Опасная игра

Автор пришел))Извините за задержку, надеюсь вам понравится))Я задержала,но зато продка большая) После собрания Артит старательно вливался в учебный процесс и студенческую жизнь. Уловив свободное время, первокурсник обзаводился новыми друзьями, болтая с ними о компьютерных играх и манге. Собрание и встреча с наставниками ушла на второй план, и Артит задышал полной грудью. Система Сотус оказалась не такой устрашающей, а наставники и впрямь были весьма либеральными и дружелюбными. Новичка не могло не радовать, что глава наставников стойко держал свое слово. Но зерно сомнения прорастало внутри: уж больно все шло идеально. Новоиспеченные друзья сеяли сомнения в голове у Артита, убеждая, что это всего лишь затишье перед бурей и что Конгфоб еще возьмет свою плату. Но первокурсник веселился с друзьями, шутя над наставником. Разговор парней нарушила второкурсница, напоминая Артиту, чтобы тот зашел в декану. Девушка повела его к кабинету ректора. Поднимаясь по широкой стеклянной лестнице, Артит с любопытством осматривал интерьер. Везде царили минимализм и простота. Показав новичку кабинет, второкурсница ушла, оставив его здесь. Первокурсник хотел было войти в кабинет, но из него донесся недовольный голос. Парню стало интересно, что там происходит, и он прислонил ухо к двери. Не зная, кому принадлежат голоса, Артит сразу узнал голос наставника. — Я собрал вас, чтобы решить проблему с главой наставника на инженерном факультете. Тью по семейным обстоятельствам не может возглавить наставников и проводить собрания, — голос мужчины звучал обеспокоенно, и Артит напряг весь свой слух. Очень интересна была тема их намечающегося разговора. — Поэтому ему нужна замена. Тью предложил кандидатуру Конгфоба. Я с ним согласен. Конгфоб отличный студент. Он успешно произнес речь на собрании и очень понравился первокурсникам, — расхваливал декан наставника, чем вызвал у Артита нервный смешок. Речь Конга была впечатляющей, первокурсник тоже это заметил, а еще сотня студентов, которые пали жертвами этого чертовски обаятельного старшего. — Я за, — согласился кто-то, этот голос был не знаком для Артита. — Конгфоб подходит по всем параметрам. Другие наставники тоже за его кандидатуру. — Что скажет глава студенческого совета? — спросил декан. — Я против. — Кто-то очень смелый пошел против декана, Конгфоба и незнакомого парня. Умирая от любопытства, Артит, обнаглев, приоткрыл дверь и всунул свой любопытный нос, считая, что эта информация может ему пригодится. Кажется, тут назревала буря, и очень любопытно было глянуть на этого смельчака. Все были увлечены разговором, так что никто не заметил столь наглого вторжения. Переждав, Артит приоткрыл дверь сильнее, видя всех участников переговоров. Новичок узнал декана, наставника и излишне смелого Вада, а вот парня с убранными волосами в хвост он видел впервые. — Конгфоб, может, и отличник, но сможет ли он блюсти порядок и соблюдать правила, если сам этого не делает? — Вад безапелляционно сдал наставника. Это хоть и были слова, не имеющие доказательства, они могли возыметь эффект взорвавшейся бомбы. С другими студентами это бы не сработало, но с Конгом, зная его друзей, могло пройти на ура. Ваду хотелось опустить колкое замечание в ответ на восторг декана и Дира. Поразительно, как эти двое поступали опрометчиво. Действительно, легко жить в неведении. Только с каких пор в университете не знают о делах друзей Конгфоба и его самого? Надо отдать должное старшекурснику: он участвовал и имел больше правонарушений, чем вся компания вместе взятая, но никогда не был в этом уличен. Все осталось лишь слухами и пересудами. Интрига нарастала, и первокурсник посмотрел на Конга, на лице которого читалась полная безмятежность; расслабленная поза — наставник чуть ли не зевал, пока слушал. — Я заменю Тью на время. Как только он вернётся, я сразу уйду, — внес свое предложение Конгфоб, замечая, как в дверном проеме мелькнула чья-то макушка. Вад хотел было возмутиться, но его перебил Дир. — Давайте остановимся на этом. Вад, не стоит вестись на слухи людей. Конгфоб отлично справится. А я присмотрю за ним, — резонно предложил парень. Не хватало ещё, чтобы эти двое разругались при декане. Его и так пришлось долго убеждать, что Конг справится