички знакомились друг с другом перекидываясь парой слов. Кто-то пытался влезть без очереди к столу, где милая студентка второго курса выдавала таблички с номерами. Пока зал заполнялся первокурсниками старшие студенты с удовольствием рассказывали им об учебе и жизни в университете. Собравшись все вместе, новички присели на пол в ожидании начала собрания. Дверь, тихо скрипнув, открылась впуская в большое помещение вереницу идущих друг за другом парней. — Кто это? — Тихий вопрос разбавил тишину, наполнившую большой зал. — Наставники. — Такой же тихий ответ. Сидящие на полу студенты не отрывая глаз следили за наставниками, которые неспешно поднимались на трибуну. Артит бежал так быстро, что в боку начинало неприятно колоть, легкие словно пронизывало иголками. От быстрого бега ноги начинали заплетаться: видимо, желание не опоздать не совпадало с возможностями опаздывающего. Пока он бежал по лестнице, от бешеного ритма нога Артита соскользнула со ступеньки, и он чуть не распластался на лестнице. Споткнувшись, парень успел выставить руки вперед, падая на них. Приземление было не очень удачным, ладони саднило от боли, а Артит еще и коленом ударился. От спешки он не заметил, что возле входа в зал, где проходило собрание, никого не было. Артит не был бы Артитом, если не влип в неприятности в первый день учебы. Оттолкнувшись руками от злополучной ступеньки, он успел мысленно обругать строителей и архитектора, которые все это построили, и влетел в закрытую дверь. От приложенной силы дверь с грохотом отлетела в сторону, и Артит со звуковым сопровождением ввалился в зал. — Fuck, — поправив сумку на плече, выругался опоздавший. Сотни глаз смотрели на парня, а Артит так и замер возле входа, понимая, что его реплика прозвучала очень громко и четко. Отступать было некуда. Он первокурсник и обязан был быть на этом собрании, чтобы познакомиться с наставниками и своими одногруппниками. Большой зал был заполнен студентами, а на сцене, возвышаясь над ними, стояли наставники. Обведя помещение взглядом, Артит остановил свой взгляд на выстроенных в одну линию, словно солдат на плацу, старших. Паренька пробивали страх и жуткое чувство стыда, хотелось позорно закрыть дверь и сбежать, и он, собравшись с духом, как раз собирался это сделать, но за его спиной раздался мягкий бархатный голос. — Чего замер? Проходи, — аккуратно подтолкнув застывшего первокурсника в спину, произнес еще один опоздавший. Почувствовав нежное прикосновение к своей спине, Артит непроизвольно напрягся, но от прозвучавшего голоса напряжение возросло еще больше. Он звучал очень знакомо, вызывая внутри приятное чувства спокойствия. Резко развернувшись, Артит понял, что стоит слишком близко к говорящему. Заинтересованный взгляд первокурсника нагло скользил по незнакомцу. Он успел отметить легкую улыбку на пухлых губах, но абсолютно серьезные глаза, в которых не было ни грамма дружелюбия. Казалось, что черные глаза, которые неподвижно смотрели на Артита, на мгновение вспыхнули любопытством, но сразу стали серьезными. «Точно. Это тот парень, с которым я столкнулся утром. И которого я видел на вступительных экзаменах», — вспомнил Артит, продолжая рассматривать незнакомца. Он заметил, что тот чуть выше его и шире в плечах. Белая рубашка сидела на парне, словно вторая кожа. Она красиво подчеркивала достоинства его фигуры, но не выставляя их яро на показ. «Так он еще и наставник мой! Это же надо было так попасть впросак в первый день…» Артиту от таких мыслей хотелось схватиться за голову. Скривившись от такой глупой и некрасивой ситуации, он мысленно ругал себя всеми словами, которые знал или когда-либо слышал, от чего вызвал более сильную улыбку на лице наставника. — Извините… — Это единственное что нашелся сказать Артит. Наставник лишь ехидно усмехнулся, показывая рукой, чтобы он присоединился к первокурсникам. За столь захватывающей сценой наблюдали все: кто с любопытством, кого это не интересовало вообще, а кто ждал продолжения и гнева наставника. Артит и сам думал, что, еще не успев вкусить все прелести учебы, получит сполна за свое столь эксцентричное появление. Имея общее представление о системе Сотус, он еще перед началом учебы успел прочитать много отзывов и рассказов других студентов. Хоть сейчас наставничество не было столь ярко выраженным, наказания не были столь суровыми, взаимоотношения