и проблем с ним не будет. Пока Дир говорил, глава наставников неспешно подошел к двери и прикрыл ее, перепугав Артита до смерти. Спрятавшись за угол, первокурсник ждал, пока кабинет декана покинут участники встречи. Наставничество не сулило ничего хорошего, по мнению Артита, но радовало, что Конгфоб временно занимает эту должность и что он под контролем более старших товарищей. Значит, он не сможет подпортить жизнь новенькому или использовать сою власть безразмерно. Но первокурсник не знал самого главного: Конгфоб и Дир хорошие друзья и этот разговор был простой формальностью, тем самым означая полное покровительство и прикрытие для наставника, развязывающее ему руки. И снова первокурсник оказался в гуще событий, а ведь он хотел спокойно закончить обучение и не собирать проблем на свою голову. Постучавшись, Артит вошел в кабинет. Поклонившись декану, он представился. Мужчина дал ему указания, объяснил правила университета и отпустил. Пары летели со скоростью света. Учителя оказались понимающими и не строгими. Одногруппники оказались веселыми и дружелюбными, что не могло не радовать Артита. Яркое полуденное солнце заливает большую студенческую столовую. Ученики наслаждаются большой переменой: кто-то улавливает свободное время, чтобы пообедать, кто-то спешит поделиться последними новостями и посплетничать, а кто-то в спешке переписывает домашнее задание. После встречи с деканом Конгфоб, как и первокурсники, втягивался в учебу, попутно разбираясь с делами главы наставников. Совсем закрутившись, наставник и забыл о встрече с друзьями для обсуждения пари, но был уведомлен сообщением, которое прислал Брайт. Ну, как сообщение: один сплошной набор ненормативной лексики. Друзья Конга заняли самый большой стол под раскидистыми ветвями огромного дерева, которое создавало прохладную тень. Брайт разлегся на столе, с любопытством разглядывая первокурсниц инженерного факультета. Каждый раз, заметив красивую девушку, он толкал увлеченно читающего Нотта в бок, кивая головой в сторону студентки. С грохотом поставив на стол несколько бутылок с холодной водой, Конг поздоровался с друзьями. — Конг, ты вообще человек? — озвучил вопрос всех студентов Брайт. Не понимающе смотря на друга, наставник вопросительно посмотрел на Нотта, но тот лишь закрыл книгу и пожал плечами. — После вчерашней встречи ты выглядишь так, словно всю ночь спал, а не пил, — пояснил свой вопрос Брайт. — Я пил меньше чем ты, — успокоил удивленного друга наставник. — Но ты еще закинулся кислотой, — выразил слишком громко свое возмущение друг Конгфоба, чем привлек внимание сидящих рядом студентов. — Тише! — прикрикнул на через чур разговорившегося друга Нотт, оглядываясь, нет ли рядом любопытных учеников, которым всегда будет интересно, о чем говорят старшие. — У меня свои способы быстро прийти в норму, — миролюбиво улыбнувшись другу, ответил Конгфоб. — Какие? — вклинился в разговор подошедший к друзьям Прэм. — Я сам еле живой, а ты еще такую речь толкнул на собрании. Все студенты теперь только тебя и обсуждают, — подколол Конга друг. Эта тонкое замечание лишь заставило наставника улыбнуться, теша его самолюбие еще больше. — На нашем факультете тоже об этом собрании только и говорят. Наш глава наставников в бешенстве, — присоединился к рассказу Прэма Нотт. С упоением он наблюдал в интернете жаркие обсуждения о самом крутом наставнике инженерного факультета. Вот только друзья звездного наставника знали настоящую причину столь опрометчивых на первый взгляд шагов Конгфоба. — Я никогда не нравился другим, потому что я лучше всех, — тщеславно ответил Конг на рассказы друзей. — Так что за методы? — вернул разговор в прежнее русло Брайт, желая утолить свое любопытство о чудо-способе друга выглядеть как человек после знатного вечера. — Спорт и секс, — лукаво ухмыльнувшись, удовлетворил любопытство друга наставник. — Ночка удалась? — озорно подмигнув Конгу поинтересовался Брайт. — У меня да, а у… — хотел было спросить «у вас» наставник, но перефразировал свой вопрос, — а у тебя? — Он отключился в такси. Мы с Ганом его ели дотащили до кровати, — пошутил над Брайтом Нотт, за что был избит пустой бутылкой. — Проснулся я один, — шутка вышла вялая и грустная, Брайт ответил отвлеченно, стараясь не углублять эту болезненную тему. Несмотря на большое количество алкоголя, он помнил, как назвал Гана не самым лестным словом, а потому весь вечер приставал к другим. — Правда, заботливо оставили стакан сока и аспирин. — Что бы ты без него делал, — риторически спросил Конг, намекая Брайту, что Ган не на столько плох, как о нем говорят. — Наверное, был бы одинок, — в голосе друга наставника не было ни нотки сарказма. Брайт был серьезен, и парней это насторожило. Вечный образ балагура и весельчака иногда давал трещину, выпуская наружу все переживания и страдания. — Вон твой ненаглядный, — показал рукой Прэм на проходящего мимо них Гана в компании одногруппников, пытаясь разрядить обстановку. — Это малолетний алкоголик выглядит лучше, чем ты. Может, ему тоже помог секс? — не контролируя свои слова, решил подколоть Брайта Прэм. Остальные замерли в ожидании реакции обиженного злым стебом. Да, они лучшие друзья, но это не мешает им ссориться и даже затеивать иногда драку. Но на этот раз все обошлось, Брайт с силой кинул в друга книгой, больно ударяя того по плечу. — Уголовный кодекс, — прочитал название Конгфоб, разряжая обстановку. Следом за ним рассмеялись остальные, и даже все еще угрюмый Брайт вымученно улыбнулся. — Конг, ты почему не в рубашке наставника? — перевел разговор на другую тему Нотт, пока Прэм не успел еще что-нибудь ляпнуть и окончательно вывести Брайта из себя. — Перед собранием я не был уверен, что мне дадут эту должность, — ответил наставник, опасливо поглядывая на притихшего Прэма. И так было известно, что Конгу не светит эта должность из-за старого конфликта старшего и младшего. — Эх, Прэм, ты совсем не занимаешься воспитанием своей женушки, — весьма ловко отомстил другу Брайт, растекаясь в улыбке победителя. Нотт уже приготовился разнимать друзей, Конг остерегающе смотрел вокруг, готовясь гасить драку в самом начале. То ли Прэма это не задело, то ли он считал, что бороться с болтливостью друга бессмысленно, но в Брайта полетела бутылка, попадая точно в голову. — Меня временно утвердили на пост главы наставников, — робко нарушил молчание Конг. Отвлекающий маневр не сработал. — Никто не знает, где мой мопед? — вскользь спросил наставник, ловя на себе удивленные взоры друзей. Они молча переглянулись и тишину разбил громкий смех, пугая остальных студентов. — Что, должность наставника обязывает сменить машину класса люкс на транспорт бедных? — под дружный смех спросил Прэм, не переставая посмеиваться. Конг лишь осуждающе покачал головой, думая про себя, почему он до сих пор дружит с этими идиотами. — А машина где? — полюбопытствовал Брайт. — Продал, — ответил Конг, увлеченно обдумывая план действий. Нужно было заканчивать этот пустой разговор и открыть сезон охоты на одного манящего первокурсника. Надо было уточнить у Прэма, но Конгфоб был уверен на все 200%, что точно угадал объект спора. С одной стороны, это радовало, но с другой стороны создавало кучу проблем. За всю свою жизнь Конг так и не научился обращаться с такими людьми, как Артит. Их открытость, доброта, дружелюбие пугало, вгоняло в растерянность, сбивало с толку. Ужасно хотелось выиграть этот чертов спор с самим собой, но вероятность проигрыша тоже велика. — Опять? — удивился Брайт. — Это вторая за этот месяц, — сетовал парень. — Что на этот раз тебя не устроило? Ты ждал ее три месяца, а продал через неделю использования, — спросил Брайт у друга, ожидая услышать вескую причину столь скоропалительной смены машины. — Она мне надоела, — ответил наставник, не видя в этом ничего ужасного. Вещам свойственно надоедать, как и людям. — Нет в твоей жизни постоянства, — очень едко заметил Брайт, выдержав испепеляющий взгляд друга. Конг снова перевел взгляд с друга на первокурсника, оживленно беседующего с новоприобретенными друзьями. Конгфоб не понимал, чего страшного в частой смене машин, людей. Он получал от них то, что хотел, и не видел смысла держать их рядом. Слова друга задели наставника, укололи за самолюбие, но свобода и независимость были важнее для Конга, чем постоянство в вещах. — Не стоит мне светиться своей машиной, чтобы не было слухов и пустых разговоров. Я и так хожу по университету, как под светом софитов. Лишнее внимание мне не нужно, это может отрицательно