старших и младших пытались строить на уважении и понимании, но никто не отменял сами наказания. И какое оно будет, зависело от наставника. И какая не была милая улыбка у старшего, Артиту не внушалаа спокойствия и доверия его, на первый взгляд, располагающая к себе улыбка. «Он так же с милой улыбкой может придумать мне страшное наказание», — подумал Артит и сам испугался своих мыслей. Извечное богатое воображение первокурсника рисовало ему ужасные картины, что сам Хичкок бы позавидовал бы ему. У старшего зазвонил телефон, и Артит решил по-быстрому затеряться среди студентов, чтобы лишний раз не нарываться на неприятности. Пробираясь через сидящих, первокурсник пристроился между двумя парнями, подальше от сцены. Бросив мимолетный взгляд на старшего, он, успокоившись, решил, что его суждения неправильны. Видимо, совсем расслабившись, Артит перевел дух и решил, что незнакомец просто увидел его в дверях и решил подойти. «Это я со страху себе все напридумывал», — успокаивал себя первокурсник, потирая ушибленную коленку. Когда волна адреналина схлынула, Артит понял, что ладони неприятно саднят, а колено просто ломит от неприятной боли. Пока он занимался саморассматриванием и самоуспокоением, разговаривающий убрал телефон в карман и, закрыв дверь, неспешно прошел к сцене. Его шаги тягучие и неспешные. В его походке читалась власть и недюжая выдержка. Статная осанка и гордо поднятая голова приковывали к себе взгляды всех присутствующих. Заметив краем глаза перемещение незнакомца, Артит бросил свое занятие. Нервно покусывая губу, он с замиранием сердца следил за идущим на сцену парнем. Наставник поднимался вальяжно, но каждый его шаг отдавался бешеным ударов сердца у Артита. Ему казалось, что он дышит в такт шагов старшего. Наставник, небрежно держа руки в карманах, поднялся на сцену. Студенты неотрывно следили за ним, отмечая, что он отличается от остальных. Было в нем что-то пугающее, но в тоже время и что-то привлекало в нем. Не дыша, первокурсники следили за ним, в глубине души надеясь, что он не глава наставников. Но их молитвы не были услышаны, потому что он прошел вдоль стоящих наставников и встал посередине. Помедлив, глава плавно поднял голову, обводя присутствующих пронзительным взглядом. Замерев на секунду, словно пантера перед прыжком, он вышел вперед обозначая себя как главу наставников. Гул волнений и встревоженности прокатился по залу, но тут же исчез под тяжелым взглядом черных глаз. Первокурсники с замиранием смотрели на главу наставников, желая услышать из его уст такую же величественную речь, как и его восхождение на сцену. И лишь один человек среди студентов смотрел на наставника не с воодушевлением, а с изумлением в глазах, в которых плескались волны неприкрытого страха. Отыскав в толпе притихшего Артита, который мечтал слиться с массой, наставник ухмыльнулся чему-то своему и сделал еще один шаг вперед. — Здравствуйте, первокурсники. — Голос звучал спокойно, без надрыва, но достаточно громко, чтобы услышал каждый. — Меня зовут Конгфоб. Я хочу поздравить вас с поступлением в наш университет. Я ваш старший, и моя обязанность заботится о вас в течении одного года. Конгфоб говорил решительно, властно и четко. Выверяя каждое слово, чтобы первокурсники лучше поняли смысл системы и роль наставников. — Я хочу, чтобы вы строго придерживались правил и инструкций. Если вы что-то делаете неправильно или это несет опасность для окружающих, я вас исправлю и укажу на вашу ошибку. Система Сотус претерпела изменения, но это не значит, что контроль за вами стал менее жесткий. — Речь наставника звучала отрепетированной и очень складной. Во время своей речи Конгфоб держал руки за спиной. От приложенных усилий говорить громко, горло першило и пересыхало, но Конгфоб как истинный лидер не сбавлял громкости и не показывал, что ему было неприятно или неудобно. Со стороны это выглядело как выступление генерала перед войсками или напутствие новобранцам на хорошую службу. — Если вы с чем-то не согласны, вы можете обратиться к наставникам или ко мне, и мы все обсудим, — продолжил Конгфоб. «Интересно, а в жизни он такой же демократичный, как и в свой речи?» — прыснув от смеха, подумал Артит, внимательно слушая разглагольствования наставника. Переведя дух, Конгфоб замолчал на мгновение, но тишину разбило, как казалось говорящему, тихая ремарка к речи