сказаться на мои шансах выиграть, — объяснял Конг Брайту такие простые истины. Вечно ему нужно было все разжевывать и объяснять, как маленькому ребенку. — Вот и твоя жертва, Конг, — сам завел начатый ночью в тесной комнате чил-аута разговор Прэм, не было смысла оттягивать, они собрались не для праздной беседы. Все дружно повернули голову в сторону громко смеющихся парней. Среди компании первокурсников Конг заметил Артита. Он так надеялся, что его дедукция не сработает на этот раз. Будет забавно, если наставник с позором провалит свою первую роль в качестве начинающего актера. Одно дело, когда ты руководишь парадом с трибуны, а здесь нужно возглавить шествие. — И как я должен это сделать? — задал вполне логичный вопрос Конг. — Это ты у нас мастер соблазнения, — тешил самолюбие друга Прэм. — Кого я соблазнял?! Этих, — наставник показал рукой на стайку студенток, которые всегда крутились рядом с элитой университета. — Стоит помахать перед ними браслетом от Тиффани, и они у тебя в кровати. А тут парень, да еще и девственник, кажется. — Конгфоб пытался просчитать всю партию наперед. И фигура Артита не вписывалась в концепцию победы. Услышав имя предмета игры, наставник порадовался своим дедуктивным навыкам, но расстроило его это больше. Задача оказалась не простой, а с тремя звездочками. Но и вкусить то, что еще никем не тронуто, соблазняло очень сильно. Конг привык иметь отношения с такими же, как он, кому нужен был просто секс на одну ночь. Мимолетная интрижка для разнообразия студенческой жизни. — Ты так сомневаешься в себе?! Ты что, никогда ни с кем не знакомился? — поинтересовался Прэм, поражаясь сомнениям друга. Видеть Конга таким еще не приходилось парню. Он всю жизнь брал, что хотел, не задумываясь. Получал желаемое на раз, не учитывая последствия. Конгфоб был для Прэма победителем по жизни, а тут какой-то заморыш-первокурсник, сам того не зная, разбивает весь образ циника-друга на раз. Нет, Конг — профессиональный игрок, знаток людской психологии. И, прежде чем начинать ловкую манипуляцию чужой жизнью, ему надо знать о противнике все. Сейчас этот гениальный творец напишет душещипательную историю у себя в голове, которой будет рукоплескать весь университет. — Я? — удивился наставник. — Я знакомился с той же целью, что и ты. А не влюбить в себя. О чем мне говорить с этим книжным червем? — ища поддержку в глазах друзей, спросил Конг. — О чем всегда говоришь? — вклинился в разговор двух талантливых шулеров Брайт. Нет, это не пьеса, это игра в покер с профессиональным игроком, который привык использовать грязные методы. Брайт уже искренне посочувствовал Артиту. — Обычно я угощаю парой коктейлей и предлагаю уединиться, — заигрывающее вскинул бровь наставник. — А ему мне купить сок и пригласить на свидание в библиотеку? Может, ему парни вообще не нравятся? — пошутил Конг, завершая в голове мыслительный процесс. Не зря он считался самым умным студентом на инженерном факультете. Когда ответ совпал с решением, все вылилось в филигранно написанный и просчитанный до мелочей сценарий. Конг уже ощущал вкус победы, отмечая три заветные звезды за победу. — Вот и узнаешь о его ориентации и сексуальном просвещении, — точно подметил Брайт. Не важно, что при провале его засмеют друзья, что может разрушить образ непоколебимого умника факультета, важно, что Конг перестанет уважать сам себя, его слова потеряют силу — если проиграет битву с самим собой. — Придумал план, как подойти к нему? — спросил Брайт. Конг увлеченно что-то писал в телефоне. Стоило за его спиной появиться его одногруппнице, как Конгфоб кардинально менялся, превращаясь в галантного джентльмена. Забрав у девушки блокнот и пакет со льдом, наставник вежливо поблагодарил, одаривая ее мягкой улыбкой. — Все просчитано, — чересчур уверенно ответил Конгфоб, расставляя последние дополнения в плане, который приведет его к триумфальной победе. Не зная, что ожидали его друзья, но наставник просчитал все ходы наперед. Он, как сапёр, который не имеет права на ошибку. И пусть та мимолетная встреча у входа в зал собраний имела фатальный подтекст, этот ничего не значащий разговор будет отправной точкой. Все пассажиры взошли на борт, остался только ничего не знающий Артит, который, сам того не ведая, вступит на палубу лайнера, который отправит их в занимательное плавание. Удача сегодня была явно на стороне наставника. Подходя к столу, за которым сидел первокурсник, Конг был готов разогнать его друзей, но те сами ушли, оставив Артита одного. Решив скоротать время от отмененной пары, младший с упоением вчитывался в научные труды именитого психолога. Чтение не было самым любимым занятием Артита, но он решил, что на сегодня достаточно приключений и еще одной встречи с наставником ему не пережить. Чтобы хоть как-то обезопасить себя и остальных от своей природного умения создавать проблемы из вздоха, новичок занялся постигать глубины человеческого разума. Наставник нахально улыбнулся крутящимся рядом студенткам, неспешно шел к столику, не забывая иногда посматривать назад на ржущих друзей. Каждый в этот момент мечтал оказаться рядом с Конгфобом или под Конгфобом. Артит с носом зарылся в книгу, не замечая, как дует ветер перемен. При ближайшем рассмотрении наставник увидел название печатного издания в толстом переплете. «Как мило. Наш зануда пытается понять этот чертов мир. Неужели он верит то, что дядюшка Фрэйд способен дать ответы на извечные вопросы?» — подумал наставник, подходя в плотную к Артиту, который дальше книги ничего не видел и не слышал. — Привет, — голос наставника прозвучал над самым ухом первокурсника, как выстрел из пушки. Конг мог почувствовать сам, как от неожиданности подпрыгнул Артит. Оторвавшись от заумного трактата по психологии, младший посмотрел на источник шума. Взгляд скользнул по ногам в черных брюках, блестящей пряжке ремня медленно в верх по груди к лицу. Мимолетно глаза задержались на пухлых губах и скользнул дальше. Выжидающий взгляд наставника встретился с удивлёнными глазами первокурсника. Артиту не хватало смелости поздороваться в ответ, но все еще загипнотизированно смотрел, как Конг садится рядом. Ему даже не пришло в голову отодвинуться. Неужели сам глава наставника заговорил с ним? — Тебе нравится психология? — завел светскую беседу Конг, отмечая растерянность младшего. — Да, — заикаясь, ответил младший, все еще не веря своим глазам. — Иногда интересно почитать о том, как на извечные вопросы отвечают гении, — протараторил Артит, не задумываясь о сказанном. Учась в школе, он так не отвечал на уроке, а тут выдавал цитату за цитатой. — А я считаю, что лучшие философы — это мы, — обольстительно улыбнулся Конг, как бы случайно дотрагиваясь до руки Артита. Но уловка не сработала, а только вызвала больше страха в глазах первокурсника. — Возможно, вы правы, — Артит набрался смелости улыбнуться в ответ настоящей улыбкой. В отличие от наставника, действия которого были насквозь лживыми, младший испытывал искренние чувства. — Совсем забыл, вот держи, — Конг не мог оторваться от обаятельной улыбки первокурсника, но вспомнил про блокнот и пакет с холодом. Увлекшись Артитом, сам того не замечая, Конгфоб не почувствовал, как онемела от льда рука. — Блокнот для подписей и лед для твоего ушибленного колена, — заботливо положив холод на колено Артиту, Конг одарил его одной из своей фирменных улыбок. Это подействовало на первокурсника отрезвляюще. Вырвавшись из плена тягучих глаз наставника, младший старался отдышаться. Это наваждение какое-то. Черные глаза манили своей глубиной, бархатный голос убаюкивал, как колыбельная. — Спасибо, — резкая смена настроения была отчетливо заметна, Артит ответил резко, вырывая пакет со льдом из рук старшего. Первокурсник мысленно ругал себя всеми возможными словами за фривольное поведение со старшим. И почему глава наставников так с ним любезен и заботлив?! Скорее всего, он пришел, чтобы наказать его, а Артит уже успел напридумывать себе о снисходительности старшего и о его чрезмерной доброте. Но все же надо было разъяснить ситуацию, иначе он не выдержит этого выжидающего взгляда Конгфоба. Артит воровато огляделся вокруг, чтобы никого не было рядом и никто не смог подслушать, и решился спросить наставника о волнующем. — Вам что-то от меня надо? — Пусть это вышло грубо, пусть он не имеет права вообще задавать вопросы главе наставников. И даже если у него после этого будет пожизненный абонемент на наказания, первокурсник не смог промолчать и красиво уйти от разговора. Лучше умереть с правдой, чем