наставника. — С его ораторскими способностями надо в парламент идти, а не в наставники, — буркнул себе под нос Артит, как ему казалось, весьма тихо. Но оказалось, что его столь едкое замечание прозвучало так же громко, как и его возмущение на опоздание. И зал снова погрузился в звенящую тишину. Даже заскучавшие и не слушающие встрепенулись и переводили взгляд с наставника на нарушителя порядка. — Студент… — Конгфоб искал на груди первокурсника табличку с номером, но, не найдя ее, растерялся, не зная, как к нему обратится. Ему помог один студент, который пихнул в бок болтливого соседа, кивая головой на замолчавшего наставника. — Меня зовут Артит, — голос предательски дрогнул на имени, и Артит поднялся на не слушающихся ногах, поморщившись от боли в колене. — Повтори что ты только что сказал и погромче, — обратился к нему Конгфоб, чей голос был спокойным и безэмоциональным, что пугало еще больше. — Я… — стушевался Артит, ища взглядом помощи у студентов или подсказку от небес на стенах зала. Извиниться? Промолчать? Повторить? Что делать? — сотни мыслей крутились в голове у первокурсника, и ни одна не была верной. Судорожно придумывая, что ответить, Артит решил идти ва-банк. Отступать было некуда, позади бессонные ночи и экзамены. Дать слабину Артитом приравнивалось к унижению себя. Если он спасует сейчас перед наставником, позволит ему взять вверх над ним, то перестанет уважать сам себя. Тем более, что ничего ужасного он не сказал. И очень хотелось ответить что-нибудь едкое на саркастичную улыбку старшего и стереть это блеск превосходства в его глазах. — Я сказал, что вы очень красиво говорите, — уверенным голосом ответил Артит, возвращая наставнику ехидную усмешку. Аудитория предвкушала отменное шоу, но была разочарована. Конгфоб махнул рукой, чтобы первокурсник сел обратно. — А что я такого сказал? — В речи сквозило неприкрытое детское удивление. Бросил эту фразу совсем осмелевший Артит в спину наставника. От такого заявления рука, желающая придушить этого поганца, дёрнулась у каждого наставника. Даже самый флегматичный Тут желал отвесить ему увесистый подзатыльник. Конгфоб лишь окинул Артита еще раз заинтересованным взглядом и продолжил свою речь наставника. Сидящий рядом с Артитом студент дернул его за руку вниз, заставляя его сесть. Упав, Артит непонимающе посмотрел на парня, но тот жестом показал ему заткнуться. — Я выслушаю любую вашу точку зрения. И мы сообща найдем решение. Так же мы поможем решить любые ваши проблемы. Лучше помогу вам я, чем вы будете объяснять что-то декану.У меня для вас первое задание: собрать подписи ваших наставников. Это поможет нам познакомиться друг с другом. Вы хотите узнать ваших наставников?- громко спросил Конгфоб первокурсников. -Да,- слаженно хором ответили студенты. - И запомните, что все, что вы делаете, не должно уронить вашей чести и чести университета, — последние слова прозвучали устрашающе, Конгфоб закончил наставническую речь и, посмотрев еще раз на Артита, сошел со сцены и поспешно вышел из зала. Стоило наставникам покинуть помещение, как первокурсники принялись бурно обсуждать произошедшее. Девочки без остановки обсуждали главу наставников, а парни спешили познакомиться с Артитом или высказать ему своё мнение. Артит же расслабленно выдохнул и, откинувшись назад, расплылся в широкой улыбке, радуясь, что тот парень, который ему приглянулся, является его наставником. А яркое первое впечатление о себе он точно оставил у Конгфоба, он был в этом уверен. — У кого еще нет таблички с номером? — спросила миниатюрная брюнетка второго курса. — У меня, — ответил Артит под громкий смех студентов, поднимая руку. Когда ему была выдана табличка с номером, Артит заинтересованно покрутил ее в руках. — Всем выдали таблички с номерами. Мы что, в тюрьме? — риторический вопрос повис в воздухе, озвучивая мысли большинства. Но Артит радовался, что эту фразу, выпаленную не подумав, не услышит наставник с таким пронзительно-пленительным взглядом. Конгфоб спешил к ждущим его друзьям, чтобы поскорее начать захватывающую игру. После такого знакомства с первокурсником у него закралась в голову будоражащая мысль насчет объекта игры. И если его выводы правильны, то Конгфоб получит столько удовольствия от нее, сколько сможет. Выжмет из нее по максимуму, и ему абсолютно все равно, какими способами. Цель оправдывает средства.