жить в неведение. — С чего ты взял? — все шло по плану Конгфоба, младший отреагировал так, как думал старший, чем порадовал его. — Вы не наказали меня за опоздание, за неподобающее поведение. И сейчас наставник сам лично принес мне блокнот и компресс для колена? — выдавал претензию за претензией Артит, не спуская с Конга настороженного взгляда. Теперь он вообще не понимает смысла этого разговора. Трудно вести диалог, когда один ведущий, а другой ведомый, вот только младшему кажется, что его завели в темную аллею, и путь знает только наставник. — Ты сам сказал, что я наставник. Я всего лишь забочусь о своем подопечном, — вывернул слова первокурсника в свою пользу наставник, еще больше вгоняя Артита в растерянность. Взгляд младшего забегал, он не знал, что сказать и как ответить, чтобы не усугубить свое положение. Первокурсника посетила своенравная удача, пожелавшая спасти его. Разговор с бледными нотками флирта прервала одногруппница Конгфоба. — Конгфоб, — к наставнику обратилась его сокурсница. — У нас проблемы. Нам срочно нужен переводчик, не поможешь? — волнительно спросила Мэй. — А Ган где? — удивился Конг, прикидывая масштаб работу и сроки ее выполнения. Это было очень не вовремя. Если Конг согласится, Артит упорхнёт от него, как птичка и незакрытой клетки. — Он позвонил и сказал, что заболел, — виновато объяснила девушка, боясь реакции парня. Но наставник лишь усмехнулся, зная талант Гана вымещать свою злость на всех, кроме самой причины его недовольства. Хоть привлекай Брайта к этому заданию, но у него сегодня мегаважный доклад. Мысли сменялись одна за другой, как слайды на проекторе. Время требовало неотлагательного решения, и оно нашлось само собой. Внутренне ликуя своей сообразительности, Конгфоб расплылся в широкой улыбке, смотря на Мэй и Артита. — Мэй, — обратился к сокурснице наставник, чем испугал ее и насторожил младшего. — К сожалению, у меня куча дел, но я могу порекомендовать тебе замечательного знатока английского языка. — Конгфоб говорил чуть нараспев. Улыбка чеширского кота окончательно перепугала Артита. Нервно теребя край галстука, младший старался не подавать взволнованного вида, но кара за нарушения настигла его. Но ужасно было то, что он вообще не знал иностранного языка, а значит не сможет выполнить приказ на отлично, следовательно, получит еще одно наказание. А если Конг придумает еще одно невыполнимое поручение, то Артит снова будет наказан. Мысль о смерти в мучениях не казалась первокурснику такой уж призрачной. Наставник выкручивал ситуацию продуманно и четко, выставляя все в выигрышном для него свете. И Артит боялся не этого наказания, а того, что последует дальше. Червячок сомнения заставлял не верить в эту открытую улыбку старшего. Но, может, он ошибся, Артит все еще верил в святое провидение или спасение. Да, он был рад обмануться еще раз. — Знакомься, Артит. Студент 0206, — представил младшего девушке Конг, с ликование отмечая растерянность обоих. Мысленно попрощавшись со спокойной жизнью в университете, Артит вздрогнул от своего имени. Почему от тихого и спокойного голоса Конгфоба у первокурсника спина взмокла за секунду и по телу пробежал табун мурашек? Он считал, что таким голосом надо не приказы отдавать, а души забирать. Одну старший почти получил. — Я? У меня? — переспросил первокурсник, намекая Конгу на его неадекватность. — Ты сегодня продемонстрировал свои глубокие познании в английском, — с серьёзным лицом пояснил свое решение Конгфоб. — Удачи, — похлопав парня по плечу, Конг приветливо улыбнулся девушке на прощанье. «Вот же гад» — подумал Артит, переведя взгляд с наставника на Мэй, сконфуженно улыбнулся. Пока они разговаривали, наставник успел заметить идущего к ним Вада. Девушка поблагодарила друга и ушла, а младший начал в спешке собирать свои вещи. За этой беседой наблюдал весь университет. Интересный разговор, который начался в стенах зала для собраний, продолжился в университетской столовой под взором студентов со всех курсов. Для большинства это беседа наставника с провинившимся новичком, но для просвещенных это официальное начало занимательной пьесы, где роли прописаны, сценарий создан, а исход предрешен. Достав пачку сигарет из кармана, Прэм присел на стол, закуривая. Смотреть, как Конг впервые в жизни клеит парня, в меньшей степени было забавно, а в большей жутко странно. Но Прэм вдруг вспомнил, что так же на спор познакомился с чудаковатым первокурсником, который так прочно засел в его сердце. — Что вы задумали на этот раз, если сам Конгфоб вышел на подмостки театра? — поинтересовался Вад, появившийся рядом со старшим из ниоткуда, забирая у того сигарету и закуривая. Прэм лишь демонстративно закатил глаза, но решил промолчать, дабы не осложнять обстановку. Даже молча находиться рядом с Вадом было невыносимо Прэму, а если заведет разговор — придется разнимать всем университетом. — Опять ломаете жизнь невинному человеку? — невзначай спросил второкурсник, выкидывая окурок. Он знал Прэма как свои десять пальцев, поэтому выжидающе смотрел на него. — Кому мы сломали жизнь? — нарушил молчание Прэм, выходя из себя из-за обидного замечания Вада. Осознав, что попался на провокацию, старший сложил руки на груди и отвернулся. Хотелось не спорить и не ругаться, а припечатать к жесткой поверхности и поцеловать этого вредного студента. Прэм тряхнул головой, отгоняя навязчивые мысли, а подсознание уже рисовало красочные сцены с младшим. — Гану. Мне, — жестко ответил Вад, не упуская возможности ударить старшего по больному. Старшекурсник резко повернул голову в сторону парня. Слова попали точно в цель. Прэм был уверен, что второкурсник испытывает садистское удовольствие, задевая каждый раз за живое. — Тебе не в инженеры надо было идти, а в психологи, — ответ был слабым и звучал больше с нежностью, чем со злобой. Но даже такой тонкий комплимент не сработал. Вад не моргая смотрел на Прэма своими пронзительными сердитыми глазами. — Отстань со своими нравоучениями, — отмахнулся от настойчивого младшего старшекурсник. — Я не позволю сделать из него второго Гана, — продолжил упорствовать Вад. — А это тут при чем? — Прэм потерял смысл их разговора. Младший стоит с ним рядом. Он чувствует плечом его тепло, его окутывает дурманящий запах этого упертого второкурсника, лишая рассудка. Какой к черту разговор?! — Ваша игра на его чувствах к Брайту — это жестоко. Его и так считают… Сам знаешь кем, — отчитывал старшего Вад. И снова разговор обо всем и обо всех, но не о них. Прэм лишь повел плечом и упорно молчал. — Я не позволю вам испортить жизнь этого паренька. — Да кто портит? Это просто шутка, — раздраженно ответил старшекурсник, не видя в этом ничего ужасного, как это описывал Вад. — Я не хочу, чтобы после вашей «шутки» Артит собирал сердце по кусочкам. Я хочу, чтобы после этого дерьма он не перестал верить людям и в любовь, — отпустив тормоза, Вад, захлебываясь эмоциями, выливал свои переживания и боль. То, что пережил он, не пожелаешь и врагу. Прэм слушал не дыша. Каждое слово все еще любимого человека ранили, как ржавый гвоздь, вонзаясь в сердце. Даже если их вытащить, останется гноящаяся рана, которая никогда не зарастет, отдавая тупой болью. — Отвали от меня, — взревел Прэм, у которого тоже отказали тормоза. — Иди и читай нотации Конгфобу, — Прэм орал, как ненормальный. Ему тоже было что сказать и что предъявить. Но старший поступил правильно, он схватил сумку и бросился от Вада, как от чумного. Второкурсник прислушался к своеобразному совету старшего и пошел к увлеченно разговаривающей парочке. Запихав все в сумку, новичок попрощался с Конгфобом и, развернувшись, столкнулся с второкурсником. Тихий грудной смех наставника сконфузил Артита, и тот, прижав сумку к себе, спешил на всех парах к ждущей его в стороне Мэй. Но первокурсник успел заметить напряжение, которое витало между двумя парнями. Артит мог принять это за ревность, но уж больно пугающий был у Вада взгляд, которым он прожигал абсолютно спокойного наставника. Проводив Артита взглядом, Конг развернулся к Ваду. Облокотившись на стол, наставник расслабленно закинул ногу на ногу, подставив лицо под теплые солнечные лучи. — Что на сей раз задумали? — Вад, словно большая черная туча, нависает над наставником, готовясь метать в него молнии. — Ничего, — бесцветный ответ. Конг искоса поглядывает на второкурсника. В глазах Вада горит злость, и Конгфоб решает ответить исчерпывающе, зная, что Вад может подпортить ему все планы. — Это всего лишь шутка, — озвучил глупое пояснение наставник. — Ломать людям жизнь? — голос от удивления сорвался на крик, но Вад быстро взял себя в руки, садясь рядом. — Ладно Прэм — он аморален, но ты? — голос снова дрогнул, выдавая волнения Вада. Его вера в порядочность Конгфоба порой принимала огромные масштабы, чем веселила самого парня. — Никогда правильным себя не считал, — колкое замечание Конга действует отрезвляюще на второкурсника. — Да и кому мы сломали жизнь? — настоящее удивление Конгфоба выбивает почву из-под ног Вада, демонстрируя ему, что вся эта проповедь заранее проигрышна. — Мне составить список и собрать подписи? — уступать не присуще Ваду. Он готов стоять на своем до последнего, чтобы объяснить наставнику на примере своей боли, что ему следует отступить. — Не утрируй, — недовольно отвечает Конг. — Для тебя он просто очередной в твоей списке. Какой он по счету: 10, 100 или 1000? — спросил с улыбкой Вад, но шутка вышла вялой и не действенной. — Ага, юбилейный, — Конгфоб смеется звонко и громко. Весь этот разговор забавляет наставника. Видимо разговор Вада с Прэмом не заимел должный эффект, и второкурсник решил поговорить с ним. — Парню потом жить с испорченной репутацией. — Вад стоит на своём и не оставляет попыток воззвать к голосу совести у Конгфоба. — Что ты мне нотации читаешь? — Исполинскому терпению парня приходил конец. Конга начинало бесить желание второкурсника достучаться до его совести. Где он ее видел у старшего? — Лучше наставляй на путь истинный Прэма, — в шутку огрызнулся наставник, пытаясь не раздувать ссору. Конг не хуже Вада умеет нападать и стоять на своем. Глупо и неосмотрительно со стороны младшего затевать проповедование с тем, кто не верит ни во что и глух к голосу истины и правды. — Думаешь, я не пробовал? — как-то слишком безнадежно звучал голос Вада. Он уже было хотел продолжить, но был остановлен старшим. — Вад, — голос Конга звучал обманчиво мило. Вад замолчал. Злить такого наставника глупо и небезопасно. — Не лезь в это, я предупреждаю тебя по доброй памяти. Если ты мне все испортишь, я не посмотрю на всю любовь Прэма к тебе и превращу твою жизнь здесь в ад. И даже твоя должность тебя не спасет. Это мое последние предупреждение, — зло отчеканил каждое слово Конгфоб, прожигая взглядом притихшего младшего, который опустил голову, словно провинившийся ребенок перед строгим отцом. Угроза прозвучала весьма устрашающе и реальной. Несмотря на всю дипломатичность и не конфликтность наставника, это и было самым страшным. Что может быть страшнее, чем человек, чьи мысли и поступки невозможно было предугадать? Эта война с элитой заведомо проигрышна, Вад наделся, что Конгфоб проиграет. Наставник вернулся к столу, где ждали его друзья. Парни одарили его громкими аплодисментами, Брайт кинулся обнять друга. Но был остановлен предостерегающим взглядом Конга. — Что, мамочка отругала? — Брайт не мог промолчать и не поддеть наставника. — А если он испортит спор? — Вад не осмелится идти против Конгфоба. Ему не хватит ни сил, ни власти. Тем более, он очень уважает наставника, — подытожил Нотт, успокаивая друга. Каким бы дипломатом не являлся Конг, его черти были очень мстительными и злыми. И Вад испытал это на себе, когда Прэм под диктовку наставника выиграл пари. Брайт поддержал друга, согласно кивая головой. — Что будешь делать дальше? — спросил Нотт. Учась на разных факультетах, друзья наставника не могли наблюдать столь красочное зрелище, поэтому хотели быть в курсе планов Конгфоба. — Познакомиться поближе. Приглашу его на ужин, — собирая вещи в сумку, Конг раззадорил друзей. — Ставлю сто долларов, что Артит никуда с тобой не пойдет, — Брайт вытащил смятую купюру из кармана, играя на амбиция друга. — Поддерживаю, — Нотт повторил действия друга, чем заставил Конга замешкаться. Нотт был не худшим стратегом и тактиком, чем глава наставников. Временами он вырывал лидирующую позицию у Конгфоба. — Ставлю двести долларов, что Артит поужинает со мной в самом дорогом ресторане Бангкока, — присоединился к маленькому развлечению своих друзей наставник. Забрав деньги, Конгфоб закинув рюкзак на плечо, отправился на собрание наставников. Еще нужно было подготовится к вечеру, только одному Будде было известно, чем могло закончится это свидание наставника с первокурсником.